Ты притягиваешь сны

Жизнь сделала меня одиноким, теперь мне не нужен не кто, кроме моего маленького уютного уголка. После всего, что случилось со мной, после тех страданий и приченёной мне боли, не могу доверять людям. Нет таки не одного человека, с которым я бы чувствовал себя комфортно, этому не когда не бывать, думая об этом, чувствую себя жалким и зависимым... Басистый голос с наружи, глушил сильный ливень. Осень в разгаре, погода соответствует времени года: дожди, сильные ветры, заморозки, сплошная слякоть и тоска. Вот и сейчас, дождь разошёлся не на шутку. Который час он барабанит по крыше? Что делать с тем незнакомцем за дверью? Я не хочу открывать ему дверь. Мне всё равно кто это, ученик ли, крестьянин, презедент, иль маньяк, не люблю я людей в любом их обличии. Эх, но что-то терзает меня. - Эй, пожалуйста, кто-то бы то не был, пожалуйста впустите меня! - этот кромкий и уже видемо охрипший голос не замолкал. Эта мольба о ночлеге, унижение пред другими, как мне знакомо. Я задумался, что мне будет с него? Хм, я придумал... Пару минут всё-таки подумал, да отворил дверь. Парень за ней терпеливо молчал, ожидая решения, дождался. Дверь отворилась, явился силуэт. Высокое тело, упиравшееся новой, в наш низкий порог, он чутку склонился, чтоб взглянуть мне в лицо. Толстовка на нём, вся промокла, до нитки, обняв его тело, прилипла на нём. А чёрные джинсы, подобные трубам, облипили его ноги так, что те были похожи на спички с буграми из мышц. Кросовки все в крязе, под ними вода, по полужам ходил он, не знаю куда. Свет на него падал, мне видно лицо, оно как большое куриное яйцо, но скулы, черты что темнее его, он так на вампира поход из кино. Глаза голубые, а может они, как море большое, в нём много цветни, прилив как от неба до изумрудной смолы, глаза его тянут, болото цветы. Дрожит он бедняжка, брюнет тот пацан, ещё хоть немножко и он бы упал. Жестом показал ему, что можно пройти . Тот зашёл, обняв себя руками. Видемо обомлел от того, кто дверь распохнул, он смотрел на меня, взглядом потерянным, его глаза так сияли, я не мог отвести взгляд. Зрачки его расширялись, он будто поедал меня ими, мои не посильно, но тоже росли, глаза в глаза, взгляд в взгляд, не подвижно, он читал теперь и меня. Блондин от рождения, покрасился в серый, кошу под седого теперь старика. Все уши, все в дырах, и в каждом ношу я по два то креста. Ошейник на шеи, с шипами вокруг, а что, люблю чёрный, уж это мой друг. Я в серой футболки, штаны оверсайз, но чёрные джинсы совсем не видать. Такой вот я мальчик, люблю я гулять, но в чёрном лесочке, где можно стрелять. Наконец он моргнул, и я отвёл взгляд. Прийдя в себя, остановив поток мыслей, закрыл дверь. Тот трясся, смотря на меня, он ждал будто помощь, но что могу я? - О, прости, я уже два дня здесь блуждаю, но только лес повстречал тут пока. Прости, я наверно тебе помешаю, но пожалуй дай хоть чайка. - он так рифмовал, хоть и сам весь шатался, ну ладно ему я помочь то смогу. Пусть чаю попъёт и дождь переждёт, а дальше пойдёт он, не знаю куда. - Да, подожди здесь. - спокойной ответил я, не шевельнув бровью. Поставил чайник, его посадил, но как только тот сел, с него ручьями потекла вода. - Хорошо, я принесу одежды, сейчас. - помог ему я. Его глаза мне не врали, и оставил его, ушёл на верх за вещами. Что ему дать? Хотя вся моя одежда оверсайз, ха, ему может и не такая большая будет, но те мышцы, что видел там я, заметны уж точно будут. Штаны, покопавшись нашёл тоже, да, домашний хлопок, удобный для меня. Спустил ему вещи, и чайник запел, навёл ему чаю, его обогрел. Штаны и футбол ему подошли, на большого милого мишку он смог подойти. Беседа не клеилась, да я не хотел. Время девятый час, я спать захотел. Тот Никита, сказал " нет проблем", и если устал я, то он ляжет где угодно, лишбы не за дверь. Мне как-то пофиг, я бы оставил его прямо здесь, но мать поздно вернётся и меня отобьёт. К себе в уголочек, его не хочу, там только моё, я другого совсем не хочу. Не долго думая, он пошёл за мной на чердак. Мы молчали, неловкие фразы, ужасно звучат. Объяснив ему, что я мизонтроп, не люблю людей, и не надо со мной говорить, тот понял, молчал . Отвёл ему уголок чердака, одеяло одно и подушку " кота". Никита, лёг не задумываясь и уснул, а я наблюдал за ним, как наблюдает кот за птицей на окне. "Что с ним не так?"