Пророчества

***

Может быть ночь страннее дня? Приближающиеся зачеты снова не дают спать. Хотя может не они, а предсказания? Сириус Блэк в стенах школы. Бред какой-то. Так говорили все студенты и смотрели на Софи такими взглядом, будто она хочет привлечь к себе больше внимания, больше чем положено на обычного студента. Только это было не так. Она слишком устала чтобы еще и ловить эти, осуждающие её пророчества, взгляды. — Настойка бадьяна — перевернула с легким шорохом страницу старой книги, освещенную единственным светом комнаты-маленькой свечой. Словно что-то другое мог быть звоном, который разбудит школу. Буквы плыли в зрачках. Год изготовления. Изготовитель. Рецепт… Это всё нужно знать чтобы сдать экзамен не на Тролля. Конечно сдать плохо — маловероятно, но всё же хотелось превосходно. А вот превосходно и профессор Снейп — несовместимо. Резкий удар чего-то стеклянного нарушил учебную атмосферу и тишину комнаты. Софи вскрикнула от звука и быстро прикрыла рот ладонями, понимая что не поставила заглушающие чары. Еще не хватало разбудить кого-то из старост. Особенно Перси… такое устроит. Что могло упасть? Медленно пошла в сторону звука. Черт возьми почему она боится? Она же в своей комнате. Легкий белый, как от потухшего костра, дымок кружился над осколками. Это был шар. Стеклянный шар предсказаний, который она получила в подарок от Сивиллы на прошлое Рождество. Расстройство накатило на неё, это была очень важная вещь. Слишком дорога её сердцу. Она видела в нем всё то на что не хватало сил от обычных предсказаний. Иногда этот шар помогал избавиться от страшных пророчеств. Он помогал так словно впитывал весь негатив. Софи наклонилась чтобы собрать осколки. Грустно понимать что подарок и года не прослужил. Это она виновата, скорее всего частое проветривание комнаты послужило такому исходу. Она медленно складывала кусочки в кучу. Наверное в кучу, ведь растрепанные поседевшие пряди скрывали от наклонившегося лица прозрачные осколки подарка. Казалось будто специально скрывали что-то еще. Пришлось остановиться и убрать то что её дар так безжалостно крадет. Пряди отправились за уши. Мгновение девушка заметила много желтых кругляшков в глубине осколков. Они прыгали по стеклу как солнечные зайчики. Скорее всего из-за этого Софи подумала что очередное и видимо последнее предсказание коснулось стекляшек. Только в разбитых стеклянных шарах видно отражение и только. Осознание резко нахлынуло и девушка подскочила к палочке, которую оставила на столе пока занималась. Только было поздно. Резкий толчок в стену и девушка замерла. Голова закружилась и ноги подкосились. Темнота окутала холодом. Слишком липким. Как слюна пса.

