Немного о жизни

Буквально через две недели сбудется их общая мечта. Очень давняя и заветная — она томилась в их сердцах несколько лет, обсуждалась столько раз, что не хватит двух пар рук, чтобы сосчитать, и вот оно наконец-то случилось. Арсений до сих пор не верит, но «Шоу из шоу» действительно совсем скоро появится на телеэкранах страны. Ещё каких-то четырнадцать дней, и зрители увидят их детище. Вроде бы отсняли уже давно, а на сердце всё равно тревожно: какие будут рейтинги? Оценят ли те зрители, что не являются фанатами их с Шастом дуэта или всей четвёрки импровизаторов? Утвердят ли второй сезон? Антон настоятельно просит не накручивать себя раньше времени и говорит, что всё будет отлично, но Арсений — волнушка с многолетним стажем, тем более речь идёт о таком важном для него — для них — проекте. Но всё-таки, если отбросить все тревожные мысли и подумать рационально, продюсеры явно делают ставку на это шоу. Были долгие прогревы, куча анонсов, которые начали крутить аж с весны, текущие рекламные ролики, которые можно увидеть как по телевизору, так и в сети. Прогрев получается настолько крутой, что их с Шастом даже приглашают сняться в аналоге известного английского шоу — «The Puppy Interview». Антон сообщает ему эту новость сразу, как только получает сообщение от менеджера, и чуть ли не до потолка прыгает от радости. Спустя пару минут Арсений шутливо просит его успокоиться, а у самого в груди взлетают бабочки: и от приглашения, и от вида такого счастливого Шаста. Что же будет с ним во время съёмок? Он сам обожает животных и не жмотится жертвовать деньги приютам, даже пару раз лично ездил к собачкам и кошечкам. И каждый раз буквально умирал от любви, смешанной с жалостью к бедным животным, обречённым жить в клетках. На интервью — он узнавал — тоже будут щенки из приюта, и Арсений заранее ловит грустинку. Животные, как никто другой, заслужили жить в любви и комфорте — как жаль, что невозможно осчастливить всех. Антон же его настроение не разделяет, более того — даже не думает о таком и просто ходит светящийся от предвкушения всю неделю до съёмок. Видеть его таким одно удовольствие. Несмотря на кучу съёмок, свалившихся на их головы после отпуска, несмотря на безумную нагрузку, он остаётся живым благодаря грядущему интервью.

***

— Представь, как было бы круто завести собаку, — мечтательно шепчет Антон ему в макушку, когда они, уставшие и размякшие после секса, уже почти засыпают. — Я думал, ты скажешь, как я сегодня был хорош, а ты — «завести собаку»… — вредничает Арсений и улыбается. — Я и так тебе это всегда говорю. И могу повторить! Но я серьёзно, представь. Улыбка становится ещё шире, когда в голове вырисовываются картинки их прогулок. Тёплое летнее солнце, парк, они и их собака на поводке; в карманах только телефоны и собачьи вкусняшки, а на душе — лёгкость. Ещё одна мечта, которой не суждено сбыться в этой стране. — Нашей собаке очень повезло бы с хозяевами, — говорит Арсений, — особенно с тобой. Я не видел человека, который бы относился к собачкам с большей любовью, чем ты. — Ой, Арс, — мычит Антон, немного смущаясь, и наверняка закатывает глаза. Он запускает руку в его волосы и начинает мягко поглаживать макушку, из-за чего Арсений ещё большей лужицей растекается по нему. — Не умаляй своих способностей любить. Я уверен, ты бы тоже был той самой счастливой мамочкой ангелочка, которая за своё чадо готова загрызть. — Это правда, загрызть я могу, — Арсений коварно кусает Антона за сосок, маячащий перед носом, и заливисто смеётся, когда тот дёргается. — Эй, отстань. — Ты сам пристал. Антон возвращает руку ему в волосы, и дальше они лежат в молчании, думая каждый о своём. Спать уже не особо хочется, однако спокойствие и наставшая тишина умиротворяют, а родное сопение над ухом действует как колыбельная — уже через четверть часа Арсений дремлет.

