Эпоха червей

Прошло некоторое время после казни Ханджи. Было жестоко, но сделанного уже не воротишь, да и предательница заслуживала. Леви, сидел на скамейке где-то в городе, раздумывал о том, как он встретится с Эрвином. Он не видел его с тех пор, как покинул Эпоху Червей. Тоска в сердце давно стала жителем, и должна быть привычной, но она всё равно сильно утягивала на дно эмоционального настроения. Ему очень хотелось сказать Эрвину, что он вернулся. Однако, не знает, как это сделать. Он был очень подавлен. И очень боялся, что он останется один. Вставая со своего места, он вновь направился к замку, где мог войти в него с помощью Петры через черные ходы, чтобы не попасться случайно на глаза тому, кого обманывал своей несуществующей смертью, пусть и во благо. Он оказался у замка и подал сымпровизированный на скорую руку знак, чтобы Петра пустила его. Но она была в компании Пик. — Пик, Петра, — поздоровался Леви. — Я рада, что вы вернулись Ваше Сильнейшество, — сказала Петра, сминая пальцами в легком нервном жесте свою одежду, испытывая множество эмоций. Случившееся немного отпечаталось на ней, но не подбило боевой дух. — Тяжелая у нас работа выдалась, пока вас не было, — произнесла Пик, как всегда спокойно взирая, и не показывая эмоций, кроме извечно грустной улыбки. — Много вы чего пропустили. — Хотел бы я посмотреть на этот спектакль. Да и оставаться в стороне бы не хотелось, — вздохнул Леви. — Как там Эрвин? — Он ушел в свои покои, — ответила Петра. — Король всё ещё в скорби по вам. — После того, как мы сорвали план Ханджи, он сразу переключился на это, — добавила Пик. — Сейчас он вряд ли захочет кого-то видеть. — Я должен с ним поговорить — сказал Леви. — Это очень важно. — Ваше Сильнейшество, я не думаю, что он узнает вас в таком виде, — Петра указала Леви на его наряд. — Вашему мужу очень тяжело. Он винит себя в вашей смерти. — Он упомянул как бы невзначай о вас, и о том, какую ошибку он совершил, отправив вас в темницу, — это была Пик. — Его понять можно. — В этом есть и моя вина тоже, — Леви был подавлен. — Я слишком был жесток с ним, когда инсценировал свою смерть. И обязан попросить у него прощения. Мой муж не заслужил такого отношения к себе. — Я поняла вас, Ваше Сильнейшество, — сдалась Петра. — С другой стороны, вы должны с ним объясниться. И... снимите с себя это. — Думаю, нет смысла больше держать вину, — добавила Пик. — Ваш муж очень тоскует по вам. Отправляйтесь к нему. Разговор с Петрой и Пик не особо успокоил, пусть он и, согласно кивая, направился туда, на ходу стискивая в руках эту странную и некомфортную одежду, в которой всё ещё находился. Его вновь внутренне трясло, и от этого морального давления по щеке брюнета скатилась слеза. Причинив боль супругу, он первым делом причинил её себе. И от чувства вины он не мог подобрать слов, и оттого не знал, как начать разговор. Эрвин, я так виноват перед тобой. Прости меня, если сможешь. И, бесшумно войдя в покои своего мужа, Леви увидел его, сидячего спиной к нему на кровати и с опущенной головой. — Если б ты только знал… как я скучаю по тебе… я буду вечно