Шахматы и чулки

Мои туфли коснулись каменной дороги Ли Юэ. Юбка и накидка сразу стали развеваться от теплого ветра. Вокруг люди расставляли товары и разговаривали о контрактах, дети бегали и играли в пиратов, старики стояли у моря и смотрели вдаль. Святой Архонт, как я скучала по этому прекрасному городу! Проведя несколько месяцев в Инадзуме, я успела соскучиться по жареному в воке мясу, запаху шелковицы и бренчанию моры в руках торговцев. Скрыв под челкой свою улыбку от возвращения в любимый город, я говорю морякам, что можно отдохнуть и увидеться с родными. Те радостно закричали и разбежались кто-куда. Приятно, наверное, иметь людей, которые тебя ждут после долгой разлуки… Жаль, что мне не понять. Однако не стоит думать о грустном! Пора вновь окунуться в приятную и родную атмосферу города. И начну, пожалуй, с вкусного обеда.

***

Прийдя к Сян Линь, я стучу по корешку двери, чтобы привлечь внимание девушки. Та ойкнула от неожиданности и резко развернулась. — Бэй Доу! — она улыбнулась и кинулась на меня с объятиями. Опешив, я неловко приобняла девушку и рассмеялась. Сян Линь можно простить такую фривольность — все-таки не одно путешествие по морю мы провели рука об руку. — Как я рада тебя видеть! Гоба, смотри, кто к нам пришел! — ЪуЪ! — произнес Гоба и помахал лапой в мою сторону. Я улыбнулась и протянула ему руку для приветствия. Тот ответил и запрыгал на месте от радости. — Ты приехала в Ли Юэ надолго или уже скоро отплываешь? Ой, тебе приготовить твое любимое блюдо? — спросила Сян Линь и поспешила к плите. Энергия из этой девушки била ключом, словно в ней полыхал огонь страсти, когда речь заходила о готовке. Неудивительно, что ее Глаз Бога — пламя. Однако ее любовь к тому, чем она занимается, всегда вызывало во мне восхищение. Сама же я точно так же отношусь к приключениям, морю и преодолению препятствий. Я без этого — не я. — Ха, пока не думай об этом, я еще успею тебя достать своими частыми визитами! — громко ответила я и похлопала девушку по плечу. — Буду очень признательна еще и за пару кружек пива! — Будет сделано! — захихикав, произнесла Сян Линь и стала доставать заоблачные перчики. — Гоба, хватит мешать гостям трапезничать и иди разожги печь! — ЪуЪ! — громко произнес Гоба и побежал прочь от девушки, которая уже успела потерять несколько шариков с креветками из-за этого существа…

***

Блаженство от теплой и вкусной пищи и холодного и терпкого пива растеклось по телу. Давно я так не отдыхала. Война из-за Охоты на Глаза Бога не давала мне покоя. Мы с Казухой рука об руку сражались с солдатами сёгуна, получив немало ран. Помочь бедным людям обрести возможность вновь вздохнуть свободно, а не бегать по островам в поисках укрытия и отдыха, было важнее, чем стоять в открытом море, ожидая приказа Цисин. Мне было жаль жителей страны, которые не могли радоваться каждому дню из-за приказа Архонта, который погряз в собственной установке и не мог выйти из оков собственного разума, боясь разрушить хрупкое равновесие. Но ее можно понять. Она собиралась сделать все, чтобы Инадзума оставалась прежней и приблизилась к понятию «вечности». Любые изменения или разрушение ее планов приводило сёгуна к неизбежному страху и воспоминаниям о сестре. Но она не думала о том, что ее действия приведут лишь к еще большей боли, стагнации, страху и отчуждению от нее людей. Благо, это все кончилось. И я могу вздохнуть спокойно, ожидая очередного путешествия. Усталость после долгого пути брало свое. Хотелось уже лечь и заснуть, однако не хотелось бы сбить таким образом режим сна. Хотелось бы лечь в чьих-то объятьях… Ха, Бэй Доу, ты совсем раскисла с дороги и после пары кружек пива? А ну соберись! Не время и не место становиться слаймом из-за желаний, которые в итоге не станут реальностью. Однако я не могу сдержаться и не смотреть с грустью в глазах в небо, где раньше был дворец Нин Гуан. Жаль, что столь прекрасное творение величественной королевы Ли Юэ пало. Она то помнит сколько прекрасных вечеров провела в его стенах за разговорами (и не только) с девушкой, которая не выпускала из рук бело-золотую курительную трубку… — Бэй Доу, Вам письмо от Нин Гуан, — произнесла появившаяся Ке Цин. Когда я брала его, она странно посмотрела на меня и ушла. Однако девушка всегда вела себя так со мной — ей не нравилось то, что рядом с Нин Гуан есть кто-то, помимо нее, кто любит говорить прямо и отстаивать свое мнение. Я отложила приборы и про себя улыбнулась. Моя королева, соскучилась…? Распечатав письмо, я вижу, как аккуратным и каллиграфическим почерком выведены следующие слова:

