Осколки нового мира. Седьмой

ГЛАВА ТРЕТЬЯ - Товарищ майор, заранее извиняюсь за свое речь, НО, какого хуя в этой папке лежит приказ о том, чтобы меня отстранить от работы в группе, перевести меня в комиссию и, малого того, назначить куратором первого водного занятия без допуска к работе с оружием и приемам рукопашного боя?! Мое негодование не знает предела, если серьезно! Я только что прошел двухнедельный курс физиотерапии, а меня уже отстраняют, да еще и куратора назначают! - Иван, - начал отвечать майор Гусев спокойно, но с легкими нотками раздражения. - Про твои заслуги никто не забыл. Я все прекрасно помню, как много ты сделал для отряда, чтобы он развивался, что под твоим руководством совместные операции с полицией принесли очень хороший результат, одна из которых помогла тебе добиться офицерского звания, сделав для тебя исключение, НО БУДЬ так ДОБР, разговаривать с начальником так, КАК ТОГО ТРЕБУЮТ ПРАВИЛА! - не пытаясь сдерживать в себе, Гусев вывалил все на Ивана. - Есть, товарищ майор. - Иван сел за стол напротив начальника. Если майор был зол, это можно было определить по его вздыбившимся усам, только по ним. Густые брови не всегда передавали выражение его лица. - Что теперь будет со мной? Гусев скрестил руки, вздохнул глубоко перед ответом. - Конкретно - ничего. Ты остаешься в звании, все твои заслуги никто не отберет, только лично я могу принимать такие решения, но никак вшивая комиссия. Услышав эти слова, Иван будто бы ожил - появились новые силы, новые мысли о том, что еще не все потеряно. Но это были только первые слова облегчения. Глубокая тишина, словно ты оказался в центре заброшенного здания в какой-то глухомани, со стороны майора убрала на "нет" воодушевление. - Они требуют, чтобы ты был отстранен от службы. Фактически, что здесь написано можно приравнять к тому, что ты станешь... - Безработным гражданским человеком. Три месяца вновь краснеть перед комиссией или сразу с вещами на выход? Гусев только кивнул в ответ. Он продолжал молчать. Иван взял листок бумаги, не произнеся ни единого слова, составил рапорт, встал из-за стола и задал всего лишь один вопрос: - Разрешите идти? - Иван, ты свободен. Сделаем все по-быстрому. Иван подошел к двери, повернул ручку и вышел из кабинета. Он двигался по центру узкого пустынного коридора. Здесь был только он один, но это ему только казалось - парень не видел и не замечал ни сотрудников гвардии, ни своих сослуживцев. Кто-то даже попытался, что-то ему сказать, окликнуть, но все было тщетно - Иван был ошеломлен этой новостью от Гусева, что она напрочь выбила его из состояния покоя. Кто-то столкнулся с Иваном, но даже это не вывело его из озабоченного состояния. Он только чуть-чуть отошел в сторону, продолжая смотреть на пол, не замечая никого. Любые адресованные ему слова доносились тихим эхом. Пройдя весь коридор, Иван остановился. Он начал резко и нервно дышать, заглатывая воздух. Повернувшись, парень увидел, как в коридоре девушка, видимо он толкнул плечом, вновь формирует стопку документов. Остальные смотрят на него с желанием или отойти подальше, или высказать все что о нем думают. Иван выбежал из управления, избегая всех неудобных вопросов. *** Морально истощенный, Иван дошел до стадиона, что находится у реки, сел на лавочку. В одной руке все также он держал приказ, переданный майором, в другой - телефон. Дрожащие пальцы хотели набрать всего лишь один номер телефона, но в то же время Калинин отказывался от этой затеи, успокаивая себя тем, что не может вот так все случиться. Быстрее прилетит астероид или время остановится, чем его сократят. Но реальность стала для него большим разочарованием, что Солнце вращается вокруг центра галактики, но ни как вокруг него. Жизнь периодически предоставляла для него испытания, но чтобы такое, которое выбьет любое желание искать пути выхода из ситуации, думать свежей головой - это было впервые. Иван ещё раз выглянул на приказ, взял его обеими руками и, приготовившись его разорвать