i wanna pull your strings (like you're my telecaster)

      Люк знает, что согласился на это сам, но он не думал, что это действительно произойдет снова. Он решил, что его близость с Майклом было разовой вещью, пылом страсти, умопомрачительным сексом. Единственная причина, по которой они согласились сделать это еще раз, это то, что они все еще не отошли от лучших оргазмов в их жизни. По крайней мере по опыту Люка. Возможно нет. Возможно Люк сразу же начинает волноваться, как только Майкл пишет ему: «идешь сегодня к Эштону?» «я буквально живу с Эштоном, придурок» «боже, прости, что не знал» «мудак» Возможно Люк немного через чур взволнован, потому что есть только одна причина, по которой Майкл мог бы спрашивать про его присутствие на вечеринке. Возможно он надевает рубашку немного короче обычной и немного слишком узкие джинсы, те самые которые заставляют Эштона говорить, что даже он хочет сделать с Люком непристойные вещи. Честно говоря, он чувствует себя немного нелепо, но у него высокие ожидания. Он уже может слышать колкие слова Майкла, осуждающие его за то, что он так откровенно разоделся, чтобы заполучить внимание Клиффорда. Да, он взволнован. Фактически это даже не совсем вечеринка. Горстка людей перемещается между кухней и гостиной, фоном для всего этого служит легкая рок-музыка. Конечно, это означает, что Майклу легко найти Люка, как бы Хеммингс ни хотел заставить его поработать для этого. Он говорит с Калумом, когда теплая рука оборачивается вокруг его талии, и у его уха звучит низкий голос: — Привет, принцесса. Разворачиваясь со слишком милой улыбкой на лице, Люк произносит: — Привет, мудак. Ухмылка Майкла ослабевает всего на секунду, а рука обхватывает бедро Люка, впиваясь ногтями в его бок. Но как только Люк делает резкий вдох, он ослабевает хватку, просто дотрагиваясь до кожи парня кончиками пальцев. Люк уже чувствует напряжение в джинсах, предвкушая все следы, которые на нем оставит Клиффорд. Они были идеальны в прошлый раз: все синяки и царапины, оставленные им. Люк провел дни, впиваясь в них собственными пальцами, чтобы почувствовать ту тупую боль, прежде чем они зажили. Как бы сильно Люк ни ненавидел Майкла, он не мог отрицать, что тот был предметом его фантазий в последнюю неделю. Он представлял Майкла сверху, тянущего его за волосы, не позволяющего ему кончить, шепчущего прекрасные грязные фразы ему на ухо. Это всё о чем он мог думать, пока трахал себя разными игрушками или дрочил в душе. Он будет обречен, если Майкл узнает об этом. — Наслаждаешься, милый? — спрашивает Майкл, наклоняясь, чтобы ущипнуть Люка за нос. Люк сгорает изнутри. — Что за хуйня происходит? — возмущается Калум. Когда никто из них не смотрит на него, он хнычет. — Вы собираетесь трахаться снова? Это заставляет Люка обернуться к нему. — Снова? Откуда ты знаешь, что мы трахались раньше? — Не то, чтобы ты был особо тихим, принцесса, — фыркает Майкл. Прежде чем Люк успевает послать ему гневный взгляд, Калум продолжает: — Ну, еще мне Майк сказал. — Ты, блять, серьезно? — спрашивает Хеммингс, отталкивая от себя Майкла. Он даже не может расстроиться из-за слегка обиженного выражения лица Клиффорда, будучи слишком смущенным, чтобы беспокоиться. — Я не думал, — начал было Майкл. — Конечно нет, — выплевывает Люк, направляясь к кухне и игнорируя попытки докричаться до него. Он берет бутылку воды из холодильника, открывая её немного более агрессивно, чем нужно, из-за чего несколько капель выливаются на его руки. Откидывая голову назад, Люк делает несколько глубоких