Глава 1. Драко
10 октября 2021 г., 19:10
Драко бесцельно бродил по фамильному поместью и как никогда прежде ощущал себя чужим этому месту. Он больше не чувствовал себя частью этого мира. Его выбросило на берег. На обочину. Он чужой здесь и его древний род больше не греет душу как прежде. Раньше он безумно гордился своей семьей, его окружали такие же, ему подобные чистокровные. Победитель в жизненную лотерею — чистокровный, богатый, красивый, полная семья, где отец боготворит мать, а жена уважает и ценит мужа. И-де-ал.
Драко тяжело вздохнул. А что у него есть теперь? Почти спятивший от горя отец. Опороченный род, уродливый шрам на руке, арестованные счета, разграбленное поместье и замызганные, одному Мерлину известно чем, стены. В саду еще есть скромный, белый могильный камень. Драко провел там немало часов, оплакивая мать, которая погибла от рук своих же во время этой проклятой битвы.
И вообще, «своих»? Кто они — эти свои? Грязные Пожиратели Смерти? Бандиты, запугивающие магглов и других, прочих и несогласных? До чего довели их эти мнимые друзья и прихлебатели? До грядущего судебного разбирательства отца? До его условного срока? До смерти матери? Драко проглотил подступающий к горлу комок, запрещая себе снова плакать. Нельзя. Если еще и он впадет в уныние, то можно смело отравить отца и себя самого. Поместье авроры разберут по камушку и не было никогда на этом свете такой семьи. Опозоренной и всеми ненавидимой. Они никогда больше без презрения окружающих не смогут и шагу ступить за ворота их Уилтшерского поместья.
Драко оглянулся. Как здесь грязно и мерзко. Омерзительно. В воздухе стояла вонь от тысячи бутылок прокисшего шампанского, огневиски и огденского вина. Мама любила французское розовое шампанское. Правда, всего бокал и перед ужином. От него ее лицо наливалось милым румянцем и Люциус млел, наблюдая за супругой. В такие моменты Драко ощущал, что обладал чем-то очень ценным. Что ж, он может вспоминать. У него никто не отберет эту память.
— Топи, — тихо позвал Драко.
— Молодой хозяин звал? — Маленький домовой эльф опасливо выглянул из-за угла.
— Почему ты и другие домовые эльфы перестали убираться здесь? — Драко не ругался. Он вообще был по мертвенному спокоен.
— Старший хозяин строго запретил. Я не могу ослушаться его, хотя и не согласен.— Домовой эльф тут же хлопнул себя ладошкой по губам. — Я накажу себя за это.
— Не наказывай. Ты прав. Это больше не дом благородного семейства. Это хлев. — Драко сжал переносицу тонкими пальчиками. — Я приказываю — начинайте уборку.
— Но, молодой хозяин, — захныкал эльф. — Старший хозяин надерет Топи уши за ослушание!
Топи тут же начал выкручивать свои лопоухие уши в подтверждение своих слов.
— Не надерет. Отец уже не тот, что прежде. Это вообще сейчас уже не человек и не волшебник. — Драко внезапно разозлился на отца.
— И кто же я по-твоему, сынок? — Издевательски протянул манерный, хриплый голос. Драко обернулся и недовольно сморщил нос.
— Ты — алкаш, жижа, блевотина. Что угодно, но не человек и не волшебник. Ты никто. — Драко говорил коротко и зло. Он безумно хотел высказать свою боль тому, кого раньше безмерно уважал, а теперь невозможно брезговал. — Ты ничтожество. Если бы не ты, мы бы все жили счастливо.
— Продолжай, — апатично произнес Люциус.
— И в смерти мамы только твоя вина! — Не выдержал Драко и повысил голос.
Люциус отшатнулся от него, словно от пощечины. Его грязные, сбившиеся в колтун серебряные волосы больше не источали благородного блеска. Заросший светлой щетиной подбородок мелко дрожал.
«Заплачет или ударит?»
— Ты… — Люциус стал медленно и угрожающе приближаться к сыну. — Значит, ты будешь исключительно рад тому, что через неделю меня посадят в Азкабан. Скорее всего, мы на заседании Визенгамота увидимся в последний раз.
— Безумно этому рад!