***

Римус подскочил в холодном поту. Голова пульсировала, кипела, пыталась не взорваться. Римус… Римус! Римус пожалуйста… Сел на край кровати схватившись за виски. Зовет. Что-то случилось. Может ли привязь так влиять на сознание? Может это просто шестое чувство его зверя? Римус не понимал, но и не хотелось. Опасность она и есть опасность. Так что не имеет значение каким образов он узнает что его просят помочь, спасти, вытащить. Сделать всё чтобы Софи была в безопасности. — Лучше бы она была рядом. Темные штаны и старая серая кофта связанная его мамой. Это всё оказалось на нем так быстро, что любой военный позавидовал бы такой скорости. Не стоит задерживаться если всё правда слишком плохо. Палочка, пароль на комнату и он ушел. Почти бежал. Стрелки неумолимо двигались вперед к цифре три. Может это время опасностей и страха, а может Хогвартс не такое безопасное место как говорит Дамблдор. Лестницы крутились не позволяя пройти по ним. Это конечно для учеников, чтобы они не покидали ночью свои комнаты. Но сейчас ситуация сложнее. Несколько взмахов палочки и они выстроились в порядке для прохода к башне старост. Эта несложная магия для педагога Хогвартса. Волшебство из того списка что выдают всем работникам, в котором пароли и другие секретные от учеников чары. Римус запнулся. Всё же волнение слишком сильно било внутри что ступать по ступеням с каждым разом страшнее. Но времени не было, чтобы его терять. Она звала, почти как в тот раз когда была в Трех метлах, только в этот раз голос внутри был болезненнее. Как будто он опаздывал. Гостиная старост пустила внутрь. Ничего необычного. Легкий огонек в камине согревал осенний воздух который запустили перед сном. Полки с книгами и кресло с диванчиками всё также на своих местах. Люпин прошел наверх в комнату Софи. Дверь покачивалась из стороны в сторону. Это первое что заставляет паниковать, ведь все всё всегда должны закрывать, зная что за пределами школы бродит опасный преступник, которому только выпадет возможность и тот сразу её использует. Мысли все больше погружали в панику. Он пытался убедить себя что всё хорошо. Что Софи просто устала и уснула, забыв закрыть дверь. Но нет… Софи разве может так необдуманно поступать? Римус произнес заклинание и легкий огонек из палочки вырвался освещая комнату в которую он медленно зашел. Глаза, серебристые как Луна от страха, блуждали по мебели. Кровать, не тронутое место в эту ночь. Потухшая свеча над фолиантами по зельеварению. Разбитый шар. Кровь ударила резким металлическим запахом. Римус зажмурился. Надеялся что она просто порезалась осколками и сейчас зайдет в комнату с перевязанной рукой, но нет. Тут был запах не только крови. Запах зверя, потрепанного, чуть ли не иссушенного до смерти. Римус чувствовал это. — Еще кто-то? — прошелся по комнате пытаясь найти хоть намек на то где Софи могла быть. И нашел, нашел клок собачей шерсти знакомой с юности.

***

Пыталась ухватиться за землю последними силами. Ломала ногти. Они отрывались как сухие осенние листья с деревьев. Софи делала всё чтобы гримм не утащил её дальше в лес. Но не получалось. Было больно. Голова кругом от того что её тащат за ногу как тряпичную куклу. — НЕТ! — закричала от того что глаза на секунду зацепились за знакомое дерево. Гремучая ива вертела своими лапами-ветвями маня гримма к себе и пугая девушку еще больше. Почему он её тащит? Почему не убил на месте? Ветка дерева от ярости замахнулась по псу, но промахнулась и ударила по ноге девушки. Резкая боль сломанной кости отключило сознание Софи, позволяя псу сделать то что он и хотел.

***

Остановился на выходе школы. Тишина в голове. Мучительная, она опустилась пеленой на глаза профессора ЗОТИ. Она звала его, молила всё это время, но сейчас нет. Что происходит? Быстрые шаги вновь приелись ногам Римуса. Он шел со знанием того кто был в комнате и чей это клок. Земля в перемешку с кровью, с её кровью, вела его. Вела до холма, до той возвышенности которую он знал с детства. Листья ивы, единственная зелень к концу октября, напоминали боль далекого прошлого. Очередное заклинание и дерево поникло. В нем больше не было живой души, пока что…