вдохов, пытаясь разобраться в своих чувствах, или что там ему советует делать Эштон, когда он грустит. Он не злится, хотя и чувствует раздражение. В основном ему стыдно, но из-за чего? Не то чтобы он не знал, что люди услышат, как они с Майклом занимаются сексом. Они были на заполненной людьми вечеринке, и Люк не был тихим. Люди видели, как они уходили вместе. Это просто принцип из-за того, что люди слышали его в таком состоянии, особенно потому, что причиной был Майкл. Все знают, что они ненавидят друг-друга, а теперь все также знают, что они переспали. Это сбивает с толку, Люк не знает, что чувствовать по этому поводу. — Прости, — произносит Майкл, заходя на кухню. — Мне не стоило говорить ему, не спросив тебя. Люк допивает воду и выбрасывает бутылку в мусорку, прежде чем повернуться к Майклу. На его лице неподдельное раскаяние, искреннее беспокойство, что Люк на него разозлится, но разве не в этом весь смысл? Они злятся друг на друга, а потом трахаются, и это здорово. Но Майкл не зол, поэтому Люку просто придется заставить его разозлиться. — Все нормально, — говорит он, облокачиваясь на стойку. Глаза Майкла остаются прикованными к полоске кожи Люка, которая открывается его взгляду, когда Хеммингс скрещивает руки на груди, из-за чего его рубашка слегка задирается. — Это логично, что тебе бы захотелось похвастаться тем, что ты наконец смог кончить. Уверен, это происходит не очень часто. Майкл не выглядит впечатленным, лишь закатывает глаза. — Я не выебал из тебя всю твою наглость, да? Люк пожимает плечами. — Может тебе стоит стараться получше. — Правда? — спрашивает Клиффорд. В один шаг он приковывает бедра Люка к стойке за ним, прямо как в их первый раз. Только в этот раз Люк знает, чего ожидать, и это делает всю ситуацию только лучше. Край стойки впивается в его кожу и наполняет его скорее приятным жаром, чем яростью. Наклоняясь и пристально смотря на губы Майкла, он шепчет: — Да, правда. — Ты оделся как дешевая шлюха специально? — спрашивает Майкл, запуская руки под футболку Люка и ущипывая его соски. Дыхание Люка сбивается, а спина выгибается от прикосновений Майкла. — Надеясь, что я трахну тебя так, как ты заслуживаешь, да? — Ты написал мне, — говорит Люк. Его фраза смягчается тем, как высоко звучит его голос. Майкл очевидно замечает это и ухмыляется, сильнее надавливая на соски Люка, заставляя его хныкать. — Где твоя комната? На секунду Люк забывает, что они у него дома, а затем он на автопилоте протаскивает Клиффорда по коридору, игнорируя смех Калума. Он захлопывает за ними дверь, осматривая свою комнату и пытаясь взглянуть на нее глазами Майкла. Вряд ли бы Майкла это волновало, но возможно ему стоило подобрать валяющуюся на полу одежду, поправить раскиданные по комнате книги, подобрать свою гитару. Ему стоило убрать ебанный вибратор, лежащий на подушке. — Черт. Майкл хватает Хеммингса за запястье, прежде чем ему удается убрать игрушку, и притягивает парня обратно к груди. — Ты был немного взволнован увидеть меня, да? Ты ублажал себя? — Это не твое блядское дело, — фыркает Люк, пытаясь оттолкнуть Майкла. Клиффорд просто хватает Люка за плечи, притягивая его к себе с такой силой, что Хеммингс слегка спотыкается. — Я думаю это мое дело, сучка. Видишь ли, ты использовал тот вибратор, хотя знал, что я приду. Ты так развратно оделся, зная, что я увижу тебя в этом. Ты пытаешься сказать, что не думал обо мне, пока делал все это? Люк ничего не говорит. Вместо этого он прячет лицо в шее Майкла, кусая его, когда Клиффорд начинает смеяться. — Ауч, ты, чертов