Начерти мне, чтобы было хорошо

      Черт переместился ниже, так, что теперь Саёри видела только очертания его рогатой башки под пледом, и то смутно — темнота все же. — Пахнешь ахуенно, — провозгласил о́ни, широко облизнув ее низ живота, — что это, выпечка? — Да, лосьон с ароматом коричных…а! — Тише, киска, — он снова облизал торчавшую из-под резинки трусиков головку, — ты та еще коричная булка, но жрать, так и быть, не стану. Тебе вообще удобно в них? — Теперь не очень, — Саёри поерзала, и из-под одеяла отчётливо послышалось хмыканье. — Тогда не вижу смысла мучиться, — он потянул их вниз, но, видимо, задел накладными когтями — и без того не слишком прочная ткань лопнула, больно щёлкнув резинкой Саёри по бедру. — Дорывай уже, вандал, и скажи спасибо, что обошлось без разлетающихся пуговиц от рубашки. -Охотно.       Обрывки ткани так и остались где-то там, а о́ни одним плавным движением взял в рот полностью, гортанно мурлыкнув, и от этого Саёри будто током прошибло до самого затылка. Да, секс не с собственной рукой определенно приятная штука, решила она.       Тем временем черт на пробу качнул головой несколько раз, щекотно задевая лобок клыками, а после взял такой темп, что Саёри оставалось только вцепиться до побелевших костяшек ему в рога и молится, чтобы они не оторвались вместе с кожей. — Сидят крепко, не переживай, — вновь прервался они, проводя упругим языком по поджавшимся яичкам, — перевернись-ка, а то мы до твоих мягких французских булок и доберёмся нескоро. — Я думала, в четвертой главе, — пробормотала Саёри, но послушно перевернулась кверху задницей. — Так то лучше. К тому же, — он легонько шлёпнул Саёри по ягодице, — это я тут у нас свирепая хтонь из глубин преисподней, будут мне ещё всякие там указывать. Надеюсь, без сюрпризов? — Копрофилию не заказывали, так что нет, все должно быть в порядке.       Когтистые ручищи — пополам меня, что-ли, решил порвать, подумала она, — развели ягодицы в стороны, и о́ни прошёлся языком по обеим, ещё раз задев мошонку. — У меня не только язык здоровый, — посулил черт, — но я люблю, чтоб все чин по чину. Понимаешь, киска? Сначала хорошенько тебя вылижу.