северное сияние

родной город стал таким чужим. собирай вещи, давай убежим. опять начать с нуля. мне нечего терять. Джарахов — Бегу по кругу

       С неба падает далеко не первый снег и близится Новый Год. Разделение на два типа людей с каждым днем становится все более явным. Одни много улыбаются, с энтузиазмом(или даже фанатизмом) готовят подарки и в очередной раз влюбляются в огоньки и хлопья снега. Вторые тонут в бесконечной темноте ночей, устало вздыхают, когда их куда-то зовут, и с некоторым безразличием строят планы на новогоднюю ночь.       Антон относится к последнему типу. Дима в который раз вытащил своего друга на вечеринку в какой-то квартире, и теперь Антон пытается придумать повод свалить отсюда, как только наступит ночь.       Этот вечер обещает остаться в памяти таким же, как и все предыдущие: люди без лиц, головная боль от басов в треках, мешанина из информации, полученной в разговорах с новыми "знакомыми". Но пару раз Шастун встречается взглядом с голубыми глазами брюнета, что стоит в другой части комнаты с компанией своих, по всей видимости, друзей. Антон старается не придавать этим моментам значения, но почему-то не может. Его зацепило то, какими яркими были глаза того молодого человека.       Вторая бутылка сидра оказывается в руке Антона, и он решает выйти на балкон. Надев чьи-то тапочки, он переступает порог и никого не находит. Тем же лучше: можно побыть в относительной тишине. Антон открывает окно и вдыхает морозный воздух. "Странно. Даже курить не хочется," — проносится в мыслях. Он наблюдает, как ребятня лепит баррикады перед боем, как семья с маленьким ребенком выгуливают собаку и как пара молодых людей о чем-то ругаются у подъезда.       Половина сидра успешно выпита, окно закрыто, но заходить в квартиру не хочется. Антону погано. Он почти пять лет назад окончил университет и сейчас работает по специальности, которая ему и не мила, и не противна. Его последние отношения закончились мирно, без скандалов и обещаний мести. Два его друга еще с университетских времен все еще с ним, и они иногда встречаются, чтобы обсудить последние новости или смотаться на матч.       Но внутри пусто. Антон не знает, как с этим справляться, и просто надеется, что тьма сама рассосется.       Засмотревшись на кусочек неба, что виден из окна, Шастун не заметил пролетевшего времени. Когда дверь балкона открывается, он дергается и смотрит на вошедшего. Это тот голубоглазый мужчина. Он садится на свободную табуретку и опирается спиной на стену, закрывая глаза. Выглядит таким же уставшим, как и Антон, если не сильнее: синяки под глазами ярко выделяются, дыхание медленное и очень тихое.        — Ты давно ушел сюда. Не замерз? — спрашивает брюнет.        — Как-то не заметил холода. То ли оделся тепло, то ли сидр помогает, — отвечает севшим голосом Антон.        — Арсений, — так и не открыв глаза представляется мужчина. — Арсений Попов. А ты..?        — Антон, — выдыхает, не уловив, зачем им знать имена друг друга. Они сидят какое-то время молча, прислушиваясь к звукам квартиры. Там играет "Северное сияние" Дорна.        — Ты когда-нибудь видел северное сияние? — подает голос Арсений.        — Нет, только на картинках видел еще в школьное время, — безэмоционально отвечает Антон.        — Я тоже.       Вновь наступила тишина, прерываемая редкими вздохами и зевками молодых людей. Вдруг Арсений открывает глаза, выпрямляется и направляет взгляд на Антона. Тот поворачивает голову, соединяя взгляды, и слышит:        — Полетели в Мурманск на Новый год. Снимем какой-нибудь домик недалеко от моря и будем ловить северное сияние. Может, купим билеты на прогулку на корабле и увидим китов.       Что за абсурд? Антон перестает моргать и ждет, когда Арсений засмеется, потому что такое предложение нельзя говорить всерьез незнакомому человеку, но Попов упрямо молчит. Но не его глаза: они молят о согласии, кричат о том, что Арсений нуждается в этой поездке.       И Антон в ступоре.        — Я не улавливаю. Ты же понимаешь, как это выглядит? — старается как можно мягче говорить Шастун. — Мы знакомы пару минут, ты зовешь меня на край света. Вдруг ты что-то замышляешь..?        — Я видел, что ты стоял с Позом. Мы вместе работаем, спроси у него, я адекватный человек. К тому же ты выше и массивнее меня, так что тебе нечего бояться, — тараторит Арсений, будто хочет уже сейчас ехать домой за вещами. — Я же вижу, что тебе здесь тошно. Как и мне. И я говорю не о вечеринке.        — Я должен подумать. Это слишком.. слишком, — и Антон возвращается в квартиру, оставив Арсения без какой-либо конкретики.       Проходит пару часов, за которые Антон и правда спрашивает у Димы про Попова и слышит только хорошее. В один момент Антон ловит себя на том, что читает программу тура. В нем откуда-то появляются силы, совсем немного, и он в замешательстве. Последние полгода у Шастуна не было никакой мотивации, никаких желаний и целей.       Антон устал от вечных завалов на работе, от одиночества, от вопросов "Что-то случилось? Ты в порядке?". Нет, он не в порядке, и уже давно.       Шастун пробовал знакомиться с новыми людьми, пару раз ходил в спортзал, самостоятельно учился готовить, но после каждого такого порыва лежал на диване сутками. А может неделями. Антон не считал дни. Долги копились, а с их выполнением Антон тонул все глубже в усталости. И это замкнутый круг: он старается почувствовать хоть что-то, начать двигаться, но в итоге лишь отчетливее ощущает пустоту.       В один момент Шастун перестал пробовать, иначе он не мог стабильно работать. Будь возможность, он бы и не брал очередной заказ, но за квартиру и еду надо платить.       Благодаря Арсению, в Антоне проснулось сразу несколько чувств, причем абсолютно разных: удивление, страх, интерес. Шаст решает, что этого человека терять нельзя. Он отправляется на поиски и ловит Попова в момент, когда тот выходит из квартиры.        — Арсений! — громко зовет Антон. — Поехали.       И оба слабо, но благодарно улыбаются.       Шастун быстро прощается с Позом, одевается и выбегает на улицу за Арсением. Они одновременно кивают в сторону метро и поджимают губы, опуская взгляд . По началу никто не нарушает тишину, и Антон хочет заговорить о поездке. Он уже открывает рот, чтобы спросить, но его опережают.        — Так.. Ты правда вот так просто согласился? — спрашивает Арс, как будто не верит. И в глаза заглядывает.        — А почему бы и нет? - вопросом на вопрос.        — Пока ты думал, я успел сочинить миллион и одну причину мне отказать.        — Прямо таки миллион? — ухмыляется Антон. — Я многое обдумал и принял такое решение. И ты был прав: я устал от этого города.        — Я рад, — пинает снежок, оказавшийся на пути. И вдруг понимает, что ляпнул. — В смысле, рад, что ты согласился, а не тому, что ты устал.        — И я. Правда, — Арсений слышит, как голос Антона дрогнул. — Так что ж.. Я успел посмотреть несколько туров и вот что узнал. Во-первых, каждому нужно термобелье, увлажняющие крема, очень теплая обувь и перчатки. Во-вторых, крайняя дата начала поездок для таких же, как мы, — 29 декабря, то есть послезавтра. Нам нужно очень поторопиться, потому что билеты, скорее всего, уже заканчиваются.        — Что касается первого, у меня все это есть, могу подсказать, где купить по приемлемой цене. А вот с датами надо решать. У тебя с собой паспорт? — голос Арсения серьезный, что помогает собраться и Антону. Не дожидаясь ответа, он продолжает. — Сейчас зайдем в метро, купим билеты на самолет и забронируем места в туре. Идет?        — Идет, — моментально соглашается Антон. — И скинешь ссылку на магазин, где смогу купить обмундирование?        — Ну ты и сказанул, — улыбается Арс. — Будешь картошкой в мундире.        — Чего это я картошка?! — шутливо возмущается Антон. — Тогда ты селедка под шубой!        — Ну нет, тогда уж без шубы, чтобы с картошечкой можно было. Водку только успевай наливать, — парирует Попов. — Еще момент по поводу поездки: я буду часто просить меня сфоткать. С этим будут какие-то проблемы?        — Никаких, только если с качеством фоток. Не обещаю профессиональную съемку, — пожимает плечами Шастун.       Заходя в метро, они наконец достают телефоны. Вместе выбирают тур — Антон согласен на любой, а вот Арсу каждый раз что-то не нравится. Останавливаются на том, где в плане есть пункт "Морская прогулка", потому что тогда есть шанс увидеть китов. Быстро бронируют места в поездке, покупают билеты на самолет, обмениваются контактами и договариваются о встрече послезавтра, чтобы вместе отправиться в аэропорт.       Антону выходить раньше, поэтому он жмет руку Арсению и покидает вагон. Как только он оказывается на улице, к нему приходит осознание. У него побаливают щеки. Антон не может вспомнить, когда последний раз столько улыбался.       Сегодня Шастуну удается заснуть немного легче, чем вчера.

