Варвара

Шорохи пугают, заставляя сильнее кутаться в плед и вновь сжиматься, ожидая монстров. Нет, определённого. С длинной шеей, большими крыльями и белозубым оскалом. Варя крутит головой и жмурится, желая прогнать из головы образы. — Бу! Едва не взвизгнув, царевна подпрыгивает и открывает глаза. Вера — извечная служанка — стоит возле кровати с гребнем. — Проваливай, — почти шипит Варвара, грозно взирая на наглую девку. — Но, Ваше Высочество, я пришла вас переодеть, — плутовка склоняет голову, но ни тени уважения нет в этом жесте. И Варя позволяет негоднице ослабить шнуровку, позволяет помочь раздеться. — А вы верите в призраков? — заговорческим тоном шепчет Вера. — Они очень часто поселяются именно в больших замках. — Бред, — фыркает царевна. — У нас нет никаких привидений и призраков. С чего бы им здесь взяться? — Привидением становится лишь неупокоенный дух. Тот, которого что-то или кто-то держит на земле, — продолжает служанка. — Или такой ведьме неведомы эти прописные истины? Варвара бьёт по чужому лицу наотмашь и с удовольствием замечает как на лице этой мрази алым расцветает след от удара. — Ха, твой грех неискупим, — криво усмехается Вера. — Сколько невинных жизней ты погубила? А сейчас они взирают на тебя и спрашивают: «почему мама убила меня? Почему не дала увидеть этот свет?» Они плачут и страдают. А ты прохлаждаешься и живёшь припеваючи. — Замолчи, мразь. Варя бьёт по другой щеке. Не помня себя, она наносит удар за ударом. Метит в голову, хватает за волосы и тянет куда-то в сторону, где продолжает избиение. Только вчера закончились её кошмары, а теперь из-за этой дряни всё начнётся заново. Опять ей будет мерещиться детский плач, источник которого она будет искать, опять она будет видеть силуэты маленьких детей. Варя боится привидений нерожденных, но ещё сильнее боится призраков прошлого.