Я расскажу тебе сказку

Чёрные, как очи любимой, птицы прыгали по карнизу, подставляя свои пыльные крылья под нежные руки ветра. Денница* уже предвещала восход солнца, вела его на небо и таяла в ярких лучах. Каз который раз кривил лицо от неприятного стука когтей по металлу. Голова кружилась от недосыпа, руки начинало потряхивать. Бреккер потянулся острыми кончиками пальцев к слипающимся глазам, которые норовили утянуть его за руки в сон, но задел чернильницу, и капли, словно десятки чёрных котят, разлились по поверхности стола и попали на бумаги. Надо было бы лечь спать, но бледные лучи рассвета, игриво поддразнивая, касались бледного лица. Джетлаг* действовал на нервы. Каз всегда и в любых обстоятельствах следил за временем, но поиск других прослушивающих устройств в помещении оказался слишком увлекательным. Золотые Пули. Они могли провернуть любой фортель*, хоть подпалить плащ у лучшего дилера Каттердама, и пока он его тушит, украсть всё его состояние, но проникнуть в жильё Грязных Рук, установить жучок, и при всём при этом, ещё и насмехаться над ним? Звучало, да и выглядело, совсем не смешно. В тишине раздался тихий стук в дверь и лёгкие шаги приближающегося паука, которые услышал только Каз. -Зайди, - Бреккер отдал приказ ещё до того, как маленький кулачок приземлился на древесину ещё раз, и быстро сгрёб ворона и чертежи в шуфляду. Длинные и светлые, словно поляна ландышей, волосы Фрэнсис качнулись в такт её тихим шагам. Она завязала их в косу, которая до какой-то ностальгической боли была похожа на косу Инеж. На девушке был чёрный кожаный костюм, обтягивающий её стройное тело, но не стесняющий движения. Каз краем глаза подметил, как тонкая рука прикоснулась к яремной ямке на шее*. -Я проследила за Золотыми Пулями, мистер Бреккер. Это довольно многочисленная банда, но главных всего четверо. Кожа Фрэнс была бледной, будто она происходила из самой высокородный семьи континента. Прямая спина придавала девушке королевскую осанку, а вздернутый подбородок говорил об уверенности в себе. Грязные Руки молча протянул руку в изящных перчатках в сторону. Фрэнсис отдала свёрток. Жеан Черит, 25, бывший циркач, фокусник Криан Грифон, 27, заводчик собак для боёв, в прошлом участвовал в войне около 5 лет Эллиада Кац, 24, гриш с подрезанными крылышками, специализируется на ядах Нэнси Мадн, 21, девочка на побегушках у Жеана Каз поднял глаза на своего паука. Девушка напряжённо смотрела на воронов за окном, и, кажется, забылась. Её глубокие голубые глаза, похожие на океан за Равкой, под утренними лучами стали практически прозрачными. Их обрамляли длинные ресницы, порхавшие, будто перья диковинной птицы. -Это всё?, - взгляд упал обратно на пергамент. -Да. Бреккер уже и забыл, насколько мало информации могут добыть все остальные, кроме Инеж. Фрэнсис давно оторвалась от птиц и наблюдала за Казом. Трудно было не заметить круги под глазами, непослушные кончики пальцев, растрёпанные волосы и губы, сомкнутые в тонкую линию. -Скучаете по ней?, - немного полное бедро девушки встретилось с краешком стола. Грязные Руки от неожиданности слишком быстро поднял свой взгляд, не успев скрыть эмоции в глазах. -По кому? -Извините, мистер Бреккер. До меня на этой должности работала девушка. Её, кажется, звали Иней. Она уехала год назад. Иней? Уголки губ самого опасного мошенника Каттердама рванулись вверх. Он закрыл лицо руками, чтобы стены этого затхлого помещения не заметили его улыбку. Иней? В каком-то смысле. В начале их совместной работы она была холодной, но недостаточно, чтобы не заплакать после своего первого убийства. С виду она казалась совершенно примитивной, но, прикоснувшись к её яркой коже, пробивал холодный ток. Все имели в виду, что призрак в чёрной накидке может ворваться в их дом, но её появление всегда было неожиданностью. Сулийке определенно подходило имя Иней. -Скучать по кому-то — самое прекрасное из всех грустных чувств, - голос Фрэнсис раздался будто из-под толщи воды, в которую успел заплыть Каз. -Её зовут Инеж. Бреккер снова прикоснулся к глазам и нетерпеливо махнул рукой в сторону выхода. Секунду спустя толстая дверь тихо захлопнулась. Грязные Руки быстро дёрнул ручку ящика, достал чистый лист и переписал сведения о Золотых Пулях. Почтовый голубь вился рядом с остальными птицами за окном. Послание до Джеспера и Уайлена обычно шло не более получаса. Каз оттолкнулся от хлипкого подоконника и лёг на не расправленную кровать. Веки были слишком тяжёлыми, руки такими ватными, а голова… Каттердам, покрытый чистым белом снегом, увидеть можно было нечасто. Каттердам, в котором светит солнце и раскинуты поля с тёмной пшеницей, никто ещё не видел. Бреккер находился в синематике*. Тело само запрокинуло голову вверх и лицезрело то, что никому ни в прошлом, ни в будущем увидеть не удастся. Небо разделилось на две половинки. На одной чёрная луна танцевала с белым солнцем, а на второй белое солнце врезалось в чёрную луну. Каз открыл глаза и слишком резко поднял верхнюю часть тела. Правую лопатку пронзила боль. Парень повернул голову направо. За окном снова было темно. Яркие звёзды мигали, будто подмигивали друг другу или предупреждали о чём-то. Налево. Над кроватью стояла незнакомая девушка.