Я здесь

— Поттер, комната в полном твоём распоряжении. Моя комната дальше по коридору справа, но я настоятельно рекомендую меня не беспокоить, если что-то понадобится — эльф тебе в помощь! — отчеканиваю как можно равнодушнее и отступаю к двери. — Благодарю! — отвечает не глядя в мою сторону Поттер, скидывая куртку на спинку кресла. Уходить совсем не хочется, но и стоять, как лакей, у двери — полный абсурд. Стараясь не смотреть, как гость осматривает предложенное ему пространство, делаю вид, что пытаюсь что-то вспомнить. Он расхаживает по комнате и разглядывает убранство спальни. У меня сводит скулы от напряжения, когда он касается рукой каминной полки и, скользя пальцами по мраморному выступу, поворачивается ко мне. Почему ты такой… милый? Со своей этой тёплой улыбкой, изумрудным ярким взглядом и с вечно растрепанными волосами? Так и подмывает запустить в них пальцы, до зуда, до дрожи. Совсем рядом ведь, только руку протяни. Так близко. Ты такой же горячий, как в моих снах? Такой же властный и ненасытный? Держу пари, ты бы идеально смотрелся на этой кровати, сонный и разморенный после нескольких часов секса. — Что-то не так, Малфой? — Вырванный из своих мыслей, вздрагиваю так явно, что хочется дать себе пинка за несдержанность. Понимаю, что все это время стоял и пялился, закусив губу. Щеки предательски заливаются краской и снова горят адским пламенем. О, он точно не упустил это из виду, о чем мне и сообщает насмешливый взгляд зеленых глаз напротив. — Д-да… В смысле, нет! Просто кое-что вспомнил. Не твоё дело! Доброй ночи! — чуть замешкав, отрезаю я и, втянув воздух носом, спешу удалиться. — И тебе! Хорошо отдохни Малфой, выглядишь уставшим! — насмешливо выдает мне вдогонку Поттер, прежде чем я скрываюсь за дверью. Сердце колотится о рёбра, и я, прислонившись спиной к двери своей комнаты, пытаюсь совладать с эмоциями, загнанно дыша. Желудок скручивает от волнения, а пальцы не слушаются, нервно подрагивая. Мне почти никогда не удавалось контролировать эмоции в его присутствии. Даже в школе он единственный, кто был способен вывести меня из состояния покоя, только лишь появившись в зоне видимости. А сейчас у меня совсем сносит крышу. Зачем я позволил ему остаться? Какая мне, к черту, разница, где и как будет ночевать эта геройская задница?! О, Мерлин и Моргана, ну что за бред я несу?! Конечно, мне не все равно… А ещё, видимо, мне предстоит бессонная ночь. Потому что какой к черту сон, когда в нескольких метрах по коридору, в гостевой комнате моего дома, спит на чёрных шелковых простынях моя самая горячая эротическая фантазия?! Застонав, запрокидываю голову, больно саданув затылком о дверь. Во рту становится сухо. На столе позвякивает оповещающими чарами блокнот. Зачем я притащил его в комнату? Наколдовав себе стакан воды, я устраиваюсь в кресле. Сделав первый глоток, морщусь и призываю из бара виски. Опустошив первый бокал, почти не чувствуя вкуса, наливаю себе второй. Только после третьего в голове появляется легкость, тело расслабляется, и мысли плывут в размеренном плавном течении. Блокнот настойчиво светится, раздражая своей чужеродностью на столе спальни. Что нужно этому болвану? Закончу с этим и провалюсь в спасительный сон. Джеймс: «Занят?» Аллан: «Нет. Ты что-то хотел?» Джеймс: «Просто пожелать тебе доброй ночи». Аллан: «Хорошо. Знаешь, я подумал, что больше не хочу продолжать эту идиотскую игру. Это было забавно местами, но, думаю, с меня хватит». Джеймс: «Как жаль, я припас самое интересное напоследок. Уверен, тебе это точно пришлось бы по вкусу». Аллан: «Ну, так кто мешает нам покончить с этим прямо сейчас? Давай! Ты сам говорил, что