***

      Следующий день пролетает так быстро, что Антон едва ли успевает собрать все вещи. Он докупает необходимое, прибирается в квартире и собирает сумку с рюкзаком. Даже забывает отвечать Арсу, который напоминает взять то крем и для рук, и для лица, то шерстяные носки.       Только вот мысли о том, что Антон не справится, не покидают голову. Он за один день сделал столько, сколько не сделал за последний месяц. "А вдруг я завтра не смогу встать с постели? А вдруг не будет сил даже одеться?" — и куча других "а вдруг" генерируются со скоростью света.       Антон старается, правда старается думать о том, какой поездка может быть невероятной, но страх того, что все пропадет, выигрывает.       Несколько раз Шастун зависает в процессе сборки вещей, потому что думает об Арсении. Он был таким открытым и разбитым на балконе, когда озвучил идею. Что же у него происходит в жизни, раз он так рвется от нее убежать хотя бы ненадолго? Антон почему-то хочет узнать и помочь. "Себе помоги!" — кричит сознание, и он переключается.       Ложась спать сильно после полуночи, Шастун проверяет соцсети и видит, что Арсений тоже не спит, и решает написать.

02:43 anton.shastoon еще не собрал вещи?

02:44 arseniyspopov не могу выбрать, какую куртку взять

02:44 anton.shastoon возьми ту, что теплее

02:45 arseniyspopov ну а ты почему не спишь?

02:46 anton.shastoon только что лег чувствую себя подростком в ночь перед поездкой в лагерь

02:46 arseniyspopov так значит нас ждут приключения, влюбленности и медляки под грустные песни?       Антон очень на это надеется, потому что не хочет испортить поездку. Лучше так, чем лежать тюленем, что весьма символично.

02:47 anton.shastoon было бы неплохо спокойной ночи

02:47 arseniyspopov добрых снов, Антон       Шастун снова улыбается и надеется, что Арсений тоже.

***

      Антон просыпается вовремя, чему сам немного удивляется. Спокойно складывает мелочи в виде зарядок, воды, зубной щетки и прочего. Даже решает позавтракать, ведь его ждет нудная регистрация, ожидание, сам полет. Он не очень любит летать: у Антона вечно колени упираются в кресло, что перед ним.       Арсений ждет его у метро. Увидев Антона, который активно крутит головой в поисках, он зачем-то встает на носочки и поднимает руку. Пока Антон подходит, Арсений уже успевает вызвать такси.        — Доброе утро, — начинает разговор Антон.        — Добрейшее, я бы сказал, — и широко зевает. — Как спал?        — Неплохо. Хотя мысли о предстоящей поездке мешали заснуть. Ты?        — Я наоборот вырубился. Решил взять обе куртки, кстати. Правда пришлось пожертвовать коньками, — слишком грустно для коньков вздыхает Арсений.        — А ты не умеешь ездить налегке. Зачем тебе они? — искренне интересуется Антон.       Уже подъезжает такси, и молодые люди продолжают разговор в машине. Арсений рассказывает про влюбленность в фигурное катание, а Антон о том, как любил кататься на лыжах в детстве.       Истории из детства и юношества не заканчиваются даже спустя два часа, за которые Шастун с Поповым успевают добраться до Пулково, пройти регистрацию и встать в очередь на посадку. Даже когда начинает говорить пилот, Арсений продолжает повествовать о своем первом поцелуе.        На словах "Было бы прекрасно вновь ощутить такие бабочки в животе" самолет взлетает.