в клочья, остановился. Его сбили с толку двое людей в штатском: один стоял наверху около проезжей части, второй тусовался внизу на самом стадионе. Иван редко повернулся назад на скрипучий звук досок и отчётливый щелчок подошвы об поверхность. Человек в деловом костюме - а если точнее, тот самый, кто сидел на комиссии в темном углу. - На Вашем месте, я бы не стал портить такой чудный приказ. - заговорил незнакомец первым. Он улыбался, или из чувства вежливости или стараясь произвести доверие. - Но, Вы, не на моем месте, прошу заметить. Вы, собственно, кто такой? - Кирилл Жданов. Капитан службы разведки и безопасности, отдел боевых разработок. Иван посмотрел на вытянутую руку представившегося офицера, сразу спрятал свои руки в карманы. Так называемый капитан спокойно отреагировал на подобный жест. Он не стал настаивать на своем, лишь подошел чуть поближе, взяв из кармана свое удостоверение и протягивая его парню: - Я могу с Вами поговорить? - Мне мама и папа говорили, чтобы я не разговаривал с незнакомыми людьми. Прошу меня извинить, но поговорить, Вы, со мной, увы, не сможете. Жданов кашлянул. Вздыхая, Иван закатил глаза и пошел дальше, но перед ним встал человек, что гулял вдоль проезжей части, а второй караулил внизу. Калинин тут же остановился. Из-за спины зазвучал голос капитана: - Я настаиваю, Иван! Пройдемте. И пока потрудитесь не уничтожать приказ. Облегчите работу своим коллегам. - все так же спокойно, уверенно и монотонно продолжал капитан. “Твою мать! Куда я в очередной раз вляпался!?” Они шли молча, не проронив ни единого звука. Иван размышлял о разных возможностях, как избежать не нужного разговора, но патруль из двух человек мешал продумать любой из подходящих вариантов. Если Калинин засматривался в противоположную сторону от Жданова, один из сопровождающих, как по щелчку пальцев оказывался здесь. Если Иван замедлял шаг, тогда за его спиной четко и звонко звучал удар подошвы об асфальт. Все пути были перекрыты. Подойдя к местному ресторану, Иван был готов зайти, как дорогу ему перегородил рукой Жданов. Дверь открылась, а из ресторана вышел ещё один сопровождающих, который сказал что внутри все прекрасно и тихо. Никто не помешает. Только после этого Жданов и Иван зашли в ресторан, уселись за столик, который, судя по всему, был приготовлен для них. Капитан, не теряя времени, решил еще раз попытаться начать диалог: - Мы являемся непосредственно отдельным узлом в службе безопасности. Доводилось ли Вам слышать о нашей работе? Слышали ли Вы о таком проекте, как “Смотрящие”? Нет? Даже не про какие-то-либо теории заговора и всеобщего контроля? Можете не отвечать. Это был лишь риторический вопрос. Я хотел бы с Вами побеседовать относительно... - Стоп! Я не собираюсь с Вами о чем-либо беседовать! Если Вас подослали федералы, которые были посланы в самое кратчайшее направление, я ничего не буду говорить - не им, а тем более уж Вам. Так же, могу указать направление относительно детородного органа, если попытаетесь чем-то оперировать. А, чуть не забыл, по своему законному праву, я имею возможность сообщить в полицию, что Вы и Ваши товарищи удерживаете меня без всяких оснований и без собственной воли. Но капитан не подал никаких эмоций, он был все также невозмутим. Его не пугало, что парень сольется с разговора. Нет. Он слегка улыбнулся и продолжил: - Дело Ваше. Но только Вы зря их будете беспокоить, потому как только они придут, тут же покинут нас. Во-первых, Вы, пока ещё, сотрудник СОБРа - как Вы думаете, какое будет у них выражение лица, когда увидят меня и Вас. Правильно, Вы будете выглядеть глупо, потому что опасности для Вас я не представляю. Быстрее можно отправиться чебуреком на вокзале. Во-вторых, достаточно будет показать удостоверение и все решится быстро. Единственное что из этого будет, очередная бумага Вашему начальству. Иван затих, его беспокоил спокойный и тихий тон Жданова. - Я ведь не шучу! - сказал Иван, доставая телефон. Тут он резко повернулся от того, что