ноябрьское солнце

— Позволишь? Как только они вошли в дом, Света отправила Бака посидеть в гостиной, чтобы в дальнейшем обсудить план действий. Вампир с порога стал внимательно изучать структуру дома. «Странно снова находиться в логове врага» - Думал он. Бак вспоминает ту ночь, когда он решил подстрекнуть Драко в отношении Солнышка. Было ли ему стыдно? Ничуть. Девчонка имеет действительно вкусный аромат, против такого было сложно устоять даже ему. А обучить, да посмеяться с глупого «клыкастика» было только за радость. Его взгляд падает на шкаф, из которого кучей валились различные бумаги. Это не могло не привлечь его внимания. Скорее всего это то, о чем он думал. — Что там? — А, это всякие записи дедушки о вас. Но там… — Я почитаю. - Бак быстрым шагом направляется к шкафу, присаживаясь на корточки рядом с ним. Он в задумчивости прислоняет палец к губе. Сама Солнышко пожала плечами и убежала к себе на второй этаж, буквально за минуту успев переодеться в свою домашнюю чёрную футболку огромного размера и нацепить такие же свободные коричневые клетчатые шорты, всем сердцем надеясь, что новый знакомый ничего не украдёт или не вломится к ней в комнату. Она тихо спустилась в гостевую комнату, позволяя себе прилечь.

