северное сияние

      Подъем в восемь утра, на улице еще темно. Сборы и выход происходят как-то фоном: Арсений только и думает о том, как они выйдут в открытое море, а Антон мечтает поспать еще хоть немного.       Пока группа идет до кафе, активно знакомясь и разговаривая между собой, Антон и Арсений молчат и рассматривают природу. Все выглядит совсем иначе, когда солнечные лучи хоть как-то освещают местность. Они отстали ото всех на достаточное расстояние, чтобы голоса не мешали чувствовать зиму, ее укутывающее спокойствие и томность. На удивление, нет ветра, тишина завораживает, делится с мужчинами неспешностью и расслабленностью.       Подойдя к тому же зданию, где вчера группа обедала, молодые люди на пару секунд останавливаются, не имея сил отвести взгляд от манящей синевы. Маленькие волны сменяют друг друга у берега, превращаясь в облачка пены. Морская тишина удивительна.       Молодые люди заходят в помещение как раз в момент, когда Паша спрашивает, где двоих потеряли. Они садятся за один стол с какой-то парочкой молодоженов, которым кроме друг друга никто особо не интересен. Антон с Арсением перекидываются с ними лишь парой слов, поддерживая их восторг и желая приятного аппетита.       Сразу после приема пищи не стоит отправляться в море, поэтому группа отправляется на небольшую прогулку по берегу. Пока все останавливаются и просят друг друга сфотографировать, Арсений как завороженный идет вперед, упираясь взглядом в горизонт. Антону кажется, что Попов зайдет ногами в воду, если его не остановить, поэтому следует за ним, но не отвлекает.       Когда Шастун уже тянется рукой к плечу Арса, чтобы отдернуть назад, тот останавливается и закидывает голову назад, расслабляя плечи, и снова глубоко вдыхает. Как только холодный воздух не обжигает легкие?       Антон вспоминает, что Попов предупреждал о том, что часто будет просить сделать фото, но до сих пор этого не сделал. Проявив инициативу, Антон обходит Арсения, останавливаясь сбоку и, наплевав на колющийся холод, делает пару фотографий на свой телефон и решает, что покажет их в конце путешествия.       Развернувшись к морю, Шастун поражается мощи и величию воды. До вчерашнего дня он видел лишь теплые моря, призывающие окунуться и понежиться в них. Но холодное море — это безмолвие, усталость и могущество. Мысли будто растворяются в соленой воде.       Ни Арсений, ни Антон не отслеживают время, что так стоят: у самой кромки воды, будто стремясь слиться с пейзажем. Шастун понимает, что прошло много времени, когда пальцы на ногах начинают подмерзать. Чтобы согреться, он отходит от воды и начинает прыгать — раньше всегда помогало. Заметив шевеление рядом с собой, Арсений оборачивается и видит попрыгунчика. К нему быстро приходит осознание, что у него самого замерзли ноги, потому Попов присоединяется и тоже старается согреться.       Молодые люди не успевают устать, потому что их окликает Паша, собирая всех в кучу. Когда они подходят к группе, организатор объявляет:        — Через полчаса начнется посадка на катер. Поднимите руки, кто решил отправиться в морскую прогулку. — Антон и Арсений решительно поднимают руки, как и еще пара человек. Судя по всему, у них тоже не было сомнений. — Отлично, мы всей группой проводим вас к небольшому причалу и передадим вас, так сказать, командиру судна.       До причала оказывается идти совсем недолго, и весь путь Арсений пытается представить, как же будет выглядеть его встреча с китами. Он специально не смотрел перед поездкой никаких видео — он хотел удивиться, обрадоваться. Да, в фильмах и мультиках есть сцены где киты выпрыгивают из воды наполовину или просто выпускают фонтаны, но вживую это выглядит по-другому. По крайней мере, Попов на это надеется.       Антон же всю дорогу прокручивает в голове мысль, что как только будет возможность сесть, он должен надеть еще одну пару носков. Предвкушение новых впечатлений будоражит его немного меньше, чем Арса, но все-таки заставляет иногда кусать губы.        — Ты видел каких-нибудь морских обитателей не в океанариуме? — решает завязать диалог Шастун.        — Сны не в счет? — шутливо уточнят Арс. На самом деле, ему нужно немного времени, чтобы порыться в хаосе из воспоминаний в голове. — Знаешь, наверное, нет, даже с очками и трубкой не нырял, стараясь рыб разглядеть. А ты?        — Черных дельфинов видел, у них пузики еще белые, и граница четкая. Они как-то немного бочком всплывали, — Антон на секунду будто видит заново тот момент, еще и так четко, что сам удивляется своей памяти.        — Надеюсь, что нам повезет сегодня. Правда очень хочу увидеть китов: мозг отказывается представлять их реальные размеры, — делится мыслями Попов. — Иногда задумываюсь об этом в метро. Еду и пытаюсь понять, как кит может быть почти как вагон. И все равно не получается.        — Мне реальные размеры слона трудно представить, а ты про кита говоришь, — отвечает Шаст. — В каком-то фильме кит проглотил лодку, и я уже тогда в шоке был.       К этому моменту группа уже подходит к причалу, и диалог обрывается. Антон действительно утепляет ноги, пока Паша направляется к катерам и лодкам в одиночку. Спустя пару минут он возвращается не один: с ним невысокий бородатый мужчина в камуфляжном костюме.        — Не уж-то нашлись люди, которые хотят в море? — его голос глубокий и мягкий, хоть и говорит с насмешкой. — Вы либо смельчаки, либо глупцы.        — Одно другое не исключает, — Арсений говорит это тихо, чтобы только Антон рядом с ним услышал.        — Меня зовут Сергей Борисыч, можете называть меня просто по отчеству. Расскажу, что будет происходить. Вся прогулка будет длиться около трех часов, за которые мы успеем выйти в открытое море без признаков берегов, поймать взглядом пару китов и вернуться. Вопросы есть? Вопросов нет, — и вопросы у всех действительно отпали. — Прошу за мной тех, кто все еще хочет поморозить жопу в море, остальным — хорошей прогулки!       Всё те же четверо отправляются за Сергеем, который, как оказалось, ходит быстрее, чем любой из них, хотя явно ниже. Он ведет их к своему катеру и, остановившись около него, разворачивается к молодым людям.        — Бля, ну вы все и дылды, шея затекает, — вздыхает Борисыч, поджимая губы. И по-доброму возмущается, — Откуда только такие берутся… Итак, инструктаж. За борты не высовываться, даже если очень хочется, руки к воде не тянуть, жилеты и куртки, которые я вам сейчас раздам, не снимать, даже если сложно дышать. Не курить, не прыгать, не орать. Что-то забыл… — И делает вид, будто пытается что-то вспомнить. Арсению думается, что можно было отыграть и получше, но все равно улыбается. — А, точно. Меня боготворить и осыпать комплиментами, — все смеются, а Борисыч довольно улыбается. — Вопросы задавать нельзя. И представьтесь, что ли.       Еще двоих зовут Стас и Эд, они познакомились по дороге сюда — одиночки. Пока проходила перекличка, все почувствовали, как причал под ногами дрожит. Мужчины развернулись и увидели, как к ним приближается улыбающаяся девушка, ничуть не смущающаяся опоздания, если можно так сказать.        — Я Оксана, и я иду в море с вами, — заявляет она, когда встает замыкающей в строй из четырех молодых людей.        — А ты бойкая, — хмыкает Борисыч, кивая. — И вопросов ведь не задала, все как я люблю. Без проблем, возьмем тебя. Прошу всех на борт корабля!       И Сергей, стоя у кормы катера, протягивает одну руку Оксане, чтобы помочь ей забраться, вторую убирает за спину и расправляет плечи. Девушка принимает игру, отвешивает Борисычу реверанс, насколько это возможно в зимней одежде, и кладет свою руку в варежке в его. Молодые люди решают продолжить отыгрыш: пытаются синхронно поклониться, будто держа в руках юбки, и один за другим протягиваю руки джентльмену.       Пока Оксана смеется, мужчины стараются держать лицо, но как только Борисыч в шутку шлепает Стаса, идущего последним, по заднице, все сыпятся. Вроде так глупо, но смешно.       Когда все успокаиваются и оказываются в кокпите, Сергей повторяет правила и выдает всем огромные тяжелые куртки, которые призваны спасать пассажиров от ветра.        — Если вы собрались снимать встречу с морскими обитателями, то у меня несколько предупреждений. Совсем не факт, что мы кого-то встретим: я, конечно, примерно знаю, кто и где, но вероятность не стопроцентная. — Тут Арсений наклоняется к Шастуну и шепчет: «Вероятность принимает значение от 0 до 1, а не измеряется в процентах», на что Антон прыскает и мысленно добавляет к описанию своего знакомого новое прилагательное — доёбистый. — Кроме того, постарайтесь не отморозить пальцы, пока будете снимать. И не уронить в воду — нырять за вашими телефонами я не буду. Все, садимся и не встаем, пока я не выйду из кабины. А сделаю я это, когда мы отойдем на приличное расстояние от берега. Надеюсь на ваше благоразумие: в том, что вы встанете, пока я буду гнать на большой скорости, нет ничего веселого или романтичного.       Все рассаживаются и даже не пытаются возразить Борисычу. Пока он возится в кабине, Оксана с Арсом синхронно лезут в карманы и достают гигиенические помады, понимая, что ветер будет неслабый. Антон наблюдает за тем, как эти двое одинаково привычно мажут по губам и находится в сомнениях, из которых его вытягивает девушка:        — Я не знаю, как кого зовут, — говорит она, как бы спрашивая, и мужчины вновь называют свои имена. — Ага, Антон, ты так завис. Тебе, может, тоже дать гигиеничку? У меня есть неиспользованная.       И пока Антон пытается осознать вопрос, Оксана тянется в свой рюкзак, достает упаковку и открывает ее. Когда Шастун наконец формулирует отрицательный ответ, девушка уже стоит перед ним, занося помаду как нож. Не в силах сопротивляться такому давлению и мягкой улыбке, он коротко кивает и немного поджимает губы. Стас с Эдом ржут, будто им пятнадцать, а Антон чувствует, как Оксана держа левой рукой его подбородок, аккуратно водит гигиеничкой по губам.        — Еще спасибо скажешь, — не удерживается от комментария Арсений.       Все слышат и чувствуют, как заводится мотор, и рефлексивно хватаются за край сиденья, в ожидании резкого толчка. На самом деле, лодка отходит от причала мягко и скорость набирает совсем не сразу: молодые люди даже успевают глазеть по сторонам первое время. Они рассматривают берег, дома, которые проходили, и, конечно же воду. Море темное, манящее, разбегающиеся волны пены, которые оставляет лодка позади себя, ярко бьют в глаза на фоне глубокой синевы. Нельзя не посмотреть вперед, пока воздух не слишком сильно бьет в лицо, пытаясь рассмотреть что-то на горизонте.       Арсений смотрит только вперед, с безграничной надеждой в глазах, а Антон бегает взглядом и старается ухватить как можно больше: он жалеет, что не сова и не может повернуть голову на 360 градусов.       Когда лодка сильно ускоряется, в поле зрения путешественников не остается ничего, кроме воды и пустых кусков земли, да и, честно говоря, воздух сильно бьет в лицо, чтобы смотреть перед лодкой, поэтому все отворачиваются в сторону берега, от которого отплыли.       Расстояния слишком большие, чтобы разглядеть единичные построения, потому молодые люди просто скользят взглядом по воде, продолжая наполняться силой и спокойствием. Никому не хочется кричать от восторга. Хочется закрыть глаза и запоминать ощущения: скорость, запах соли, холод, плеск воды и шипение пены.       Спустя около десяти или пятнадцати минут, Борисыч начинает сбрасывать скорость и активно вертеть головой, в поисках движения в воде. И, видимо, замечает его, разворачивая лодку сильно вправо. Проплыв еще буквально метров пятьдесят, он полностью останавливает судно и выходит к молодым.        — Так, надеюсь, носы у вас не собираются отваливаться. А сейчас мы все дружно встаем, убираем сиденья простым движением вверх и отходим к правому борту. — Пока пассажиры судна выполняют приказ, Борисыч всматривается в воду и, почувствовав, что шевеления прекратились, указывает рукой направление. — Метрах в тридцати от нас маленькая стая косаток: пока что я увидел три плавника. Скорее всего мама и детеныши. Мы не подходим ближе, чтобы не напугать: животные скорее сами к нам приплывут из любопытства.       Антон начинает активнее кусать губы, а Арс сквозь перчатки прощупывает свое кольцо. Неприученный глаз молодых людей не может так легко различить какое-то движение, но все упорно продолжают смотреть туда, куда указал капитан. Оксана, не сумевшая сосредоточиться на одной точке, стала оглядываться и совсем близко увидела плавники и спинку.        — Смотрите, смотрите! Вон там! — она указала на плавники, оглядываясь на Борисыча. Тот с доброй улыбкой кивает: он мысленно ставил на то, что она первая заметит движение.       