—Где моё небо?

***       Юнги расписал тот четвертый холст, а для пятого времени не хватило. Уже начало светать.       Оставив три холста на пляже и забрав пустой с Собой, Он отправился в отель. —Теперь поспать. А завтра можно и на пляж.       Юнги попытался заснуть. Он мучился около часа. У Него в голове рисовался холст. Четкое изображение картины в деталях. Картины со звездным небом. С «живым» звездным небом.       Парень подорвался. Он взял последний холст, кисти и оставшиеся краски.       Время семь утра. Юнги, с мешками под глазами, сидит на табуретке и что-то тщательно выводит на холсте.       Звонок в дверь. —Открыто.       В дверном проеме появляется Хосок с завтраком для Юна, который тот отобрал у официанта, везущего его второму парню. —Снова пишешь? — Хосок заходит в номер и закрывает за Собой дверь. — И как? —Че пришел? Мешаешь. Не разгоняй тучки вдохновения надо Мной. —Вот так потом и заботься о таких, как Ты! — Хо ставит завтрак на стол и заходит за спину Мина, дабы увидеть Его новое творение. — ЕБТВОЮМАТЬ, МИН!! ТЫ НАХУЯ КАРТИНУ ИЗ ЛУВРА СПИЗДИЛ?! —Блять, не ори, дебил. И Мать Мою ебать не надо.. —Юн, Я, конечно, видел Твои работы раньше и считал их великолепными, но это… Это что-то. Прости, Мой лексикон не позволяет Мне высказать Мое поражение более ярко. —Ты хоть слово "лексикон" знаешь, — отвечал Мин, продолжая выводить маленькие неточности, завершая работу. —От Тебя услышал. Это же Ты у Нас такой образованный, развитый и умный непризнанный философ. —Ага, — с облегчением вздыхает Юнги, кладя картину на стол и закидывая ломтик огурца из приготовленного на завтрак салата в рот. Он закончил.       Картина была действительно прекрасна. Глубокий темный океан, слегка покрытый пеной, отблески огней и лунная дорожка, как вчера, детально проработанный песок и небо… Небо, что намного глубже и бескрайней океана. На небе звезды, что, в этот раз, благодаря стараниям Мина, а, может, и не только Мина, сияют ярче бриллиантов. А на переднем плане – черный силуэт парня в куртке и панаме, стоящего в полупрофиль и держащего картину, купленную за одну звезду.

Конец шестой главы