мерзавец. — Не притворяйся, что тебе не нравится, — отвечает Люк, прежде чем снова приступить к шее Майкла, посасывая его кожу. Он скорее всего прикусывает её слишком сильно и через чур долго, но он хочет, чтобы след был заметен на бледной коже Майкла. Он хочет, чтобы след остался надолго. Если люди и так будут знать об этом, пусть они действительно видят это. Майкл наклоняет голову в сторону, давая Люку больше доступа, в то время как его собственные руки путешествуют по спине Хеммингса, останавливаясь на его заднице. Люк мычит, когда Майкл хватает его, желая, чтобы его джинсы были сняты, и Майкл мог впиться в его кожу ногтями, но не заботясь о том, чтобы действительно их стянуть. — Чего ты хочешь? — спрашивает Майкл. Люк снова мычит. — Всё что угодно. Абсолютно всё. — Всё? — интересуется Майкл низким голосом, тем самым дразнящим тоном, который сводит Люка с ума. Ему кажется, что его вены буквально горят, он зарывается в волосы Майкла, чтобы как-то расслабиться. — Ты уверен, что можешь выдержать это, сладкий? Он дразнит, поэтому Люк принимает это за вызов. Откидывая голову Майкла назад за волосы, Хеммингс смотрит ему в глаза и произносит: — Я могу выдержать всё, что ты мне дашь. Глаза Майкла вспыхивают всего на секунду, прежде чем он спрашивает: — Стоп-слово всё ещё «красный»? — Люк кивает. — Забирайся на кровать. Люк так и делает, сначала убрав вибратор в нижний шкафчик его тумбочки, а затем расположившись на спине. Майкл все еще стоит там, где Люк оставил его, рассматривая Хеммингса с опущенными по бокам руками. Люк мог придумать множество лучших вещей, которыми Майкл мог бы занять свои руки. — Ну давай же, — раздраженно бурчит Люк, слегка сдвигаясь со своего места. Майкл приподнимает брови, явное наслаждение ситуацией буквально написано у него на лице. Люк чувствует, как его охватывает легкое смущение от того, как сильно он этого хочет. Тем не менее, он не признает, что его дыхание слегка сбивается, когда Майкл все же делает шаг вперед. Но Клиффорд проходит мимо Люка, останавливаясь около его тумбочки. — Там есть что-нибудь еще? — Посмотри сам. Люк не ожидает, что первой эмоцией Майкла будет смех. Щеки Хеммингса уже горят в ожидании того, что Майкл скажет о содержании его тумбочки. — Та ещё коллекция, да, принцесса? — Люк не отвечает. Он не думает, что ему нужно это делать. — Какую тебе нравится использовать на себе больше всего? — Ту… Ту, что была на подушке. — Да? Что насчет тех, которые ты используешь с кем-то еще? Люк пожимает плечами. — Я никогда… Воцаряется небольшая тишина, прежде чем Майкл нежно дотрагивается до подбородка Люка, поворачивая его голову, чтобы они могли смотреть друг на друга. — Никогда что? — мягко спрашивает Клиффорд. — Никто никогда не хотел использовать их на мне. Майкл поджимает губы, снова смотря на тумбочку. Люк знает, что он видит: галстуки, паддл, все различные дилдо и пробки, которые только сам Люк использовал на себе. Он уже собирается встать, сказать Майклу, чтобы он забыл про это, может быть даже вообще ушел из его комнаты, когда Клиффорд спрашивает: — Что ты хочешь использовать больше всего? «Всё» — первая мысль Люка, но у него есть чувство, что Майкл не примет такой ответ, поэтому он останавливается на простом ответе: — Что угодно. Выбирай ты. — Как насчет этого? — спрашивает Майкл, доставая шелковые галстуки. Они светло-серого цвета, достаточно длинные, что он мог бы обездвижить Люка, если бы захотел. Член Хеммингса напрягается при этой мысли, начиная слегка болеть в том месте, где он прижимается