— Взаимно. — Люциус сжал кулаки. Он вглядывался в лицо сына, желая запомнить каждую черточку. Бесполезно, через неделю в Азкабане он забудет собственное имя, что уж говорить о сыне. — Надеюсь, что до этого чудесного времени я тебя больше не увижу.
Люциус развернулся и нетрезвой походкой направился к своей спальне.
— Иди и пей свое огневиски, алкаш! — Орал ему в след Драко, срывая горло. — В Азкабане такого не подают! Ничтожество! Червь!
Люциус расправил плечи и величественно пошел по ступенькам наверх. Если бы не его общий, жалкий и обдерганный вид, то Драко бы решил, что отец направляется на прием к английской королеве.
На пороге гостиной нерешительно топтались домовики с щетками и тряпками, самый крупный из них держал ведерко с водой в своих сморщенных лапках.
— Что уставились? — Разозлился Драко. — Вас ждет уборка, я хочу, чтобы здесь все было чисто как при матери!
Драко развернулся на каблуках своих домашних туфель и вышел во двор. Отвратительно. Серое мрачное небо так и нависало над их домом. Казалось, что все тучи мира сейчас притянулись к поместью Малфоев, а во всем остальном мире сейчас радуга и солнце.
Драко резво спустился с крыльца и поморщился, заметив разрушенные клумбы.
«Мама так любила дикие фиалки и жарки…»
Юноша прошел вглубь сада и опустился на колени перед белым надгробием.
— Мамочка, что же мне делать? — спросил он со слезами в голосе. — Я все потерял. Тебя больше нет с нами, а отца скоро отберут у меня. Что же мне делать одному? Что я еще могу?
Ветер трепал его нежные волосы. Слезы быстро высыхали от порывов ветра.
— Я его ненавижу за то, что он сделал с нашей семьей. Если бы он не был Пожирателем, то мы бы в жизни не оказались в этом всем! Он мне больше не отец! — Выкрикнул Драко, напрасно жалуясь холодному камню. — Но что же мне делать без него? Я же не смогу жить один! Пускай меня посадят в соседнюю камеру…
Тучи сгущались, небо совершенно почернело.
— А что если мы сбежим? А что если я не пущу сюда авроров? Спрячу его в тайных ходах под поместьем. — Взгляд Драко нервно блуждал по мраморному памятнику. — Что скажешь, мам? Я хорошо придумал? Я у тебя умный? Хах, эти недотепы его в жизни не найдут!
Драко тут же усмехнулся и опустил взгляд в землю.
— Что я несу вообще, конечно же, найдут. Шеклболт лично взъелся на нас. Засадить отца у него просто идея фикс! Какой поганый расклад, какой отвратительный новый министр! Если Фаджа можно было подкупить, то этот ужасно честный. Если Фаджа можно было шантажировать женой, так у этого из семьи никого не осталось! — Драко в сердцах хлопнул ладонью о ладонь. — И вот что прикажете делать? Убить его? Это не поможет отцу. Хотя, может быть, я смогу так выбить нам соседние камеры.
Драко схватился за челку грязной рукой.
— Что я могу ему предложить? Ничего. Совсем ничего. У нас ничего не осталось. Мама, как жить теперь?
Мелкий противный дождик принялся тихо стучать по крыше поместья, зовя Драко назад, в тепло.
— Я еще приду, мамочка, — Драко встал, обтряхнул колени и припал губами к мелкому шрифту с именем матери.
Вернувшись под родную крышу, Драко довольно огляделся по сторонам. Пока он навещал могилу матери, домовики постарались на славу — они оттерли стены от грязи, вынесли поломанную мебель…
«Надо бы купить новые стулья, кресла и диван. Ах, точно. Мы теперь нищие. Обойдемся без дивана.»
— Господин, мы вынесли всю сломанную мебель, — отрапортовал Топи.
— Я заметил. Починить нельзя? — Драко примерял на себя образ экономного хозяина. Получалось плохо.
— Нет, господин, я сожалею. Топи себя за это накажет.
— Не надо. Что-то еще?
— Нет, то есть да.
— Так нет или да? — Терял терпение Драко. Да, терпение никогда не было его благодетелью.
— Да. — Повесил ушки Топи. — Хозяин Люциус запретил. И сказал все сжечь, но Топи не смог. В письмах есть имя господина Драко. Господин Драко должен обо всем знать.
— Читал письма хозяев? — Драко улыбнулся. Он не злился. Какая мелочь по сравнению с тем, что он пережил.