любить тебя…прости меня… — каждые фразы даются Эрвину нелегко, пусть он и посвящал эти слова тому, кого считал погибшим. Удивленный Леви замер. Он знал, что Эрвин винит себя, но чтобы так сильно убиваться... Леви ощутил ещё больший прилив вины. Оба виноваты. Но и никто тоже. Тихонько подойдя к нему, он опустился на колени напротив Эрвина. Он мягко отнял его тяжёлые руки от его лица. Смотря на посмевшую зайти в его покои «незнакомку», Король поначалу нахмурился, хотя знакомые черты лица его очень сильно озадачивали. — Кто ты? — спросил Эрвин, не сопротивляясь держащим его рукам, пусть и напрягся от этого. — И что ты здесь делаешь? — Неужели ты меня не узнаёшь? — спросил Леви. Эрвин замотал головой, однако голос был до боли знакомый. — Я никогда тебя раньше не видел, — сказал он, внимательно всматриваясь в знакомое лицо. — Хотя, погоди, этот голос, глаза, лицо, мне это очень хорошо знакомо, — и когда Эрвин снял золотистый парик, то от изумления распахнул глаза. Перед ним был тот, кого он так любил. — Леви? — Да, Эрвин, это я, -мягко сказал сказал он, искренне улыбаясь. — Леви! Ты... ты жив! Если я не сошел с ума... Не удержавшись,Эрвин схватил своего мужа в стальные объятия, понимая, что его горячо любимый супруг не иллюзия его воспаленного болью мозга. Леви от неожиданности выпустил весь воздух из легких из-за медвежьих объятий, но потом он обнял его в ответ, расположив ладонь на широкой спине. Король Червей всё так же сжимал свою Даму в крепких объятиях и не хотел отпускать его, боясь, что он снова исчезнет. Но Леви никуда не исчезал. Он гладил своего мужа по спине, чтобы хоть как-то его утешить, пряча своё лицо на его сильном и широком плече. — Леви… я так люблю тебя… пожалуйста, прости меня… — у Эрвина скатывались слёзы по лицу, и он даже не утруждался их утирать. — Я был таким эгоистом… я не должен был так с тобой поступать… прошу прости меня. — Эрвин, — Леви немного отстранился, чтобы увидеть лицо своего мужа. — Посмотри на меня, — тот поднял своё заплаканное лицо, Леви вытирал его непрошенные слёзы большими пальцами. — Я давно простил тебя и никогда не держал на тебя зла. Не казни себя так сильно. Ты тоже меня прости за то, что я тебя так сильно заставил переживать настолько ужасным образом. Но у меня не было другого выбора… Петра помогла мне сбежать из темницы. Я отправился в Эпоху Бубнов. Мне необходимо было замаскироваться, чтобы пробраться к вам. И я инсценировал свою смерть, чтобы спасти себя от казни. Мне было так плохо без тебя, — снова был пойман в крепких объятиях, Леви продолжал плакать. — Эрвин, пожалуйста скажи что нибудь, не молчи. — Любимый, я столько дней страдал без тебя. Я так тосковал по тебе, — Король Червей сильнее прижал свою Даму. — Слава богу, ты вернулся. — Эрвин, ты не представляешь, как я счастлив вернуться к тебе, — сквозь слёзы улыбнулся Леви, обнимая его за спину и пряча своё заплаканное лицо на плече своего мужа. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю… добро пожаловать домой, Леви… — и Эрвин сильнее прижал его к себе, зарываясь пальцами в темные волосы и целуя в макушку.