обожаешь нарушать правила, или как там… Выкладывай, что тревожит твою душу! Я весь внимание, мой друг!» Джеймс: «Сейчас как бы неудачный момент для этого». Аллан: «Что за бред? Какой еще момент?» Джеймс: «Самый неудачный из возможных». Аллан: «Черт с тобой! Давай я начну. У меня тоже есть секретик. Эта тайна так давно тяготит меня, что хранить ее нет сил. И секрет в том, что я влюблён!» Еще один глоток виски огненной волной прокатывается на языке и обжигает горло. И пока я думаю, как продолжить, мой собеседник успевает ответить «Это же прекрасно!» Аллан: «Просто дай мне закончить, и ты поймешь, что это не так. Начнем с того, что эта любовь никогда не будет взаимной. Что уже само собой печально, но есть еще более удручающий факт. И это сжигает меня, опустошает и не дает нормально жить уже столько лет… Я влюблен в Поттера. Представляешь? В Гарри, мать его, Поттера!» Паузу делаю намеренно. Хочется понять реакцию собеседника, но в ответ ожидаемо получаю лишь недоумение: Джеймс: «Ты что, серьезно?» Аллан: «Более чем! И я просто пиздецки устал от этого. Давно понял, что мне не сбежать от этого. От себя. Ты можешь представить, что такое любить человека, который всю твою сознательную жизнь ненавидел тебя? Любить до скрежета зубов и не иметь даже малейшего шанса на взаимность? Знаешь, каково это — стоять с ним рядом и не сметь даже прикоснуться, потому что знаешь, что не достоин? Мне страшно, ведь за столько лет я так и не смог полюбить кого-то ещё. Я просто не видел никого больше! Все остальные меркли на его фоне, и даже когда он ещё в школе был мелким и худощавым мальчишкой, для меня он был самым притягательным и желанным из всех. Мальчиком, который выжил. Героем любимых историй, что рассказывала мать перед сном. Простым, честным, открытым и таким наивным. И его всегда хотелось забрать себе, спрятать от всех, скрыть от чужих глаз, защитить, бесконечно любить и заботиться. Но я так не умею… Не умел… Вопреки своим чувствам, я лишь больно ранил его и издевался. А сейчас мне посчастливилось узнать его. И знаешь что? Он именно такой, каким я его представлял, даже лучше. Заботливый и внимательный, веселый, открытый и невероятно сексуальный. Одним словом идеальный, черт его дери, как и подобает герою! Вот такая правда…» Успеваю размазать три жирные точки запястьем, прежде чем надпись, блеснув, исчезает. Бросаю перо и, откинувшись на спинку кресла, прикрываю глаза. Плевать, что он напишет. Скорее всего посмеётся, подумав, что я пьян, или что нарвался на сумасшедшего фаната Поттера. Дьявол с ним, главное, что мне стало легче. Я столько лет сам себе боялся признаться в том, что чувствую, поэтому сейчас уже все равно. А ведь я могу вломиться в спальню к Поттеру и признаться ему хоть сейчас. Пьяный смех рвется наружу, как только представляю ошарашенного взлохмаченного Поттера, который явно будет в шоке от такого поворота событий и сейчас в опасной близости мирно дрыхнет, сладко посапывая на гладком шелке. Он и не подозревает, что в той самой спальне я дрочил не один десяток раз, представляя, как он вставляет мне по самые гланды. Что-то уж слишком долго нет ответа, не в обморок же он там свалился от шока. Аллан: «Джеймс? Я понимаю, ты в шоке, но может уже напишешь то, чем хотел со мной поделиться?» Блокнот все так же продолжает беззвучно лежать передо мной. Написанное исчезает, а ответа все равно нет. Отшвыриваю бесполезную тетрадку, и она скользит по серо-коричневой поверхности стола на самый край. Этого следовало ожидать. Ну что ж. Видимо ему стало настолько противно, раз он принял решение даже не отвечать. И мне, в целом, понятна его реакция, хотя и немного