— Топи уже наказал себя за это.
— Неси письма в мою спальню.
— Да, господин. Что-то еще?
— Да, иди к моему отцу и передай ему, что он слякоть. — Драко ухмыльнулся и гордо прошел к лестнице.
— Слякоть? Молодой хозяин! Хозяин Люциус оторвет мои бедные уши! — Запричитал Топи.
— Ничего он тебе не сделает. Знаешь почему? — Драко снова злобно улыбнулся.
— Не знаю, господин.
— Потому что он слякоть! — Отрезал Драко и поднялся в свою спальню.
На письменном столе его ждали два помятых конверта. Драко поднял их на уровень глаз и прочитал имя отправителя. Когда до сознания медленно дошла информация о личности отправителя, то губы юноши сложились в удивленную букву «О».
«Интересно, что же ему надо?»
Драко нетерпеливо открыл один из конвертов и аккуратно вытащил первое письмо. Оно было нещадно изорвано в мелкие клочки и терпеливо заклеено чьими-то морщинистыми лапками. Драко выдохнул, словно перед прыжком в воду и принялся читать.
«Что ж, Люциус, если это твой ответ «такой мрази как я», то вынужден сообщить тебе — ты попадешь в Азкабан. Я умываю руки. В лучшем случае, ты будешь медленно заживо гнить в самой сырой камере.
К. Ш.»
Драко удивленно моргнул. Наверное, это не первое письмо. Нужно прочесть первое для полного понимания ситуации. Нервная дрожь прошлась по всему его телу. Ладони вспотели и Драко по плебейски обтер их об рубашку. «Мама бы заругала.» — Драко хихикнул и расслабился. Сейчас он прояснит ситуацию окончательно. Что вообще министру нужно от отца? «Люциус, Твое положение могло бы вызвать жалость, не будь ты сам виноват во всем сложившемся. Позволь я дам тебе совет — тебе нужно спасать сына. Драко находится в опасном положении и не по своей вине. Ты поставил сына под удар и должен отвечать за это. Что теперь ему светит? Одинокая жизнь в полуразрушенном фамильном поместье? Память о тебе и о Нарциссе? Кстати, прими мои соболезнования на этот счет.» Драко отнял взгляд от письма. Счет? Его мама — счет? Проморгавшись от набежавших слез, Драко продолжил чтение. «Я же хочу предложить тебе сделку. Весьма выгодную. Ты получаешь условный срок с пожизненным контролем магии, большинство твоих денег перейдут на счета, спонсирующие восстановление Хогвартса и Министерства. Не спеши отказываться, подумай, это твоя возможность остаться рядом с сыном. Ах да, я кое о чем забыл. Я и Драко должны заключить брак. Я ведь о многом не прошу, верно? Самая малость за счастливую жизнь рядом с сыном. В нашем доме тебе всегда будут рады. Во всяком случае, если не рады, то терпимы. Хорошенько подумай о том, что стоит на кону.К. Ш.»
Отец отказал. Драко бросил письмо на стол, на слабых ногах он добрел до кровати, сел и прижал ладони с растопыренными пальцами к лицу. Отказал. И теперь его ждет одинокая жизнь в разрушенном поместье. А отца Азкабан. На секунду Драко представил как черный здоровяк прижимает его к этой самой кровати и передернулся от отвращения. Вот почему отец отказал. Надо же, это ничтожество решило пожертвовать собой ради его чести. — Господин, Топи все передал. — Домовик появился рядом с тихим хлопком. — Что сказал Люциус? — Безэмоционально спросил Драко. Не то чтобы ему интересно, но домовик так быстрее отвяжется. — Сказал, что согласен. — Снова иди к нему и скажи, что он идиот. — Господин, простите, но Топи думает, что это слишком грубо. — Топи нерешительно топтался у входа. — Нет, это слишком мягко. — Драко встал и подошел к шкафу. Он распахнул дверцы и критически окинул содержимое взглядом. Да, приличной одежды совсем немного. Выбрав черный костюм, строгую белую рубашку и темно серую мантию, Драко швырнул одежду на кровать. — Ты еще здесь? — Драко обернулся на застывшего домовика. — Погладь. Мне нужно выйти ненадолго. — Что передать хозяину Люциусу? — Топи удивленно смотрел в лицо своего молодого господина. — Только то, что я уже сказал.