***

— Ренервейт! Зрачки девушки дрогнули, как от резкого толчка или страха. Глаза распахнулись. Боли не было, но нога… Нога опухла, это чувствовалось от того как пижамные штаны были в обтяжку на икре. Софи могла бы предположить что нога синяя, но сейчас не до этого. Сейчас человек стоял над ней направив на неё палочку. Её палочку. — Сириус Блэк? — Мужчина с многочисленными наколками ухмыльнулся. Это предсказание, которое не должно было сбываться. Как счет квиддича в прошлом году. Она ошиблась на пару очков, это конечно не повлияло на исход игры, но всё же… Это пророчество плохое, плохие не должны сбываться. Не имеют право на существование. — О чем задумалась? — девушка сглотнула от ужасающего её голоса. Тот самый что она слышала по радио. Сириус Блэк кричал когда его заковывали в цепи. Эту запись иногда крутили как напоминание событий прошлого. Палочка, ее древко все также направлена на неё. Один взмах, два слова и из Софи выйдет последний вздох, самый тяжелый которой мог быть в её жизни. Даже смерть мамы не удосужились такого дыхания. От этого стало больно. Слезы вновь появились на глазах. — Да, Мерлин, не реви! — отвел палочку в сторону, показывая что он не собирается ничего делать. Может это такой ход? Не убил сразу потому что ему что-то нужно и как она ему это отдаст зеленая вспышка ей обеспечена. Скип двери привлек внимание бывшего узника, отвлекая от девушки, которая всеми силами отодвинулась подальше, пытаясь не обращать внимания на появляющуюся боль в ноге. Отодвигалась в надежде скрыться. Получиться ли? — Экспеллиармус — её палочка отлетела из рук Блэка к ней, почти… Всего лишь доползти и древко в руках. — Блэк! Софи не двигалась. Дошедший до неё голос заставил замереть. Почему он здесь? Как так вышло? Магия? Снова? — Люпин — в голосе слышалась ухмылка, но какая-то грустная, больная. Они смотрели друг на друга. Софи не понимала этот взгляд. Он был слишком странным, слишком неправильным от Люпина по отношению к этому человеку. Янтарные глаза смотрели до тех пор пока не произошло то чего не могло произойти ни в каких реальностях. Не могло же? Они обнялись. Слишком крепко. Так словно старые друзья. Будто Блэк никогда не предавал и не сидел в Азкабане. Объятия такие как были у неё с Аделаидой несколько дней назад. Что между этими людьми? Они знают друг друга? Они друзья? Вопросы крутились в голове пока девушка медленно подползала к своей палочке. Она не привлекала внимания. Все выглядело так что её будто и не было здесь. — Он жив! Петтигрю жив. — Сириус говорил как умалишенный. Это понятно, отсидеть больше десятка лет за решеткой окруженной дементорами не останется незамеченным. Даже наоборот это вполне могло свети последних тараканов головы на которых держался мозг этого человека. — Быть не может! — ярое внимание друг другу, не давало возможности им увидеть то что могло засадить обоих за решетку или даже хуже. — Крыса Уизли, это он, ты же помнишь? Скажи что помнишь — Блэк держался из последних сил чтобы не встряхнуть старого друга. Всё было слишком странно и непонятно. Да и не хотелось понимать. Было достаточно того что предатель там был не один. Софи ушла медленно, незаметно. Было почти нереально это сделать, но у неё получилось. Она вышла на холм. Держалась за какую-то деревяшку, импровизированную трость. мысли нахлынывали одна за другой. Предательство Римуса… Он выбрал Блэка, а не её. Было больно. Даже сломанная нога с прокусанной щиколоткой, за которую её тащили, болела не так сильно как сердце. Как всё изменилось за несколько месяцев. Вот ей плохо и она хватается за Римуса как за последнюю надежду, а вот он хватается за последователя Темного лорда. Мысли ужасно путались. Хотелось не верить в то что она видела. Но она отличает предсказание от сна и реальности. За столько лет научилась. Ива начала медленно приходить в себя поэтому Софи, с мыслями о том что получить от дерева она снова не хочет, пошла прочь. Причем ей не сдобровать если её пропажу обнаружат эти двое.

***

Помфри не спрашивала, она устала спрашивать что произошло у её постоянной гостьи. Каждый раз она в какой-то передряге. Как Гарри Поттер, только мальчик веселиться, а вот Софи страдает. Девушка выпила зелье. Не такое противное как костерост, но не настолько лучше него. Гадость еле удалось проглотить, но попробуй этого не сделать от такого устрашающего взгляда Помфри. — Полежи здесь сегодня. — она взбивала подушку, когда увидела что девушка в припрыжку на одной ноге последовала на выход. — Стой! — Мадам Помфри — Янтарь покрылся морем соли, глаза стали мокрее дождливой погоды — прошу, можно не здесь, я не смогу — горечь в голосе девушки заставило женщину дрогнуть, согласиться и отпустить мисс восвояси своей спальни. — Я напишу отгулы, на неделю — будто читая мысленную просьбу произнесла женщина в медицинских одеждах.