жаль. Мне нравился Джеймс. За спиной раздается стук. Встаю из-за стола и делаю пару шагов к двери. Но тело, принявшее в себя по меньшей мере четыре бокала виски подряд, не разделяет моего рвения, поэтому я спотыкаюсь, нелепо зацепившись о ножку кресла. Обиженно двинув тупой предмет мебели, все же добираюсь до двери, попутно матеря Поттера за тупость. Ведь я ясно выразился, что меня сегодня трогать не нужно. Перед глазами все плывет. Виски справился со своей задачей. Чертово пойло знает свое дело. Стук повторяется как раз в тот момент, когда я хватаюсь за ручку двери. — Чего тебе? — Дергаю дверь слишком резко, так что приходится вцепиться в дверную ручку, чтобы она не грохнула о стоящий позади двери столик с маминой любимой вазой. Поттер стоит весь красный, таращится на свои ботинки и бубнит что-то себе под нос. — Поттер, я не понимаю! Что стряслось? — цежу с раздражением и сжимаю пальцы крепче на кромке двери, потому что нестерпимо хочется запустить эти самые пальцы в его темные лохмы. — Ты вконец спятил? На последних словах он вздрагивает и, сунув руку в карман, поднимает на меня взгляд. В его руке мелькает что-то смутно знакомое, но сейчас не до этого. Судя по его виду, он и не ложился. Он же не спал в этой одежде? По крайней мере, сонным он совсем не выглядит, и одежда… Черт, я ведь должен был предложить ему хотя бы пижаму. — ЯГарриПоттер… — выдает он почти шепотом, на выдохе, так что смысл этой словесной каши не сразу до меня доходит. — А? Вот это новость! Головой ударился? — Я стою, уже полностью облокотившись на дверной косяк, и с непониманием пялюсь на лохматого, красного очкарика. — Это правда. — Поттер мнется и смотрит как-то затравленно, будто ожидая удара. И это дико выводит меня из себя. Я ведь почти готов на это… Удивительно, как можно одновременно любить человека и бороться с желанием придушить его за вот такие тупые и нелепые выходки. Вот чего он приперся? — Ч-чего? — Я ведь явно чего-то не улавливаю, но голова начинает трещать. Виски, пульсируя, настойчиво требуют приложиться головой о подушку. Так что разбираться с Поттером мне абсолютно не хочется. Хватает сейчас того, что Джеймс, видимо, решил оборвать наше общение нагло и бесцеремонно, игнорируя мои сообщения. Вот же ублюдок. — Вали спать, придурок! — фыркаю, захлопнув дверь перед самым носом парня. Он совсем поехал умом? Сажусь, обессиленно навалившись на стол. Подняв голову, смотрю на блокнот. Протягиваю руку и раскрываю на пустой, не желающей приносить ответ странице. Да уж, немного обидно. Рука сама тянется, будто зачарованная кем-то; пальцы твердо обхватывают перо и выводят в самом центре желтоватой страницы «Ну и где ты?» За дверью раздается тихий, до боли знакомый звон и «я здесь» голосом Поттера. — Драко, открой, пожалуйста… Нет! Нет! Нет! Этого не может быть! — Нет! — Драко! Пялюсь на дубовый щит, что сейчас так бережно закрывает меня от… От чего? На секунду внутри все сковывает, и я ощущаю тот дикий, липкий ужас, что жил во мне все время, пока в доме хозяйничал Волдеморт со своими ублюдками. Моя комната была единственным местом, куда им был вход воспрещен. Отец постарался. И эта шайка действительно ни разу не сунулась сюда после приказа Лорда уважать личную жизнь молодого наследника. Но не рыскать мимо и не караулить меня за этой самой дверью у них команды не было. Поэтому я часто сталкивался, практически нос к носу, со скалящимися «псами» Сивого. Только вот сейчас там за этой вдруг показавшейся совсем хлипкой дверью кое-кто похуже голодной псины. Вскакиваю с места и, на секунду замерев у двери, открываю ее. Поттер стоит с блокнотом в правой руке, нервно дышит