Unforgivable

      Первые дни стажировки отдавались по всему телу приятной ноющей болью. На этой неделе Гарри больше не приходилось аппарировать на место происшествия: Эд завалил его работой настолько, что время проносилось с молниеносной скоростью и без скакания с места на место. Ему нужно было перепроверить все показания, взятые у магглов, занести в протокол выводы экспертизы колдомедиков, изучить свежие дела, где фигурировали тёмные артефакты, на предмет схожести воздействия на жертву, перепроверить все последние случаи появления обскуров — в общем, сделать настолько много, чтобы его отсутствие следующие четыре с половиной учебных дня было не слишком заметно. Выбираясь ближе к вечеру из офиса, Гарри аппарировал на Гриммо и сразу же без ужина и ванных процедур заваливался в постель.       Когда Гарри трансгрессирует по каминной сети в Хогвартс, у него сразу же появляется ощущение, будто он спит. Ещё вчера он по полочкам разбирал уцелевшие части тела жертвы, а сегодня уже сидит на ЗОТИ вместе с Роном и Гермионой и решает тесты.       Ко вторнику он уже более или менее приходит в себя. Учиться в первые недели всегда было проще, чем в конце года — мало домашнего задания и много свободного времени, которое они с Роном зачастую тратили на обсуждение квиддича, походы к Хагриду и посиделки в гостиной. — Итак, мои дорогие, сегодня я разобью вас на группы. Мы будем повторять азы зельеварения, а в компании друзей это будет веселее и эффективнее, не так ли? — Слизнорт, воодушевленный собственной чуткостью и остроумием, довольно расхаживает у своего стола. — На повестке дня у нас Уменьшающее зелье, Раздувающий раствор и Умиротворяющий бальзам. Первые два я попрошу вас приготовить, особого труда это не составит. На тему Умиротворяющего бальзама я вас также в группах попрошу составить небольшое эссе. Пропишите рецепт и эффект от употребления. — Ну, вроде несложно, — тихо выдыхает Гермиона, всегда слишком переживающая во время любых занятий. — Что же касается групп... Профессор Макгонагалл теперь настаивает на некотором сближении факультетов, поэтому я попрошу Вас, мисс Грейнджер, составить компанию мисс Патил и мистеру Макмиллану. Мистер Малфой, пересядьте к мистеру Поттеру. Работаем в таком составе, возражения не принимаются, — и с этими словами профессор садится на своё место, довольно оглядывая учеников. — И чего это он так радуется? — недоумевает Гермиона, собирая свои вещи. — Кажется, он меня теперь ненавидит. Иначе я это объяснить не могу.       Гарри задерживает дыхание, набрав полную грудь воздуха. Ещё один преподаватель зельеварения очевидно жаждет его скорой смерти. Или Тролля по предмету. Так или иначе, в компании с Малфоем он вряд ли сможет наскрести даже на Удовлетворительно.       Осторожно скосив глаза в бок, он замечает движение справа от себя и быстро отворачивается, с преувеличенным любопытством осматривая собственные ладони. — Подвинься, Поттер, — раздаётся раздражающий до чёртиков голос над ухом.       Вдох, выдох, вдох, выдох. Гарри двигается, уступая своё место Малфою, и убирает учебник в сумку. — Работу разделим. Я бы предпочёл готовить всё сам, но, к сожалению, не успею тогда закончить вовремя. Поттер, займись Раздувающим раствором. Остальное я сделаю сам.       Гарри уже почти открывается рот для того, чтобы высказать всё то, что он думает о Малфое и его командах, но, поймав строгий взгляд Гермионы, вместо этого лишь удручённо соглашается.       Он уже готовил это зелье на втором курсе. Это было давно и преподавал тогда Снегг, но рецепт всё ещё был достаточно простым. Ему нужны крапива, глаза рыбы-собаки и селезёнка летучей мыши. Ничего сверхъестественного.       Стараясь выразить всем своим видом вселенскую скорбь и неудовольствие, Гарри идёт за ингредиентами и ставит котёл на огонь.       Измельчив сушёную крапиву, он добавляет в ступку глаза рыбы-собаки и принимается с особым усердием измельчать ингредиенты до состояния однородного порошка. Гарри точно поверит в существование бога, если сегодня всё пройдёт гладко.       Осторожно ссыпав порошок в котёл, Гарри ждёт полминуты, взмахивает палочкой и снимает его с огня на полчаса, чтобы зелье настоялось. Чувствуя, что в ближайшее время ему абсолютно нечем себя занять, он косит глаза в сторону Малфоя, сосредоточенно добавляющего очищенную смокву в свой котёл. Тот абсолютно точно знает, что делает: все движения чёткие, строго выверенные, точные до тошноты. — Поттер, если тебе скучно начни писать эссе, не нужно на меня пялиться.       Вздрогнув от неожиданности, Гарри бросает раздражённый взгляд на слизеринца и пододвигает к себе подготовленное им перо с чернильницей, оставив на пергаменте большое чёрное пятно. Ощущая на своём затылке недовольный взгляд Малфоя, он немного приободряется, вспомнив, что не ему одному не нравится такая компания. Достав новый свиток пергамента, он выводит в правом верхнем углу их фамилии, нарочно скосив строчку "Драко Малфой" так сильно, как только может.       Набросав пару строк о свойствах бальзама, Гарри отвлекается на свой раствор, понемногу приобретающий нужный цвет и консистенцию. Поставив своё зелье на огонь, он замечает, как Малфой склонился над пергаментом, недовольно сморщив нос и гневно зачёркивая какие-то слова. Почувствовав ещё больший душевный подъём, Гарри бросает в свой котёл селезёнку летучей мыши и мешает зелье четыре раза против часовой стрелки. Он бросает взгляд на часы, засекая время, и снова смотрит на Малфоя, отошедшего от пергамента на своё место.       Молчащий Малфой был чем-то доселе неизвестным, как диковинная птица из далеких восточных стран. И так действительно намного лучше — работают они не вместе, но, по крайней мере, идут к одной цели.       Закончив с Раздувающим раствором, Гарри довольно оглядывает своё творение. Тот самый идеальный жёлтый оттенок зелья говорит всё сам за себя. Кажется, это первый раз, когда он сварил зелье по памяти сам, и оно действительно вышло идеальным.       На пергаменте с эссе ровным почерком Малфоя уже выведено первых два пункта рецепта. Гарри, с довольным видом, прописывает третий, который запомнил на всю оставшуюся жизнь лишь благодаря Снеггу и его редчайшему дару доводить Гарри до белого каления. Не решившись заканчивать работу самостоятельно, ибо остальные пункты были слишком смазаны в его сознании, он представляет место у руля Малфою, который тоже уже закончил и недоверчиво косился в сторону эссе, силясь с этого расстояния разобрать корявые буквы Поттера. — Гарри, мой мальчик! Десять баллов Гриффиндору! — Слизнорт от радости даже хлопает в ладоши, с улыбкой от уха до уха остановившись у их стола. — Чудесный раствор! Просто чудесный! Я так и знал, что Вас это будет слишком просто. Ваша мать гордилась бы Вами!       Гарри, немного покрасневший от стараний профессора поклониться ему в ноги, неловко улыбается и кивает, отдавая пергамент с их докладом, законченным рукой Малфоя. — Мистер Малфой, очень даже неплохое зелье, — Слизнорт наконец отходит от Гарри, со значительно меньшим удовольствием осматривая содержимое котла слизеринца. — В этом году Вы делаете успехи.       На удивление Малфой лишь бормочет что-то вроде «спасибо» и начинает собирать вещи. Никаких язвительных комментариев или надменных взглядов — вероятно без своей свиты он чувствует себя гораздо менее уверенно. — Гарри, — Гермиона подлетает к нему сразу же, как только Слизнорт объявляет, что они свободны. — Ты молодец! — Спасибо. Видимо, когда рядом не стоит хмурый преподаватель и не дышит мне в затылок, сконцентрироваться намного проще.       Подруга с напускным недовольством фыркает, еле сдерживая улыбку, и, помахав рукой на прощание, убегает на Трансфигурацию, бормоча что-то о подготовке и сложном задании.