к молнии джинсов. — Да, — выдыхает Люк. Положив галстуки на подушку, Майкл наконец забирается на кровать, наклоняется над Люком и опускается вниз, чтобы поцеловать его. Когда Люк пытается углубить поцелуй, прижаться к Клиффорду сильнее, Майкл хватает его за волосы и прижимает его голову обратно к подушке, вызывая у блондина пронзительный стон. — Мы движемся в моем темпе, принцесса, — шепчет Майкл, и что-то устрашающее проскакивает в его взгляде. Живот Люка скручивается от волнения и, возможно, страха. Но это захватывающе, особенно когда Майкл немного смягчается и спрашивает: — Хорошо? Люк кивает, сжимая руки в кулаки там, где они располагаются у его головы. Майкл снова наклоняется, едва касаясь губами губ Люка, и отстраняется как раз тогда, когда Хеммингс думает, что наконец-то получит настоящий поцелуй, но Клиффорд лишь повторяет все сначала. Будучи не самым терпеливым человеком даже в хороший день, Люк изо всех сил старается не утянуть Майкла вниз и не хныкать, пока не получит то, чего хочет. Его усилия вознаграждаются, когда Майкл наконец целует его, проникая языком в похотливый рот Люка. Клиффорд не говорил, что к нему нельзя прикасаться, но это казалось очевидным, так как он достал галстуки. Люк выгибается навстречу Майклу, чтобы подавить желание схватиться за него. Их промежности соприкасаются, и Люк чувствует, что Майкл так же возбужден, как и он. — Пожалуйста, давай же — скулит Хеммингс. Майкл садится на колени между ног Люка. Его грудь уже вздымается, а щеки окрашиваются в светло-розовый цвет. Гордость нарастает внутри Люка от осознания того, что он может так завести Клиффорда. Ему нужно только возбудить Майкла еще немного, никаких больше медленных поцелуев и легких прикосновений. — Я думал, ты собираешься выебать меня, — произносит он. Майкл приподнимает бровь. — Я этим и занимаюсь. — У тебя получается довольно дерьмово. Закатывая глаза, Майкл шлепает Люка по внешней стороне бедра и отвечает: — Раздевайся. — Сделай это за меня, сучка. Люк чувствует короткий момент сожаления, когда челюсть Майкла сжимается, но эта эмоция быстро сменяется на возбуждение, когда Клиффорд хватает его за воротник рубашки и перетягивает его в сидячее положение. Он срывает с Хеммингса рубашку с такой силой, что он слышит, как ткань рвется по швам. — Ты такой чертов мерзавец, — рычит Майкл, начиная стягивать джинсы Люка. — Кто-то уже должен был отшлепать тебя так, чтобы твоя задница была красной. Возможно это бы научило тебя, как себя вести. Люк тихо стонет, откидывается на спинку кровати и приподнимает бедра, чтобы помочь Майклу с джинсами и боксерами вместе с ними. Полностью раздевшись, Хеммингс начинает стягивать рубашку Майкла через голову, оставляя его волосы в полном беспорядке. Люк собирается провести рукой по шевелюре парня, когда тот встает с кровати. — Ложись, — говорит он. Люк так и делает, но видимо не удовлетворяет Майкла. Клиффорд хватает Люка за лодыжки, притягивая его ближе к подножью кровати. У блондина вырывается удивленный стон. Он осознает, как легко Майкл может манипулировать им, и удивляется, почему тот не делает это чаще. — Подай их мне, — требует Майкл, указывая на галстуки. Люк хватает галстуки с подушки и подает их Майклу. Клиффорд берет правую ногу Люка, обвязывает шелковую ткань вокруг его лодыжки, а затем прикрепляет конец к углу кровати. Он просовывает два пальца под петлю, удостоверяясь, что она не слишком тугая, но все же спрашивает Люка: — Нормально? Люк оттягивает ногу назад; она не защемлена, и он определенно может ослабить