За что мы сражаемся?

      – Ты чувствуешь это? - спросил Гарри.       – Будто земля перевернулась? - тихо спросила Гермиона, всё ещё прижимаясь к Гарри с закрытыми глазами. Она хотела, чтобы он снова поцеловал её. Она хотела предаться своим фантазиям. Она жила наяву в почти идеальном сне, и больше всего на свете ей хотелось, чтобы этот сон продолжался. Однако Гарри не возвращался к поцелуям, и это заставляло её желать его ещё сильнее. На самом деле, ей казалось, что он выскальзывает из её объятий.       Постепенно мозг Гермионы снова начал нормально функционировать. Она начала понимать, что произошло нечто такое, что привлекло внимание не только Гарри, но и всех остальных. Над ними повисла тяжелая тишина, и кто-то выключил радио. Гермиона огляделась и заметила, что все перестали танцевать и с тревогой озираются по сторонам.       Прежде чем она успела задать какие-либо вопросы, Гарри взял правую руку Гермионы в свою левую и вытащил палочку из кобуры, спрятанной в рукаве. Затем он повёл её сквозь толпу, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, разыскивая кого-то. Гермиона почувствовала, как что-то тяжёлое опустилось у неё в животе, и холодок пробежал по спине, когда они продолжили пробираться сквозь толпу. Она начала молча молиться, чтобы это было не то, о чём она начала подозревать.       – Что-то не так? - спросила Гермиона, отчаянно пытаясь подавить растущий страх. Гарри медленно покачал головой, осматривая комнату. Гермиона начала сильно нервничать и потянулась за своей волшебной палочкой, стараясь держаться достойно и как можно скромнее. Однако Гарри всё усложнял, ведя её за собой. Если бы он просто остановился, она была уверена, что смогла бы достать, не демонстрируя всем своё нижнее бельё.       – Я не уверен, - ответил Гарри, продолжая вести её сквозь толпу подростков, выглядевших напряженными. – Невилл.       Гарри остановился, увидев Ханну и Невилла, которые тревожно озирались по сторонам. Гермиона воспользовалась возможностью, чтобы сунуть руку под платье и достать волшебную палочку, которую прятала за поясом с подвязками, поблагодарив мать за то, что та настояла на том, чтобы она надела чулки вместо колготок. Она почувствовала, что краснеет, и поблагодарила богов за то, что Гарри и все остальные в этот момент были отвлечены.       – Невилл, где камин? Думаю, было бы разумно отправить всех по домам как можно быстрее, - как ни в чем не бывало заявил Гарри.       – В гостиной, - Невилл выглядел крайне взволнованным. Гермиона вспомнила, что такое же выражение было у него на лице несколько лет назад, когда Снейп заставил всех испытать свои противоядия на себе.       – Это твоя вечеринка, и нужно, чтобы они следовали за тобой, - сказал Гарри. Невилл пристально смотрел на Гарри. Гермиона и Ханна смотрели на обоих мальчиков, ожидая, не понятно чего.       – НЕВИЛЛ! - рявкнул Гарри, заставив Невилла вздрогнуть.       – Да, точно, - нервно ответил Невилл. Он бросил на Гарри умоляющий взгляд, как будто хотел, чтобы Гарри взял инициативу в свои руки, но его друг смотрел на него совершенно невозмутимым взглядом. Невилл тяжело вздохнул, выпрямился и повернулся, чтобы обратиться к своим гостям.       – Эмм, народ! Послушайте, я собираюсь отвести вас всех к камину, и вы все отправитесь домой. Извините, но думаю так будет лучше. Пожалуйста, следуйте за мной. Держитесь вместе и сохраняйте спокойствие, - сказал Невилл гораздо увереннее, чем он себя чувствовал. Ханна сжала его руку, и он улыбнулся ей, прежде чем повернуться к Гарри, который кивнул хозяину, который теперь направлялся к двойным дверям, а его гости начали следовать за ним, перешептываясь между собой на ходу.       – Гермиона! - позвала их Лаванда, догнав своих друзей. – Гарри, что происходит?       Раздался ещё один, гораздо более громкий раскат грома, и дом сильно затрясся. Раздалось несколько испуганных криков девочек и парней помладше. За этим последовала серия отдаленных криков и звуков, похожих на выстрелы, которые эхом разнеслись вокруг них. Волосы на затылке Гермионы встали дыбом, когда она взглянула на Гарри. Его лицо окаменело, когда они посмотрели в сторону двери.       – Они внутри, - будто бы себе сказал Гарри. Он почувствовал, как Гермиона от страха крепче сжала его руку.       – Гарри? - напряжённо прошептала Гермиона. – Пожалуйста, скажи мне, что на нас не нападают.       Она взглянула на Невилла, который выглядел не на шутку испуганным, и на Ханну, которая смотрела на потолок, как будто боялась, что он может обрушиться на них всех. На самом деле почти все выглядели так, словно застыли от страха.       Гарри попросил Невилла отойти, но прежде чем они успели сделать хоть шаг, двойные двери перед ними треснули, и что-то тяжелое ударилось в них с другой стороны. В комнату просочился запах серы, и Гарри крикнул, чтобы все отошли. Секундой позже дверь взорвалась, осыпав их всех осколками и пылью. Гарри бросился к Гермионе, чтобы защитить её от осколков.       Две фигуры в капюшонах и мантиях ворвались в бальный зал сквозь облако пыли, заливаясь безумным смехом. Гарри оттолкнул Гермиону в сторону, где Лаванда пряталась за столом, и прыгнул вперед, чтобы встретиться лицом к лицу с двумя нападавшими. Фигуры в мантиях сильно удивилась, когда подросток шагнул вперед, чтобы встретиться с ними лицом к лицу, в то время как все остальные искали, где бы спрятаться. Это дало Гарри время, и он не колебался.       Взмахнув волшебной палочкой, как хлыстом, Гарри вызвал язык пламени, которым окутал обоих нападавших. Их чёрные мантии начали тлеть и гореть, пока они извивались и паниковали. Тот, что был покрупнее, сумел поднять волшебную палочку и выпустил в Гарри три ярко-жёлтых заклинания. Молодой боец легко увернулся от них, но ему пришлось отпустить огненный хлыст. Двое мужчин сбросили с себя горящие мантии, чтобы не сгореть в них.       Тот, что был покрупнее, был одет в тунику без рукавов, открывавшую огромные мускулистые руки, покрытые татуировками. Там, где Гарри обжёг его огненным хлыстом, виднелись ярко-красные отметины. Он начал кружить вокруг Гарри, в то время как другой мужчина сердито рычал, прерываемый сдавленным кашлем.       – Не знаю, кто ты, парень, но ты только что совершил огромную ошибку. Я собираюсь заставить тебя плакать, как мелкую девочку, а затем убью тебя, - прорычал татуированный мужчина, поднимая палочку. И это было последнее, что он сделал в своей жизни.       Гарри, двигаясь быстрее, чем Гермиона считала возможным, бросился на более крупного мужчину. Он не нырнул ни влево, ни вправо, а побежал прямо на человека, который был крупнее него. Тактика Гарри определённо вывела его из равновесия, и когда он был всего в нескольких футах от своей цели, Гарри подпрыгнул в воздух и ударил Пожирателя смерти ногой прямо в лицо, сбив металлическую маску, похожую на череп, которую тот носил. Вслед за этим Гарри взмахнул палочкой, и на груди мужчины появился широкий разрез. Гермиону стошнило, когда она увидела, как мужчина повернулся и из него вывалились несколько внутренностей. У него даже не было шанса закричать от боли, когда Гарри развернулся и нанес сильный удар прямо в трахею человека с татуировками. Пожиратель смерти рухнул ничком, кашляя, отплёвываясь, прежде чем подавиться и затихнуть.       – Ты, маленький высокомерный засранец! - второй мужчина закричал, наблюдая, как умирает его товарищ. – Я из твоей кожи куртку сделаю!       Второй Пожиратель Смерти поднял палочку и выпустил в Гарри серию заклинаний, от каждого из которых тот довольно эффектно уклонялся. Гермиона так сильно вцепилась в край стола, что, казалось, слышала, как он хрустит под её пальцами. Лаванда дышала так тяжело, что Гермиона подумала, что она вот-вот потеряет сознание. Все подростки наблюдали за этой битвой с широко раскрытыми глазами и разинутыми ртами. Гермиона знала, что Гарри обучали драться, но она даже представить себе не могла, как это может выглядеть.       Он был быстр. Невероятно быстр. Не говоря уже о ловкости. Он не делал лишних движений и не тратил энергию на бесполезные заклинания. Когда он уклонялся от заклинаний своего противника, казалось, что он готовится. Ожидая подходящего момента, чтобы закончить бой быстро и решительно.       Гарри нырнул под огненно-красное заклинание и три раза взмахнул своей собственной палочкой, в результате чего из него вылетела пара сотен длинных и тяжелых на вид гвоздей, которые он запустил в Пожирателя, которые и разорвали его в клочья.       Наступила тяжелая тишина, нарушаемая только отдаленными звуками борьбы в других частях дома. Все просто уставились на два мертвых тела посреди комнаты. Затем Гермиону вырвало ещё раз, как и многих других, кто был свидетелем всего сражения.       – НЕВИЛЛ! - крикнул Гарри, привлекая внимание своего друга. – Выводи их сейчас же!       Услышав слова Гарри, люди начали выходить из своих укрытий и направляться к хозяину дома, который теперь тоже поднимался на ноги, выглядя одновременно и испуганным и, что странно - сердитым.       – Что ты собираешься делать, Гарри? - спросила Гермиона, подбегая к нему. Гарри взмахнул палочкой, и появилось что-то огромное, серебристое и яркое, а затем убежало во тьму.       – Это был патронус? - спросила Гермиона, глупо моргая.       – Гермиона, - сказал Гарри, возвращая её внимание к себе. – Уходи с Лавандой. Отправляйся к ней домой. Я зайду за тобой позже, когда всё уладится.       – Как? - спросила Гермиона, находясь на грани паники. – Ты ведь даже не знаешь, где она живёт.       – Парк-стрит, 328 в Манчестере.       – Гермиона обернулась и увидела, что к ним подошла её подруга-блондинка. Она была очень бледной, а её волосы слегка растрепались. Её красивое платье теперь было в пятнах пыли.       – Я живу там. Ты можешь приехать туда на Ночном рыцаре и забрать её, когда всё успокоится, - сказала Лаванда, посмотрев на Гарри, который благодарно кивнул ей.       Затем Гермиона поняла, что Гарри намеревался остаться и сразиться с оставшимися Пожирателями.       – Гарри, нет. Не делай этого. Пусть авроры разбираются... - начала она что-то бормотать. Гарри покачал головой и нежно обхватил ладонями её лицо, останавливая её от дальнейших слов.       – Гермиона, к тому времени, как прибудут авроры, погибнет множество людей. Я не могу этого допустить. Так меня воспитывали. Помощь скоро прибудет, но многие люди могут погибнуть до того, как они доберутся сюда. Я обещаю тебе, что со мной всё будет в порядке. А теперь, пожалуйста, сделай, как я прошу, - сказал Гарри таким тоном, что Гермиона вздрогнула, но не от страха. Это была не просьба, это явно был приказ.       – Пойдём, Гермиона, - сказала Лаванда, беря подругу за руку. Гермиона выглядела так, словно хотела возразить, но Гарри просто пристально посмотрел на неё, заставив проглотить свои доводы и позволить Лаванде увести её.       Все остальные подростки собрались у разбитой двери, ожидая, когда Невилл проведёт их к камину. Они всё ещё слышали хлопки заклинаний, хотя криков уже почти не было слышно.       – Невилл! - крикнула Дафна Гринграсс. – Всё чисто!       Невилл кивнул и, бросив последний взгляд на Гарри, который шёл в конце группы, повернулся и повёл своих гостей в гостиную, надеясь, что там никого не будет, чтобы все смогли безопасно выбраться. Гермиона продолжала оглядываться, чтобы убедиться, что Гарри всё ещё там, зная, что он просто следит за тем, чтобы все были в безопасности, прежде чем отправиться на поиски других Пожирателей с которыми можно сразиться. Она взглянула на татуированного мужчину, лежащего мертвым в растущей луже собственной крови, и у нее закрутило живот. Она даже не могла начать осознавать то, что видела, как сделал Гарри. К счастью, она понимала, что сейчас не время для этого.       Огромное стеклянное окно, выходящее на небольшой холм, разлетелось внутрь, и осколки стекла посыпались в небольшой бальный зал. Гарри встал между стеклом и несколькими отставшими, хотя в этом не было необходимости. Сразу же раздались крики, и ранее спокойные подростки, которые пытались уйти, теперь толкались и пихались, стремясь первыми попасть к двери.       Гарри повернулся и выпрямился, когда шесть новых Пожирателей смерти вошли через окно, смеясь над ними, словно овцами, пытающимися спастись от забоя. Фигуры в мантиях остановились, увидев два тела.       Гарри пожал плечами и немного наклонился вперед, приняв боевую стойку, с палочкой наготове.       – Эй, посмотрите, у нас тут герой, - с смешком воскликнул один из Пожирателей смерти. Пара из них рассмеялась, но остальные всё ещё смотрели на окровавленные тела своих товарищей, а затем осторожно посмотрели на Гарри. Они начали медленно окружать Гарри, а тот бросил быстрый взгляд на дверь и почувствовал, как груз на его плечах стал легче, поскольку остальные подростки успешно сбежали.       – Что ж, это будет интересно, - подумал он, снова повернувшись и приготовившись ещё немного проредить ряды Волан-де-Морта.

