Пытаюсь сбежать от мира

Начало рабочего дня не предвещало беды. Всё было спокойно как никогда. Единственное, что утром портило настрой провести эти сутки идеально – пасмурное небо посеревшего Питера, облака на котором грозили превратиться в тёмные страшные тучи. Прошло уже часов 5 с того момента, когда Дима заявился на работу. Как обычно, вовремя. А вот его напарник сидел на работе от силы полчаса. Опять гонялся за какими-то отморозками. Он, наверное, как обычно «забыл» предупредить уже давно не стажёра. Разумеется, ему влетело и от Прокопенко, и от напарника. Но разве великого Игоря Грома это волнует? И вот, в какой-то момент все пошло под откос. Дубин спокойно пил крепкий кофе и разбирал гору отчётов. И свою, и Грома, разумеется. Он уже давно успел к этому привыкнуть. Пчелкина, конечно, часто его за это отчитывала, но полицейский уже давно её не слушал. Цветков вышел в центр отдела и промурлыкал так громко, чтобы слышали его абсолютно все: – У меня для вас поразительная новость, коллеги. Все, разумеется, сразу обратили внимание на говорящего. – Наш дубина сегодня обжимался с каким-то парнишкой возле одного бара. Что бы это могло значить? По помещению пронёсся резкий гул. Все начали перешептываться, строя догадки относительно жизни и ориентации Дубина. Сам же Дубин сейчас сидел и тупо смотрел в одну точку. Как это могли увидеть? Что забыл этот придурок Цветков в этом переулке? Он совершенно не хотел, чтобы хоть кто-то узнал о том, что Дима немного отличается от «нормальных» людей. И больше всего его пугало, что об этом узнает его напарник. – Разумеется, мы тебя не осуждаем, — продолжил полицейский, отвлекая от рассуждений. — Но все же, хотим тебе настоятельно порекомендовать. Не приближайся к нормальным людям, ладно? У нас непереносимость голубого. Смешки раздавались тут и там. И под этот шум рушился весь обычный мир Дубина. Что ему теперь делать? Отшутиться? Или лучше поставить Цветкова на место? Или просто сбежать? Он совершенно не понимал, что нужно говорить в таких случаях. Поэтому опустошенный взгляд Димы упал на соседний стол в поисках поддержки. Гром смотрел на него немигающим взглядом. Он молчал, но было очевидно, что ему есть, что сказать. Резкий серый свет падал на его лицо под таким углом, что Игорь казался ещё более пугающим. Его руки сжались в кулаки до побелевших костяшек. Дима смотрел на него и думал о том, что же ему скажут. Он ждал, пока напарник проронит нелестное слово в его адрес и все хотя бы ненадолго успокоятся. Но как и все счастливые планы на сегодня, последняя надежда резко рухнула и разбилась на тысячи осколков. Такого отвращения во взгляде Дубин ещё ни разу в жизни не видел. Похоже, теперь Игорь его ненавидит. Единственный человек, с которым он настолько сблизился теперь тоже будет обливать его грязью каждый день. Единственный человек, к которому он чувствовал столь многое. Уважение, гордость, радость, уверенность в поддержке и, может быть, даже совершенно не дружескую симпатию. Разумеется, он и не смел надеяться на что-то больше чем дружба. И его это абсолютно не волновало. Ему хватало Игоря Грома в качестве напарника, лицо которого иногда озарялось такой искренней улыбкой, что казалось, будто Дима сейчас растает от счастья. Ему хватало майора, который вместе с ним вечерами ужинал продукцией ларька «Шава 24/7» и глупо шутил про прошедшую неделю и рассказывал о своём старом опыте. Дубину было достаточно Игоря-друга. Но, похоже, теперь он и его потерял. Слишком много разных эмоций роилось в голове парня. Он совершенно не знал, что делать дальше. Единственная надежда на спасение угасла вместе с дружелюбием в глазах Грома. Дима и не знал, что он умеет так быстро собираться. Уже через минуту он с рюкзаком на плечах мчался в сторону своего дома. Непрошенные слезинки мешали нормально смотреть вперёд, поэтому он то и дело смахивал их рукавом рубашки.

***

Холодный душ совсем не помог. Дубин просто трясся под ледяными струями. Горячая ванна тоже не слишком спасала. Ужасные мысли ежесекундно возникали в поникшей светлой голове. Было ясно, что на работу лучше пока не возвращаться. А вот что делать с Игорем? Что делать с чувствами к чересчур идеальному майору? Разумеется, слезами горю не поможешь… Но разве он собирался сам себе помогать? Конечно, нет. Единственное, чего ему хотелось в этот момент – просто исчезнуть. Именно поэтому, Дмитрий Дубин сейчас заговорчески пялится на блестящее лезвие бритвы.