За то время, пока все стояли и ждали появления косаток, животные успели подплыть совсем близко, и сейчас изучали лодку в метрах семи он нее.       Все резко поворачивают головы и видят, как из воды друг за другом показываются большие плавники. Арсений так жадно смотрит, что замечает под водой белые пятнышки. Антон слегка открывает рот и поднимает брови в удивлении. Он и не думал, что в самом начале прогулки они кого-то повстречают.       Детеныши начинают больше показываться из воды, выныривая мордочками по очереди. Они не прыгают, а будто качаются на волнах, мягко поднимаясь над поверхностью воды. Их кожа кажется глянцевой в бликах воды.       Заглядевшись на это представление, никто не замечает, как к лодке подплывает мама, на что указывает Борисыч, окликая молодых. Косатка переворачивается набок, показывая белое пузико и проплывает в паре метров от лодки. Все, кроме Арсения, смеются и все шире открывают рот в удивлении. Попов же будто не моргает и только постоянно шепчет: «Это потрясающе».       Спустя небольшое время остальные члены стаи присоединяются к маме и тоже плавают совсем близко. Косатки играют и с лодкой, и с друг другом: они все чаще заваливаются набок, проплывая под лодкой, из-за чего путешественники бегают от одного борта к другому и обратно; толкают лодку и друг дружку, кружат вокруг лодки, будто играют в догонялки.       Все пассажиры продолжают громко смеяться и поражаться дикой природе. В один момент Антон толкает плечом слишком молчаливого Арсения, отчего он поднимает на Шаста взгляд.        — Это просто вау, Антон, — и Шастун видит в глазах напротив полный восторг. На лице появляется мягкая улыбка, заменяя слабое беспокойство.       Теперь Арс присоединяется к остальным, поддерживая всеобщую радость, и чаще остальных выкрикивает «Вы это видели? Видели?». Где-то справа слышится свист и хлопки, когда две косатки подряд выпускают небольшие фонтанчики.       Глаза просто разбегаются, нельзя выбрать, за кем наблюдать: то ли за играми, то ли за практически на спине плавающей косаткой. Белые животики и хвосты часто мелькают под водой, а мордочки все чаще показываются на воздухе. Животные так медленно и красиво выныривают, создавая вокруг себя небольшие волны, что молодые люди не могут оторвать взгляд.       Наконец справившись с первичным восторгом, все начинают доставать телефоны и камеры, снимая касаток, которые уже совсем перестали бояться. Впечатления совсем не гаснут, и любое действие млекопитающих отзывается учащением сердечного пульса, а пораженные зрители не перестают удивляться.       Поиграв с лодкой еще совсем недолго, эта маленькая стая понемногу начинает отплывать, выпуская фонтаны на бис. Когда плавники становится не различить, молодые люди оглядывают счастливые лица друг друга и громко выдыхают, хмыкая каждый сам себе. Никто не ожидал, что встреча с косатками вызовет столько эмоций.        — Ну что? Дальше за впечатлениями? — Все сихронно оборачиваются в сторону источника звука и понимают, что вообще забыли про Борисыча. — Вам, судя по всему, ужасно понравилось. Это была небольшая часть семьи, и если мы последуем за этой троицей, то скорее всего набредем на большую стаю. — Все довольно заугукали и закивали, показывая, что хотят этой встречи. — Да погодите вы. Мы можем попробовать искать китов, там эмоции вас просто разорвут. Ну что?        — Киты! — Уже через долю секунды выкрикивают все пятеро.        — Шош вы разорались так?! Ладно, всем пристегнуть ремни. А, ой, не то. Поднять паруса!       Молодые люди хихикают и опускают сиденья, рассаживаясь. Никто не заводит разговор, прокручивая в голове прошедшую встречу с морскими обитателями. Арсений продолжает смотреть на море, бегая глазами и надеясь уже сейчас вновь кого-то увидеть.       Лодка то сильно ускоряется, то замедляется, и каждый раз, когда Борисыч сбрасывает скорость, пассажиры крутят головами, пытаясь уловить какое-то движение. Это абсолютно бесполезно, но все продолжают это делать. Спустя около часа скитаний и нескольких маленьких диалогов, группа чувствует, как лодка резко поворачивается при очередном замедлении.       Молодые люди в очередной раз начинаю оглядывать воду на признаки движения.        — Вон там! Смотрите! — выкрикивает Антон, заметив фонтан.       