***

— Ну, это же хорошо, верно? — уточняет Рон, озадаченно глядя на раздосадованное лицо друга. — Малфой не мешал, ты заработал баллы факультету. В чем дело тогда? — Не знаю. Это... Просто странно, — бурчит Гарри, отодвигая от себя пирог с патокой. Настроения переходить к десерту нет совершенно. — Я бы сказал, что на самом деле «странно», но тебе это вряд ли понравится.       Рон залпом выпивает стакан с тыквенным соком. — Ты не представляешь, что сейчас на Заклинаниях учудил Гойл. Вместо того, чтобы наслать на Джастина Силенцио, он ему чуть руку Бомбардой не оторвал. Я сначала подумал, что специально, но у него было такое ошалевшее лицо, ты бы видел. Как будто палочка без его вмешательства это сделала, — смеётся Рон, морща нос. — Я всегда знал, что он придурок, но чтобы настолько... — Мальчики! — Гарри вздрагивает, когда напротив него приземляется Джинни, вся раскрасневшаяся словно после долгой пробежки. — Квиддич! — Что? — Рон смотрит на сестру с таким недоумением, словно она только что на его словах поцеловала жабу, а та и не думает превращаться в принца. — Квиддич! — повторяет Джинни, откинув постоянно лезущие в лицо волосы назад. — Гарри, ты снова наш капитан! — Что? — тупо переспрашивает Поттер, не сразу вникнув в суть её слов. — Кто тебе сказал? — оживает Рон, понижая голос до оглушительного в тишине Большого зала шёпота. — Я услышала разговор профессора Колдуэлл с Макгонагалл, — выхватив из рук Рона стакан, девушка прикасается к нему палочкой. — Они спорили достаточно оживлённо, и мне стало любопытно... — остановившись, чтобы залпом выпить воду, прямо как её брат двумя минутами ранее, Джинни морщится, прежде чем продолжить. — Директор почему-то не очень хотела назначать тебя на должность. Но Эндрюс смог её убедить. В общем, в скором времени жди приглашение от нового декана, Гарри. Уверена, это будет решение в твою пользу. Лучшего капитана у нашей сборной никогда не было. — Мне почему-то казалось, что нам вообще не позволят играть в этом году, — задумчиво протянул Рон, откусывая кусок пирога. — Почему Макгонагалл не хотела назначать меня? — слова директора, пересказанные подругой, неприятно скребли на душе и выли, словно стая кошек. — Может, побоялась за твою успеваемость? — пожала плечами Джинни. — В любом случае, не принимай близко к сердцу, Гарри. Вопрос уже решён. И кстати... — Гарри! Привет, Рон, Джинни, — Дин Томас резко вклинивается в их диалог, влезая между Роном и Джинни на скамейку. — У нас дальше Заклинания, только ты сможешь мне помочь не умереть в компании Паркинсон и её отвратительного дружка Блейза. Ты уже закончил? — парень с намёком скосил глаза на его тарелку. — Да-да, — рассеяно подтвердил Гарри, поднимаясь из-за стола. — Пойдем. Встретимся после занятий, Рон. Пока, Джинни.       Девушка кивнула, сразу же отвернувшись от него к брату. Кажется, она хотела с ним поговорить, но почему-то у Гарри не было ни сил, ни желания её слушать.

***