ее больше, если потребуется выбраться. Более того, он доверяет Майклу в том, что тот не даст ему зайти так далеко и остановится, если Люк скажет «стоп». — Нормально. Майкл проделывает то же самое с другой ногой Люка, оставляя его ноги полностью раздвинутыми, без возможности свести их. Люк ощущает жар, осознавая, что он полностью открыт, а взгляд Майкла прикован к его промежности. Он безуспешно пытается свести ноги вместе и закрывает глаза, услышав, как Майкл усмехается в ответ на его попытки. Клиффорд забирается обратно на кровать между ног Люка, находя опору в его бедрах. — Тебе это идёт, шлюшка, — смеется Майкл, поглаживая одну из горящих щек Люка. — Отъебись, — фыркает Люк, пытаясь выбраться и сбросить с себя Майкла. Его грудь горит, но даже не из-за гнева. Просто это единственный способ, который он знает, чтобы получить от Майкла то, чего он хочет. Майкл только ухмыляется и прижимает бедра Люка к кровати. — Я думаю, таким ты и должен быть все время. Открытым, ожидающим, пока кто-то воспользуется этой милой задницей. Единственное, что может сделать это лучше — кляп. Люк стонет, в голове мгновенно проплывают мысли о том, как Клиффорд связывает его и затыкает ему рот, давая ему всё, что по мнению Майкла он заслуживает. Может быть, он будет издеваться над Люком больше, чем в прошлый раз, оставит его в подвешенном состоянии, пока тот не начнет плакать, будет игнорировать его приглушенные крики, пока не захочет дать ему кончить. — Пожалуйста, — выдавливает Люк. У него перехватывает дыхание, а ноги инстинктивно подергиваются, когда Майкл проводит сухим пальцем по его отверстию. — Смазка тоже в той тумбочке? Люк кивает, задыхаясь, когда Майкл перестает касаться его. Но это ненадолго. Клиффорд возвращается со смазкой и презервативом в руках и устраивается так, что его голова оказывается между ног Люка. — Что ты—вопрос Люка прерывается языком Клиффорда, проводящим полоску вокруг его отверстия. Вместо этого из горла Хеммингса вырывается высокое «блять». — Хорошо? — Блять, да, это хорошо, Боже мой… Майкл не отчитывает его за мат, просто возвращается к своему занятию. Когда Люк достаточно расслабляется, он проникает внутрь, сначала слегка поддразнивая его кончиком языка, а затем начиная трахать его. Люк ничего не может с собой поделать, он запускает руки в волосы Майкла, перебирает его пряди и выгибает бедра навстречу прикосновениям. Майкл в ответ вводит внутрь блондина палец вместе с языком. — Блять, блять… — бормочет Люк, сильнее дергая Майкла за волосы. Достаточно сильно, чтобы Майкл издал довольный стон. — Блять, пожалуйста… Ощущается так хорошо… — Да? — переспрашивает Майкл, отстраняясь, чтобы заменить язык на два пальца. Он легко находит простату Люка и, обводя ее кончиками пальцев, вырывает из Хеммингса череду рваных стонов. Другой рукой Клиффорд с силой надавливает на синяки на внутренней стороне бедра блондина. — Думаешь, я смогу заставить тебя кончить вот так? — О боже мой! — выкрикивает Люк и буквально визжит, когда Майкл снова подключает в дело язык, проводя влажную полоску между его двумя раздвинутыми пальцами. Это очень уебский ход, и Хеммингс бы посмеялся над этим, если бы это делал кто-то кроме Майкла, потому что это ощущается слишком хорошо. Проходит немного времени, прежде чем Майкл вводит и третий палец, задевая простату Люка с каждым движением. Бедра Хеммингса начинают дрожать, и он пытается потянуть за галстуки, стараясь хоть как-то снять напряжение, сковывающее его грудь. — Майкл, пожалуйста, — умоляет он. Люк знает, что ему нужно