Зарисовки 7 гномов

      Грим, сколько себя помнил, был слишком добрым. Это было несправедливо, ведь и его родители особой злобой не отличались - оба совершенно искренне любили друг друга и своего ребёнка. Он был единственным сыном, наследником благородной семьи и его воспитанию уделяли много внимания.. До тех пор, пока ему не исполнилось пять лет. Мама, любимая и единственная жена его отца, забеременела во второй (на самом деле третий) раз. Вот тогда-то о нём прекратили говорить, что он бестолочь и добренький - всё внимание переключилось на госпожу Хмур. Все знали, что отец Грима боится ещё одних неудачных родов.       Чуть больше полугода мальчик наслаждался неслыханной свободой: он мог гулять и читать то, что ему хотелось и количество нудных уроков с ненавистными учителями сократилось. А потом ему стало интересно, чего это все вокруг так ждут. Он пристал с вопросами к родителям, но они молчали, и Грим впервые всерьёз обиделся на них. Так продолжалось ещё почти квартал (умное слово, которым пользовалась одна из учителей; оно означало три месяца), но однажды он подслушал разговор слуг и обижаться на молчание перестал. Оказывается, родители просто не хотели случайно ему соврать. Они ждали рождения ребёнка - его братика или сестрички - и как тут было сердиться на этих глупых взрослых?       Так или иначе, но оставшийся месяц он готовился к новой ответственной роли старшего брата. И не зря. Роды прошли почти удачно. Почти. В конце ноября, как раз когда уже установился снег, на свет явилась здоровая малышка. А в середине декабря мама слегла и уже к весне угасла. Но даже эта утрата не помешала ни Гриму, ни его отцу любить нового члена семьи.       Девочку назвали Аргентум - за серебристые глазки, унаследованные от матери. Сестрёнка казалась Гриму очень милой: такая маленькая, пухленькая, с крошечными ручками и ножками, и забавной родинкой на правой щёчке.. И она к нему тянулась. Конечно, первые два или три года это было толком незаметно - Ара (он так её называл) что-то невнятно лепетала, неловко переступала ножками, обутыми в маленькие туфельки, и тянула пальчики к старшему брату, только и всего. Но зато позже...

***

—Присмотреть за Арочкой пока тебя не будет? А как же миссис Нэнни? — Нет, Грим не имел ничего против посиделок с сестрой даже в свои десять, тем более, что сегодня не было уроков и гулять в такую погоду (обещанный снег пришёл настоящим бураном) не представлялось возможным, но было бы неплохо узнать, куда подевалась няня. —Она вывихнула ногу, — пояснил папа со вздохом. Понятное дело, он был раздражён, но не срыватся же ему на сына? Вот за это его уважали многие. — Ну так что, Гримвольд? —Я посижу с ней, — кивнул подросток и заправил за ухо упавшую на глаза синюю прядь. — Можно сегодня на ужин тыквенный пирог?       Отец улыбнулся и кивнул. Как это в духе Грима - просить за помощь сладости..       Через час отец потрепал по макушке сына, чмокнул туда же дочь и удалился с помощью заклинания. Грим переглянулся с пятилетней девчушкой, сидящей у него на руках, и заговорщицким шёпотом спросил: —Пойдём нарядим Фрогги? —И причешем, — так же заговорщицки и с изрядным восторгом согласилась Ара.       На то, чтобы отыскать горничную и уговорить её поиграть с ними ушло немного времени и превращённый в лягушонка служка (Свампи с Фрогги очень друг другу нравились - и очень друг другу подходили). Ара была в восторге и ей в голову пришла смешная идея.       В итоге, зашедшая в комнату с подносом кухарка застала такую картину: Арген, украшающая причёску Фрогги тиарой, не подходящей к зелёным волосам последней, наряженной в какое-то пышное платье, и Грим, пытающийся нацепить игрушечную корону на лягушонка. Женщину оставили смотреть представление "Принцесса и Лягушка", в котором Фрогги пришлось поцеловать Свампи дважды, чтобы снять заклятье. Она же их обоих, раскрасневшихся, и увела.       Они не знали, уведомили их отца или нет, но если он и был в курсе, он не злился. Так или иначе, эта история была одной из их любимых.

***

—Какая она? Она красивая? Милая? Да-да-да? – Наверное, Ара слишком впечатлилась. Но оно и понятно: не каждый день девятнадцатилетний брат заявляет, что женился и съезжает в небольшой домик рядом с Приколивудом, потому что его Хильди-Вильди там понравилось. Кроме того, Ара в свои четырнадцать уже полюбила романтические книжки.       Грим улыбнулся забавно подпрыгивающим при каждом шаге голубым хвостикам и заверил с неослабевающей уже три года нежностью: —Милая. Самая лучшая, честно-честно.. —Ну-у! —Тут же в шутку надулась девочка. Грим поспешил исправится: —После тебя, конечно, Арочка, мой маленький кошмарик.       Сестра просияла и кинулась на шею брату. Это была её самая любимая часть - она всегда самая-самая для папы и Грима, а потом уже все. Что удивительным образом её не разбаловало.       А потом Ара вдруг пнула брата по ноге и убежала, крикнув: —Иди собирайся, мне нужно кое-что сделать!       Аргентум не появлялась до вечера, а во время прощания только обняла на минутку и пожелала счастья. Грима немного задело такое равнодушие, но он не стал зацикливаться. Он сел на метлу и когда обернулся через несколько минут уже не смог разобрать, кто именно остался проводить его взглядом.

***

      Когда Грим распаковал чемодан в доме на Призрачных холмах, в его вещах обнаружился фотоальбом. На обложке оказалась надпись: "Я буду очень сильно скучать по тебе и нашим играм; спасибо за время, которое мы провели вместе. Надеюсь, ты будешь приезжать. Люблю тебя. От Ары." Внутри были снимки за все четырнадцать лет и ещё немного - с беременной мамой.       Хильди не знала, но в тот вечер он долго не мог уснуть.       Грим пообещал сам себе, что обязательно привезёт Арген сладостей, когда приедет в гости.