-всё время повторял я в голове. Какой чудак в столь позднее время ходит по безлюдным местам, и захаживает в дом незнакомца, так ещё толком не зная меня, кто здесь проживает, и не зная историю этого дома, так сладко спит. А вдруг я маньяк? Это его совсем не смущает? Нет, я-то знаю что я не такой, а он нет. Хотя если подумать, вдруг он специально пришёл сюда ко мне, зная кто моя мать. Исключено! Такой информации никто не владеет. Всё-таки он какой-то странный. Не знаю, что именно мне в нём удивляет, но что-то в нём есть, что-то необычное, странное и монящее. Он спит весь сжавшись, в позе эмбриона, может ему холодно? Я совсем не знаю людей, могу сильно на ошибаться. В конце концов, отойдя от своих мыслей, принялся читать книгу " живое погребение", моя любимая, пятый раз её перечитываю, и каждый раз открываются новые тайны и новые ощущение. Мой стиль "чёрный", моя тематика "тьма". Нет, я не фанатик ужасов, но меня не пугают разные шорохи и привидение, они ничто по сравнению с ней. Предпочту компанию мертвецов, кошмары по ночам, прогулки в холодном, тёмном лесу, но не её. Та, кого я боюсь, есть сам дьявол в обличие девы. Её грехи не сравнятся с грехами отца, который грабил квартиры и избевал людей. Нет, её душа намного чернее. Мой отец выпилился, мне страшно думать что это сделала она. Из-за неё, из-за неё моя жизнь сломана, она подарила мне свободу, но не ту которая у других людей, моя свобода покрыта чёрными пятнами, соединёнными в один большой ком, который поглощает меня, изо дня в день... Я задумался, а время пробило 11. Завтра не как иначе как в школу, надо бы выспаться, но раньше чем часу лечь не могу, она прийдёт, не знаю с кем, не знаю в каком настроении. По крайней мере у меня гость, ему будет плохо, если он заинтересует их внимание. Тот парень досихпор так сладко спал. На улице похолодало, на чердаке тоже, холод повеял из всех щелей. Холодный воздух ложится на пол, как снег в декабре, тот покрывается холодом и двигается к человеку, что лежит на полу, к Никите. Холод пробирает до костей, он долго долго ёрзает, наконец открыв глаза. Свой первый взгляд он устремил на меня. Его изумрудные глаза, так блистали отражая свет тусклова фонаря, удивление, с таким чувством он посмотрел на меня. Моё сердце дрогнуло, никаких слов, только молчание. Это не была та неловкая тишина, мы общались взглядом, он просил меня о помощи, в глазах был испуг, он пережил что-то страшное, то чего ещё сам не осознал. Может он убил кого-то? - Холодно... - вдруг промолвил он. Неожиданность сразила меня, я молчал, какое-то необычное чувство не давало мне говорить. Склонив голову к груди, сидя молчал. Он и не ждал ответа, поёрзав немного, снова лёг. Да, каждый вечер холод приходил ко мне в гости, хотя я вовсе его не звал. Дом находится посреди дубравы, сосны здесь также частые гости, с каждым годом их всё больше и больше, через пару лет, они полностью окружают нашу маленькую хижину и поглотят её в своей глубине. Ветер притих, всё успокоилось. Никита как и прежде лежал в своей сделанной кроватке из одеял, дремал. Смотря как он сладко дремлет, сон тоже склонял меня. Притупив свет, я прилёг на свою сделанную кровать, она была так же проста: два матраса, одеялы и подушки. Прилёг, прикрыл глаза, и усталасть пленила меня, я не в силах противостоять ей, она была так добра ко мне, что сопротивляться не было смысла... В полу сне, я вижу природу, какой прекрасный сон! Из леса открывается дверь. Что, дверь, откуда? Её отпирают ключём, она отворяется и заходит... Мама! О нет, она пришла - прокричал я проснувшись. Время два ночи. Так поздно, она явно зайдёт ко мне, и это будет скоро. Паника, моё сердце забилось как бешеное, глаза бегали в разные стороны, они искали место, где спрятать парня, но не чего. У меня совсем нет таких мест. Шкаф - проломится. Под стол - всё видно. Кровать? Два матраса на полу, куда я его спрячу? Но та не задерживалась, заскрепели пирилла. Побежал разбудил парня, тот с просони не чего не понимая, со своим испуганным взглядом и помятым лицом, так смотрел на меня. Хочу сказать большего, интроверт, это ещё одна моя черта, ни в жизни не косался человека, из-за этого в автобусе не езжу. Поэтому прикоснувшись к руке Никиты, я не вольно посмотрел ему в глаза, я испытыва новые ощущения, они мне не были противны. Потащил парня к себе на матрас, бросил его на них, одеяла на которых он спал, с ним же. В конце сказал : Если моя мать тебя увидет, то на месте тебя и меня зарежет! И не вздумай хоть пикнуть, мне здесь ещё жить. Тот явно обомлел. Накрыв одеялами пацаны, сделав вид, что это только одеялы и есть, закинул на него ногу, как на подушку, притворился, что сплю. Паника и страх приглушали все эмоции и принципы, но я чувствовал, как он дышит мне в грудь, его мышцы, под своей ногой, всего его, подле меня, такие необычные ощущения. Дверь в свою очередь отворилась...