Littera scripta manet

Ацуши очень неуверен в себе и ему катастрофически трудно даже подумать о том, что кто-то в самом деле может в него... влюбиться. Когда Акутагава впервые предлагает проводить его до общежития, Ацуши принимает это за обыкновенную вежливость. Уже позже, когда такие прогулки переходят в некую традицию, Ацуши перестаёт чувствовать себя неловко, а мысль «зачем» растворяется в воздухе. Когда Акутагава соглашается пойти с ним на концерт, потому что новый город для Ацуши всё ещё непривычен, а сходить очень хочется, Ацуши списывает это на то, что Акутагаве всё же стало интересно. Хотя до этого тому и в голову не приходило посещать подобные мероприятия. Когда Акутагава предлагает держать его под руку, чтобы вместе идти под одним зонтом, Ацуши руководствуется исключительно тем, что это удобно им обоим. Когда Акутагава неловко предлагает обняться на прощание, Ацуши широко улыбается — ему нравится обнимать своих немногочисленных друзей. И даже несмотря на то, что это объятие длится намного больше чем обычное прощание с друзьями, Ацуши не замечает подвоха. Когда Ацуши проигрывает Акутагаве в карты на желание, тот, смеясь, просит поцелуй в щёку. Лёгкая невинность встречается смехом и шутливым «ну уж нет, давай другое». А секундное замешательство Акутагавы просто не замечается, как и покрасневшее лицо, и нервное исправление желания. Когда после очередного проигрыша Ацуши загадывают объятие в целых десять минут, он без робости его обнимает. Акутагава тёплый и с ним приятно. Принесённый яблочный сидр — проигрыш прошлых дней — способствует смелости Акутагавы, поэтому спустя уже несколько минут он отстраняется. — Что такое? — спрашивает Ацуши. Он не засекал время, но ему точно казалось мало. — Можно тебя поцеловать? — шёпотом спрашивает Акутагава. И даже сейчас, после своего же тихого согласия, Ацуши не думает о том, что в него влюблены. Поцелуй мягкий и нежный, ему хорошо. Но после возникают вопросы, потому что никакая очевидность действий не способна доказать что-либо больше, чем уверенные слова. — Ты мне нравишься, — говорит Акутагава, приобнимая Ацуши. Когда они успели лечь на диван в обнимку с периодическими паузами на поцелуи, непонятно. — Ты просто пьяный, — усмехается Ацуши, а затем пытается понять, почему вмиг стало грустно от своих же слов. — Нет, я уже давно трезвый, да и выпил немного, — отвечает Акутагава, тепло улыбаясь. — Давай попробуем? — Что? — шепчет Ацуши, а сердце бьётся быстрее. — Встречаться. Ацуши внимательно всматривается в чужие глаза и не видит никакого подвоха. Его там никогда и не было. Акутагава тоже нравится ему, причём давно, но Ацуши даже подумать не мог, что это когда-либо станет взаимным. А оно было взаимным всё это время. — Мы обязательно попробуем, Рю.