«Уважаемая Бэй Доу, Прошу тебя посетить мои скромные покои в 6 часов вечера. С меня 100 тысяч моры. С тебя партия шахмат со мной. Не опаздывай, Воля Небес группировки Цисин, Нин Гуан»

Моя дорогая, конечно я не смею тебе отказывать. Тем более, желание выиграть партию у нее захлестнуло меня с головой, заставляя разжечься огню в области живота. Сердце забилось быстрее. Создалось ощущение, что только сейчас я отошла от долгого сна и могу дышать полной грудью. При воспоминании о тонких пальцах в перчатках, которые крутят в воздухе курительную трубку, мне стало трудно дышать. Соберись, Бэй Доу, не будь девочкой-фанаткой! Она уж точно не полюбит тебя той, которая захочет прислуживать ей. Встав из-за стола, я поспешила к кораблю, чтобы успеть остыть и привести себя в порядок. Нин Гуан, какую же игру ты затеяла в этот раз?

***

Постучав в большую деревянную дверь, я ждала приглашения войти в дом. Сам по себе он был не так роскошен и не таким большим, как Нефритовый дворец. Сейчас Нин Гуан жила в доме своих родственников, которые оставили его ей в наследство. Он состоял из двух этажей, которые были покрыты белой и немного покоцаной краской. Каждый этаж разделяла черно-желтая вальмовая кровля с ломаным скатом. По бокам от входной двери были круглые окна из темного дерева. Дом выглядел со стороны красиво, но немного устаревши и обветшало. — Здравствуйте, проходите, — наконец, открылась дверь и меня впустила в дом горничная в китайском бордовом платье. Пройдя внутрь, я увидела несколько дверей в разные комнаты. Девушка шла вперед вдоль коридора и вела меня вглубь дома. Постучав в большую дверь, горничная услышала тихое «войдите» и отворила мне дверь. С первого взгляда понятно, что комната принадлежит Нин Гуан: у стен поставлены на пол лампы с теплым желтым светом, которые освещали пространство достаточно хорошо, но создавали ощущение интимности; напротив двери на полу из темного дерева длинный и большой ковер оранжево-желтого цвета с вышивкой глазурных лилий; так же у стен стояли большие стеллажи с книгами (там что, где-то я увидела мою вазочку с цветком, которую я подарила однажды…? как она сохранилась?); справа была большая дверь, которая, наверное, вела в спальню; у стены напротив двери стояла огромная ширма с расписным рисунком дракона и феникса и огромный длинный стол с неимоверно большим количеством бумаг; а в центре комнаты стояли стол для чая и маленький столик с расставленными шахматами и стульями по бокам. Все предметы и мелочи в этой комнате говорили о том, что ее хозяйке нравится роскошь, однако любит придерживаться минимализма для сохранения ясности мысли. — Здравствуй, присаживайся, — указав на стул около шахматного стола, произнесла Нин Гуан, которая вошла в комнату со стороны той большой двери. Пока шла, я заметила то, как не изменилась королева Ли Юэ и осталась все такой же прекрасной. Ее каблуки стучали по полу, красная татуировка на бедре переливалась под блеклым светом ламп, платье идеально сидело на стройной фигуре. Лицо Воли Небес ничего не выражало кроме как абсолютного спокойствия. От взгляда на ее щеки захотелось прикоснуться к ее коже и узнать: «Горячая она или холодная? Нежная или грубая?». Покраснев от своих мыслей, я дернула головой и села за стол. Закинув ногу на ногу, я старалась скрыть свою легкую нервозность, тремор рук после алкоголя, учащенное сердцебиение и жар внизу живота от присутствия Нин Гуан. — Мора лежит на столе. Заберешь, как будешь уходить, — немного холодно сказала Воля Небес и закурила трубку. Легкий дым пошел из нее, развеваясь по комнате ароматом жженого табака. — Ты позвала меня просто поиграть с тобой в шахматы? — спросила я, откинувшись на стуле и закинув руку за его спинку в расслабленном жесте. — Ты же знаешь, что просто играть я не люблю. Каждый придумает свое условие победы и огласит его после. Никто не в праве отказываться от того, что ему прикажет соперник, ставшим победителем. Все донельзя просто, но не в этом ли красота, правда? — произнесла Нин Гуан, смотря мне в глаза. Ее взгляд, который на миг показался мне таким, словно я сижу перед ней голая, невольно заставил меня вздрогнуть. — Кхм, что-ж, приступим, — ответила я, тщетно стараясь скрыть свое смущение. Я наклонила голову вниз и закрыла лицо челкой, чтобы дать себе время на передышку. Взмахом руки ее пешка переместилась на е4. Мои былые чувства, которые еще секунду назад бушевали во мне, канули в лету. Я распрямила спину и уставилась глазом на доску. Все мое естество сейчас было нацелено на победу. Азарт разлился по венам, заставляя учащенно дышать. Понятно, это сицилийская защита? Или королевский гамбит? *. Ха, хочет дать на время мне думать, что я имею равные шансы с ней? Ага, сейчас. Когда речь идет доходит до шахмат с самой королевой, то понятно, что в них ей нет равных. После недолгой паузы я иду на е5. Нин Гуан медленно ставит на столик чашку с чаем. Когда она увидела мой ход, то подняла глаза на меня. Мы сразу поняли друг друга. Что что, а чувствовать друг друга в этой игре мы умеем. Внутри меня заиграл еще больший азарт. И мне не столько страстно хотелось победить саму Волю Небес, сколько сыграть с ней в игры разумов. Всегда в шахматах мы играем на два фронта: в шахматы, где мы оттачиваем свое мастерство, и в разговорах — обсуждаем вещи намеками и разговариваем полуулыбками и загадками, чтобы одновременно ответить на один вопрос и придумать еще 1000 вопросов. Что ж, начнём, любовь моя? Я приняла твой дебют.