и смотрит исподлобья с опаской. — Драко? — Делает шаг ко мне, выставив вперёд руки в успокаивающем жесте, как будто подбирается к опасному зверю. — Давай поговорим, а? Драко, не молчи, пожалуйста! — Смотрит умоляющим взглядом, а я не знаю, чего хочу больше: убить его прямо сейчас, вцепившись в глотку голыми руками, или впиться поцелуем — и гори оно все адским пламенем, если даже после этого меня ждёт Авада прямо в лоб. Я не могу вымолвить даже слова и только тихо отступаю к столу спиной вперед, не отводя распахнутых глаз от приближающегося Поттера. В голове проносится все то, что я вывалил на «Джеймса» чуть ранее. Тревога обнимает за плечи, наваливается, просачиваясь сквозь ткань, слипается с кожей и проникает внутрь. Сердце гулко бухает в груди, сбивая дыхание. А нервная дрожь, окатившая волной, отдается слабостью в коленях. Теперь он знает все! Все, что я скрывал так много лет. Он просто играл со мной. Да еще и втерся в доверие, отираясь рядом. Забавлялся, зная, что за маской Аллана скрываюсь я… А я сам выложил ему все на блюдечке, вывернулся наизнанку, оголяя самое заветное. Это, должно быть, сон. Мой очередной кошмар. Просто еще одна издевка затуманенного разума. Да… Но, ощущая резкую боль от собственного щипка на предплечье, разворачиваюсь, оказавшись у стола, хватаю перо и пишу в блокноте «Поттер». Второй блокнот за моей спиной отзывается знакомой трелью, а надежда списать все на слуховые галлюцинации и алкоголь крошится окончательно. Почти на негнущихся ногах, крутанувшись на месте, сталкиваюсь с изучающим, проникающим под кожу взглядом, который отчего-то вмиг теплеет, как только я скалюсь. — Ты знал? Что Аллан — это я? Знал?! — И вот уже злость застилает глаза. Перо трещит в руке вместе с последними крохами самообладания.— Не вздумай врать мне! — Да, почти с самого начала, — спокойно отвечает Поттер и делает почти незаметный шаг навстречу. — Зачем? — Пытаюсь сглотнуть, но проклятый ком встает в глотке. — Зачем тебе это было нужно? Чего ты хотел добиться? Унизить? Растоптать остатки моей гордости? Отвечай, Поттер! — Мой голос звенит сталью, но в конце почти срывается на всхлип. Еще одна волна прокатывается по телу - меня начинает трясти. Мелко. Часто. Магия тягучим сгустком ворочается внутри и, накаляясь, уже тянется по жилам, ища выход, покалывая на кончиках пальцев сотней маленьких иголочек. Руки сжимаются в кулак, так что наверняка побелели костяшки. Глаза у Поттера вдруг распахиваются в ужасе. Он понимает что сейчас происходит. «За что ты так со мной?!» Единственная мысль, которая бьется, пульсирует в сознании. — Нет! Нет! Все не так! Послушай! Стой, Драко! Дыши, пожалуйста, ты все тут разнесешь! Прошу тебя! — Поттер подходит ближе и пытается достучаться до меня. Делаю вдох, но чувствую, что нахожусь на грани. Воздух становится тяжелым, и магия искрится вокруг нас, заполняя пространство… Пытаюсь сморгнуть предательски подступившие слёзы, прикрываю глаза, но тут же распахиваю снова, чувствуя прикосновение тёплых пальцев на своём запястье. — Драко, дай мне все объяснить… прошу тебя! Сил хватает лишь на кивок, я все еще пытаюсь сдержать ту мощь, что пытается вырваться наружу. — Этот блокнот, — Поттер говорит мягко, поднимая свой экземпляр почти до уровня глаз, — Он изначально предназначался тебе. Я не раз пытался заговорить с тобой, наладить отношения, но ты лишь шипел на меня в своей привычной манере, не давая шанса. Точно как в школе, — хмыкает, дергая уголком губ. — Словно ледяная глыба, весь холодный и колючий… Поэтому Гермиона предложила мне идею с блокнотами. Помнишь, мы столкнулись в книжном? Я тогда хотел выбрать тебе