***

Солнышко лежала на диване, оперевшись лицом на ладони, с нескрываемым любопытством подглядывая на своего нового знакомого, с которым они познакомились буквально 30 минут назад. К счастью, ничего страшного не произошло за время её отсутствия. Человек разбирал кучи книг, свитков и блокнотов, судорожно читая всё подряд, и не найдя нужного, кидал материал себе за спину. И как она его вообще в дом впустила? Дедушка был бы в шоке. Позор семьи Чесноковых! А она лежит на животе, да ногами машет верх-вниз. — Неужели у старика ничего нет? - Бак быстро поднимается с корточек. Вампир обреченно вздыхает и задирает голову к потолку. — Бак, послушай…- Он не даёт ей договорить. — Можешь ему написать? Или ему там вообще фигово? - Солнышко ожидала нападки от вампира в свой адрес, из-за возможного плохого настроения, но на удивление, он сдерживал свои эмоции рядом с ней и общался довольно сдержанно. Наверно, жизненный опыт в общении с женщинами или банальное нежелание ненароком разорвать связь с нужным ему для своих целей человеком. Солнышко себя одернула : эта цель общая. Она мотнула головой: — Сейчас не лучшее время, ему ведь нужен отдых. И всё-таки, там ничего нужного не оказалось, да? - Бак смотрит с неким удивлением на Солнышко, чувствуя нарастающее раздражение. Это она так мстит за его прошлые шалости? — Сказала бы блин, зря только время потратил. Ну что за дела… - Бак трёт пальцами переносицу, демонстрируя девушке всю степень своей усталости и «замученности». — Я пыталась, но ты перебил. — Тогда никаких претензий. Он подходит ближе и садится на край разложенного дивана, расслаблено выдыхая, вынуждая девушку смущённо замяться и приподняться на локтях. Она слегка обернулась на него. Вампир понимает, почему Солнышко засмущалась, он почувствовал её пульс. Бак задумчиво проводит когтями по дивану. — Э… — Господи, ну чего я там у вас не видел. - он отворачивается в противоположную сторону от смутившейся Светы. Бак про себя отмечает, что девушка выглядит довольно худо, но не так, чтобы у неё отсутствовали формы. А ещё, она очень вкусно пахнет, прямо как тогда. Запах будоражит Бака, ему ведь ничего не стоит прямо сейчас повалить её на спину и вцепиться зубами в её артерию, верно? В принципе, интерес Оскара был вполне оправдан к ней. Но вряд ли этот молодой вампир, который даже укусить никого толком не может, рассматривает её только из-за этого. Хотя, ситуация на кухне заставляет Бака задуматься. Солнышко не выдерживает неловкости, понимая, к чему отвернулся вампир. Она аккуратно садится и стелет себе на колени плед. Теперь молодые люди сидели рядом. Света смущенно разглядывала узоры на ткани, сминая её. — Что нам теперь делать дальше? Куда идти, что искать? — Ты должна обязательно поговорить со своим клыкастиком насчёт всей это заварушки с уродцами, его помощь сейчас будет очень полезна. Хоть я и против его общества. Но по крайней мере, его родственники могут знать что-то об этом. — Хорошо, тогда сегодня я поговорю с ним насчёт этого. — Опять ночное свидание? А тебе сколько лет-то, чтоб с Оскаром такие романы крутить? - Бак опирается локтем о колено, кладя острый подбородок себе на ладонь, ожидая реакции и ответа на свой вопрос. Света не остаётся в стороне: — Думаю, что в свои 18 лет я имею полное право обниматься со своим другом, без претензий со стороны окружающих. - Бак присвистнул. — Ну и ну. Вообще не боишься меня, чтобы так разговаривать, да? Девушка дерзит вампиру, давая ему понять, что увиденное им на кухне носит совершенно иной характер. Даже, если между ними и было бы что-то, то ни одна душа не имела бы права лезть в это. А тем более следить за ними. Сама Света была первокурсницей, но из за эпидемии, которая распространилась по всем материкам с геометрической прогрессией, ей приходится оставаться дома и посещать скучнейшие занятия через онлайн. Оскар иногда приходил и помогал с химией, так как преподаватели не особо стремились давать хоть какие-либо знания, в отличии от молодого вампира, который охотно делился всеми своими познаниями в этой сфере. Иногда, они вместе смеялись над одногруппниками, которые забывали выключить микрофон и получали по первое число от преподавателей. Света даже научила Оскара играть в «Дурака» и они устраивали между собой мини-турниры. Несмотря на веселье, Свете было очень тяжело привыкать к такому новому ритму. Не было никакого вкуса студенческой жизни. И чувствуется ей, что скоро вкуса не будет даже у повседневной. — Действительно, у вас правда только дружба? Ты меня удивляешь. Я в своё время не упускал шанса с девками на сеновалах поваляться под Луной, а потом крови попить. А ты что? Глупая, нужно брать от жизни всё. Она у вас и так коротка. Света неприятно ощутила укол в сердце, когда Бак произнёс последнее предложение. Он будто специально накручивал её, прекрасно зная о ситуации с её дедушкой. — Ну вот такая я, непутёвая. Не вижу смысла рушить дружбу этим, да и к тому же, он меня видит скорее всего только как близкую подругу и не более. Я уже привыкла к таким взаимоотношениям. Ничего не меняется. Тем более, в его окружении кучи достойнейших вампирш. Например, Готика…- Солнышко запинается и аккуратно прижимает плед к груди, смотря на дубовый паркет, в то время как Бак внимательно смотрел на неё. Почти в упор. — Делаешь вид, что не замечаешь очевидных вещей? Не дури меня. Она поднимает голову, из за резкой тишины со стороны Бака и сталкивается с ним взглядом. Она слегка отшатывается. Его глаза проницательно вцепились с лицо Светы. Они горели, словно ночные фонари - яркие и жёлтые. Они как… — Как у змеи…- Света проговаривает это завороженно, с незаметным восторгом и удивлением в глазах. Вампир на секунду замирает, изгибая брови в изумлении, не понимая, о чем речь. Но осознав в чем дело, он стирает с лица маску удивления, принимая довольный вид. Бак прищуривается и наклоняет голову в бок, не меняя своего положения. Он понял, про что говорит Солнышко. Вампиру очень польстило внимание ранее враждебно настроенной девушки. А ведь он даже не использовал гипноз ради такой похвалы. — Красивые? - он самодовольно ухмыляется. Бак слегка прикрывает лицо пальцами, словно засмущавшаяся леди. — Да, они…они как будто янтарь…Так ещё и такие необычные зрачки, знаешь, ты действительно похож на настоящего змея! - Солнышко сдерживает свой восторг, но ей давалось это с трудом, ведь она впервые видит настолько необычные глаза. Она сцепляет запястья в замок, всем своим видом показывая своё восхищение. Ведь даже для вампира они выглядели уникально. — Мне будет приятнее слышать, если ты будешь ассоциировать меня с котами, всё-таки, они поприятнее скользких гадов будут. - Солнышко тихо хихикнула. — Хорошо. Хм, может тогда ты будешь Мистером-Баком-Пушистым, раз такое дело?