Все смотрят туда, куда указывает Шаст, и уже ничего не видят — капли воды слишком быстро рассеялись. Но в этот же момент одна за другой показываются спины с маленькими плавниками двух китов. Арсений в предвкушении порывается встать, но Антон ловит его за плечо и усаживает обратно, смотря вопросительно. Попов же не обращает внимания, упираясь взглядом в точку, где только что было видно китов.       Борисыч совсем сбрасывает скорость метрах в сорока от животных и выходит из кабины. Молодые люди тут же подскакивают, убирают сидения и приклеиваются к левому борту — именно по ту сторону лодки виднелись киты.        — Я не подхожу ближе, так как животные могут быть агрессивными, но сами они к нам не подойдут, — объясняет Борисыч положение дел. — Мы будем следовать за ними какое-то время, чтобы вы насмотрелись. Сейчас я оценю, что происходит, и, возможно, подплывем поближе.       Молодые люди только мычат в знак согласия, продолжая наблюдать за животными. Те продолжаю показывать только спинки и выпускать фонтаны, но даже это сильно впечатляет наблюдателей. Кажется, что они в замедленной съемке: нельзя так плавно выныривать и погружаться обратно.       Когда один из китов показывает мордочку, всплывая вертикально, Борисыч вместе со своими пассажирами ахает от неожиданности. «Ух ты, какой!», — произносит кто-то из молодых людей, и остальные поддерживают его, продолжая стоять в открытыми ртами.       На таком расстоянии мощь и размеры китов не особо ощущаются, но даже понимание того, что они недалеко, заставляет Арсения задержать дыхание.        — Мне кажется, что эта парочка играется, так что я на медленной скорости буду двигаться за ними и подойду чуть ближе, — сообщает Борисыч, ныряя в свою кабину. — Идти будем аккуратно, так что можете не садиться. Только если плохо себя почувствуете. Но близко к краю все же не подходите.       Медленный танец двух китов, состоящий из показывания спинок, плавного погружения и редких бликов хвостовых плавников, погружает путешественников в транс. Животные двигаются так, что кажется, будто они легче пера и их вода выталкивает сама, долго держа над поверхностью.       Молодые люди не замечают, что расстояние до китов уменьшилось на десяток метров, продолжая завороженно наблюдать за дикой природой.       А вот пропажу китов замечают все — спинок не видно уже довольно долго, но тут выходит Борисыч и объявляет:        — Они сейчас оба выпрыгнут. Советую включить камеры.       Но никто к ним и не тянется, боясь пропустить первый момент. Ожидание затягивается, глаза бегают по поверхности воды. Приходится часто моргать, потому что начинает казаться, что ничего не видно. Все сжались в ожидании, а Борисычу только смешно — наблюдатели уже не могут терпеть, но на самом деле прошла от силы минута-другая.       И наконец это происходит. Киты выпрыгивают из воды наполовину, захлопывая в верхней точке пасти.        — Афигеть… — не удерживается кто-то сбоку от Арсения. Сам же он губы разомкнуть не может.       Величие, сила, опасность и красота. Дикая природа пугает и притягивает. Киты действительно огромные и совсем не легкие: шум и волны от их погружения тому подтверждение. Движения китов кажутся сказочными тем, кто никогда в жизни их не видел. А ведь людям иногда так не хватает чуда.       Антон мелко мотает головой, не веря тому, что увидел. Он даже смог рассмотреть полоски на китах — после от Арсения он узнает, что их называют брюшными складками. Продолжая всматриваться в пену, что осталась после прыжка, его немного отпускает, и Шастун тут же хватается за телефон, направляя его в сторону китов. Остальные следуют его примеру, по чуть-чуть отходя от шока.       И только Арс стоит словно застыл. Как будто даже не моргает. Он не только брюшные складки разглядел, но и грудные плавники горбатика, и сейчас будто продолжает видеть животных над водой.       Попов снова чувствует толчок и оглядывается на разрушителя его идиллии, коим оказывается Антон.        — Ты хоть дышать не забывай. А то что я Позу скажу? — и подмигивает шутливо. Арс улыбается в ответ и глубоко вдыхает морской воздух. — Так-то лучше.       Они оба возвращают взгляд к воде, замечая чаек. Видимо, будут охотиться вместе с китами, подхватывая ими оставленное.       