Идефикс

      Часы пробили десять утра, а я все также сидела после ухода Малфоя, уставившись в одну точку и не прикоснувшись к куче бумаг, требующих немедленного ответа. Его поведение иррационально, он сводит меня с ума. Мозг отказывался обрабатывать информацию, а при попытке вспомнить, что произошло со мной, когда я согласилась выпить кофе, все превращалось в тянущее грудь чувство. Я никак не могла прийти в себя и создать хотя бы видимость работы. В голове вспыхивали отрывками самые милые моменты –он улыбается, серьезно отвечает на мое приглашение о пятнице, зовёт на обед, смотрит с нежностью на то, как я поглаживаю его руку кончиками пальцев. .       Да, я не была честна с собой, с окружающими, со всем миром. Ещё пару месяцев назад я сходила с ума по Драко, я просыпалась от ярких снов с его участием, бесконечно думала о нем. Но все сводилось к мысли, что я не подхожу ему. И вот теперь, когда я окончательно научилась жить с тоской в сердце о несбывшихся девичьих мечтах, он внезапно приходит и разрушает все мои усилия. Невозможно было злиться, ведь вспоминая его ласковый обеспокоенный голос, все мои внутренности превращались в желе. Стук в дверь вышвырнул меня из сладких грёз.       Гарри Поттер, спаситель волшебного мира, тоже принёс мне кофе с утра. Но это было обыденно.       — Доброе утро, Герм. Извини, дел по горло.       — Привет, глава магического правопорядка. Я уже выпила свой кофе с главным аврором.       Наблюдать за расширившимися от этих слов глазами Гарри было одно удовольствие. Он единственный, кто знал о моей нездоровой симпатии и душевных страданиях. И не потому, что я сама ему рассказала. У моего друга был талант, жаль, он редко его использовал. Ведь уже тогда, полгода назад, Гарри уличив меня на собрании в наблюдении за Малфоем, кричал, что последний без ума от меня. Кажется, и я, и Драко, просто идиоты. Если это не Малфоевский дурацкий розыгрыш.       — И как все прошло? Ты в кои-то веки сумела скрыть свои эмоции.       Я улыбнулась, и Гарри расплылся в ответной улыбке. Мое счастливое выражение не оставило его равнодушным. Не выдержав, я подпрыгнула и воскликнула:       — Он пригласил меня на обед. И на свидание в субботу. И вообще, прости, что ты единственный, с кем я могу этим поделиться. Но это так здорово!       — Наконец-то ты отвлечешься от своих бумажек хотя бы на немного. А то шутки Рона про старушку Герми меня уже порядком достали. Кстати, как он?       — Его нытьё переходит все границы. В пятницу приведу его в порядок, он срочно должен в кого-то влюбиться и оставить меня в покое. Он не может готовить, потому что его сердце разбито, не убирает и не стирает за собой, потому что: «Герми, я же такой болван, все равно не сделаю, как нужно».       Поттер рассмеялся в ответ на бездарную пародию. А потом вдруг резко и проницательно глянул на меня из-под стёкол очков.       — Я хочу, чтобы ты была счастлива. Будь это Малфой, Корнер, мистер Филч — если у кого-то хватит мозгов любить тебя так, как ты заслуживаешь, мне все равно, кто это будет.       Это было так мило. Словно старший брат дал мне благословения. Или отец, с которым я изредка общалась. Во время войны у родителей родилась дочка, но я так редко могла их навещать, что отношения после заклятия забвения полностью восстановить не удалось.       Я усмехнулась от того, что Драко стоял в одном ряду с Филчем. В душе разлилось такое бесконечное тепло, что я смогла лишь выйти из-за стола и, уткнувшись в рубашку Гарри, крепко обнять его и прошептать едва слышное спасибо. Он погладил меня по голове и отстранившись, посмотрел мне в лицо, вытер выступившие слёзы подушечками больших пальцев и громко чмокнул в лоб. Я отскочила и рассмеялась. Мои друзья — лучшие на свете. Даже Рон, когда он не ноет.       — Как бы мне ни хотелось остаться и поболтать до обеда, наблюдая за тем, как ты взволновано поглядываешь на часы, мои отчёты на столе сами себя не сделают. Как, кстати, и твои. Советую заняться работой, и тогда время пройдёт незаметно.       — Спасибо, Гарри. Но я торжественно клянусь, что после обеда обязательно забегу к тебе и отчитаюсь.       Он подмигнул мне на прощание и улыбнувшись снова, скрылся за дверью, пропустив пару тройку бумажных самолетиков, записок с разных этажей. Я неспешно ответила на все, кроме одной. Ведь на ней была подпись ДЛМ.       Я почувствовала жар на щеках и не торопилась открывать. Предвкушение и страх разочарования раскачивали мою нервную систему, наконец я не выдержала и развернула записку.       «Я зайду за тобой в половине первого. Ты не против?» Облегчение накрыло меня с головой, и я написала ответ на этой же бумажке, подражая аккуратному почерку Малфоя.       «Я буду ждать с нетерпением, Драко».       Удивившись своей смелости и боясь передумать я сразу же отправила записки адресатам. Погрузившись в бумаги, я не сразу заметила, что мне снова прилетел самолётик. И снова от Малфоя.       «Мне бы хотелось уметь ускорять время, ведь все, что я хочу — быстрее увидеть тебя».

