Карта пятой масти

      — Здравия желаю! — бодро влетела в начальственный кабинет Гордеева, таща за собой Рыжова и тайком выкраденного из-под бдительного надзора Ольги Олеговны Геру с ноутбуком. — А у меня радостная новость!       — Хоть у кого-то. — зевнул Скворцов. — Вас можно уже поздравлять со сменой фамилии или ещё рано?       — Да идите вы, товарищ капитан! — шутливо послала его Арина Ильинична, и, не встречая препон со стороны находящегося в удручённо-задумчивом состоянии Завьялова, доложила. — Расшифрован код из почты Ворона! — тут девушка окинула взглядом присутствующих и, не обнаружив среди них Камолова, задала волнующий всех вопрос. — А где, собственно…       — А никто не знает. — развёл руками Окунев, скромно умолчав о том, что вместе с Джокером бесследно пропал и пистолет Романа Евгениевича. — Именно поэтому и планёрка. Дмитрий Иванович, не найдя свободного стула, расположился на диване. Герман, решив дать отдых глазам, отложил-таки ноутбук в сторону и увлёкся наблюдением за покрасневшими от столь пристального внимания рыбками.       — Если коротко, то Джокер нам врал. — решила обойтись без излишних прелюдий участковая. — В шифре точно указывается, что код от сэйфа у него.       — Судя по всему, не так уж он ему и нужен. — Коробицын с помошью ложки превратил череп из кофейной гущи в свернувшегося калачиком кота и, удовлетворившись полученным результатом, отодвинул кружку в сторону. — А как расшифровали-то? Гордеева положила перед ним выдранный из болкнотик листок с ночными записями.       — «Карта пятой масти — Джокер». — пояснила Арина Ильинична. — Каждой букве соответствует её номер в алфавитном порядке.       — И каким образом вы до этого дошли?       — Ну-у… — замялась девушка, но тут за неё ответил Рыжов.       — Внезапным, товарищи, внезапным. Роман Евгениевич встал, заложил руки за спину и прошёлся по кабинету до аквариума. «Джокер», значится… Выходит, и для Ворона парень был не просто волею судьбы доставшимся пасынком, а действительно близким, родным человеком. Ведь прозвищем абы кого не запароливают сэйфы.       — И всё равно ерунда все эти ваши расшифровки.       — Почему это?       — На сэйфе нет букв. Только цифры. Тут уж проявил себя доселе молчавший и созерцающий жизнь подводного мира Конюхов. Найдя уже у себя в смартфоне соответствие «цифра — буква», он подошёл к всё так же стоящему в углу кабинета уже протёртому окуневскими джинсами от сажи и копоти сэйфу и начал вбивать комбинацию цифр, которую, по мнению Геры, надо было обязательно проверить. «Нормальный среднестатистический человек, — про себя рассуждал Герман, — Не может держать у себя в голове абсолютно все коды — а то, что у Венамина Сергеевича этих кодов чуть больше, чем дофига, выяснилось ещё при прочёсывании вороновской почты. Тем более, не может помнить все варианты их расшифровок — основной должна быть какая-то одна. И тогда неудивительно, что код от самого важного сэйфа Ворон шифровал от имени, пардон, прозвища постоянно находившегося у него перед глазами Камолова — такого хочешь или нет, а на всю жизнь запомнишь…»       — «Д» — 05… — бубнил себе под нос айтишник всея Охты, не обращая внимание на сгрудившихся вокруг него и затаивших дыхание полицейских. — «Ж» — 08… И код оказался верным.