***

На улице медленно, но верно вечерело. Эрвин, Леви и все остальные провожали Пик, которая собиралась уехать на родину. Гюнтер и Элд уже подготовили для неё лошадь, и они стояли всей дружной компанией на улице. — Ну что ж, ребята, спасибо за вам за все, — сказала Пик. — Вы проделали очень тяжелую работу. И я вам очень благодарна. Я буду вас вечно помнить. Но нам пора расставаться. Я возвращаюсь в Эпоху Трефов. Там мой дом. Буду с удовольствием к вам приезжать в гости. Прощайте друзья мои. И когда Пик уже это сказала, ворота были открыты, и она на лошади отправилась в Эпоху Трефов. На прощание ей все махали рукой. Пик также помахала им в ответ. И когда лошадь уже исчезла из виду, ворота уже закрылись. — Уверен, она доберется успешно, — сказал Леви. — Конечно. Пока тебя не было, Пик нам очень хорошо помогала, — проговорил Эрвин — Ну да, жалко, что я всё пропустил, — сожалел в который раз Леви. — Зато ты вовремя пришел. Я рад, что снова могу быть с тобой вместе. — О, Эрвин, — Леви приятной болезненностью отпечатывались слова Эрвина в душе. Не выдержав, он вновь повернулся к нему, крепко прижимаясь, обливаясь слезами. — Ну всё, Леви, успокойся, — Король Червей улыбнулся и вытер слёзы Леви с лица. — Ваше Сильнейшество, — за их спинами появился приблизившийся Гюнтер. — С возвращением вас, мы ждали. — Теперь я здесь, спасибо Гюнтер, — сказал Леви. -Всё таки вы время зря не теряли. — Ваше появление было как нельзя кстати, — почесал затылок Элд. — Неизвестно, чем бы всё это закончилось. — Это было очень тяжело, столько сил на это убили. Я аж чуть сознание не потерял — вновь взволновался Гюнтер, словно то, что уже прошло, всё ещё было в состоянии исполнения. —Самое главное, что сделали то, что нужно было сделать. Теперь это всё позади. Уже совсем темно, думаю, нам пора возвращаться. — Хорошего дня вам Ваше Сильнейшество, — сказал Элд. — Спасибо, Элд, — произнес Леви и направился к ждущему его неподалеку Королю.

***

На улице уже была ночь. Прогуливаясь по коридору, Леви решил взглянуть на свою комнату. Найдя нужную ему дверь, он открыл и посмотрел на всё, что когда-то было его покоями. Леви казалось, что это не его комната была, часть стен стало черной, всё остальное сгорело дотла. —О мой бог, неплохо постарался Оруо… — сказал Леви. — Это всё, что осталось от твоих покоев Леви, — сказал подошедший Эрвин. — После твоей «смерти» я так и не успел распорядиться, чтобы тут всё убрали, да и не мог глядеть на твои покои из-за вины. Теперь тебе придётся ночевать у меня. Пойдем, здесь нам делать нечего. — Ваше Сильнейшество! - Леви обернулся к бегущему со всех ног через весь коридор Оруо, — Слава богу, вы вернулись! Мы с Петрой постоянно о вас думали! Я чуть с ума не сошел! — Но теперь-то я уже дома, — улыбнулся ему уголками губ Леви. — Я вернулся не только ради этого. Хорошо ты постарался с моими покоями. Мне даже добавить нечего. — Да, я думаю, что придется сюда вообще не заходить, — говорил Оруо. — Не пригодны покои для обитания... Пока что... — Я уже это и сам знаю. Тогда ещё увидимся. -Хорошо вам провести время с вашим мужем, -немного виноватым голосом произнес Оруо. -Спасибо Оруо, я очень тронут, -ответил Леви. И Леви закрыл дверь своих бывших покоев и попрощался с Оруо. Да, ему придётся ночевать у Эрвина. Он не то, чтобы испытывает неловкость, просто он никогда не ночевал в покоях своего мужа за всё время их замужества, и теперь очень хотел побыть с ним. Супруги и так через многое прошли, и теперь их ничто не разлучит. Леви, уже находясь в покоях своего мужа, снял с себя всю маскировку, приносящую сильный дискомфорт до этого, и надел всего лишь длинную белую рубашку, которая была ему до колен. Замечая, как Эрвин стоял в лоджии, о чём-то размышляя, он