***

Игра длилась больше 2 часов — были в ход пущены множество вариантов рокировок и стратегий, которые когда-то делали лучшие гроссмейстеры из Снежной на чемпионатах. И с каждым ходом Нин Гуан я понимала, что мне обеспечен мат. Руки затряслись сильнее. Что.Что она потребует от меня? Когда она сделала последний кон, то время остановилось для меня на миг. Я прикрыла глаза и собралась с духом. — Я признаю, что проиграла тебе. Что ты хочешь от меня за свою победу? — сказала я и встала из-за стола. Протянув руку в знак уважения и принятия поражения, я молча ждала своей участи. Внутри я сгорала от любопытства к тому, чтобы узнать, какая участь мне уготована от моей королевы. Нин Гуан молча встала из-за стола. Она смотрела на меня не отрываясь. В ее глазах цвета кор ляписа я видела…предвкушение? желание? Точно что-то, что я раньше не видела за время нашего с ней общения. Внизу живота разлилось тепло, словно я залпом выпила чай, который как раз сейчас стоял около шахматного стола и благополучно остывал. Однако мне, видимо, лишь становилось жарче от взгляда королевы Ли Юэ. Она, так же ничего не говоря, взяла меня за протянутую руку и… с силой толкнула на стол. Я от неожиданности не устояла на ногах и рухнула спиной на кипу бумаг, что были разбросаны по всей поверхности. Дыхание стало рваным тогда, когда Нин Гуан наклонилась ко мне и схватила другой рукой мою шею. Сердце просто ушло в пятки, а сдерживать и себя, и свои мысли стало невероятно сложно. — Ты была в разных уголках Тейвата, Бэй. Повидала столько много людей и мест, преодолела столько трудностей и препятствий. Все видят тебя непоколебимой, бесстрашной, сильной. Видят тебя воином, который не имеет ни желаний, ни страхов. Но знаешь, что вижу я? — произнесла Нин Гуан горячим шепотом, который опалял мое лицо. Она отпустила мою руку и провела своей вдоль моих грудей. — Девушку, которая не следует правилам и оплачивает мои штрафы лишь для того, чтобы мой взгляд был прикован к тебе. Потому что мое равнодушие для тебя будет больнее ненависти. И твое сердце этого не выдержит, — ткнув в грудь пальцем шёпотом продолжила королева. — Я вижу девушку, которая настолько хочет моего внимания к себе, что готова снять с себя облик воина и… — она медленно провела пальцем вдоль моего часто вздымающегося живота. Ее прикосновения были как пытки в самом Аду. Они лишь делали меня слабее и разгоряченнее. -…подчиниться мне. Ты хочешь быть вся в моих руках, не так ли? — спросила она в конце, медленно и аккуратно прикоснувшись к промежности через шорты. Из меня вырвался протяженный стон, который разлился по комнате. Мои щеки загорелись от стыда, смешанной с возбужденностью. Я тяжело дышала и продолжила смотреть на королеву. Я была словно загнанный хищником зверек, который не знает, куда ему деваться. Впервые в жизни сталкиваюсь с такой ситуацией. — Все, что тебе нужно, это сказать да, дорогая. Я не зря затеяла игру в шахматы — знала, как тебя заводит азарт, — произнесла Нин Гуан. Она, не отрывая глаз от меня, подцепила пальцами шорты и проскользнула внутрь. Когда ее холодные и обтянутые тканью перчаток пальцы коснулись и нежно провели по моей разгоряченной вагине, я словно потеряла связь с реальностью. Восторг, смешанный с желанием