Жива и то хорошо

Немного расскажу о себе. Меня зовут Алиса, мне 26 лет, я работаю переводчиком. Самыми близкими людьми в моей жизни являются моя прекрасная мама, Кейт, и мой лучший друг, Крис. Расскажу чуть подробнее. С мамой у нас отличный отношения, да мы иногда ссоримся, но всегда находим компромисс. Мы понимаем друг друга с полуслова и полувзгляда. Не многие люди могут похвастаться такими отношениями с родителями, поэтому я ценю наше общение с мамой. Я живу отдельно, но частенько мы с ней проводим общие ночёвки, то я приеду к ней, то она ко мне. В общем, нам никогда не бывает скучно в компании друг друга. Теперь про моего друга. Мы знакомы с самом детства, дружим тоже очень давно. Мы знаем почти всё друг о друге. Даже сейчас, когда выросли, мы видимся хоть и не так часто, но каждая наша встреча наполнена теплом, заботой и неким трепетом. Я очень благодарна судьбе, за самых дорогих мне людей. Я хотела всю жизнь прожить в окружении этих двух человек, а о большем и мечтать нельзя. Но у той самой судьбы на мою жизнь были немного другие планы. Я потеряла огромную часть своей жизни 11 октября. В этот день мы с мамой собирались провести вечер вместе за просмотром кино и поеданием всяких вкусностей, но этого не случилось. В этот день мама не доехала до меня. Когда она опаздывала на полчаса, я не переживала, потому что мама не была сильно пунктуальной и могла заехать куда-нибудь по дороге. Но когда она не появилась в следующие два часа, я забила тревогу. Я пыталась дозвониться ей, но телефон никто не поднимал, я не знала, что мне делать. Спустя час мне поступил звонок с маминого номера. Я ответила на него. — Здравствуйте, Вы дочь Кейт Коллинз? — Да, это я. А что случилось? — спросила я дрогнувшим голосом. — Ваша мать попала в аварию, сейчас она находится в больнице, в отделении реанимации, могли бы вы подъехать и заполнить документы? — Конечно, куда надо приехать? Врач продиктовал мне адрес больницы, и я сразу же побежала собираться. Я была в машине спустя рекордные 3 минуты и уже мчалась по дороге в больницу. Спустя 20 минут я уже была у стойки регистратуры. Когда я заполнила все необходимые документы, ко мне подошёл врач. — Я так понимаю, что вы Алиса Коллинз? — Да, это я. Что с мамой? В каком она состоянии? Что-нибудь нужно для неё? — завалила я вопросами доктора. — Ваша мать находится в тяжёлом состоянии, она сейчас в коме. Никаких гарантий я не даю, она может проснуться, а может и не выйти из коматозного состояния. Но пока состояние стабильное. Вы можете навестить её, если хотите. — Конечно хочу, — ответила я. — Тогда пойдёмте, я Вас провожу. Мы пришли в палату к маме, врач ушёл, оставив меня одну с ней. Мама была в ужасном состоянии: вся в ссадинах, много синяков и кровоподтёков, кожа была очень бледной. Мои глаза стали наполняться слезами, я не могла поверить, что моя мама, которая была отличным водителем, теперь лежит на этой кровати без сознания. Я села на стул, который был около койки, взяла мамину руку в свою, из моих глаз полились слёзы, я не могла их сдержать, да и не хотела. В моей голове не укладывалось, что я могу потерять самого дорогого мне человека. Потерять мать – самое страшное, что может случиться в жизни. Я была не готова к этому, моя мама была слишком молода, для того чтобы лежать и гнить в земле по вине другого человека. Она больше всего на свете заслужила прожить долгую и счастливую жизнь. Я провела около часа возле койки мамы, медсёстры меня чуть ли не силой выталкивали из палаты. Я сидела в холле больницы, когда решила написать Крису, что случилось с мамой. Он тоже был близок с ней, для неё он был вторым сыном.

Лиса

Мама попала в аварию и сейчас лежит в больнице в отделении реанимации.

Я не знаю, что мне теперь делать. Как я буду дальше жить, если её не станет?

Я просто не вынесу этого

Кристофер Боже, Алиса, мне так жаль! Это ужасно! Где ты сейчас? Я приеду, тебе нельзя быть одной.

Лиса

Я в больнице по этому адресу *адрес больницы*

Кристофер Жди меня, я сейчас буду. Пока я писала Крису, боль, паника и страх захватили меня с новой силой, меня уже сотрясало от рыданий. Прижав телефон к груди, я плакала, раскачиваясь вперёд и назад. Спустя десять минут ко мне кто-то прикоснулся, я даже не реагировала, пока чьи-то руки не подхватили меня, заставив встать с кресла. Подняв голову, я увидела Эванса. В тот же момент я упала ему на грудь и зарыдала ещё сильнее. Он мягко поглаживал меня по голове и крепко держал в своих объятиях. Так мы простояли минут пять, не меньше. Я потихоньку успокаивалась, Крис же вёл меня по направлению к выходу, а затем повёл к своей машине. Он усадил меня на пассажирское кресло, а сам оказался на водительском месте. Тут я подала голос, который сама не узнала. — Тут стоит моя машина, её надо забрать. — Завтра заберём, ты сейчас не в состоянии сесть за руль, — ответил друг. Мы тронулись с места. Всю дорогу я молчала, разглядывая улицы ночного Нью-Йорка. Судя по тому, какой путь выбрал Крис, мы ехали к нему. Когда мы оказались у моего друга дома, он отправил меня в душ, чтобы освежиться и переодеться. Что я и сделала. В ванной я провела добрые полчаса, большую часть времени из которых я просто стояла под водой и тупо пялилась в стену, пытаясь осознать, что же всё-таки произошло. Когда я вышла из душа, Крис ждал меня с парой кружек чего-то горячего, что впоследствии оказалось ромашковым чаем. Мы долго сидели в гостиной и просто молчали. Слова в то момент нам были не нужны. Эванс просто держал меня за руку, изредка поглаживая тыльную сторону ладони своими пальцами. Первым тишину прервал Крис. — Так, пойдём-ка спать, утро вечера мудренее. Завтра будем решать, что делать дальше. — Посидишь со мной, пока я не усну? — спросила я тихим голосом. — Конечно, дорогая. Пойдём, поспишь у меня в комнате. Эванс уложил меня как маленькую в свою кровать, подоткнул везде одеяло, чтобы я не замёрзла, а потом сел на второй половине кровати и начал рассказывать, что у них нового на работе, чтобы хоть как-то отвлечь меня от дурных мыслей. Так после пятнадцати минут его рассказала я погрузилась в сон. Крис, когда увидел, что я уснула, поцеловал меня в макушку и прошептал. — Милая моя, как я хочу забрать всю твою боль себе. Я всегда буду рядом, несмотря ни на что.