Mon cherе

      Нарциссе не спалось. Они весь вечер говорили с Сириусом, и он не злился на неё, а наоборот был очень счастлив. Она пообещала ему устроить праздник в честь свадьбы, и анимаг принял это решение положительно. Но ещё больше он был рад узнать, что станет дядей. Эта новость вскружила ему голову и дала новый смысл, чтобы жить. Геллерта до сих пор не было и волшебница начинала волноваться. Её беспокоила неизвестность, и она уже сомневалась в правильности своего решения. Боясь, что муж опять будет ругаться уже мысленно готовилась к очередным воспитательным мерам.       Измученная мыслями женщина начинала засыпать, как до неё донеслись звуки музыки. Дом был огромен, его толстые стены ограждали от малейших звуков, но она отчётливо слышала музыку. Кто-то играл на рояле и она не понимала, что происходит. Быстро вскакивая с кровати и набрасывая лёгкий ажурный халат, она буквально босиком выбежала в коридор. Звук и правда доносился из гостиной и женщина осторожно спускалась по ступенькам. Первое, что пришло на ум — это домовики решили поиграться, но увиденное повергло в шок. Грин-де-Вальд сидел за роялем и играл красивую мелодию, которую она никогда не слышала. Это было полным сюрпризом для волшебницы, и она буквально открыла рот, стоя у лестницы. При ясном ночном небе, подсвеченный одной луной, её муж так грациозно двигал руками, создавая прекрасную мелодию, нажимая на клавиши. По высоким нотам, было понятно, что мужчина играл на надрыве. Его душа изливала мелодию, от которой пробежали мурашки.       Когда Цисси подошла к нему, то Геллерт не заметил её, двигаясь плавно всем телом в такт музыке. Его глаза были закрыты и он пропускал мелодию через себя. Женщина не стала прерывать его и встала рядом, чтобы насладиться этой волшебной игрой. Когда Грин-де-Вальд открыл глаза и увидел её, стоящую босыми ногами на холодном полу он на миг прервался. — Я разбудил тебя. Извини, — мужчина выглядел как и всегда, словно ничего не случилось. — Я не хотела засыпать. Ждала тебя, — Цисси обошла его со спины, обнимая за шею и целуя в щеку, — не знала, что ты умеешь играть. Сыграй ещё что-нибудь, — Геллерт посмотрел на жену через плечо и, слегка улыбнувшись, вернул пальцы на белоснежные клавиши. Вновь зазвучавшая музыка теперь отличалась от предыдущей и была более романтичной. Нарцисса, прижимаясь к спине мужа, улыбалась, слушая звучание и наслаждалась. Это была поистине волшебная ночь.       Грин-де-Вальд больше не хотел терять драгоценные минуты своей жизни и упускать время. Взяв палочку, он взмахом руки заколдовал рояль и тот уже играл без его помощи. Увидев ту самую бузинную палочку в руках волшебника, Нарцисса ликовала. Она была счастлива и гордилась своим мужем. Тот смог преодолеть многое и вернуть себе законную вещь себе.       Геллерт медленно поднялся со скамьи, которая была обшита бархатом и, взяв волшебницу за руку, прижал её к себе. Смотря в преданные и наполненные любовью глаза, его переполняли чувства. Он чувствовал её тепло, желание, как она дрожит всем телом в его руках. Взмахнув палочкой снова, он, не побоявшись разрушить их дом, вызвал свой магический круг, создавая его вокруг них и все вокруг засияло синим цветом. Они стояли у играющего рояля подсвеченные ярким пламенем сильной магии и Цисси с восхищением оглядывалась по сторонам. Она впервые увидела эту сильную магию и немного боялась. Мужчина ещё крепче прижал её к себе давая понять, что нечего боятся. — Миссис, Грин-де-Вальд, вы успешно прошли мой круг доверия. Но не будь беременной нашим ребёнком прошла бы его снова? — Грин-де-Вальд смотрел в глаза и был серьёзным, как никогда. На мгновение она испугалась, но вскоре решительно дала свой ответ. — Хоть сто раз. Где бы ни была. Всего и везде, я буду следовать за тобой.       Больше ничего ему и не нужно было знать. Закружив её в танце и замечая, что та босиком, незамедлительно поднял на руки и усадил на рояль. По глазам и быстрому избавлению себя от рубашки, волшебница поняла всё без слов. Он вошёл в неё под плавные звуки заполняя собой прямо по центру магического круга, лёжа на играющем рояле. Это были ни с чем не сравнимые эмоции, которые они испытывали сейчас. Они любили друг друга, подтверждая в очередной раз, что огонь страсти не угаснет никогда и, что впереди их ждёт большое будущее и детский смех.