***

      – Это неправильно, это не правильно, - продолжала думать Гермиона, следуя за Ханной, которая шла за Невиллом.       – Нам нужно вернуться, - сказала Гермиона Лаванде, которая шла рядом с ней. – Ему нужна наша помощь.       – Я не думаю, что ему нужна наша помощь, Гермиона, - тяжело сказала Лаванда, чувствуя, как холод пробирает её по рукам, пока они все следовали за Невиллом по длинному коридору.       – Но он не сможет сражаться с ними в одиночку... - попыталась возразить Гермиона.       – Грейнджер, ты что, слепая? - сказала Дафна Гринграсс, стоящая с другой стороны Гермионы. – Я знаю таких квалифицированных волшебников, которые тебе и не снились, но даже они не могут мечтать о том, чтобы сражаться так, как Поттер. С ним всё будет в порядке.       – Заткнись, Гринграсс, - резко сказала Лаванда.       – Тихо! - прошипел Невилл. Они прошли через короткий коридор и оказались в арке. Они слышали, как рядом сражаются люди, но пока ничего не видели. Невилл всё ещё выглядел немного больным. С него тёк пот и он был бледен. Он осторожно заглянул за угол, ища признаки опасности. Убедившись, что дальше безопасно, он начал вести их через широкий зал. Однако, сделав три шага, он внезапно был сильно отброшен и врезался в стеклянный шкаф. Невилл пытался подняться на ноги, но на него бросили тяжёлые старинные часы, пригвоздив его к полу. Гермиона слышала, как он пытался освободиться, и удивилась, почему он не использует свою палочку.       Крики Ханны вырвали Гермиону из её размышлений. Она обернулась и увидела, как блондинку из Хаффлпаффа грубо толкают на пол, а мускулистый мужчина сидит на ней верхом и пытается схватить её руки, которыми она машет в попытке освободиться.       – Смотрите-ка! - радостно крикнул мужской голос. – Закуска.       Ещё двое мужчин появились из ниоткуда. Гермиона поняла, что они были под дезилюминацией. Ханна начала кричать как сумасшедшая, когда тот, кто схватил её, начал лапать её пышную грудь, а двое других начали окружать группу подростков. Двое более крупных мальчиков вышли вперед, желая выглядеть героями, с поднятыми палочками и дрожащими решительными взглядами.       – Отпустите её немедленно, - первым заговорил широкоплечий парень с круглым лицом и подрагивающим двойным подбородком.       Двое мужчин рассмеялись, в то время третий уже сумел сорвать платье с Ханны и схватил её мягкую грудь. Ханна уже рыдала и умоляла. Гермиона чувствовала себя почти парализованной от страха, наблюдая за происходящим. Она не могла даже ясно мыслить и клялась, что ещё чуть-чуть и она сломает свою палочку, так крепко она её сжимала.       – И кто нас заставит, свинка? - издевался один из Пожирателей смерти. – Ты?       – Нас больше, чем вас, - сказал второй парень, сильно дрожавшим голосом. Он был высоким и худым, как речной тростник. От его угрозы двое мужчин только рассмеялись. Промелькнула зеленая вспышка, и оба парня упали на пол, с выражением страха, навсегда запечатлённых на их лицах.       Наступила небольшая пауза, пока все пытались осознать что только что произошло перед их глазами, прерванная лишь мольбами Ханны о пощаде, а затем крики ужаса заполнили маленький коридор, оглушая Гермиону. Пожиратели смерти начали хохотать, а тот, кто держал Ханну на полу, наклонился, чтобы лизнуть ей лицо, как собака, заставляя Ханну съёжиться и извиваться, тщетно пытаясь вырваться из его рук.       Она никогда не сможет объяснить, что заставило её это сделать. Гермиона даже не сможет вспомнить, как она решила, что должна действовать. Это было почти так, как будто кто-то другой взял над ней контроль.       Она почувствовала, как её рука поднялась, крепко сжимая палочку. Она услышала, как произнесла заклинание, и увидела, как оно вырвалось из кончика её палочки и ударило более высокого из двух мужчин в мантиях, отбросив его на деревянную панельную стену.       Кто-то позади неё повторил её действия. Три заклинания осветили темноту, и смех Пожирателей смерти мгновенно прекратился, сменившись руганью и угрозами.       Гермиона с ужасом смотрела на Пожирателя смерти, которого она атаковала. Он поднимался на ноги, выглядев довольно угрожающе. Его товарищ, однако, был не так удачлив. Он стонал на полу, держась за пах. Гермиона подумала, что краем глаза увидела Лаванду, выглядящую довольной собой, хотя это выражение почти сразу исчезло, когда Пожиратель смерти, которого атаковала Гермиона, бросился на них.       – Ах вы маленькие сучки! - прорычал Пожиратель смерти, протянув руку, чтобы схватить Дафну Гринграсс, и разорвав ей платье. Дафна взвизгнула, когда её повалили на пол. Пожиратель смерти протянул руку, чтобы отобрать палочки у Гермионы и Лаванды. Он успел схватить только палочку Лаванды, когда его товарищ, тот, который пытался изнасиловать Ханну на полу, издал крик боли.       Гермиона увидела, как мужчина откинув голову, пытаясь вытащить пальцы из рта Ханны. Она укусила его так сильно, что пошла кровь, и не выглядела так, будто собиралась отпустить его в ближайшее время.       – Отвали, сумасшедшая шлюха! - крикнул Пожиратель, замахнувшись свободной рукой и ударив Ханну по лицу. Ханна вскрикнула, и именно в этот момент Гермиона поняла, что её собственный нападающий отвлекся.       Гермиона сделала небольшой шаг назад и бросилась вперед, ударив коленом со всей силы по самой чувствительной и уязвимой части тела мужчины. Тот завыл, как раненая собака, и рухнул на землю. Затем она оглушила его, прежде чем повернуться к мужчине, который теперь наносил Ханне удары по лицу.       – ЭЙ! - крикнула Гермиона. Она и Лаванда направили свои палочки на Пожирателя. Как только он поднял голову, обе девушки ударили его заклятиями, отбросив его на добрых десять футов по коридору. Больше он не поднимался.       – Проверь Ханну, - сказала Гермиона Лаванде, прежде чем подойти к Дафне, которая прижимала к груди переднюю часть платья, чтобы скрыть обнажённое тело. Гермиона быстро восстановила её платье, и Дафна пошла за своей палочкой, а Гермиона подошла к Невиллу, который всё ещё был зажатый под тяжёлыми часами. Когда она подошла к нему, она поняла, почему он не мог освободиться. Его палочка лежала в тридцати сантиметрах от него.       – Вот так будет лучше, - сказала она, поднимая часы в воздух.       – Сука!       Гермиона и Невилл, освободившийся из плена, обернулись и увидели, как последний Пожиратель смерти приближается к ним. Он оправился от удара, нанесённого ему Дафной и Лавандой, и явно хотел свести счеты. Однако он не успел далеко уйти, так как четыре заклинания поразили его, отбросив через зал, головой вперед, прямо в стену. Невилл поморщился, когда голова мужчины ударилась о дерево, а затем он рухнул на пол.       – Мы должны вывести людей отсюда, - тихо сказала Гермиона. – И нам нужно найти Гарри.       – Пойдём, - сказал Невилл, слегка прихрамывая. – Мы почти на месте.       Невилл подошёл к своей девушке, которой помогала Лаванда. Он взглянул на неё и его лицо померкло. У неё уже были синяки, и в уголках рта была кровь. Она отказывалась смотреть на него, и когда он протянул руку, чтобы помочь ей, она отстранилась.       – Нам нужно вывести всех отсюда, - настойчиво сказала Дафна. Невилл, всё ещё глядя на свою девушку, коротко кивнул и велел всем следовать за ним. Гермиона почувствовала сострадание к своему другу, когда увидела его лицо. Невилл был очень растерян и так же напуган, как и все остальные, но сейчас он выглядел более разгневанным, чем она когда-либо видела его раньше. Она только надеялась, что он не собирается наделать глупостей.       Гермиона махнула остальным подросткам, которые ждали в коридоре, чтобы последовать за ними, когда Невилл начал вести их вперед. Она увидела, что у большинства из них теперь были палочки в руках, хотя все они выглядели сильно напуганными. Когда последний прошел мимо неё, и она собралась последовать за ними, она в последний раз оглянулась через плечо, гадая, где сейчас Гарри и всё ли с ним в порядке.