один из сопровождающих встал, но, по движению руки капитана, вновь сел на свое место. Увидев это, Калинин держал палец в сантиметре от экрана, чтобы нажать на “Вызов”, но не делал этого. Что-то в нем говорило не делать этого. Жданов в это время продолжал наблюдать за ним, параллельно делая заказ у подошедшей к нему официантки. Тут Иван увидел, как проходит патруль полиции. Он убрал телефон встал из-за стола и направился к выходу. Продолжая сидеть за столом и, смотря в окно, Жданов произнес: - Иван, только мы выбираем свою судьбу, а не кто-то за нас. Калинин, не поворачиваясь к нему, вышел, сказав: - Да пошли вы все. - выйдя на улицу, Иван смотрел на проходящий патруль, но желание рассказать о офицере пропало. Парень смотрел на пары людей: одни играют с детьми, которые являются смыслом их жизни, другие беззаботно гуляют, о чем-то разговаривают, не думая о том, что им делать в ближайшее несколько лет, кроме как работать или учиться. Достав телефон из кармана, Иван хотел набрать номер Оли, но остановился. Снова. Опять внутренний голос, который твердил обдумать свои действия. Калинин закрыл глаза, глубоко вздохнул, говоря себе: - Твою мать! - он переступил порог ресторана. Пройдя двоих, Иван сел за стол, напротив Жданова. Все тот же безмятежный вид. - Хорошо, о чем Вы хотели поговорить? Капитан улыбнулся. Он повернулся к Ивану, как к ним подошла официантка с заказом. Поставив содержимое на стол, Жданов заранее расплатился, взял бокал пива в руку и начал беседовать, как только сделал глоток. - Как я Вам уже сказал, мы отдельный, можно сказать, новый отдел безопасности. Нам требуются молодые люди, которые так или иначе проходили службу в специальных войсках. Все же хорошо, когда есть какие-то навыки. Ваша кандидатура весьма нам подходит. - Как Вы узнали обо мне? - Если Вы один раз, как у Вас говорят, засветились в государственных службах безопасности, Вы остаетесь в их базах данных навсегда. - Как мило. - ответил Иван. - Не менее мило было наблюдать за Вами последнее время, особенно с последними событиями. Иван промолчал, он не хотел вспоминать о том случае. Но тут он подумал, а ведь если бы не этот бой, может этого разговора и не произошло бы. Парень ощутил необычный прилив сил от того, что не просто так все произошло и вершится сейчас. - И получается моя травма никак не влияет мою кандидатуру? - Все верно. - В чем же подвох? Вам так интересны люди с серьезными травмами? - Не совсем. Да, конечно мы могли бы выбрать более здорового и тренированного человека, нежели чем Вы, но как показывает практика, они не настолько, как бы Вам сказать, “сильны” и морально устойчивы. Дело в том, что такие люди, как Вы, прошли через все эти муки, боли и страдания. Вы были на вершине Олимпа, но упали. Упали, но выбрались с новыми силами, которые готовы применить для свершения новых дел. Вы готовы, не жалея себя, ломать преграды. Все остальное можно исправить, кроме морального духа человека. Но чтобы Вы не переживали и не искали какие-то каверзные вопросы - я расскажу Вам в чем заключается суть работы. Мы собираем отряд, который может оказать существенную конкуренцию, так называемому “Синдикату”, иначе их называют Охотниками. Слышали ли Вы что-нибудь о них? - Только на уровне слухов. - Хорошо. - улыбнулся Жданов. - Но только оказывается так, что именно такой слух может оказаться правдой. Они действительно существуют, и очень хорошо скрываются среди нас. Не переживайте, здесь их нет. В последнее время, они стали очень сильно оказывать влияние на нашу систему безопасности, говоря о том, что может прийти Апокалипсис. Конечно, мы привыкли, что многие несут такой бред, но когда левая структура подбирается близко к государственным органам, это начинает вызывать беспокойство. Наша задача - осуществить контроль за их действиями. - Только из-за этого и создается специальный отряд? - спросил Иван. - Нет, что Вы. Данную цель можно назвать первой операцией. Основная цель нашего отряда будет уничтожение противника