***

Они с Шастом сидят в незнакомой студии на светло-розовом фоне, тихонько переговариваются, следя за тем, чтобы микрофоны были выключены, и ждут начало мотора. Ещё минут пять, и всё начнётся, а пока они болтают на отвлечённые темы, тем самым друг друга успокаивая и заземляя — оба сегодня с самого утра в предвкушении. Где-то вдали вдруг слышатся тихие поскуливания и лай, и Антон мгновенно подкидывается на эти звуки. Ну что ж, простите, дорогие операторы, режиссёры и интервьюеры, мы здесь надолго. К ним подходит девушка, которая будет вести интервью. В кадре её не будет, да и вообще, она особо роли не играет, её задача — просто озвучивать вопросы, но Арсений всё равно поднимается и любезно здоровается. — Сейчас начинаем, — говорит она, когда Антон тоже жмёт её руку. Вскоре к ним приносят две клетки, режиссёр кричит «мотор», и дверцы открываются. Арсений клянётся — он видит, как у Шаста расширяются зрачки и расплывается лицо, когда в их сторону бежит восемь очаровательных щенков. Все разной окраски: светлые и тёмненькие, с пятнами и однотонные, с прямыми и закрученными хвостиками — и все ужасно милые. Арсений сдерживает писк, а вот Антон, совершенно не стесняясь, воет в голос. — Ути боже, малыши, приве-е-ет! Идите ко мне, идите! — протягивает он руки и посылает каждому щенку по воздушному поцелую. Малыши кучкуются возле их ног, и Арсений садится по-турецки, чтобы они смогли залезть к нему на коленки. — Иди сюда, давай, — он стучит по собственным бёдрам, и один щенок мгновенно запрыгивает к нему, а затем приподнимается на задние лапы и пытается достать до лица. Но роста ему не хватает, поэтому он ластится к груди, оставляя на футболке небольшое количество шерсти. К первому присоединяется второй, и они вместе облюбовывают ноги Арсения, прыгают и играются друг с другом. Остальные шестеро щенят начинают веселиться с Антоном, и Арс ни капли не ревнует — с Шастом они точно кайфанут. — Итак, поехали? С меня только вопросы, с вас — ответы, — обращается к ним девушка. Они с Антоном кивают, и она начинает: — Расскажите, пожалуйста, как придумывалась концепция «Шоу из шоу»? Были ли другие версии, которые отличались от того, что зрители сейчас видят на экранах? — Идея появилась около двух лет назад… — начинает Арсений. Он берёт на себя ответственность развёрнуто отвечать на все вопросы, давая возможность Антону больше внимания уделить щенкам, а не интервью. Продюсеры потом спасибо им скажут за то количество рилсов, что фанаты нарежут по этому выпуску. Арсений говорит и говорит, стараясь как можно больше рассказать об их шоу, и отвлекается, только когда щенки особо активно требуют внимания или когда Антон сам вставляет пару фраз. — Мой любимый Арсов образ… — задумывается Шаст и чешет подбородок. — Пусть это будет ведущий «Кому плевать на миллион». Не забываем, что он актёр — ему такие роли только в кайф. А когда человеку на сцене в кайф, то и зрителю в кайф! А я тоже своего рода зритель, сижу на удобном креслице, телек смотрю. Арсений улыбается, хотя прекрасно знает, что больше всего Антону нравится ведущий танцевального шоу — Арсений Па. Ему самому он нравится, потому что этот образ позволяет выпустить наружу его флиртующую натуру, которая и участников может соблазнить, и даже зрителей. И, конечно, самого главного зрителя, сидящего «в удобном креслице». — А мне нравится ведущий «Детям не понять». Как там его зовут? — обращается Арсений к Антону, уже успевшему выпасть из разговора, отвлекшись на кусающего его обувь щенка. — Э-э-э. Дядя Антон? А нет, дядя Тоша! — отвечает Шаст и возвращается к малышам, которые каким-то неведомым образом успели залезть по животу на его плечи. Он звонко хохочет и ласково называет их проказниками. — Точно. Зрители наверняка уже оценили, как мило дядя Тоша общается с детками… Ну просто прелесть! Кстати, — Арсений указывает пальцем в камеру, обращаясь к зрителям, — напишите в комментариях вашего любимого ведущего. Через пятнадцать минут им сообщают, что интервью окончено, но они ещё могут немного поиграть со щенками, пока те, кто их привёз, допивают кофе. — Боже, Арс, это ли не счастье? — тихо говорит Антон, когда с них снимают петлички, а операторы начинают потихоньку сворачивать своё оборудование. — Малыш, тебе так сильно понравились мои кроссовки? — смеётся он, когда самый крупный щенок снова вгрызается в носок его обуви. — Это абсолютное счастье, — соглашается Арсений, чувствуя ладонью мягкую шёрстку и тёплое тельце уснувшего на нём щеночка. Всё интервью с Антона не сходила улыбка, он играл и бесился с щенками, гладил и целовал их куда только можно, сюсюкался и выл от умиления — и на мгновение Арсению вновь становится грустно, что они не могут позволить себе так же сюсюкаться с каким-нибудь хвостиком дома. — Когда мы станем дедами, — шепчет ему на ухо Антон, — мы уедем куда-нибудь далеко и заведём собаку. И кота. И вообще кого угодно. И станем самыми счастливыми зоородителями на свете. Шаст как всегда читает его мысли, будто телепат, и его слова мгновенно зашивают образовавшуюся на сердце рану. — Я обещаю, — добавляет он, а затем сажает того грызуна кроссовок на Арсовы колени. Щенок, кажется, не особо доволен тем, что у него отняли игрушку, но быстро переключается и уже с радостью прыгает на Арсении и пытается лизнуть его подбородок. — Я верю, Антон. У нас всё будет.