***

      Сириус Блэк сидел на кухне их новой базы. Перед ним на столе стояла новая бутылка лучшего огненного виски Огдена, подарок от Ремуса, и он готовился встретить Новый год.       Сириус всегда тяжело переживал праздники. Рождество и Новый год были для него самыми тяжёлыми. В это время года призраки преследовали его больше всего. И в отличие от предыдущих лет, Гарри не было рядом, чтобы отвлечь его.       Сириус очень скучал по своему крестнику. Он ненавидел себя за то, что все эти годы держал Гарри в изоляции. Сириус знал, что ему было бы гораздо легче смириться с его отсутствием, если бы Гарри отправился в Хогвартс, как все, в одиннадцать. Это было чертовски раздражающе. Без Гарри, которого нужно было тренировать, Сириус впал в рутину. Силы Волан-де-Морта в последние несколько месяцев в основном молчали, и Сириусу нечем было отвлечься от беспокойства о том, чем занимается его крестник.       Конечно, он получал отчёты от Макгонагалл и Дамблдора о его успехах, но этого было недостаточно. Конечно, чем больше он слышал о Гарри в Хогвартсе, тем больше чувствовал вину за то, что скрывал мальчика. Он пропустил так много. Столько всего, что нельзя было просто объяснить или понять, прочитав об этом в книге. Особенно в том, что касалось межличностных отношений.       Сириус слегка ухмыльнулся, пытаясь представить, как его бедный крестник пытается понять физическую сторону свиданий. Если бы он не чувствовал себя таким жалким за то, что сделал с сыном своего лучшего друга, он бы нашел эту ситуацию чрезвычайно забавной.       Конечно, Сириус знал, что в основном это была его вина в социальных неудачах Гарри. Он мог бы быть более поддерживающим и ласковым с бедным мальчиком. Но он держал его на расстоянии и относился к нему как к солдату, которым тот теперь был. Сириус научил его быть холодным, жёстким и бесчувственным. Отключать свои чувства, чтобы он мог сражаться с ясной головой. Сириус очень надеялся, что Гермиона Грейнджер была терпеливой и готова показать его крестнику все чудесные преимущества общения с девушкой.       Сириус потянулся за бутылкой, взглянув на часы. До нового года оставалось всего два часа, и он решил, что пора начинать пить. Он хотел быть пьяным в стельку, когда часы пробьют полночь.       Сегодня он был совсем один, так как Ремус ушел с Тонкс. Сириус и Грюм уговорили его пригласить Тонкс на свидание и хорошо провести с ней время.       Грюм считал, что давно пора бы оборотню и метаморфу наконец переспать. Они так долго флиртовали, что это уже становилось тошнотворным. Сириус был полностью согласен с ним. Он усадил своего давнего друга напротив и во всех подробностях рассказал ему каким тот был невежественным ослом.       Грюм тоже ушёл. Он решил встретиться со старыми друзьями, чтобы напиться и, как он выразился, «вспомнить славные деньки». Он пригласил и Сириуса присоединиться к ним, но Сириус отказался, решив остаться «на всякий случай».       Сириус пригласил Амелию Боунс провести с ним Новый год, но она уже приняла приглашение на вечеринку к Августе Лонгботтом. Амелия попыталась пригласить его с собой, но между Августой и Сириусом были некоторые недомолвки, отчасти из-за того, что произошло с Фрэнком пятнадцать лет назад.       Поэтому он сидел один на кухне, с новой бутылкой, чистым стаканом и чувством вины. Он налил в стакан хорошую порцию янтарной жидкости и отсалютовав в воздух начал пить. Однако его остановил огромный яркий серебряный олень, появившийся перед ним и заговоривший голосом Гарри:       – Пожиратели атакуют поместье Лонгботтом. Приводи всех! Олень исчез, и Сириус несколько раз моргнул, прежде чем понять что это сейчас было. Мгновенье спустя он бросился в гостиную и потянулся к горшку с летучим порохом. Как раз, когда он собирался бросить сверкающий порошок в огонь, тот зафырчал и стал зелёным.       – Сириус? - в пламени появилось лицо профессора Дамблдора.       – Альбус, я как раз собирался к тебе. Усадьба Лонгботтомов подвергается нападению, - сказал Сириус, поворачиваясь, чтобы найти свой плащ и убедиться, что его палочка надежно закреплена в кобуре на запястье.       – Чёрт, - нахмурился Дамблдор. – Я только что получил сообщение, что Пожиратели атакуют дом Амелии, а также Таддеуса Корнуолла, семьи Тэтчеров и Буттов.       – Кажется, всё это немного беспорядочно, - Сириус поморщился.       – Мы разберемся в причине позже. Мне нужно, чтобы ты отправился в Норфолк и...       – Я в поместье Лонгботтом, - сказал Сириус ровным тоном. – Гарри там, сражается в одиночку.       Дамблдор нахмурился, но кивнул.       – Свяжись со мной, когда всё будет в порядке. Сириус кивнул, и лицо Дамблдора исчезло. Сириус вытащил палочку и вызвал своего патронуса. Гигантский волкодав вылетел в окно, как комета, а Сириус вздохнул, развернулся на каблуках и с треском исчез.

***

      Амикус Кэрроу за всю свою жизнь не видел никого, кто бы сражался так, как этот парень.       Он не мог вспомнить ни одного человека, кроме, пожалуй, Альбуса Дамблдора, который был бы способен противостоять полудюжине волшебников в открытом бою и сдерживать их. Но этот парень не только справлялся с этим, но и понемногу косил их ряды.       Он не был идеален. Он получил несколько ссадин и синяков, в основном по своей собственной вине. Однако он избегал серьёзных травм, и это начинало действительно раздражать Амикуса и его напарников.       Спина мальчика была сильно обожжена, когда он упал на пол, чтобы уклониться от шести заклинаний, выпущенных в него одновременно. Когда они окружили его, но мальчик предвидел это и просто упал на живот, когда они выпустили в него заклинания. Заклинания столкнулись, образовав большой огненный шар, который прожёг спину его пиджака и превратил спину его белой рубашки в чёрную.       После этого он заставил Пожирателей смерти перейти в оборону. Он нанёс удар, находясь на земле, и мощным заклинанием сломал лодыжки одному из них. Кенсингтон, который стоял прямо перед мальчиком, упал, хватаясь за лодыжки и визжа, как застрявшая в заборе свинья. Парень вскочил и ударил его заклинанием прямо в грудь. Кенсингтон задыхался, хрипел и упал назад... мёртвый. Амикус подумал, что похоже он вогнал сломанные ребра Кенсингтона прямо в его же легкие и заставил его утонуть в собственной крови. По крайней мере он бы так поступил.       Пятеро оставшихся на ногах не смогли добиться успеха. Мальчик двигался так быстро и вёл себя так, будто знал, что они сделают, ещё до того, как они это делали. Хуже того, он полагался не только на свою палочку. Во-первых, другим Пожирателям было трудно использовать свои палочки из-за опасения поразить своих товарищей. Во-вторых, и это было самым тревожным, этот парень был очень хорош в нанесении травм кулаками и ногами.       Амикус застыл в ужасе, когда мальчик вонзил большой палец в глаз Кэпшоу. Он схватил крупного мужчину за горло и просто воткнул палец прямо в глазную ямку своего противника. Кэпшоу удалось оттолкнуть мальчика, но не прежде, чем ущерб был нанесён. Кэпшоу сорвал маску, и Амикус увидел, что глазу было уже не помочь. Кровь лилась из глазницы мужчины.       Парень практически танцевал, уклоняясь от их заклинаний, и нанёс Яксли сильный удар ногой. Следующим был поражен Калленбаум, хотя ему удалось блокировать несколько ударов мальчика. Калленбаум был одним из самых крупных мужчин в легионе их хозяина. Однако мальчик, казалось, быстро адаптировался. Когда он понял, что, скорее всего, не сможет нанести удар кулаком, он воспользовался палочкой. Он сделал вид, что снова бьет кулаком, но отскочил назад, чтобы увеличить расстояние, и нанёс удар.       Взрывное заклинание попало Калленбауму прямо в маску. Кровь, кости и мозг разлетелись во все стороны, и Калленбаум упал.       Увидеть, то, как этот парень убил их товарища, было как удар молнии. После этого борьба обострилась. Ни один из Пожирателей смерти больше не заботился о том, что может поразить своих товарищей. Они бросали в него заклинание за заклинанием, отчаянно пытаясь остановить этого выскочку. Но ничего не попадало в цель. Он бегал. Он уклонялся. Он использовал всё, что мог, чтобы защитить себя, и лишь, когда у него не было другого выбора, он использовал защитное заклинание. Хуже того, он изматывал их.       Чем дольше длился бой, тем слабее становились их заклинания, а сами Пожиратели становились неуклюжими и медлительными. Яксли терял терпение быстрее всех и начал пренебрегать благополучием своих товарищей.       – Ты с ума сошел? - крикнул Амикус, когда одно из проклятий Яксли едва не попало в него, но Яксли выпустил еще три смертельных проклятия в мальчика, который сумел уклониться от них, хотя и с трудом.       – Этот маленький засранец начинает меня раздражать! - крикнул Яксли.       