подошёл к нему и обнял его сзади, уткнувшись лбом в широкую спину. — О чём задумался? — спросил Леви. — Да так, — голос Эрвина был надтреснутым. — Думаю о последних событиях, которые произошли. Вся эта суматоха, довела меня по полной. — Главное, всё хорошо закончилось, — сказал Леви, целуя спину своего мужа. — Тебе больше незачем беспокоиться. — Леви, — Король Червей повернулся к нему и, обнимая за плечи, взглянул ему в глаза. — Я столько думал о том, что не будь тебя в живых, я бы не смог с этим смириться. Если бы я был честен с тобой, то ты бы не был в такой ситуации. Я в глубине души понимал, что ты бы никогда бы так не поступил. — Я понимаю, Эрвин, — жалобный взгляд Леви заставил сердце Эрвина сжаться. -Я уже давно про это забыл. Я всё равно буду любить тебя несмотря ни на что. Мои чувства к тебе никогда не угаснут. Эрвин? Ты что, плачешь? - Леви заметил как слёзы текут на лице Эрвина. — Прости меня Леви, я перед казнью посещал Ханджи. Она мне рассказала о своём коварстве. Я был шокирован открывшейся правдой, когда узнал, что она с нами сделала. Леви… Я был глупым и наивным дураком. Я никогда себя не прощу этого, — Эрвин уже не сдерживал слёзы. — Пожалуйста, не говори так Эрвин, — Дама Червей поспешил вытереть слёзы с лица своего мужа. — Ханджи уже казнена, и тебе незачем беспокоиться. Она сама виновата. Я не мог поверить в то, что ты всё это время нёс в себе тоску. Тогда я решил срочно вернуться в Эпоху Червей. Кстати, пока ты был здесь, я разговаривал с Майком — Королём Бубнов. Он вместе с Нанабой, его женой, хотят приехать к нам, навестить нас. — О, — удивился Эрвин. —Я уже их давно не видел. И очень хочу их увидеть. Эрвину было приятна такая поддержка со стороны Леви. Он подумал, что на такое уже нельзя и рассчитывать. Но действия супруга доказывали, что ещё не всё потеряно. Слабо улыбаясь, Король Червей прислонился лбом ко лбу своей Дамы, сильно склонившись к нему из-за значительной разницы в росте. На душе стало теперь спокойно. Взяв за руку Леви, Эрвин вместе с ним покинули лоджию. Перебравшись на огромную кровать с балдахином, супруги смотрели друг на друга, и в их глазах плескались огоньки. Видимо у начинается что-то необычное, так давно ожидаемое. — Леви… — голос Эрвина был таким низким, что это заворожило его Даму Червей. — О, Леви я… я так хочу заняться с тобой любовью… — О, Эрвин, — Дама Червей проводит рукой по щеке своего мужа. — Я так хочу тебя… Эрвин не замедляясь ни на секунду и, обхватив руками лицо, поцеловал Леви в губы. Тот поначалу растерялся. Поцелуй был нежным и трепетным. Спустя нескольких минут, супруги оторвались от губ, дабы отдышаться. Леви удивился, потому что в его интимных снах этого не было. Отбросив эти мысли, он уже сам поцеловал Эрвина в губы, и, завалившись на постель, они продолжали целоваться. Эрвин снял с Леви эту белую рубашку и посмотрел на его красивое, безупречное тело, проводя руками по накаченным груди и кубикам пресса, а затем и сильным рукам. Леви тихо вздохнул, от прикосновений и ласк его постепенно накрывало возбуждение. — Эрвин… — голос Леви был слегка хриплым. — Не пойми меня неправильно, но я хочу, чтоб ты взял роль актива на себя. — Ты действительно этого хочешь? — спросил Эрвин. — Да, я хочу чтоб ты был главным. — Хорошо, так и быть, — и Леви был перевернут на спину, а Эрвин подмял его под себя, снова целуя в губы уже страстно. Затем отстранившись, снял свою белую рубашку, обнажая и своё сексуальное тело. Леви с полуприкрытыми глазами от возбуждения, начал проводить руками по накаченному телу своего мужа. Своими тонкими пальцами он так же провел по груди Эрвина, задевая соски, и, спускаясь вниз руками, он сначала коснулся живота, а потом уже того, что ниже, отчего Король глубоко