повышенной опасности: я имею в виду более секретные операции, объекты, люди. Так что можете сказать на это? - Понимаю, что Вы говорили уже об этом, но как исправить мое состояние здоровья? - Мы об этом позаботимся. Специальный костюм даст Вам все, что требуется и даже больше. - ответил Жданов, передавая Ивану папку с документами. - Защита близкий? - Безусловно. - Я… я… - запинался Иван, подбирая нужные слова. Он читал документ, в котором было подробно описан процесс создания "супер" солдата, который будет выполнять цели высокого уровня угрозы. Конечно это не управление "М", но и не управление "А". Это нечто большее. . - Я согласен. - ответил он, и как ему показалось, Жданов был не уверен в серьезности ответа. - Вы... Вы точно согласны? Потому что сейчас Вам необходимо будет собирать пакет документов. На этом этапе у Вас могут возникнуть новые вопросы и будет возможность оставить все как есть, но потом дороги назад не будет. - Да, я согласен. Если это все так, как Вы говорите, я хочу попытаться изменить свое будущее. Вы сами сказали, что мы сами выбираем свою судьбу, значит это мой выбор. Если это поможет мне стать тем, кем я был и даже лучше - мой ответ “Да”. - Как я думаю, мы пришли к согласию? - Да. Вопрос в другом - через какой промежуток времени нужно быть готовым? Жданов посмотрел на календарь. Пролистав несколько страниц, он ответил: - Сейчас у нас сентябрь месяц. Ориентировочно через год. Может быть даже так, что месяцем раньше, месяцем позже. И вопрос не стоит в том русле, что нужно быть готовым, вопрос будет заключаться в том, готовы ли вы оставить все здесь. - Я думаю... с этим не будет проблем! - Иван неуверенно улыбнулся. - Тогда, я очень рад - это слышать. - радостно воскликнул Жданов, пожимая руку парня. Они продолжали разговаривать - инициатива набора людей в специализированную группу воодушевила Ивана настолько, что он не заметил, как прошел практически весь оставшийся день. Калинин настолько заболтался, что не увидел порядка пяти сообщений от Оли, которая беспокоилась о том, как прошла беседа у Гусева. Заглядываясь на часы, Жданов был не удивлен, а ошарашен, что время близилось к восьмому часу вечера, а беседа с Иваном было одной из задач, которую он выполнил вместо всех. Но это нисколько его не расстроило - бумаги могут подождать, а вот человек нет. Кирилл передал Ивану флэшку, на которой располагалась информация для ознакомления с планируемым составом отряда, задачей и часть документов для первого этапа. Капитан и его сопровождающие вышли первыми, за ними последовал Иван. В какую сторону они ушли, он понять ее мог - словно растворились, или так надо, если они собирают информацию по Синдикату и их Охотникам. Калинин достал телефон, успел побледнеть от пропущенных звонков от Оли. Быстро исправляя эту ситуацию, он принялся ей названивать. Прождав шесть пропущенных вызовов, на работе а седьмой девушка ответила: - Вань, а теперь объясни мне, пожалуйста, почему ты не брал телефон?! - Оль, у меня крутейшая новость для тебя. - ответил Иван. - Калинин-Калинин, не такого ответа я ждала от тебя, надеюсь твоя новость лучше моей. - вздыхая ответила Ольга. - Что у тебя случилось?! - Все нормально. Рассказывай, как все прошло у тебя. Не томи. Иван чувствовал, что Оля чего-то не договаривает. Он будто бы хотел продолжить надавить на нее, чтобы девушка ему все рассказала, но решил, что сейчас это будет через-чур. - Гусев отстранил меня от боевой службы, хотел перевести работать с молодыми, которые только-только пришли. - Гусев боится за свое место. Ему поставили условие: или он, или ты. Он решил обойтись самой малой кровью. - Перебила Оля. - Так и есть. Три месяца, повторная комиссия, на которой будут предвзято относится и здравствуй гражданка... Я написал рапорт. - Но что-то ты не сильно расстроился из-за такой новости. Калинин... что ты опять натворил? - С крайним подозрением спросила девушка, слушая спокойную речь Ивана. - Меня хотят взять в новую программу федералов - это все, что я могу сейчас сказать. Остальное при встрече. А у тебя какие новости? - Сегодня я уезжаю в командировку. - Ответила девушка. Со стороны Ивана Оля слышала только тяжелое прерывистое дыхание. - Ваня? Ты там как? - Как-как - хреново... блин. Как хоть так получилось?! Обычно должны заранее предупреждать же! - Предупреждают заранее если ты работаешь в частной структуре, но когда ты работаешь в государственной структуру или, как теперь меня оповестили, теперь в правительстве, все может поменяться в одночасье. В ответ Оля слышала только тяжелое дыхание Ивана, который был опустошен новостью. Но это было лишь только частью, самый "сок" ждал его впереди. - Сколько дней тебя не будет? - Вань... тут вопрос не в днях. Тут вопрос в месяцах - от одного до трех. - Твою медь! Прости... я не могу подобрать слов. Какие к черту слова! Во сколько выезд?! Через сколько отправление?! - Через минут сорок. Я уже на вокзале. Ваня? Ты здесь? - Но она слышала лишь частые гудки. *** Оля сидела в комнате отдыха, ожидая свой поезд, который увезет ее на неопределенное время в командировку. Ей самой не нравилась вся эта затея начальства, но если было сказано, что надо, значит надо. Девушка, изначально, не хотела говорить о своей поездке Ивану, из-за последних событий парень хоть и пытался держаться "молодцом", но, по щелчку пальцев, нельзя все и сразу вернуть все на круги своя. Но не сообщив об этой новости кем бы он стал ее считать? Нет, он ее не будет проклинать или устраивать многочасовой разговор по телефону, парень просто снова уйдет в себя и уже из этой, более глубокой, ямы ему будет трудно выбраться. А Оля является тем самым маяком, той самой рукой помощи, которая всегда была рядом с ним не смотря ни на что. Точно так же и Иван являлся для нее светочем во тьме. Бывало так, что их дороги расходились на неопределенное время и снова сходились. Оба, в какие-то моменты жизни, находили "попутчиков", считая их своими дополнениями и спутниками в жизненном пути. Но реальность была полна разочарований, каждый обжигался в отношениях, оказываясь наедине со своими мыслями о том, что все утрачено. Но все эти прошедшие события только сближали их друг с другом сильнее и сильнее. Понимая, что их дружба может перейти на новый, более высокий, уровень и боясь прошлых разочарований, Иван и Оля решили не бросаться в омут с головой, а, для начала, держаться как можно ближе к другу, поддерживая, помогая, дополняя во всем, пока они с уверенностью не смогут сказать друг другу, то что сейчас тщательно сдерживают и скрывают. И сейчас, сидя на вокзале, Оля понимает, что дает слабину, что без Ивана, его присутствия в ее жизни, она может вновь потеряться где-то, забрести в темный угол, из которого не сможет найти дорогу назад. Возвращая девушку в реальность, голос из динамиков оповестил всех пассажиров, ожидающих прибытие поезда, что им необходимо пройти на платформу для посадки. Оля взяла чемодан, и вышла на перрон, но почувствовала, что ее кто-то очень сильно тянет назад. Разбираться было некогда - или это была чья-то рука, или просто показалось, - и Ольга резко рванула вперед, пытаясь вырваться из чьих-то цепких объятий. Но, к ее удивлению, это ей не удалось. Девушка обернулась, чтобы посмотреть, кто ее держит, и увидела перед собой Ивана. Он взял ее чемодан и, не проронив ни слова, Калинин повел ее к поезду. Они зашли в вагон, сели и Оля посмотрела на него, улыбаясь. Иван подмигнул ей, и ее улыбка стала еще шире. Она была безумно рад видеть его. - Ну, как ты? - спросил Иван. Оля смущенно кивнула головой. До отправления было еще полчаса запаса времени. Оля встала и подошла к окну. Иван смотрел на нее и вдруг заметил, что она плачет. Он подошел к ней и обнял ее за плечи. - Что случилось? - спросил парень, стараясь прочитать в ее глазах ответ на этот вопрос. - Все хорошо,- ответила она,- Просто я так долго ждала этого дня. У тебя все реализуется, как ты хотел, меня отправляют на стажировку. Вроде как наши мечты