- Света спрашивает это с осторожным азартом и Баку действительно становится искренне весело. Солнышко вытягивает ногу вперёд, стараясь размять её. — Ну ладно, так и быть, для тебя я буду Мистером-Баком-Пушистым. Но это только между нами, хорошо? - Бак слабо улыбается и впервые за долгое время более менее расслабляется. Он обратил свой ласково-прищуренный взгляд на Свету, словно благодаря её за эту секунду безмятежности. Не замечает, как инстинктивно прокусывает мизинец. Опасно. — Умеешь же ты быть хорошим, когда к тебе соответствующе относятся. Бак, может ты и вправду кот? - Бак быстро вытирает палец о пальто. — Не могу не согласиться, я ведь уже заледенел за эти долгие годы без добрых слов в свой адрес. - Бак с шелестом откидывается назад на скрипучую поверхность дивана и замирает, с блаженством прикрыв глаза с длинными ресницами. Вампир смешно разлёгся на диване : тело лежало на поверхности, а ноги, согнутые в коленях, спокойно опирались на паркет. Солнышку почему-то было жаль его суставы. Она тоже молчит, понимая, что Баку наверняка будет не очень приятно рассказывать о истории его «заледенения», поэтому диалог поддержать вряд ли получится. Света даже не уверена, что сможет сказать хоть что-нибудь на это, а тем более понять его чувства. Света аккуратно встаёт, закутывается в плед и сворачивает в арку, чтобы попить воды. Она просто не знает, что ей ещё делать. Вариант сидеть молча её не устраивал, как и страх того, что Бак начнёт рассказывать о себе то, чего Света может не понять. — Ты куда?- Бак приоткрывает один глаз. — Воды попить, а ты пока убери все дедушкины записи обратно в шкаф, не по-человечески как-то. - Бак издаёт недовольный мычащий звук, прогибается в спине и с громким зевком поднимается с дивана. Вампир досадно присаживается возле устроенного собой беспорядка, начиная сортировать одинокие листочки друг к другу, проделывая тоже самое с книгами и свитками, создавая маленькие группки из материалов. Вампир старался ничего не повредить своими когтями. Он на всякий случай проверил все бумаги, на наличие повреждений после первого знакомства с материалом, чтобы убедиться, что ничего не испорчено. Бак быстро складывает всё в шкаф, и посмотрев, что ничего не примнётся, прикрывает скрипучую дверцу. Солнышко сидела и тихо пила воду, стараясь слиться с окружающей средой. Кухня была в серо-голубых оттенках. Грустно выглядит. Бак прошёл следом за ней, прихватив стул со спинкой, который стоял возле холодильника и сел напротив неё. И о Боже, он такой же голубо-серый. Было видно, насколько стул был трухлявым. Бак опасно рисковал упасть на пятую точку. Страшно было даже опереться об него. — Удивительно, сижу за одним столом с внучкой моего врага. — Удивительно, сижу за одним столом с врагом моего родственника. — Главное, что для тебя я не враг. — Кто знает, кто знает, может ты ждёшь момента, когда набросишься на меня и выпьешь всю мою кровь. - Солнышко протягивает последнее слово, делая тон пугающим, веселя этим вампира. — Ну, чуть-чуть я бы не отказался попробовать, а то в тот раз не получилось. — Так вот тогда кто это был! Ты…Жалею, что дедушка тогда не зарядил вам с Драко по репе! — Мне жаль, крошка, но такова наша природа. - Бак закидывает руки за голову и обращает свой взгляд к окну. — Красиво, но к сожалению, мне больно даже смотреть на это, хочется иногда быть смертным, всё-таки. Почувствовать этот мир на себе, не боясь солнца. Можешь не отвечать, просто это вечный крест всех вампиров. - Вампир прикрывает на секунду глаза. Солнышко действительно не знала, что ответить, поэтому просто молчала. Как в воду глядела. Бак отличался сейчас, это словно другая личность, не та, что подкараулила Солнышко возле дома. — Как же ты тогда себя развлекаешь, если тебе настолько тоскливо? - Бак лениво перевёл свой взгляд на неё. — Как, спрашиваешь? Криминалом. Пью кровь, ворую, могу забавы ради в пабах спаивать людей, да и сам не прочь выпить. Я много чего могу. — Мне грустно это слышать. - Солнышко чувствует боль в груди. Мелькает мысль : А у Оскара также? Ему тоже настолько тоскливо и больно, как и Баку? Он тоже все держит в себе? — Это жизнь, каждый сам выбирает свою дорогу. Я выбрал. — Есть вещи, которые не зависят от нас… Бак понимает, что за сегодня он ничего не смог узнать, и задерживаться сейчас в этом доме ему нет смысла. Не хотелось лишний раз смущать девушку. Они так и будут молча сидеть, не находя даже подходящих слов. Нужно чуть повременить с «привыканием» к друг другу и начать всё со свежей головы. Бак встаёт со стула и смотрит в окно, оценивая свои шансы улететь. — Мне нужно идти, а то так без дела просидим до вечера. Не буду тебя смущать. Советую также заняться чем нибудь полезным. Сегодня ночью я поспрашиваю местных вампиров, сделаю зарисовки и заметки. Отправишь их деду, как принесу. Поняла? — Да. Тогда до встречи? - Бак делает прыжок в воздухе, и вот в окне уже хлопает крыльями большая летучая мышь. — До встречи. - мышь скрылась среди крон огромных деревьев. Теперь Солнышко понимала, почему он без колебаний смог улететь домой. Интересно, где его дом?