Амикус его очень хорошо понимал. Этот парень выставлял их всех дураками. Но когда-нибудь он должен был совершить ошибку, и если они объединят свои усилия, то, возможно, наконец-то смогут положить конец этому фарсу.       – Обойдите его, - приказал Яксли. Амикус кивнул и, держа палочку наготове и время от времени произнося заклинания, чтобы заставить мальчика двигаться, начал пробираться вдоль комнаты, а Гиббон пошёл по другой стороне. Яксли и Джаггсон немного разошлись, создав еще один круг, в который можно было заманить этого «героя».       Кэпшоу, уже еле-еле отбивался. Парень следил за ним больше всех. Амикус задавался вопросом, почему парень, казалось, сосредоточил своё внимание на этом крупном мужчине. Он держался начеку, накладывая на него серию заклятий и проклятий, но Амикус слишком поздно понял, что этот парень прекрасно знал, что они не пытаются причинить ему вред, а только направляют его обратно в центр комнаты.       Затем, как только они успели занять свои позиции, он нанёс удар. Сначала бросившись влево, а затем сделав вид, что бросается вправо, он прыгнул на Кэпшоу, сбив его с ног на пол. Он ударил кулаком по изуродованному лицу Кэпшоу, а затем откатился в сторону, как раз в тот момент, когда Яксли применил заклинание Пламенного хлыста, которое поразило Кэпшоу в грудь, прожгло его мантию и его плоть.       – Ты сумасшедший? - закричал Кэпшоу на Яксли. Он пытался подняться, но жизнь уже покидала его, только он ещё не понимал этого.       За его спиной парень снова двигался, его палочка сверкнула, и из неё вылетело не меньше семи заклинаний. Все они были направлены не на Кэпшоу, а на то, чтобы сбить с толку остальных. Амикус создал щит против одного из них и пригнулся от второго. Когда он поднялся, он увидел Кэпшоу, в чью голову прилетело заклинание, и она просто взорвалась.       – Ты за это заплатишь! - крикнул Яксли, держась за плечо, в которое попало режущее заклинание. Парень явно не расстроился от его угрозы. На самом деле, он выглядел почти весёлым.       Джаггсон теперь тоже рычал, как бешеный бык. Амикус чувствовал, что в этот момент он единственный сохраняет спокойствие.       – Кто ты, чёрт возьми? - спросил он, стараясь звучать угрожающе. – Хочу знать имя, которое я выбью на твоей могиле.       – Гарри Поттер, - ровно ответил мальчик.       Амикус замер, как и его оставшиеся товарищи. Он повернулся к Яксли, который смотрел на него. Они знали это имя. Их хозяин предупредил их, что, если они встретят парня с таким именем, то должны схватить его и привести к Тёмному Лорду невредимым.       – О, похоже мы будем вознаграждены больше всех, - жадно сказал Джаггсон. Он шагнул к парню, собираясь кинуть Инкарцеро. Но у парня были другие планы.       Поттер подпрыгнул, а затем наложил на себя заклинание левитации, поднявшись над головой Джаггсона и оказавшись прямо за его спиной. Джаггсон резко повернулся к нему, поднял руку, чтобы оттолкнуть его. Но внезапно он остановился, и Яксли с Амикусом могли только молча, в шоке смотреть на происходящее. Джаггсон внезапно оказался голым, словно младенец в день своего рождения.       Джаггсон застыл от удивления, а Гарри сделал короткий взмах палочкой и Джаггсон уронив свою палочку схватился за горло. Когда он повернулся и упал на колени, Амикус увидел, как кровь течет сквозь его пальцы и стекает по его голой волосатой груди.       – Не могу поверить..., - нахмурился Амикус, чувствуя, как у него сводит желудок.       – Нужно предупредить Тёмного Лорда, - сказал Яксли. Он начал отступать. Постороннему наблюдателю могло показаться, что он бежит и Амикус прекрасно понимал что у него на уме. Их информация была неверна. Мелкая пешка Дамблдора явно не была слабой как они думали. Он выкосил всех Пожирателей смерти практически без затруднений.       – Я... мы должны сообщить Лорду, - продолжал шептать Яксли, споткнувшись о разбитые стулья и тяжело упав на задницу.       Поттер стоял, глядя на двух мужчин. Ни Амикус, ни Яксли не могли в данный момент использовать свои палочки, явно потрясённые тем, что они видели. Он небрежно взмахнул палочкой в сторону Амикуса, сбив его с ног и лишив сознания, а затем повернулся, чтобы подойти к Яксли, который начал хныкать.       – Почему ты напал на этих людей? - спросил Гарри, поднеся палочку к лицу Яксли. Одно движение - и маска слетела с его лица и с грохотом упала на пол. – Какова была цель вашего прихода?       – Я... я не могу, - запнулся Яксли. – Он меня убьет.       Гарри снова взмахнул палочкой, и палочка Яксли вылетела из его руки и прилетела в руку парня.       – Ты расскажешь мне или аврорам, мне так-то всё равно, - предложил Гарри. – Но если ты расскажешь мне, ты можешь получить более комфортное место, где проведешь остаток своих дней.       – Азкабан не безопасен... - возразил Яксли.       – Я и не говорил об Азкабане, - мягко покачал головой Гарри. – Расскажи мне, почему вы напали на этот дом. Какова была ваша миссия?       Яксли не понимал, почему он так боялся, ведь перед ним был практически подросток. Подросток не старше шестнадцати лет. И всё же он дрожал, как испуганный ребенок. Одновременно с этим это начинало злить его. Страх в его глазах начал исчезать, а дрожь усилилась, когда ярость начала бурлить в его венах. Он прищурился, поднялся на ноги, сжал кулаки, согнул колени, и его взгляд помутнел.       – Ты мелкий ублюдок, - прорычал Яксли. – Я тебя не боюсь. Ты ничто. Ты дерьмо на подошвах моих ботинок!       – Что ж, похоже, говорить ты не собираешься... - нахмурился Гарри.       – АРРГХ! - закричал Яксли, бросаясь на Гарри. Мальчик просто стоял, выглядя удручённым, а затем взмахнул палочкой, и Яксли получил по лицу ярко-жёлтым заклятием. Он внезапно остановился, увидев звездочки перед глазами, и почувствовал, как его горло сжимается. Он схватился за шею, пытаясь оторвать то, что душило его, но не нашел ничего, кроме собственной кожи.       Сознание начало покидать его, и он чувствовал, как его мышцы становятся тяжёлыми. Он задыхался, а его зрение становилось всё более туманным. Он опустился на руки и колени, всё еще сжимая себе шею, отрывая куски плоти в тщетной попытке наполнить легкие воздухом. Последнее, что увидел Яксли, был парень, подошедший к нему и ударивший его ногой по лицу. Яксли почти ничего не почувствовал, потому что потерял сознание именно в тот момент, когда нога Гарри коснулась его лица.       Когда Яксли умер, Гарри огляделся вокруг. Теперь остался в живых только один Пожиратель смерти, и Гарри знал, что не может его убить. Он мог быть единственным источником информации, когда всё будет кончено. Гарри призвал к себе все упавшие палочки и сунул их в карман, а затем связал последнего Пожирателя смерти толстыми веревками. Затем он поднял тела убитых в воздух и сложил их в ряд возле разбитого окна, чтобы позже их можно было опознать.       Как только закончил, он услышал голоса снаружи. Он крепко сжал палочку и приготовился ко второй волне, но вдруг узнал один из голосов. Он почувствовал облегчение, но не расслабился.       – Феникс! - крикнул Гарри, чтобы опознать собеседника.       – Флэш! - прозвучал ответ. Сириус Блэк поднял голову, и на его лице появилась улыбка, когда он увидел своего крестника. – Ты в порядке?       – Ничего, что не исправили бы бадьян и растопырник, - кивнул Гарри, когда его крестный отец и трое других вошли в комнату.       – Где все? - спросил Сириус.       – Надеюсь в безопасности. По крайней мере, дети. Я ещё не выходил из этой комнаты. Сначала были эти двое, - Гарри указал на два тела. – А потом пришли ещё шестеро.       – Боже, Гарри, ты кого-нибудь из них оставил в живых? - нахмурился Сириус.       Гарри указал на связанного мужчину, прислонившегося к дивану за его спиной.       – Ты... ты раздавил ему череп? - встревоженно спросил один из членов Ордена, которого Гарри никогда раньше не видел. Это был высокий мужчина. Худой, но мускулистый. У него были длинные рыжие волосы, завязанные в хвост, и серьга в виде клыка дракона в левом ухе.       – Да, - без эмоций ответил Гарри. – Нам нужно зайти внутрь и посмотреть, есть ли там ещё эти ублюдки.       – Да, надо, - кивнул Сириус, давая знак своим товарищам двигаться. – Постарайся больше никого не убивать, если сможешь.       – У меня не было выбора, никто не прикрывал меня, - заявил Гарри.       – Ты сделал именно то, чему тебя учили, - ответил Сириус, звуча довольно виновато. – Но тебе не следовало этого делать.       – Поговорим об этом позже, - тяжело сказал Гарри. Он повернулся, и Сириус последовал за ним из бального зала в дом.       Прошло много лет с тех пор, как Сириус был здесь в последний раз. Он, Джеймс, Ремус и Питер были здесь накануне свадьбы Фрэнка вместе с другими друзьями, чтобы начать мальчишник. Это был последний раз, когда ему разрешили ступить на землю Лонгботтомов. Но сейчас он отбросил все ненужные мысли. Позже будет много времени для сожалений и раздумий. Сейчас людям нужна была их помощь.