и удовольствием, поглотил меня полностью и без остатка. — О, ты не надела трусиков, храбрая морская бандитка? А ты не боялась стать слишком мокрой в один момент и испачкать столь сексуальные шортики, которые прекрасно подчеркивают твою упругую попу, — убрав вторую руку с шеи, она властно и сильно сжала мою ягодицу, чтобы прижать к себе еще сильнее. Я чувствовала, как ее грудь касалась моей. Еще один сладкий стон раздался из моих уст, однако его сдерживать мне уже менее хотелось. — Признай, мы давно стали связаны друг с другом. Именно тогда, когда мы впервые сыграли в шахматы, и ты меня обыграла. Я посмотрела в твои глаза и увидела там не радость победы, а сожаление. Словно тебе стыдно, что ты выиграла у меня. Почему же, милая? Ты уже тогда хотела быть моей и только? Всегда дарить мне победы, чтобы видеть мою улыбку? — спросила Нин Гуан, наклоняясь еще ниже ко мне. Она расплылась в улыбке, о которой я мечтала столько лет. Я чувствовала ее дыхание на моих губах. Я чувствовала, как ее пальцы проскользнули внутрь меня, а большой продолжал теребить клитор.Я чувствовала, как ее пальцы хлюпали во мне потому, что я вся была мокрой и наполненной смазкой. Я чувствовала, как желание и возбуждение пронизывали меня насквозь. Я растаяла на столе как мороженое в жаркое лето. Мои эмоции и чувства охватили меня с головой. — Я тебя люблю, — шепотом произношу я и, взяв рукой ее за шею, притягиваю к себе. Ее нежные, мягкие и немного холодные губы касаются моих. В тот момент для меня перестало существовать все, кроме нее. Она стала движущимся центром моей Вселенной. Она отвечала на мои поцелуи, продолжая ласкать меня. Я же, поняв, что мне тоже можно, рукой пробираюсь под ее платье и ласкаю соски. Наши языки сплелись в жарком танце. Слюна текла с губ, но нас это нисколько не волновало. Мои пальцы ловко терзают ее соски, заставляя саму королеву изнывать от желания. Наши тела шли навстречу друг к другу как в море корабли. Жаркие стоны разносились по всей комнате так же громко, как звенела мора, которая катилась из огромного мешка со стола на пол. Все бумаги ворохом летели вниз. Нин Гуан резким движением посадила меня на стол, раздвинула мои ноги и встала между ними. Ее волосы касались моего лица — шпилька была отброшена куда-то вглубь комнаты. Пару движений — и я осталась в одних шортиках. А Нин Гуан — абсолютно голой. Смотря на на нее, я поняла, что передо мной произведение самого искусства. Ее идеальные изгибы тела и бледная кожа заставляли меня становиться еще мокрее, чем я уже есть сейчас, доводя меня почти до оргазма. — Пора и с ними покончить, дорогая, — произнесла Нин Гуан. Она уже не выглядела так, как в начале нашей встречи — на щеках горел румянец, губы распухли от поцелуев, волосы неряшливо обливают ее лицо. Однако, когда я увидела ее такой, то подумала, что передо мной самая прекрасная женщина на свете. — Просто лежи и наслаждайся. За свою победу я хочу попробовать тебя. Сначала я не поняла о чем она. Наслаждение и восторг так затуманили мой разум, что сложно было соображать. Однако когда я почувствовала помимо пальцев внутри мокрый язык, мне кажется, я умерла на месте. Оргазм накрыл меня с такой разрушительной силой как волна, которая сносит все на своем пути.