***

— Оскар-Фон-Ужасающий, только не говори мне, что ты снова купил это для неё! - Рядом с Оскаром возникла высокая девушка, с явным намерением потрепать тому нервы. Парень успевает резко обогнуть её, чуть ли не сбив вампиршу ящиком. Девушка выглядела статно: темно-лиловый топ с вуалью «летучая мышь», которая создавала ощущение крыльев вместо рук, и такая же темно-лиловая юбка в пол. На шее покоилось украшение в виде чокера с брошью-пауком. Весь её наряд струился шелковым водопадом в пол. Волосы были густыми и необычного малинового цвета, на зависть любой другой вампирше. Красота - главное орудие вампира. И она навсегда запомнила эту фразу. — А, Готика…Добрый день. - Оскар осторожно ставит ящик рядом со своим гробом, словно опасаясь, что его могут украсть. Он присаживается на каменную плиту, на которой стоял сам саркофаг. Хотелось спрятаться куда нибудь, да побыстрее, лишь бы избежать неудобных вопросов. — Кошмар, ты ещё больше этих фраз нахватался. «Добрый день» - ты серьезно? — Готика, скажи, что тебе нужно? Я очень устал за сегодня, правда. - от неожиданной «резкости» парня Готика замолкает и молча смотрит на него. Девушка поняла, что перегнула палку, заставив почувствовать друга неуютно буквально с порога. Но как же ей стало ужасно неприятно, хочется схватить Оскара за руку и крикнуть: Одумайся! Её злило, что юноша не проявлял к ней ничего, кроме могильного холода, что в последнее время только и происходило, заставляя вампиршу все больше увядать. Но Готика прекрасно понимала, что этот вампир полностью посвящает себя той, которая совершенно не такая, как все они. Он менялся. И Готику это пугало. Даже Дракулу погубила женщина. — Ничего, хотела только сказать, что попусту тратишь время на эту человеческую девчонку. От тебя просто разит её кровью! - Последнее предложение Готика произносит с остервенелым пренебрежением и шипением, одергивая себя за то, что проявила такие негативные эмоции при Оскаре. Она не хотела этого. Для неё было потрясением снова учуять этот запах на его губах. Но на этот раз он буквально витал в воздухе. Если Оскар и пил кровь Солнышка, то такого сильного запаха никогда не было. Неужели он?… — Но это моё дело, Готика, я устал это всем повторять! Всё в порядке, честно. Я не причиню ей зла, как и она мне. - Оскар устало прикрывает глаза. Он старается говорить максимально сдержанно, чтобы ещё больше не наломать дров. Солнышко действительно очень важна для него. Но вдруг с этого дня она станет для него просто источником пищи, от которого будет больная зависимость да и только? Или это уже произошло? Он в диком ужасе отмахнул от себя эти мысли. Оскар настораживается, когда Готика задумчиво выдаёт: — Хм, слушай, а от тебя пахнет не только ей, ты в курсе? - Она в изумлении вдыхает воздух. Оскара вырывают из тревожных раздумий, заставляя погрузится в ещё более тревожную реальность. — Что? В смысле? — Да…Какой-то странный запах. Он людской, но я не уверена в этом на сто процентов. Хм…это же одеколон «MAURER & WIRTZ TABAC MAN» и…табак. Мерзость, запах сигарет просто ужасен, хоть и сейчас он еле чувствуется, но меня уже воротит от него, а вот этот конкретный одеколон я из тысячи узнаю. Распространённый одеколон среди вампиров низшего класса и любимая вещь обычных человеческих бедняков. Доступная вещица. — Ну, кроме меня и её подруг к ней никто вроде не захаживает. Тем более, девочки скорее всего не будут использовать такой парфюм, с этим всё понятно. И в компании никто не курит, я бы раньше тогда почувствовал. Кто же это? — И что будешь делать, герой? - Готика складывает руки на груди, недовольно отводя взгляд в сторону. — Не знаю…Уже рассвет, я не смогу быстро прилететь к ней. Точно! Я напишу. Вдруг что-то случилось…Спасибо тебе большое, Готика. Я бы и не заметил этот запах даже, если бы не ты. — Ага, не за что. Я думаю, если уже что-то и случилось, то поздно метаться. Оскар игнорирует её колкое замечание и пишет Солнышку.