конкретизировать, но он не может. Он уже достаточно смущен тем, что является таким беспомощным и отчаявшимся в руках Майкла, и ему это нравится. Возможно даже через чур. — Что? Тебе нужно кончить? — насмехается Клиффорд. Люк кивает, выкрикивая каждый раз, когда Майкл попадает по его простате. — Ооо, бедный малыш. Я не знаю, должен ли я позволить тебе… Все это время ты был просто наглой сучкой, а теперь плачешь, потому что хочешь кончить. Никто и не говорит тебе, что ты не можешь сделать этого. Нет, никто так не говорит. Но никто также и не говорит, что он может сделать это. — Пожалуйста, я нуждаюсь в этом, — умоляет Люк. Он сглатывает, когда Майкл смотрит на него вопросительно, дразняще. Он, блять, знает, что нужно Люку, он просто хочет заставить Хеммингса сказать это. Это так чертовски возбуждает, что Люк чувствует себя еще ближе к разрядке. — Пожалуйста, позволь мне кончить. Мне нужно, чтобы ты сказал мне, что я могу кончить, я хочу сделать это только с твоего разрешения. Майкл рычит, сильнее толкаясь пальцами внутрь Люка. Хеммингс бы начал ухмыляться, но именно в этот момент Майкл решил начать говорить. — Да, кончи для меня, сучка. Живот Люка сжимается, когда он кончает, и Хеммингс насаживается на пальцы Майкла, чтобы продлить наслаждение. Клиффорд не отстраняется, даже когда Люк финиширует. Конечно он нежен, но Люк слишком чувствителен. Его бедра дрожат, но всё еще двигаются в такт прикосновениям Майкла. — Зеленый? — спрашивает Майкл, слегка разводя пальцы, чтобы подчеркнуть свой вопрос. — Определенно зеленый. Майкл убирает руку, чтобы встать и наконец стянуть с себя джинсы. Люк понятия не имеет, как он вообще умудрился так долго сдерживаться. Судя по тому, как напряжен член Майкла, это было нелегко. Откинувшись назад, Клиффорд разрывает упаковку презерватива, раскатывает его по всей длине и покрывает смазкой. Он приближается к Люку и ухмыляется тому, как Хеммингс дергается от неожиданности, пытаясь снова свести ноги. — Ты точно хочешь этого? Люк скрипит зубами. Он должен был знать, что Майкл не будет менее раздражающим, чем в прошлый раз. — Иди нахуй, ты знаешь, что я этого хочу. — Насколько сильно? Люк закрывает глаза, делает глубокий вдох и открывает их вновь. Как бы сильно это не сводило его с ума, он не может не признать, что ему нравится это. Нравится, когда его заставляют говорить об этом вслух, умолять о том, чего он хочет. Это разрывает его на части самым лучшим образом. — Очень сильно. Хочу, чтобы ты выебал меня так сильно, что я не смогу спокойно сидеть до конца недели. Я хочу, чтобы все знали, что мы делаем. Пожалуйста, пожалуйста, трахни меня! Майкл довольно кивает и проникает внутрь одним длинным толчком. Люк стонет громко и прерывисто, крепко сжимая руками подушку. Все начинается медленно. Слишком медленно для Хеммингса. — Быстрей, быстрей, быстрей… — выдыхает блондин. — Боже, — хрипит Майкл, отстраняясь и вновь погружаясь внутрь. Люк всхлипывает. — Ты такая шлюха для меня. — Блять, да, да, пожалуйста… — Да, да, пожалуйста,  — передразнивает Майкл и вырывает из Люка очередной стон, когда начинает потягивать его соски. Люк выгибается в спине, сжимая и отпуская наволочку подушки, не в силах найти опору. — Ты такой чертов нытик. Мне действительно нужно достать что-нибудь из твоей коллекции, научить тебя затыкаться. Ты наверняка будешь выглядеть красиво с красной задницей, покрытой синяками. Тебе бы это понравилось? Думать обо мне каждый раз, когда ты пытаешься сесть, но не можешь, потому что это слишком больно, а? Горячая угроза