Так кто же актив?

      Пронзительная трель заполнила собой всю комнату. Пересилив себя, парень приподнялся, нащупал будильник и швырнул его в стену. Через секунду послышался характерный звук сломанного механизма, а после недовольные ворчание за стеной. В Ли Юи не такие плотные стены между комнатами, в отличие от Снежной.       Чайльд опустился на постель и разлепил глаза. Устремив их в потолок, он попытался вспомнила события после битвы с Чжун Ли. Хотя, битвой это было сложно назвать. Скорее избиением со стороны Моракса. Он не помнил ни то, где он находится, ни то, как он сюда попал. Единственное, что напоминало о вчерашнем дне, это невыносимая боль в теле. Чжун Ли хорошо постарался.       Пересиливая себя, Тарталья скинул с себя одеяло, встал и огляделся. Комната была маленькая. Небольшой матрас лежал в самом углу, прямо под завешанным окном, которое продолжалось пропускать свет через бумажные шторы. Чуть дальше располагался комод, на котором лежали вещи Чайльда, а за ним — зеркало. Дойдя до него, Тарталья стал осматривать своё тело. Синии, фиолетовые, жёлтые и зелёные синяки обсыпали его тело. Где-то кожа была стёрта, где-то поцарапана. На шее виделись небольшие синячки от пальцев мужчины. При их виде уши Тартальи вспыхнули, а сердце пропустило удар. Он вспомнил руки мужчины на своей шее. Хоть его и пытались задушить, от свежих воспоминаний последовало характерное напряжение ниже живота.       Подняв глаза чуть выше, парень увидел красовавшуюся на лице огромную царапину, проходившую от левого виска и до подбородка. Приложив к ней два пальца, парень провёл ими вдоль раны, уже представляя, как будут переживать братья с сёстрами, когда увидят этот кошмар на его лице.       БОМ!       Прозвонили часы. Они показывали час дня. «Долго же я спал», — пронеслось в мыслях. Взяв свою одежду, Чайльд начал надевать её на себя, попутно вдыхая запах порошка.       Они постирали её за ночь. Нужно будет оставить чаевые.       Дверь открылась тихо, но по длинному коридору всё равно разнеслось эхо скрипящего предмета интерьера. Продвигаясь по коридору, Чайльд пытался обдумать свои дальнейшие действия, но мысль каждый раз сбивалась стоном половиц под ногами.       На ресепшене никого не оказалось, но в отличии от коридора, здесь стояла полнейшая тишина, если не учитывать редкие визги детей, что доносились с улицы. Несколько глазурных лилий украшали вазу на небольшом комоде напротив стола администратора. На стенах висели картины с пейзажем гор Ли Юэ. Общий вид комнаты, который скорее всего не привлек бы внимание зрителя. За исключением небольшого пухлого мешочка, что появился на стойке прежде, чем за спиной рыжеволосого закрылась дверь.

***

      Люди. Крики. Яркие прилавки.       Всё такое громкое и пёстрое.       Солнце бесщадно слепило глаза, а уши резали кричалки торговцев, что зазывали к своим прилавкам туристов и обычных обывателей столицы контрактов. Хоть спал Аякс долго, сон не сделал его бодрым, а без конца ноющее тело сделало парня злым и не дружелюбным.       Чайльда остановил мячик, что подкатился к его ногам, а следом за ним к Фатуи уже бежал мальчик в сопровождении других детей. Наклонившись, Тарталья поднял игрушку. Радостные дети уже начали тянуть свои руки к мячу, когда увидели искривлённую гримасу на лице парня, и, совсем забыв о мяче, разбежались в разные стороны.       — Ты только посмотри на него! Теперь он и детей обижает!       Этот писклявый голос. Он так давно его не слышал. Хоть сейчас Путешественник и был последним, кого Чайльд хотел видеть, он всё равно немного убавил пыл и натянул свою обычную улыбку.       — Кого я вижу! Путешественник! Сколько лет, сколько зим? Или в Ли Юэ зимы не бывает?       — Какая глупая шутка, Чайльд, — Паймон сложила ручки на груди, как бы изображая обиду.       — Да ладно тебе. Мы так давно не виделись. Неужели ты не скучал по мне? — Чайльд сделал обиженное лицо.       — С каких это пор мы должня скучать по Фатуи? — возмутилась Паймон.       — Я думал мы друзья.       — Тот факт, что мы один раз провели время с Тевкром, ещё не делает нас друзьями.       — Жаль, а так хотелось, ‐ улыбка коснулась губ Тартальи. Воспоминания о том дне до сих пор заставляли его улыбаться.       — Что-то случилось? — подал голос Путешественник.       — Что? — удивился Чайльд.       — У тебя было грустное лицо.       — Ах, у меня? — парень тыкнул в себя пальцем, — С чего ты взял?       — Улыбка была наигранная.       — Как ты..?       Вместо ответа Путешественник лишь посмотрел в глаза Фатуи. Чайльд всё понял без слов. Потом перевёл взгляд на Паймон. Это малышка всегда была рядом с Путешественником и была готова придти ему на помощь. И в благодарность за эту преданность, он старался не беспокоить свою маленькую спутницу личными переживаниями.       — Что-то случилось? — повторил Путешественник.       — Я… , — парень сглотнул, — мне нужна помощь.