выдохнул. Леви массировал уже возбужденную плоть своего мужа. Тот слегка зарычал и, отстранив желанные руки, прильнул к Леви, начал целовать его тело, оставляя кровоподтёки. Он задержался на груди Леви и то целовал, то облизывал чувствительные соски. Леви стонал так громко, что его уже наверняка слышал весь замок. Эрвин не останавливаясь, терзал его грудь, пальцами и языком, плавно спускаясь поцелуями в живот и внутренних сторон бёдер. А когда он спустился до члена, то приостановился, на время сдерживая свою страсть. Аккуратно, не спеша, заглотил сначала наполовину, а потом уже до конца, заставляя Леви громко стонать. Перед его глазами пляшут огоньки, он уже ничего не мог с собой поделать и просто спрятал своё лицо ладонями. Эрвин всё так же продолжал отсасывать своему мужу, периодически целуя головку члена. Но, когда он почувствовал, что Леви уже на грани быстро вытащил член изо рта. Посмотрев на Леви и облизывая губы, Король Червей наклонился и прошептал на ушко: — Любимый, это ещё не конец, — сказал в предвкушении Эрвин. - Скоро ты почувствуешь это. — О, Дорогой… — простонал Леви, явно ждавший этого уже долгое время. Но перед тем как приступить к самому главному, Эрвин захотел ещё немного помучить своего мужа. Он ещё раз поцеловал его в губы, оставляя затем на шее, плечах, ключицах засосы и попутно растягивая его пальцами, прежде смоченных в заготовленное заранее масло... Он словно знал, что произойдет сегодня, и приготовился. Леви от поначалу неприятных ощущений издал болезненный стон, но вскоре это перестало приносить ему дискомфорт. Посчитав, что достаточно, Эрвин наконец размазал своё предсемя по члену, смешивая с маслом на руках, и вошёл в Леви сначала наполовину, а потом во всю длину. Леви закричал от неожиданности, член Короля Червей оказался таким большим, а сам Дама Червей — узким. В отличие от Ханджи, и когда он был жутко пьян и несдержан, Эрвин дал ему привыкнуть, вытирая слезы с его лица и целуя его в лоб. — Прости меня Леви, — прошептал Эрвин. — Я не хотел. Тебе больно? — Всё хорошо, Эрвин, — сказал он, целуя своего мужа в щёку, но для этого пришлось вывернуть голову. — Не останавливайся... Дважды повторять не пришлось. И Эрвин начал сперва медленно, а потом ускоряясь, размашисто двигаться, вынуждая Леви громко постанывать. Он обнял своего мужа за плечи и начал вбиваться в него. В покоях Эрвина было ужасно душно, и запахи смешались, как и звуки близости. Леви, чувствуя, что уже чрезмерно возбужден и желает разрядки, хотел дотронуться до своей плоти, но Эрвин не дал ему это сделать и положил его руки на свои бока. Продолжая издавать стоны, он уже сам был на грани, задевая простату своего мужа. Леви всё так же громко даже кричал от удовольствия и с громким стоном кончил себе на живот, от одной лишь стимуляции члена внутри. Он откинул голову назад и ощутил, как Эрвин, толкнувшись в последний раз, излился ему глубоко внутрь. Супруги тяжело дышали почти в унисон, Эрвин, выйдя из расслабленного тела, упал рядом с Леви. Тот тяжело дышал, прикрыв глаза и пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Сердца супругов очень сильно бились, а их груди вздымались. Через две минуты Король Червей поднялся на один локоть и посмотрел на своего мужа. — Леви, Леви… как ты? Всё нормально? — задал вопрос Эрвин, гладя щёку Леви. Тот открыл глаза, всё ещё отходя от сильнейшего оргазма. — Это было необычно, В жизни никогда я не испытывал подобное, — слабо улыбнулся Леви, гладя своего мужа. — Я рад что тебе понравилось, — и мягко поцеловал свою Даму в губы, склонившись над ним. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, больше всего на свете. Эрвин, обняв своего супруга, укрыл его одеялом и прижал его к себе к груди и оба заснули.