проникает прямо внутрь Люка, но этого недостаточно. Ему нужно больше. — Ударь меня, — умоляет он. Бедра Майкла останавливаются на несколько секунд, и он движется гораздо медленней, когда возвращается к прежнему занятию. Приподнимая свою руку, он наносит резкий удар по заднице Люка. Это достаточно больно, чтобы Хеммингс прокричал, но этого все еще мало. — Это было пиздец слабо, — произносит он, тяжело дыша. — Ударь, блять, меня. — Воу, — стонет Майкл, снова увеличивая скорость. — Может тебе стоит быть немного ясней насчет того, чего ты хочешь, сучка. Да, конечно Люк мог просто сказать Майклу чего и где он хочет. Это, пожалуй, самый эффективный способ. Но он так разгорячен и уже снова настолько близок к разрядке, что не знает, как попросить и при этом не прозвучать жалко. Поэтому вместо этого он ударяет Майкла по щеке. Удар не очень сильный, Майкл отворачивает голову скорее от шока, а не боли, но он замирает и сжимает челюсти. Когда он поворачивается к Люку, его глаза горят. Мгновение спустя ладонь Майкла ударяется о щеку Люка в тот же момент, когда его бедра набирают прежнюю скорость, снова и снова попадая по простате Хеммингса. Этот удар гораздо сильней, чем удар Люка. Он настолько сильный, что его лицо оказывается прижатым к подушке, а щека болит так, что на глаза наворачиваются слезы. Настолько сильный, что он почти кончает. —  Блять,  — плачет Хеммингс. — Да, да, так хорошо… Я могу кончить? Пожалуйста, я могу кончить? Я так близко, так хорошо… — Уже? — Майкл жестоко смеется и надавливает пальцами на все еще болящую щеку Люка. — Ты знаешь, кем тебя это делает? Тот факт, что ты настолько этим наслаждаешься? Люк поворачивается к Майклу с затуманенным от слез взглядом. Он качает головой. Хотя он знает ответ, ему нужно, чтобы это сказал сам Майкл. — Это делает тебя шлюхой, — бросает Клиффорд. Он наносит более сильный удар по бедру Люка, впиваясь в него ногтями. — Кончай, сучка. Возбуждение обжигает тело Люка, оставляя за собой белую вспышку. Отдаленно он слышит стон Майкла, прежде чем Клиффорд замирает и изливается в презерватив. Когда Люк кончает с резким вдохом, его ноги уже свободны, и он прижимается к груди Майкла. Клиффорд проводит рукой по его волосам, шепча: — Ты был прекрасен, принцесса. Ты так хорошо постарался, я так горжусь тобой, спасибо, что позволил мне сделать это. — Майкл, — бормочет Люк, оборачивая руки вокруг талии Клиффорда. — Хей, — произносит Майкл, отстраняясь от парня, чтобы улыбнуться ему. Люк улыбается в ответ так радостно, как может, несмотря на то, что абсолютно вымотан. — Как ты себя чувствуешь? — Очень хорошо. — Может тебе принести льда для щеки? — Потом. Просто полежи со мной. — Окей, — соглашается Майкл, откидываясь на спинку кровати и затягивая с собой Люка. Он снова возвращается к перебиранию волос Хеммингса, одновременно с этим напевая какую-то песню, название которой Люк не может вспомнить. Хотя его это и не волнует. Дыхание Майкла успокаивающее. Он все еще слышит звуки разговоров и смеха снизу, но не торопится возвращаться. Его тело расслабленно, и он еще никогда не чувствовал себя так хорошо после секса. — Это было хорошо? Всё, что мы делали? — Это было идеально, — шепчет Люк. Не задумываясь об этом слишком сильно, он оставляет на груди Майкла легкий поцелуй. — Ты уверен? Обдумав свой ответ секунду, чтобы понять, насколько откровенным ему следует быть, Люк решает отбросить все предостережения в сторону в силу своего состояния после оргазма и произносит: — Ты единственный, кто трахает меня так, как я этого хочу.