перо, которое потом ты и получил, но, как ты знаешь, блокнот я благополучно посеял. — Легкая улыбка скользит по его губам. С каждым сказанным им словом я все больше расслабляюсь, а бушующая сила внутри меня медленно стихает. — Кто же знал, что найдёшь его именно ты. Забавно, да? Я действительно хотел рассказать. Я пытался, — поймав мой недоверчивый взгляд, Поттер осекается. — Ладно, не пытался. Но ты был таким открытым, живым и говорил со мной как… как с другом. Я испугался. Ты вообще часто пугаешь меня, в курсе? Ну улыбнись, прошу… — Я отрицательно качаю головой и вздергиваю бровь, давая понять, что сейчас явно не время для шуток. — Ладно. Я испугался, что ты вновь закроешься, и у меня больше не будет возможности узнать, каким ты можешь быть. Понимаешь, о чем я? А потом мы стали общаться, и я подумал, что в конце игры расскажу тебе правду. И очень надеялся, что ты оставишь меня в живых. Все еще надеюсь. Я не думал, что так выйдет… Не молчи, Драко. Он замолкает и выжидающе смотрит мне в глаза, видимо ожидая своего приговора, а я… Просто не знаю, что сказать. Поттер чуть наклоняет голову, всматриваясь и ища на моем лице что-то. А потом маленькие лучики морщинок появляются в уголках его глаз, когда он, весело прищурившись, продолжает: — Ты знаешь, что морщишь нос и закусываешь нижнюю губу, когда думаешь, какой десерт выбрать? А когда читаешь, то прикрываешь рот рукой. Я это в книжном заметил. А когда ты улыбаешься Оливии, забирая заказ в пекарне, ты и вовсе похож на ангела. Так солнечно улыбаешься. Я вообще впервые видел тебя таким. Мои руки все еще дрожат. А не до конца протрезвевший мозг после пережитого стресса соображает медленно, делая паузы на прокручивание мысли, что я вновь что-то упускаю. И я упускаю… Тот момент, когда рука Поттера скользит по моему предплечью и выше, оказавшись на моем плече. Он гладит медленно, почти невесомо, успокаивающе. — Что ты делаешь, Поттер? — Голос не слушается, срываясь на сбивчивый шепот. — Не знаю. Может, пытаюсь исполнить твоё рождественское желание? — Мое желание? — Ты написал тогда, что больше всего хотел бы услышать «я люблю тебя». — Осознание прошибает стрелой. Яркой вспышкой, от которой щиплет под веками. — Ты? — Ага! Сам не знаю, как это случилось… — Но… — Драко? — Он чуть наклоняется вперед, а я замираю на полувдохе, но Поттер всего лишь берет перо со стола за моей спиной и начинает что-то писать в своём блокноте. — Раз ты не в восторге от моей предыдущей «правды», я сделаю исключение и выдам тебе еще одну. — Улыбается одним уголком губ и поднимает на меня глаза, как раз в тот момент, когда мой блокнот оповещает о новом сообщении. Я, не отводя взгляда от улыбающегося Поттера, шарю рукой по столу и цепляю блокнот непослушными пальцами. Поднося к лицу раскрытый на первой странице блокнот, я все еще не дыша вчитываюсь в заковыристый почерк. Джеймс/Гарри: «Я влюблен в Драко Малфоя» — А теперь посмотри на меня. — Смуглые пальцы касаются тетрадки, чтобы явить мне Поттера, от которого я пытаюсь ей отгородиться. — Я здесь! — Я что, сплю? — вырывается вполне логичный в данной ситуации вопрос. — Ещё нет, но уже довольно поздно, и тебе, правда, стоит отдохнуть после столь напряженного вечера. — Ты издеваешься, Поттер? — Вернув, наконец, себе самообладание и осознав происходящее, делаю шаг вперёд. Руки сами тянутся и ложатся на желанные плечи. — Если это твоя глупая шутка, Поттер, я порежу тебя на маленькие кусочки и скормлю фестралам Хагрида! — рычу, а сам залипаю на том, как Поттер медленно, мазнув языком по нижней губе, еще сильнее сокращает расстояние между нами. — Не сомневаюсь. А теперь можно тебя поцеловать?