***

      После возвращения в свой кабинет я полчаса стоял перед зеркалом и пытался найти в себе изменения. Что заставило Грейнджер сегодня так поменять своё поведение? Может стоит подарить ей защитный кулон?       Чертыхнувшись про себя, я резко вспомнил, кто является ее лучшим другом. Поттер наверняка навесил на неё кучу украшений от разного рода угроз и заклятий. Расслабившись, я сел за стол и начал отвечать на корреспонденцию.       От мамы было ласковое письмо с впечатлениями от ее короткого путешествия с Андромедой и Тедди. Я улыбнулся, глядя на наполненную солнцем и счастьем колдографию, не раздумывая, трансфигурировал ненужную пепельницу в рамку и поставил напротив. Тедди вызывал у меня сначала только смешанные чувства: горечь, сожаление, любопытство. Но сейчас я скучал по десятилетнему кузену, занимавшему в моем сердце огромное пространство.       Я написал в ответ искренние сожаления о том, что не смог к ним присоединиться. Отец написал список необходимых ему вещей, которые я обязан захватить в пятницу. И Блейз обрадовал тем, что прибудет в Лондон на пару дней в конце следующей недели вместе с Даф и детьми.       Я также написал ему ответ и выразил надежду, что навещу их в поместье не один. «Единственная любовь всей моей жизни, возможно, согласится меня сопроводить». Я представил выражение лица Забини, когда он будет это читать. Часы пробили одиннадцать. Может быть напомнить Грейнджер о себе?       Спустя пять или шесть смятых бумажек я наконец придумал нейтральное и в то же время достаточно собственническое сообщение. Аккуратно сложив записку, я отправил ее адресату и принялся за работу, пытаясь не обращать внимание на время.       Ответ пришёл через двадцать три мучительных и губительных для моей самооценки минуты. Но слова я буду ждать с нетерпением, мое имя в конце погрузили меня в состояние бешеного беспокойства. Вдруг мы не найдём темы для разговора? Или рядом окажется Поттер, который по великой случайности знает о моих чувствах к Грейнджер. Я проклинал тот день, когда он узнал, насколько сильно я без ума от Гермионы. Мы напились в баре возле работы и он изливал мне душу, рассказывая, как сильно он любит Джиневру, как безумно боится ее потерять и как благодарен ей за семью. Я слушал это внимательно, ведь в моей голове проносились картинки фантазий моей семьи с Гермионой. Мне удалось представить как складывалась бы моя текущая жизнь, и я погряз в своих фантазиях, когда вдруг Поттер с совершенно серьезным и трезвым видом спросил меня:       — Ты в своих мечтах с Гермионой? Лучше не ври, ведь я слишком хорошо тебя знаю, Малфой. Как давно это происходит?       — Я не буду отрицать очевидные вещи. Тем более тот факт, что ты носишь очки, не раз приводил меня к мысли, что ты слишком много в них видишь. Я писал ей любовные записки ещё на пятом курсе. По-моему, это происходит всю сознательную жизнь.       Герой показался мне удрученным. Он щелчком пальца заказал нам выпивку и вдруг потрепал по плечу.       — Все, что нужно нашей Гермионе — это любовь и забота. И я думаю, ты в состоянии дать ей и то, и другое. Как я уже сказал, хорошо тебя знаю и уверен, ты не представляешь, как она тебя ценит. Просто дай Герм увидеть это.       Он ободряюще улыбнулся и, расплатившись по счёту, удалился. А я ещё долго сидел со стаканом в руке и размышлял о словах Поттера. Наверное, именно этот разговор и подтолкнул меня к решительным действиям.       Я опомнился за пятнадцать минут до предстоящей встречи и с удивлением обнаружил, что ответил на большую часть бумаг.       Мне хотелось подарить Гермионе что-то, что напомнит ей об этом странном дне, но ничего не приходило в голову.