она зашла. Мои сосуды сжались и я сжал Никиту. Но даже ему не чем было дышать, много одеял на нём и моё тело перекрывало воздух. Но нечего не мог поделать, хотя... Немного отдалился от него, будто б во сне, у него появился воздух, но мало, тогда просунул аккуратно руку под одеяло и приподнял его, полностью освободив его голову, лёг на неё своей голосовой, но проход к воздуху был открыт. Да голова, у людей не такая уж мягкая, от слова совсем. Шага вокруг нас продолжались. Она ходила вокруг нас, зная, что могу обмануть, ведь если не сплю, тогда что одеяла такие, а? Страх, но его приглушали, что-то другое, не обычное чувство, которое испытываю впервые, всё исходило от Никиты, который прикоснулся ко мне, нет, к которому я прикасался, идя против правил. Лицо пылало, от чего не знаю точно, кровь бегала по моему организму, мне стало жарко. Наконец дверь прикрыта, мы не двигаемся. Пододлать следующих действий, убедица, что она уходит. Минуты две ещё мы лежали не подвижно, наконец я отпустил Никиту. Тот вылез и стал остывать, после парилки под одеялами. Прошло около сорока минут, всё было невыносимо долго, страшно, волнительно. - И пожалуйста не задавай ни какие вопросы, завтра мы уже будем не знакомы! - предупредил я. Хотя Никита посмотрел на меня так будто и не собирался нечего спрашивать, как-нибудь всё что сейчас происзошло, это норма, с ним такое часто случается. - Куда мне идти и где можно лечь? - тихим и спокойным голосом спросил тот. - Здесь. Тебе не куда идти, она может вернуться, останься здесь, но спи под одеялом, остальные проверки будут лишь из далека . - Хорошо. - таким же смеренным голосом он ответил. Никита лёг на другом краю кровати, я параллельно, тот окутылся, мне параллельно. Тишина, шуршания на первом этаже едва ли заметны. То чувство, что я чувствую в присутствии другого человека, что это? Он такой тёплый и милый, приятный на вид и на ощупь, прикасаться и обнимать его, так приятно, не разу в жизни не испытывал таких чувств... Ночь была спокойной, второй проверки не было, мне же лучше. Скучная ночь без снов, они не когда мне не снятся. Последний раз он мне приснился в 10 лет, тот день я провёл с сестрой, мы целый день играли, после таких тёплых моментов сон и приснился. Сейчас же поводов нет, как обычно, этот парень, он мне не снился но я будто бы во сне думал о нём. Представлял его, рассуждал что за человек он, в итоге утро. Бррр, конец октября, ну и осень, холодно как зимой. Хочу укутаться одеялом, но где оно, Ммм так лень встать и искать его, потом вовсе не усну. Поедозил, поедозил, наконец нашёл, но оно не разворачивается, всё что я могу - это прижаться всем телом, чтоб согреться. Собственно я именно так и поступил. Прижался грудью, закинул руку, закинул ногу, теплее, но как то не удобно, почему? Всё так надоело, что всё-таки открыл глаза и посмотрел, что же не так с одеялом. Открыл глаза... глаза в глаза. Это не одеяло. Он лежал на спине, голова его повернута в мою сторону. Его темные волосы спали на лоб, кожа облегала мышцы шеи, своей ногой чувства его пресс, а рукой накаченную грудь и руку. Он был ошеломлён, собственно как и я. Осознание ситуации, а ой, наконец убрал с него ногу и руки, опёрся на локти, неловко осматриваясь вокруг, крамнея от неловкости. - А, ой, прости, прости, я ..., нечаянно, честно, просто ... было холодно ... и ... - Нечего страшного) - улыбнулся он. Его ответ меня ещё больше смутил, смущение так и прёт. Мне кажется, что выгляжу как помидор. На улице собственно уже светло, ага время 9:15, значит дома не кого. Наконец-то солнечный денёк, лучи тепла согревали комнату, и радовали глаз. Хватило десяти минут, чтоб в тишине собрать и спустится вниз. Он одел, свою высокую за ночь одежду, отдал мою, посмотрел на меня так, будто говоря " спасибо тебе за всё, но ты какой-то странный", но вдруг я услышал несколько иное: - Спасибо, что пустил переночевать, еды, кровать, одежду одолжил, очень благодарен. Теперь пока, если что обращайся) - улыбнулся он мне на последок, закрылась дверь, закрылось солнце, и больше нет мне весела.