***

— Солнышко, ты дома сейчас? Всё хорошо? — Да, привет, все нормально. У тебя что-то случилось? — Нет-нет, все нормально, извини! Жди вечером, обнимаю. — Хорошо, и так жду! А то тут скучно очень. — Извини ещё раз, можешь пожалуйста сделать сейчас своё фото и прислать? Мне срочно нужно убедится, с тобой все хорошо и тебя никто не съел. — Блин, ну ты вообще ни к месту ни к селу! Ладно, сейчас, но потом не плачь, что испугался меня без макияжа! Оскар слушает её голосовое сообщение и искренне улыбается с её шуточно-недовольного тона, вынуждая Готику закатить глаза. Он получает фотографию усталой из-за серьезного недосыпа Солнышка. Он сохраняет ее фото, наконец-то успокоив своё сердце. С ней все хорошо. Нужно будет обязательно поспать с ней этой ночью, иначе такими темпами до нервного истощения недалеко. — «Вообще себя не бережёт.»

***

Вампир выдыхает с облегчением. — Ты спросил у неё про происхождение запаха? — Нет, я не хочу напрягать сейчас Солнышко, лучше спрошу при встрече. Главное, что с ней все хорошо. — Оскар, от людей одни проблемы, ты сейчас как раз ввязываешься в одну из таких проблем! Даже элементарного спросить не смог! — Да-да, знаю. Но это уже будет проблема будущего меня. Я пойду прогуляюсь, извини меня. И ещё раз спасибо. - Оскар проходит мимо девушки, исчезая в тёмных коридорах замка. Готика чувствует шлейф аромата Оскара. «Наверняка опять с Драко сидеть и обсуждать эту горе-девчонку!» - Готика ощущает будничное разочарование, ведь их теперь такой редкий разговор в очередной раз свёлся к Солнышку. Но Солнышко не виновата, как бы она не раздражала Готику. Она не виновата в том, что Оскар такой идиот, который решил отклониться от вампирских норм. Света ведь даже не знает о невзаимной симпатии Готики. Готика усмехнулась : Какой идиотский замкнутый круг. Оскар-Солнышко. Я-Оскар. Она тяжело вздыхает и уходит в лабораторию, чтобы отвлечься от лишнего негатива и попрактиковаться в смешении новых кремов для бледности кожи. Явно лучше, чем попусту сходить с ума от безысходности.

***

— Матерь Божья, Оскар, ты где был? - Молодой парень во фраке выскакивает из гроба. — У Солнышка был, а что такое? Я же говорил тебе, что пойду к ней. — Да, но от тебя пасёт, как от хер пойми кого. — А, это. Да, мне уже сказали насчёт этого. Это абсолютно чужой для меня запах. Я вообще без понятия, чей он. — Жесть, ну и ну. Мне он почему-то кажется знакомым. Это… — Да? - Оскар сосредотачивает своё обоняние. — Действительно, теперь мне тоже он кажется немного знакомым. Почему не заметил раньше?… — Бедные районы, дешевые сигареты, паршивый одеколон, как же! Кому из людей будет нужно шастать возле дома твоей дамочки, а? Верно, твою мать, никому! Не допирает, Оскар? — Нет... — Блять, это тот чувак с улиц! Как его…Бак, во! Точно. Бак Вкусный. Память не подводит, это точно он. Мы запоминаем своих, это ты инвалид какой то, раз не смог вспомнить его. — Заткнись, я не помню его, так как в последний момент повстречал и вышвырнул этого ублюдка из её комнаты вместе с тобой. Спасибо ещё Профессору Чеснокову. А ты, кстати, легко отделался тогда. — Было дело, ха-ха. Я тем более извинился за этот случай. Но получается, если он рядом с ней, то что сейчас происходит в доме Чесноковых? Зачем «Королю Улиц» соваться на эту территорию? — Я ей писал уже, все в норме. Солнышко мне сразу ответила. — В смысле, «в норме»? Ты ку-ку? А если он её в заложниках держит и заставил так ответить? Может он её, извини меня, завалил уже там. Ты как тряпка, честное слово. Любой парень после такого ринулся бы защищать свою даму. Не понимаю тебя. — Да подожди ты, она мне прислала голосовое сообщение, там явно не голос «заложника»! Думаю, если бы с Солнышком действительно что-то случилось, то я бы это почувствовал. У меня на это чутьё, ты же знаешь. Да и она девочка не робкого десятка. Как никак, внучка охотника на вампиров. — Ну смотри тогда, потом в случае чего не обвиняй меня. Я тебе своё мнение сказал. — Драко, хватит нагнетать, надоел уже. — Ладно-ладно. « Что ему нужно от тебя, Солнышко? И что за тревожное ощущение было этой ночью?»