Путешественники чувствуют движение, понимая, что Борисыч вновь направился за китами, которые не остаются на месте. Еще парочка показательных выступлений хвостами, чтобы дать отдохнуть публике, и животные вновь взлетают, захватывая как можно больше рыбы. Отовсюду слышатся слова удивления, сказанные шепотом.       Жадные взгляды устремлены в море, ожидая новых прыжков, камеры продолжают записывать, а капитан спокойно ведет свое судно.       Киты не так щедры на движения, как косатки, но эмоций от этого не меньше. Природа захватила молодых людей в плен, продолжая удивлять и страшить.       В который раз над водой виднеются спинки и фонтаны, но теперь можно отчетливо услышать звук, с которым горбатики выпускают их. Тут Антон задумывается, какой механизм у этого действия, о чем ему позже непременно расскажет Попов.       В третий раз киты выпрыгивают по очереди, отчего-то заваливаясь на спинки. Антон ехал с убеждением, что будет стараться запомнить каждый момент, каждую свою эмоцию, но он слишком растворен в происходящем, чтобы думать об этом. Улыбаясь так широко, что видно десна, Шастун поворачивается вместе с телефоном влево, где стоит Арс, снимая его реакцию. А тот источает такое счастье, что никакая камера передать не сможет: это видно только людям.        — Ну как вам? Что скажете? — все дергаются, оглядываясь. Это всего лишь Борисыч, но о нем снова позабыли. — Я бы сказал, что у каждого из вас во рту не по одной мухе, но для них слишком холодно, — и молодые люди поджимают губы, понимая, что скорее всего действительно стояли с открытыми ртами, пока их не окликнули. — Нам пора закругляться, а то придется плыть по темноте.       Все немного грустно, но кивают, не имея возражений. Антон опять смотрит на Арсения и встречается с ним взглядом. А у него в глазах свое море и свои киты с косатками. Он, похоже, совсем не расстроился словам Борисыча, и Шаст улавливает, как Попов шепчет:        — Спасибо, что согласился. Я бы без тебя не поехал.       Путь обратно проходит в тишине: кто-то осмысляет, что только что увидел, а у кого-то абсолютно чистая голова. Антон впервые за долгое время не чувствует пустоты, а Арсений не путается в клубке своих мыслей.       Судно успевает пришвартоваться засветло, но никто этого не ощущает, пока Борисыч не выходит из кабины.        — Чего расселись? — и хлопает всех по коленям. — Рота подъем!       Путешественники немного хихикают и хаотично снимают жилеты и куртки. Наконец, первым ощутив твердую землю, а точнее причал, Антон встряхивает плечами и говорит:        — Это было слишком круто! Не подсесть бы на это дело, а то из моря не вытащат. — Все дружно смеются, вылезая по одному.        — Ты сейчас невзначай рассказал мою историю, — Сергей улыбается и впервые выглядит мягко. — Итак, подытожим. Вам нереально повезло — косаток тяжело увидеть даже летом, не говоря уже о зиме. Про китов я вообще молчу. Ладно, не молчу: подойти к ним так близко, да еще и в момент охоты — прекрасное зрелище, согласитесь? — Все кивают, не смея перебивать. — У самого каждый раз от такого мурашки по спине пробегают. Удачи вам, смельчаки!       Молодые люди рассыпаются в благодарностях и, перебивая друг друга, рассказывают о своих впечатлениях, иногда смеются с шуток Борисыча: как тут не смеяться, когда он пародирует реакцию каждого.       Тут уже подходит Паша, но никто его не замечает, пока он пару раз не позовет всех. Организатор их путешествия не успевает начать говорить, как вдруг слышытся возглас Оксаны:        — Паш, сфотографируй нас с Сергеем Борисовичем! Всех вместе, а?       Все дружно поддерживают эту идею, окружая капитана. Широкие улыбки не сползают с лица, и фотографии получаются живыми и светлыми. После этого путешественники прощаются с Борисычем, даже приобнимая на прощание и еще раз благодаря за эмоции, что он им подарил.        — Надо будет сделать ему какой-нибудь подарок. Может даже из Питера что-то отправить, — предлагает Антон Арсению. Он молча кивает, надеясь, что Шаст увидел. Арс сейчас переосмысляет только что закончившуюся поездку, ему не до подарков.       Теперь Попов знает, что будет отвечать на вопрос «Что в своей жизни должен увидеть каждый».