***

      Гермиона стояла в маленькой уютной гостиной, ожидая своей очереди, чтобы воспользоваться камином, и всё время наблюдала за дверью, не объявится ли Гарри или не появится ещё какая-нибудь неприятность. Она надеялась, что Гарри ворвётся в комнату и скажет им, что всё в порядке и что он невредим. Он возьмёт её в свои объятия, поцелует и шепнёт, что всё хорошо и что она зря беспокоилась.       Она повернулась, чтобы посмотреть на Невилла, который выглядел таким потерянным и испуганным. Однако в его глазах было что-то, что удивило её. Что-то, что она не могла точно определить, но заставило её задержать взгляд. Он отправил Ханну домой первой, желая, чтобы она была как можно дальше отсюда, но она так и не взглянула на него, когда уходила, и ничего ему не сказала.       Гермиона не была особенно удивлена, потому что Ханна едва не была изнасилована, а её парень, казалось, был неспособен ее защитить. Гермиона задалась вопросом, не винит ли Ханна Невилла в том, что произошло. Гермиона постаралась не думать об этом. Она сомневалась, что могла бы ясно мыслить, если то же самое произошло бы с ней.       Гермиона повернулась, чтобы ещё раз взглянуть на дверь. Осталось всего несколько человек, прежде чем она последует за Лавандой. Гарри заставил её пообещать, что она пойдёт в дом Лаванды, и блондинка категорически отказалась уходить, пока она и Гермиона не останутся последними. Возможно, Лаванда так же хотела, чтобы Гарри успел появиться, прежде чем они уйдут.       Два человека стояли у закрытой двери, прислушиваясь, не приближается ли кто-нибудь. Невилл позвал их, сказав, что их очередь уходить. Первый парень призвал Лаванду и Гермиону пойти с ним домой, но девочки отказались. Он грустно посмотрел на них, прежде чем взять от Невилла порошок для камина и покинуть дом.       – Вы с ума сошли, если решили остаться здесь, - сказал последний. – Мне не нравится оставлять вас всех.       – С нами всё будет хорошо, Алекс, - заверил его Невилл. — Всё уже успокоилось».       – Это может быть и не очень-то хорошим знаком, - испуганно ответил Алекс.       Дверь распахнулась, и вошли два человека в масках, засмеявшись при виде происходящего.       – Ну-ка, что у нас тут? - весело спросил первый. – Вы же не собираетесь убегать в разгар вечеринки, правда?       Алекс повернулся и прыгнул в огонь, бросив Летучий порох в пламя. Не успев крикнуть, куда он направляется, он был поражен в спину ядовитым зеленым заклятием, которое положило конец его жизни. Его тело упало в огонь и начало гореть. Лаванда вскрикнула и бросилась вытаскивать мальчика из огня.       – Не трать на него силы, дорогая, - сказал мужчина хриплым голосом. – Они тебе ещё понадобятся.       Другой Пожиратель смерти начал смеяться, и Гермиона почувствовала, как у неё снова скрутило живот.       – А ведь у неё действительно хорошенькая фигурка, не правда ли, Хиггинс? - сказал мужчина с грубым голосом, медленно пересекая комнату.       – Я бы не прочь попробовать, - рассмеялся Хиггинс. – Но раз ты нашел это место, я уступлю тебе право выбора. Кроме того, вон та девчонка мне кажется более аппетитной, с этим её разрезом на платье и этими прекрасными кремовыми сиськами, которые так и просятся, чтобы ими полакомились.       – Но я не люблю зрителей, так что этот маленький гадёныш должен уйти, - хмыкнул мужчина с грубым голосом. – Что скажешь, если мы избавим его от мучений?       – Тебе лучше держаться от него подальше, - Гермиона сказала гораздо более уверенно, чем чувствовала себя на самом деле.       – Ооо, мне нравятся такие дерзкие, - Хиггинс рассмеялся, жадно глядя на Гермиону. — Не волнуйся, дорогая, я хорошо о тебе позабочусь.       – Остолбеней! - крикнула Лаванда. Её заклинание ударилось в щит Роули, и он начал хохотать.       – Ты видел это, Хиггинс? Как мило. Блондиночка воображает себя дуэлянтом! Ха-ха, как очаровательно, - хохотал Роули. В мгновение ока он пересёк комнату тремя быстрыми шагами, протянул руку и выхватил палочку из рук Лаванды.       Видя, что Лаванда обезоружена, Невилл, казалось, воодушевился и оттолкнул Роули, вставая между ним и своей однокурсницей.       — Диффиндо, - прошипел он. Он резко взмахнул палочкой, и заклинание пролетело над головой Роули и попало в картину, которая в ту же секунду разлетелась на кусочки.       — Тебе нужно поработать над своей меткостью, мальчик, - рассмеялся Роули.       Гермиона была в панике. Никогда в жизни она не испытывала такого страха, но больше не могла просто стоять и смотреть. Однако, не успев даже подумать, что делать, она почувствовала, как её палочка вырвалась из рук. Она увидела, как Хиггинс легко её поймал, и почувствовала, будто кто-то вылил на неё самую отвратительную грязь, когда Пожиратель смерти оглядел её с ног до головы. Она обхватила себя руками и начала отходить подальше.       – О нет, нет, дорогая. От меня не уйдёшь, - сказал Хиггинс, подойдя к Гермионе за несколько шагов. Он протянул руку и схватил её за волосы. Она начала кричать от ужаса, когда он потащил её к большому бархатному дивану, где жёстко бросил её лицом вниз. Он вывернул ей левую руку за спину, прижимая её к дивану.       – Гермиона! - крикнули Лаванда и Невилл, но Роули не дал им подойти к подруге. Он толкнул Невилла на пол и схватил Лаванду за руку, явно задумав то же, что и его друг. Он рассмеялся над криками Лаванды, повернулся и нацелился на Невилла, который пытался снова встать на ноги.       – Прощай, сынуля, - хмыкнул Роули.       Внезапно Роули закричал, потому что его рука с палочкой отвалилась от тела, отрезанная чуть выше запястья. Лаванда и Невилл на мгновение замерли, а все трое смотрели, как отрезанная рука дважды подпрыгнула на твердом деревянном полу, всё ещё сжимая палочку.       Невилл первым пришёл в себя и бросился на кричащего Роули, сбив его с ног. Лаванда немного споткнулась, но осталась на ногах, когда Роули отпустил её. Невилл начал бить мужчину кулаками, громко матерясь при каждом ударе.       Хиггинс, который уже начал расстёгивать мантию, чтобы осквернить Гермиону, замер на месте и повернулся, чтобы с недоумением посмотреть на своего друга. Он повернул голову к двери и увидел мужчину с растрёпанными чёрными волосами до плеч и подростка с такими же растрёпанными чёрными волосами, который направил на него палочку.       — На твоём месте я бы отошёл от девочки, - сказал мужчина.       – Я помогу, - с кислой миной сказал мальчик. – Бомбарда.       – Хиггинс почувствовал, как заклинание ударило его в грудь и отбросило через диван к камину. Он ударился головой о каминную полку и потерял сознание, упав в огонь на мальчика, которого убил всего несколько минут назад.       – Гарри! - крикнула Гермиона, привстав и увидев, как её кавалер бежит к ней.       – Ты в порядке? Он тебя не ранил? - быстро спросил Гарри, осматривая её.       – Да. Ты пришел как раз вовремя, - сказала она, благодарно обнимая его. Она сдерживала слёзы, когда почувствовала, как он обнял её за талию.       – Хватит, старик, - сказал Сириус, обнимая Невилла и поднимая мальчика с очень окровавленного Роули. Сириус оглушил Пожирателя и связал его магическими верёвками, а затем прошел мимо подростков и вернулся к двери, где начал осторожно выглядывать наружу.       – Почему ты всё ещё здесь? - спросил Гарри, отстранившись от Гермионы и глядя ей глубоко в глаза, заставляя её расслабиться под его взглядом. – Ты уже должна была уйти.       – Мы как раз собирались, когда они нас нашли, - сказала Лаванда, выглядя очень потрясённой. Она продолжала тереть руки, будто ей холодно.       – Ты в порядке, Невилл? - спросил Гарри своего друга, который стоял в стороне и выглядел расстроенным. Тот кивнул, но ничего не сказал.       – Гарри, - сказал Сириус, оглядываясь через плечо. Гарри кивнул и повернулся к Гермионе.       – Оставайся здесь. Я скоро вернусь за тобой, - сказал Гарри, нежно обняв Гермиону, прежде чем выскользнуть из её объятий и последовать за своим крёстным. Гермиона хотела последовать за ним, но он бросил на неё взгляд через плечо, который заставил её застыть на месте. Его глаза были жёсткими, а лицо суровым.       – С ним всё будет хорошо, Гермиона, - сказала Лаванда, подойдя к подруге. – Он…он... ну, посмотри, что он здесь наделал. Думаю он справится.       – Я знаю, но всё равно… - тихо сказала Гермиона. Лаванда кивнула, взяла подругу за плечо и отвела её к дивану, где они обе сели, уставившись на тела двух мужчин, которых только что убил Гарри.       – У меня будут кошмары, - Лаванда поморщилась.       Невилл подошёл и создал простыню, которым накрыл тело Хиггинса, а затем повернулся, чтобы посмотреть, не шевелится ли Роули. Он чувствовал себя очень виноватым из-за того, как мало он сделал. Это был его дом, а он дважды оказался бесполезен. Он мог думать только о том, как его бабушка будет стыдиться его, когда узнает об этом.       Невилл не заметил, что Лаванда смотрит на него. В этот вечер она была очень впечатлена Невиллом. Конечно, его сбивали с ног, но он всё равно сражался с Роули голыми руками, чтобы защитить её. Он поставил её безопасность выше своей. Лаванда не могла не задаться вопросом, как бы поступил Рон в такой же ситуации. Она была уверена, что он бы наговорил лишнего, пытаясь как всегда выставить себя в лучшем свете, но она не была так уверена, что Рон сделал бы что-то большее, и тогда она начала ненавидеть себя за то, что так думала о своем парне.       Гермиона могла смотреть только на дверь, ожидая, когда Гарри вернётся к ней и заберёт домой, подальше от этого кошмарного вечера.       Через очень долгий и нервотрёпный час Гарри вернулся с бабушкой Невилла. Гермиона вскочила на ноги и бросилась в объятия Гарри, чуть не заплакав от радости, увидев, что он жив и практически невредим. Он крепко прижал её к себе на несколько мгновений, а она боролась, чтобы сохранять спокойствие.       — Ты в порядке, Невилл? - спросила Августа своего внука. Невилл коротко кивнул, и Августа вздохнула с облегчением.       Гермиона отстранилась от Гарри, когда бабушка Невилла обратилась к ней.       — Я в порядке, - ответила Гермиона, когда её спросили о самочувствии. Лаванда тоже заверила, что она в порядке. Затем Августа попросила всех следовать за ней. Гермиона прижалась к Гарри, когда он пошёл за мадам Лонгботтом.       Они прошли в ту комнату, где в начале вечеринки они разговаривали с Августой. Комната была разгромлена. Почти вся мебель была сожжена или полностью разрушена. Тел не было, и Гермиона увидела трёх авроров и саму Амелию Боунс возле того, что осталось от стола, шепчущихся между собой.       – Сюда, - сказала Августа, подойдя к двери. Гермиона, Лаванда и Гарри последовали за Невиллом в небольшой кабинет, где стоял Сириус, глядя в окно, а профессор Дамблдор сидел в кресле с высокой спинкой.       – Добрый вечер, - сказал Дамблдор, указав на небольшой диван рядом со своим креслом. Гарри остался стоять за диваном, так как для него не хватило места. – Мне очень жаль, что вам пришлось пережить то, что произошло сегодня вечером.       – Почему они напали на нас? - спросил Невилл с горечью в голосе.       — Их хозяин пытался послать мне сообщение, - с кислой миной ответила Августа. — Но всё, что он добился, - это то, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы он и его последователи встретили свой печальный конец.       – Что ты имеешь в виду, бабушка? - спросил Невилл. – Какое послание?       – Твоя бабушка, вместе с несколькими другими лордами очень активно поддерживала новый законопроект в Визенгамоте. Он позволил бы аврорам применять смертельные заклинания при столкновении со Пожирателями, - повернулся к ним лицом Сириус. Гермионе показалось, что он выглядит немного болезненно, так как был бледен и у него были тяжёлые мешки под глазами.       – Они выбрали не тот дом для нападения сегодня вечером, - сказала Августа Лонгботтом, наливая себе довольно большой бокал бренди. Она наполнила второй бокал и передала его Дамблдору, который с благодарностью принял его. Гермиона заметила, как она сердито взглянула на Сириуса, который опустил глаза.       – Четыре бывших аврора, три Невыразимца и пятикратный чемпион по дуэлям, - Августа усмехнулась, делая глоток из своего бокала.       – Они явно недооценили ваших гостей, - согласился Дамблдор. – Вы всегда умели быть с нужными людьми в нужное время, моя дорогая. Но боюсь, что если бы не предупреждение мистера Поттера, всё могло бы закончиться гораздо хуже.       – А, вот и вы, - сказала мадам Боунс, входя в кабинет. – У меня есть окончательные цифры, если хотите их услышать.       – Да, если можно... - начала Аугуста, но Дамблдор перебил их.       – Аугуста, если позволите, возможно, было бы разумно осмотреть молодых людей и отправить их спать. Это была очень тяжёлая ночь, и уверен, что они все измотаны.       – Я их заберу, - предложил Сириус. Амелия расскажет мне позже.       – Конечно, - сказала Амелия, бросив многозначительный взгляд на Сириуса. Он кивнул ей, а затем подошёл к двери, где подождал, пока подростки встанут и последуют за ним.       — Дункан на кухне, он осмотрит их и вылечит всё, что нужно, - сказала Амелия, и Сириус кивнул, прежде чем закрыть за собой дверь.       – Кухня в той стороне, - сказал Невилл, ведя их с опущенной головой. Гермиона улыбнулась, наблюдая, как Лаванда взяла его под руку и пошла с ним. Гарри взял Гермиону за руку, она ласково посмотрела на него и прислонилась головой к его плечу, когда они пошли следом, а Сириус шёл сзади.       Когда они пришли на кухню, Гермиона села на деревянный стул с прямой спинкой и сняла туфли. Туфли на высоких каблуках, которые ей одолжила мать, явно не были предназначены для бега или боя. Она начала растирать ноги, а Дункан осматривал Лаванду.       Гермиона заметила, что Сириус отвёл Гарри в другой конец комнаты и начал с ним тихо разговаривать. Она задалась вопросом, не допрашивают ли Гарри или не делают ли с ним то, что обычно делают с солдатами после сражений. Гарри отвечал и всё время поглядывал на неё. Каждый раз, когда он это делал, она чувствовала, как тепло разливается в её груди.       — Я сказала ему, что со мной всё в порядке, - сказала Лаванда, садясь рядом с Гермионой и тоже снимая туфли. — Невилл в гораздо худшем состоянии, чем я. Ты заметила, как он придерживает левую руку?       – Что? - спросила Гермиона, не вслушиваясь в слова подруги.       – Невилл был очень храбрым сегодня.       – Да, это правда, - согласилась Гермиона. – Он был напуган не меньше нас, но всё равно пытался спасти каждого.       – Он так не считает, - Лаванда посмотрела на Невилла, которого осматривали. – После того, что случилось с Ханной, думаю, что он винит себя. И то, как она отреагировала, когда он подошёл к ней... это действительно глубоко ранило его.       – На самом деле, её нельзя винить, но я понимаю, что ты имеешь в виду, - согласилась Гермиона.       – Я не знаю, что ему сказать и как поступить. Я даже не знаю, что сказать себе. Я сама всё ещё дрожу, - сказала Лаванда, поднимая руку, чтобы показать Гермионе, как дрожат её руки.       – Я никогда не была так напугана. Я не знала, что делать. Никогда не была в такой ситуации, когда не понимала, что делать, - сетовала Гермиона. – Я должна быть умной и рациональной, но я не могла ясно мыслить, не то что что-то делать. Я даже не знаю, как я оглушила того мужчину в холле. Я просто...       – Инстинкт, - Лаванда пожала плечами. – Это всё, что мы могли сделать.       – Твоя очередь, - сказал Невилл Гермионе. Она бросила на него сочувственный взгляд, встала и пошла к мужчине за столом. Он велел ей встать прямо, произнес над ней несколько заклинаний и задал ей несколько вопросов. У неё было несколько небольших порезов, которые он легко залечил, а затем дал ей маленький флакончик с зельем, которое, по его словам, она должна была выпить, как только ляжет в постель.       – Это зелье сна без сновидений. Проспишь около десяти часов и проснёшься полностью отдохнувшей, - объяснил Дункан, поворачиваясь к Гарри, который всё ещё разговаривал с Сириусом.       Гермиона поблагодарила мужчину и вернулась на своё место, чтобы подождать Гарри. Это заняло гораздо больше времени, так как Гарри был ранен немного сильнее. У него был ожог спины, хоть и несерьёзный, и много порезов и синяков, которые Дункан залечил. Сириус стоял рядом со своим крестником, пока молодого человека перевязывали, и поморщился, увидев спину Гарри. Гермиона почувствовала, как у неё опять закрутило живот, когда она это увидела, и спросила, как он получил эти травмы. Гарри рассказал ей о столкновении заклинаний и о том, как он получил ожоги, когда упал на живот. Он не выглядел сильно расстроенным из-за этого, и Гермиона сердито посмотрела на Сириуса, понимая, что именно из-за него Гарри, похоже, не имел никакого инстинкта самосохранения.       Сириус проигнорировал её взгляды.       Когда Гарри наконец залечили, подросткам разрешили уйти. Гарри отвёл Невилла в сторону, прежде чем все попрощались, и они поговорили несколько минут. К этому моменту Гермиона начала чувствовать себя очень уставшей.       Сириус сделал порталы для Лаванды, Гарри и Гермионы, а затем пожелал всем доброй ночи. Невилл обнял Гермиону и Лаванду и пожал руку Гарри, прежде чем сказать, что увидится с ними через неделю в школе. Лаванда пожелала всем счастливого Нового года, и её портал активировался.       Через несколько мгновений Гарри поддерживал Гермиону, когда они приземлились на её заснеженной лужайке перед домом.       — Это была отличная вечеринка, - сказал Гарри, когда они направлялись к двери. Гермиона покачала головой.       — Это определённо не то, как я представляла себе новогоднюю вечеринку. Я даже не смогла как следует встретить Новый год.       — Что ты имеешь в виду? - спросил Гарри, сбитый с толку. Гермиона остановилась и повернулась к нему. Она держала ключ в руке и уже собиралась открыть дверь, когда Гарри задал ей этот вопрос.       — Прости, иногда я забываю, как ты был огражден от всего этого, - она мягко улыбнулась. – По традиции, в полночь нужно поцеловать своего партнера.       – Почему именно в полночь? Почему не тогда, когда хочется? - спросил Гарри, выглядя немного озадаченным.       – Это просто традиция. Как омела, - Гермиона пожала плечами.       – Мне начинают нравиться некоторые из этих традиций, - кивнул Гарри, и Гермиона улыбнулась ещё ярче. Она повернулась и открыла дверь. В доме было темно, и Гермиона догадалась, что её родители решили задержаться на своей вечеринке. В конце концов, это было не так уж необычно. В прошлом году они вернулись домой только в полдень следующего дня.       — Тебе нужна помощь? - спросил Гарри.       — Помощь? - переспросила Гермиона, поворачиваясь к Гарри.       — Я заметил, что ты ходишь немного странно, и ты сняла туфли у Невилла. Я подумал, что ты, может, поранилась или...       – Нет, я в порядке. Ношение таких туфель имеет свою цену. То есть, они делают нас, девушек, выше, привлекательнее и всё такое, но они могут быть убийственными для наших ног, - Гермиона пожала плечами, бросив туфли на пол.       – Они действительно кажутся непрактичными, - согласился Гарри, глядя на чёрные туфли. – Но ты в них действительно выглядела очень привлекательно.       Гермиона была благодарна, что в доме было темно, потому что почувствовала, как лицо покраснело. Её ещё никогда не называли желанной. Она хотела ликовать, но осталась спокойной. Гарри прошел мимо неё, чтобы осмотреть остальную часть дома. Гермиона догадалась, что он, вероятно, всё ещё был в состоянии повышенной готовности. В этот момент она была ему довольно благодарна.       – Пожалуй, нам пора ложиться спать, - дрожащим голосом сказала она через несколько мгновений. – Но я не хочу оставаться одна. Просто... я всё время вижу... всё это.       – Вот почему тебе дали зелье сна без сновидений, - сказал Гарри, повернувшись к ней, убедившись, что они в безопасности. Он нежно взял её за руку и притянул к себе. Она сразу почувствовала себя спокойнее и подумала, как странно это было, учитывая всё произошедшее.       – Я знаю, но я просто… Я всё ещё боюсь, Гарри. То, что произошло. То, что я видела. То, что я сделала. То, что я видела, как ты сделал… Всё это. Это было так страшно. Я боюсь, понимаешь?       – Тогда я останусь с тобой, - сказал Гарри. Гермиона отстранилась, чтобы взглянуть на него, несмотря на темноту.       – Правда? - спросила она, не зная, как к этому относиться.       – Я буду сидеть рядом с тобой, пока ты спишь, если это поможет тебе почувствовать себя лучше, - предложил Гарри. – Буду присматривать за тобой и следить, чтобы ты была в безопасности.       Гермиона могла только смотреть на него. Его лицо оставалось бесстрастным, не выказывая никаких эмоций, как всегда. И, как ни странно, это успокаивало её.       – Ты не... - начала она, но он прервал её мягким, затяжным поцелуем, который сказал её душе больше, чем тысяча слов.       – Спасибо, - сказала она, когда поцелуй закончился.       – Тебе не нужно благодарить за то, что я забочусь о тебе, - ровно ответил Гарри. Гермиона почувствовала, как по её спине пробежал дрожь, не имевшая ничего общего со страхом или преследующими её воспоминаниями о том, что она пережила этой ночью.       Она попросила его дать ей несколько минут, чтобы переодеться, и поднялась в свою комнату, где сняла платье и переоделась в свою любимую пижаму, а затем почистила зубы и умылась. Она вышла из ванной как раз в тот момент, когда Гарри поднялся наверх по лестнице.       Она чувствовала себя немного уязвимой, будучи так мало одетой перед ним, точно так же, как в то рождественское утро, когда застала его. Она слегка задрожала, внезапно вспомнив, что читала о том, как иногда сексуальное влечение может усилиться после травматического опыта. Она быстро зашла в свою спальню, пытаясь выкинуть из головы все мысли о Гарри без рубашки.       – Сегодня ночью погибли люди, - сказала она себе. – Погибли люди, а ты думаешь о том, чтобы переспать с Гарри, твоим пар... кем бы он ни был.       Гарри подошёл к окну, а она откинула одеяло и залезла под него. Она наблюдала за ним, пока он смотрел в окно на улицу. Он тоже уже успел переодеться. Гермиона задалась вопросом, что скажет её отец, когда узнает, что случилось с костюмом Гарри, сшитым на заказ.       Гарри, убедившись, что снаружи никто не ждёт, чтобы напасть на них, повернулся к Гермионе, которая сидела на кровати и смотрела на него. Он подошёл к ней, протянул ей флакон с зельем, затем повернулся и пошёл за стулом у её письменного стола.       – Ты не мог бы подойти сюда? - спросила она с лёгким беспокойством.       Гарри начал было тянуть стул, но она остановила его, сказав, чтобы он сел на кровать. Гарри задержался на мгновение, подумал, затем сел рядом с ней и откинулся на спинку кровати. Затем смотрел, как Гермиона выпила зелье. Он взял у неё флакон, положил на тумбочку, пока она устраивалась поудобнее. Теперь она прижалась к нему очень близко, положив голову на его бедро и обняв его рукой за ногу, как могла.       — Не уходи от меня, Гарри, - прошептала она, чувствуя, что зелье начинает действовать и она засыпает.       — Я буду здесь, - сказал он, пропуская пальцы сквозь её мягкие каштановые локоны.