впусти в свои кошмары

Рыжая закрывает рот руками и тихо вскрикивает. Садится на холодный пол, продолжая зажимать ладонью вырывающийся крик, по щекам начинают литься холодные прозрачные слезы. Ей страшно, жутко и больно, в ноге торчит старый ржавый гвоздь, проткнувший насквозь обувь. Рядом стоит незнакомка, её глаза большие и голубые, испуганный взгляд. Она крепко вцепилась и тянет на себя ручку двери подъезда. Тусклый свет и уродские стены, в этой парадной давно никто не жил, обычно Софья проводила здесь одинокие ночи, летом тут было вовсе тепло, осенью уже холоднее, где-то наверху лежал старый плед, который девушка притащила сюда из дома. Старый тёплый плед, просто кусок ткани, он был единственным доказательством, что не вся жизнь дряхлого подъезда канула в Лету. - Кто ты такая? - сквозь зубы проговорила Сонечка, боль понемногу утихала, успокаивая себя, девушка придвинула к себе ногу с помощью рук и сняла рюкзак с плеч. Розовая стояла все там же, у двери, повернувшись к Софье, она смутилась и немного покраснела. Девушка наконец отпустила ручку двери и приблизилась к рыжей, она боялась крови, но не могла не помочь, не могла оставить здесь эту безумную девчонку. - Тебе больно? - Нет, блять, щекотно, - яростный огонь блеснул в серых злых глазках Сонечки, она растегивала молнию рюкзака и искала там что-то подходящее. Больно, но не сильно; с гвоздем в ноге рыжая пробежала где-то двадцать метров, потому что в груди от страха разрывалось сердце, разум подавал гневные сигналы, и девушка не успевала контролировать всё это, адреналин пылал в её ногах, руках, во всем крохотном тельце. А сейчас ей казалось, что она потеряет сознание, Соня успокаивала саму себя, пыталась ровно дышать, но в руках начала проскакивать дрожь, а мозг уже не соображал так же ясно. Главное - не потерять сознание, главное - не отключиться. - Прости, прости, пожалуйста, как я могу тебе помочь? - розоволосая опустилась на колени перед девушкой и начала аккуратно расшнуровывать кеды, её тонкие пальчики осторожно вытягивали шнурки из дырок, а губы предательски дрожали. - Не трогай меня, пожалуйста. Кто ты вообще? И почему ты решила, что я доверяю тебе? - Меня зовут Алина, я, правда, хочу помочь тебе, - незнакомка подняла голову, но не смогла смотреть в полные ярости и отчаяния глаза рыжей. Её руки немного тряслись, но через пять минут Алина полностью освободила ногу от шнурка, вытащила язык кроссовка и замерла, не зная, что делать дальше. Она боялась, боялась очень сильно и поражалась храбрости рыжей, поражалась её силе и спокойствию. Такая худенькая и маленькая, но крепкая, словно стальная. Алина завидовала ей, но, одновременно, ужасалась. Ужасалась грубым крохотным пальцам, ужасалась взгляду, взрывающему стены, ужасалась тому факту, что эта маленькая и беззащитная девчонка так невозмутимо ведет себя в данной ситуации, кто и что с ней сотворил? - Новые кеды были! - Соня достала маленький ножичек из кармана рюкзака и попыталась разрезать подошву, неудобно и больно. Соня пыталась ровно и глубоко дышать, пыталась выглядеть неразрушимой, но тело горело зловещим пламенем, - помоги мне. В руках розоволосой нож, и она боится, что случайно проткнет не только подошву, но и стопу девушки, ещё раз. Она точно провалится с этим заданием, в принципе, как и всегда, она не справится, она не может. Она думает, что все вокруг - сон, проклятый и страшный сон. Вы-дум-ка! А на самом деле она лежит в своей большой, мягкой и уютной кровати, видит десятые сны и сопит. Или Алина сходит с ума. Такими темпами она быстро свихнется. С проклятого гвоздя капает кровь, но, кажется, это вовсе не смущает рыжую девчонку, Алина аккуратно протыкает кед. - Давай поговорим, - шепчет девушка, - как тебя зовут? - Соня, - рыжая закрывает глаза, её ногти впиваются в ладони; закусывая губу, девушка пытается выровнять дыхание, - что ты забыла ночью на этих отвратительных улицах? - Соня... Красивое имя, - Алина проделала дырку в подошве, чтобы девушка могла отделить ногу от обуви, - я тоже хочу поинтересоваться, что ты забыла здесь. Ты выглядишь такой маленькой, сколько тебе лет? Четырнадцать? - Пятнадцать, и не переводи на меня стрелки! Бесишь! Ответь на вопрос, - Соня забрала из рук незнакомки нож и посмотрела на окровавленную стопу. Она потянула за головку гвоздя и тихонько заскулила. Резкий рывок, металлический звук, и гвоздь валяется на ступеньке, Софья скатала носок на месте раны и стала разрезать футболку, - ну, чего ты молчишь! Сама же хотела поговорить! - Я.. Я испытываю свои нервы, мне грустно и одиноко, скучно и тоскливо. В последнее время я часто хожу по ночам гулять, но от ментов бегаю впервые, - Алина отпрянула немного и прислонилась к стене спиной, девушка чувствовала себя виноватой, подбитой и чертовски слабой. Она там, где не должна находиться, она заблудилась, потерялась. - Я думала, тебе есть восемнадцать. - Почти. - И зачем ты всё это делаешь? - Соня перевязала обрывком от своей белой футболки рану, пытаясь остановить кровотечение, - дай угадаю, проблемы в семье и в школе? - Я в колледже, да и в семье проблем нет, просто скучно и печально время от времени. И иногда мне кажется, что я тону, ничего не чувствую. У меня все хорошо, я не голодаю, я не изгой, со мной общаются, но все это не то, никто не отдает столько сил в общении, сколько хотелось бы, и я задыхаюсь. Поэтому прихожу на эти улицы, тут ты сам по себе, ты один, тут не с кого спросить, ты на своем месте. А в обществе не так. - Нихуя ты придурошная, придумала себе проблем на голову, свихнулась что-ли? - рыжая поднялась на здоровую ногу и стала подниматься выше, по телу прошлась волна неописуемой усталости, руки дрогнули, а глаза немного поплыли, словно маленькое тело девочки накачали наркотой и закружили в танце, словно все вокруг стало выдумкой, дурным сном. Дурацкие серые стены, еле ощутимый свет и глупая девчонка, которая так не ценит свою жизнь. Сонечка злилась на неё и завидовала, она тоже хотела почувствовать заботу матери, тоже хотела знать, что кто-то волнуется за нее, но такого не было никогда. А кто-то так просто готов отказаться от всего этого. Глупость! Неописуемая глупость. Софья всегда чувствовала себя одинокой, в школе, дома, на холодных улицах города. Одноклассники отвешивали ей затрещины, и никто не защищал ее, даже тут одна. Раньше девушке так хотелось сбежать от этого одиночества, очутиться в месте, где все ее изъяны полюбят. Но со временем эта детская слепая любовь превратилась в гнев, агрессию, злость и... Страх. Страх перед всеми, все стали врагами, злыми и несправедливыми. Они все зажимали Сонечку больше и больше, не давали ей дышать. Не давали жить. Потенциальная угроза. Эту фразу рыжая могла отнести буквально ко всем людям. Отвратительно. На самом верхнем этаже, когда лестница закончилась, девушка опустилась на старый рваный плед и достала сигареты. Едкий дым и никого больше. Никаких потенциальных угроз.