***

      Я погрузилась в работу настолько, что когда в дверь постучали, и вошёл Малфой, просто растерялась. Я прекрасно знала, как выгляжу после бесконечного написания отчетов и ответов- на моем носу обязательно чернила, также как и кончики пальцев и, возможно уголок губ. Я планировала привести себя в порядок перед встречей и чувствовала себя беззащитной сейчас. В голове ещё оставались сомнения насчёт его мотивов, а сердце предательски заглушало все рациональные мысли. В полном смятении я взглянула на него и вдруг снова увидела то утреннее выражение, которое не смогла понять.       — Я не удивлён, что ты забыла о нашей встрече. Ведь здесь столько бумаг, требующих твоего немедленного и пристального внимания, — его голос был весёлым, но я отчетливо услышала в нем нотки горечи. Чем он расстроен?       Мой мозг вышел за дверь с приходом Малфоя, потому что другого объяснения своему ответу я дать не смогу:       — Я лишь хотела, чтобы обед был посвящён тебе, и я не отвлекалась на мысли о работе и незавершённых делах.       Удивление от сказанных мною слов проскользнуло в его глазах, но в следующую секунду он тепло улыбнулся и ответил:       — Я пытался действовать по такому же плану, но у меня получилось недолго. Это будет не очень воспитанно, но у тебя грязь на носу.       Я рассмеялась. Интересно, так же чувствовал себя Рон, когда я в поезде сказала ему практически то же самое?       — Присядешь? Я пока действительно приведу себя в порядок и мы пойдём. Умираю, как хочу есть.       Я подошла к зеркалу и парой невербальных заклятий привела лицо и волосы в порядок. Следующими стали руки и разгладившееся платье. Улыбнувшись отражению, я повернулась к Малфою, который, оказывается, не спускал с меня глаз.       — Готова? — он резко встал и легким движением руки пригладил волосы. — Что хочешь поесть?       — Что насчёт пасты?

***

      Если бы мне кто-то сказал, что однажды я все же буду сидеть с Гермионой Грейнджер за обедом в итальянском ресторанчике маггловского Лондона и мило болтать — никогда бы не поверил.       Я не слышал половины из того, что она рассказывала, потому что бесконечно любовался солнцем, играющим в ее волосах, ее внимательными глазами — сейчас это все было моим.       — Мне нужно сделать такое огромное исследование по крови единорога, но так мало литературы на эту тему. Конечно, практику я уже запланировала, но теоретическую часть никто не отменял, — Гермиона сказала это после десерта. Ее взгляд был грустным, и я вдруг осознал — она мало с кем может обсудить свои исследования. И, наверное, поделиться своими успехами в разных областях тоже. Поэтому я напряг внимание и через какое-то время заинтересовано задавал и отвечал на вопросы, и ни раз ловил себя на мысли, что то, чем она занимается и как относится к своему делу действительно захватывающе.       Час прошёл незаметно и когда мы оказались перед ее кабинетом, я вытащил из портфеля огромный фолиант.       — Не подарить тебе книгу, имея возможность, было бы глупо. Поэтому, вот, держи. Ее глаза расширились при виде названия: «Применение крови единорога в зельях и прочее».       — О, Драко, спасибо огромное! Ты так внимателен!       Она ослепительно улыбнулась, резко бросившись мне на шею, и единственное, что я смог — прижать ее сильнее. Дважды обниматься с Грейнджер за один день — кажется, у меня сегодня день рождения. Незаметно поцеловав ее в макушку, я почувствовал угрызения совести, но отогнал их подальше, решив наслаждаться всем, что связано с Гермионой.       — Нам обоим нужно работать, — прошептала она мне в плечо. — Я хочу начать читать.       С сожалением, я отпустил Грейнджер от себя и на прощание погладил руку. Мне нужно было подготовить свидание. И не пытаться увидеться с ней сегодня, иначе незаметным поцелуем в волосы дело не закончится.       Но добравшись в свой кабинет, первое, что я написал вместо ответов на запросы, было: «Я могу встретить тебя после работы?»