начинают воплощаться в реальность. Иван облегченно вздохнул. - Так ты рада? - спросил он, целуя ее. - Потому что тут может быть только два объяснения твоим слезам: или тебя так переполняют эмоции счастья, или ты очень сильно подавлена этим. Она кивнула. Они смотрели друг на друга. И вдруг он увидел, что ей очень грустно. "Она не рада",- подумал Иван и посмотрел на нее. Ее глаза были полны слез. Он вспомнил, как она плакала, когда они в очередной раз сходились и расходились. И время расставания с каждым разом увеличивалось и увеличивалось. - Оля, милая, что с тобой? Почему ты плачешь? Она вытерла слезы и посмотрела на него. - Я не плачу. Просто я вспомнила, как все было прекрасно. Но теперь снова все меняется. Мне кажется... что мы опять у той самой черты... Снова. Иван взял ее за руку и спросил: - Ты думаешь, мы снова расстанемся? - Не думаю... я чувствую это. - ответила девушка, вытирая слезы с глаз. - И что на этот раз все произойдет сильнее и серьезнее. Все эти изменения не к добру. Они что-то принесут нам с тобой. - А что будет, если все так и произойдет? - спросил Иван. - Что тогда случится? Ты знаешь? - Оля покачала головой. - Нет, не знаешь. И тебя это пугает. - Я хочу, чтобы все было хорошо. Я боюсь... Вань. Я не хочу обременять нас... особенно тебя. Иван обнял ее. Он знал и прекрасно понимало, что девушка права, но все равно не хотел оставлять ее одну. Не хотел, чтобы она страдала из-за него. Чтобы она отказалась от своей мечты. - Оля, все будет хорошо. Мы справимся... придумаем что-нибудь. Я тебе обещаю. А сейчас... давай не будем думать об этом. - Иван отвернулся от нее, он не мог смотреть ей в глаза. - А сейчас ты должна делать то, что нужно. Тебе необходима эта командировка. И я... никак не могу препятствовать тебе в этом... Ты должна быть счастлива. Просто... будь счастливой. Мы справимся... Все будет хорошо. Она улыбнулась и поцеловала его в щеку. Он улыбнулся ей в ответ. - Господа провожающие! Просьба покинуть вагон. - послышался звонкий голос контроллера. Оля крепко-крепко обняла Ивана, и он пошел к выходу. Калинин вышел на перон, девушка продолжала стоять у окна, глядя на него с тоской. В его голове кружились мысли. "Я должен ей в этом признаться!" - думал он. Вагон тронулся, поезд начал набирать скорость. Девушка продолжала стоять у окна. Иван шел, вслед, за вагоном, в котором она сидела, улыбаясь и махая ему рукой. Он тоже помахал ей. Поезд набирал скорость, и скоро Калинин остался позади. Он остановился и смотрел в след уходящему вагону, пока тот не скрылся из виду. И тут Иван ощутил огромную пустоту в душе. Но она была не такой мучительной как боль. Он шел домой, и в его голове роились мысли: "Что же теперь делать? Что же дальше?" Проходя мимо дома, в котором они жили, он увидел, как из окна на втором этаже горит свет. Иван рванул к двери подъезда, пролетел лестничный пролет и вбежал в квартиру. Но тут было пусто. Видимо Оля забыла выключить свет. Калинин скинул ботинки, куртку бросил где-то в коридоре. Подойдя к холодильнику, он достал оттуда холодное пиво, сел за стол, включил ноутбук. Открыв почту, на боковой панели которой красовалась цифра "один", Иван на жал на нее. Это было сообщение от капитана Жданова. "Иван, если ты окончательно решил участвовать в программе по созданию специального отряда, тебе необходимо будет пройти ряд тестирований и сдача определенных анализов. Отправляю отдельным документом. Сейчас можешь отправить документы для первого этапа. Приступай ко второму, если готов. Как закончишь, свяжись со мной." Иван закрыл ноутбук, открыл пиво и, сделав один глоток, улыбнувшись, положил его рядом. Он не думал о том, что с ним может что-то произойти. Ведь если ему удастся пройти все тесты и сдать все анализы, то он станет частью проекта. В этом он был уверен. Нажав кнопку "ответить", Иван начал набирать сообщение. "Капитан, я готов пройти любое тестирование, сдать любые анализы. Я согласен на все, что вы скажете. Я готов стать частью проекта."