Варвара

Её имя витает в воздухе, въедается в кожу и оседает на языке. Варваре кажется, что она сходит с ума. Из каждого ближайшего зеркала слышится ей «Варечка», «Варечка». Однако другие не слышат ничего. Слуги кидают косые взгляды на пугающуюся каждого шороха царевну и перешёптываются, мол, бедный царь, нет наследника и сумасшедшая дочь. Варя плачет. Ночами её подушки промокают от слёз, а любые зеркала летят в стены, разлетаясь на осколки, но шептание не затихает, всё больше усиливаясь. — Оставьте меня в покое… Не надо… Кажется царевне, что монстр смотрит на неё из пресловутого зеркала, слушает её плач, довольно улыбаясь. Этой твари нравятся девичьи слёзы. — Оставь меня в покое… Варю трясёт так, что из её рук падает всё, что находится в них, будь то расчёска, перо или чарка с только что сцеженным ядом. Последнее особенно жаль. — Оставь меня, я не вернусь! — чуть громче говорит Варвара. — Вернёшься, куда ж ты денешься? Сирин редко даёт ответ, но сейчас охотно говорит через ставшее чуть мутным зеркало. Варя боится увидеть там лицо своего мучителя. К сожалению, обычный шум не особо помогает — «райская» птичка лишь злится и бьёшь наотмашь, опять рассекая когтями девичье лицо. Щека опухает и пульсирует, а Варвара сдерживает слёзы, чтобы не доставлять этой твари удовольствия. Царевна вновь и вновь разбивает зеркала. Осколки впиваются в руки — останутся шрамы — но ей всё равно. Запуганный ребёнок, бьющийся в истерике стоит заметить лишь какое-то движение в зеркальной глади.