***

Она шла, еле наступая, но шла. Лестницы меняли направление снова и снова. Крутились как голова Софи. Поэтому она остановилась на одной из ступеней когда вовремя не успела переступить на спокойную от магии часть. — Софи — голос послышался с самого низу. Стало страшно — погоди пожалуйста. Не могла, ей нужно было идти. Их больше ничего не связывает. Даже магия не способна помочь закрыть глаза на произошедшее. — Софи! — Римус ближе на этаж, а она все дальше вертиться на этой чертовой лестнице. — Ты думаешь я предатель? Последнее слово вонзилось в голову и она снова пропустила выход с очередного круга. Дала фору нагнать её. Он шел перескакивая через ступени, пытался догнать её, говорил чтобы затормозить девушку. Но Софи не хочет сомневаться. Она видела то что видела и этого не изменить. Он сам выбрал сторону, теперь выбирает она. Выбирает не его. — Ты многого не знаешь — молящий, останавливающий голос не позволял сделать шаг. Снова пропуская выход — дай всё объяснить. Ступил на её лестницу. Страх окинул Софи с головой. Нужно бежать. Бежать и не смотреть на боль в ноге, на боль в сердце. Она бы сделала это, но круг снова начался сначала. Три метра между ними. Лестница крутилась пока Римус приближался. Два. — Давай обсудим — Софи подошла на самый край от того что Римус ближе. Казалось воздуха не хватало, несмотря на то что этого и быть не могло. Один. Протянул руку и почти схватил. Должен был схватить и притянуть в объятия. Объяснить, рассказать о прошлом, но… Она прыгнула с последней ступени к выходу с этого чертова колеса. Римус замер. От страха что она упадет. Полетит вниз меж лестниц и перил, разобьется из-за него. Он должен был остановиться, обязан не пугать. Выдохнул. Софи прокатилась к дверям этажа на котором должна была сойти несколько поворотов лестницы назад. Слава Мерлину что расстояние было незначительным. — Нам нужно поговорить — не утверждение а мольба. Римус отдалялся на крутящейся штуковине и смотрел как отрицательно качает головой Софи, а затем, прихрамывая, скрывается из виду за одной из дверей. Ударил по перилам, со всей злостью. Но злость была не на девушку, на себя. Он ненавидел себя. Даже в минуты превращения ненавидел себя настолько как сейчас. — Софи — говорил шепотом, смотря на носки своей обуви — прости меня… прости.

***

Защита. Множество защитной магии, чтобы скрыться, чтобы переждать боль. Слезы больше не могли скрываться и полились третьим шквалом из глаз. Больше не хотелось ничего. Ни занятий, ни экзаменов, ни стажировки. Хотелось лечь и не вставать больше никогда. Перед глазами как в замедленной съемке кружили объятия этих людей. Даже закрывая их эти силуэты не испаряются, а лишь больше обретают красок. — Не могу — всхлипнув, Софи села на кровать, взгляд прошелся по комнате и остановился на полке комода, которую девушка никогда не собиралась открывать. Зареклась не открывать — акцио… — она взмахнула рукой с древком, которую от пережитого охватил тремор, и ящик задрожал, словно почувствовал обращение к себе — …шоколад. Сладость опустилась на колени с такой горечью, которую Софи никогда не видела на лицах людей за все годы своей жизни. Плитка темная, ярко показывала всё что происходит перед девушкой. Лишь темнота снаружи. Значит и внутри. Маленький кусочек отправился на язык даря сладость. Шоколад, чертов шоколад позволил захватить дару янтарные радужки. — Справлюсь — зажмурила глаза. Сломлена сейчас… в последний раз…