***

Мы лежали на кровати и тяжело дышали. Я пыталась собраться с духом, чтобы спросить о том… Что она меня бросит? Это разовая акция? Я всего лишь ее очередной контракт, который она получила за 100 тысяч моры? — Ты когда отправляешься в море? — спрашивает Нина, развернувшись ко мне. Она задумчиво водила пальцем по моему голому плечу, подперев голову рукой. Ее глаза горели в темноте ночной комнаты. — Тогда, когда прикажешь, королева, — ответила я и оставил легкий поцелуй на лбу. Нина покрылась легким румянцем. — Тогда тебя еще долго не будет в море. Это я так приказываю. Надеюсь, ты не против? Ведь это твоя любовь и страсть, — произнесла она. В ее голосе я чувствовала нотки беспокойства и грусти. Сама же я стала расплываться в улыбке. Ее слова значат то, что я ей нужна. Что я для нее не игрушка. — Теперь только ты моя любовь. Остальное подождет, — взяв ее нежно за подбородок, мягко ответила я, смотря ей в глаза. Нина мягко улыбнулась. Я легонько ее поцеловала в подтверждение своих слов. Она приподнялась и устроилась в моих объятьях. Через пару минут сама королева спала у меня на руках. Оказывается, мы с ней до боли похожи: одна, которая жаждет, чтобы ее подчинили, потому что вечно покоряет моря; другая — та, кто жаждет найти того, кто будет для нее опорой, потому что сама является ею для миллионов людей. Засыпая с улыбкой на лице, я подумала: «Спасибо Инадзуме за то, что не только выполнила желания остальных, но и мое».

***

Ранним утром в комнату проходит горничная. Она в шоке останавливается в дверях: вместо привычного порядка она видела опрокинутые столы с шахматами и чаем, разбросанные бумаги на полу и…чулки на люстре? Пройдя тихо внутрь, она увидела, как Нин Гуан расслаблено спит в объятьях капитана флота. Усмехнувшись под себя, горничная покинула покои, не став ничего убирать — а то еще засмущает хозяйку.