Жива и то хорошо

      На следующий день моё самочувствие лучше не стало. Уже по сложившейся традиции Крис дал мне градусник для того, чтобы померить температуру. Спустя время он увидел отметку в 39,8°. Его всерьез обеспокоило моё состояние, поэтому сказав мне собирать необходимые вещи, он поставил меня перед фактом, что мы поедем в больницу. Я долго отпиралась и говорила, что это простая простуда, которая пройдёт через пару дней, но Кристофера это не остановило, он был серьёзен в своих намерениях. Спустя тридцать минут мы оказались на парковке у больницы. Пройдя к регистратуре, Эванс сообщил, что у меня уже второй день держится температура около 39°, что жаропонижающие препараты мне не помогают, и у меня озноб. Взяв мою карту, медсестра повела меня в палату, для того чтобы провести осмотр. Спустя какое-то время в палату вошёл врач. — Могу сказать, что вы правильно сделали, что обратились в больницу, потому что у вас, Алиса, пневмония. Пока что стадия не запущенная, но если бы вы обратись на несколько дней позже, то всё было бы куда серьёзнее. Сейчас мы вас оставим у нас полежать на несколько дней, потом проведём анализы повторно, и если всё будет хорошо, то отпустим вас домой, — после этого врач покинул палату. Мы остались с Крисом вдвоём. Он первым подал голос. — А ты говорила, что не надо в больницу. Я бы не простил себе, если бы с тобой что-то случилось, — сказал он, взъерошивая свои волосы руками. — Спасибо, что привёз меня сюда. Правда, спасибо. Ты столько для меня делаешь, а от меня одни проблемы. Прости меня за это. — Ты не доставляешь мне проблем, поверь мне. Мне только в радость заботится о тебе и быть рядом, потому что я люблю тебя, — конец фразы Эванс проговорил шёпотом. — Я тоже тебя люблю, Крис, — отозвалась я. — Ты не поняла меня. Я люблю тебя не как просто подругу, а как женщину, с которой хочу связать свою жизнь.       — Ты меня тоже не понял. Я люблю тебя как мужчину, как моего защитника, за которым я чувствую себя как за каменной стеной. Но увы я не та, что тебе нужна, поверь мне. — Что за чушь ты несешь? С чего ты решила, что ты мне не подходишь? — Я просто это знаю. В палате повисла тишина, и никто не торопился её нарушить. Но спустя время я решаю заговорить.       — Поезжай домой, Крис. Тебе же и на работу надо ходить, а то постоянно со мной возишься. Я тут под присмотром врачей, если что всегда можешь приехать. — Хорошо. И правду поеду. Будь осторожна, Лиса. До встречи, — Эванс целует меня в макушку и уходит. После ухода Криса я разревелась, ведь всё, что я ему сказала, было правдой. Я действительно его люблю, и я не та, которая нужна ему. Я бы не смогла дать ему нормальную семью. Так потянулись мои дни в больнице. Я тут уже третьи сутки, с каждым нём тут скучнее и скучнее. Состояние пока не улучшается, температура всё ещё держится, временами знобит, начала кашлять. В общем чувствую я себя не очень. От того что тут почти нечем заняться, я стала копаться в себе, анализировать свою жизнь, вспоминая сколько хорошего и плохого я сделала. Результаты такого самокопания оставляли желать лучшего. По ночам я не могла спать, старалась делать это днём, а потому как медперсонал приходил именно днём, не то, что высыпаться, мне не удавалось поспать больше 3-4 часов. Поэтому к моей пневмонии добавился невроз. Я вернулась к амёбному состоянию, такому же как в то время, когда пыталась убежать от осознания смерти матери. Спустя две долгие недели меня отпустили домой. Крис не смог меня забрать, так как был на работе. Я добралась до дома и первое что сделала, так это приняла ванну. После водных процедур я засела за работу. Оторвалась от неё я только тогда, когда Эванс вернулся домой. За ужином мы обсудили как каждый из нас провёл день, Кристофер извинился за то, что он не смог забрать меня из больницы. Я в который раз сказала, что понимаю его, работа ждать не будет тем более, когда у Криса наметился крупный заказчик. Убравшись после трапезы, я сразу пошла спать. Когда я легла в кровать, то сон как рукой сняло, я проворочалась так минут сорок. Когда окончательно поняла, что этой ночью поспать мне не удастся, я решила снова заняться работой, что времени зря пропадать. Я вставала несколько раз, для того чтобы сходить на кухню и заварить себе кружку кофе. Бодрости он не придавал, зато вкус мне нравился очень. Утром я пошла готовить завтрак для Криса, потому что знаю, когда он один, то не завтракает почти. Так к его пробуждению были готовы панкейки, тарелка с фруктовым салатом и кружка кофе. Пока он завтракал, я пошла принять душ. Когда я вернулась на кухню, Эванса уже не было, хотя на столе была записка. / Лиса, спасибо за завтрак, он был очень вкусным. Сегодня я вернусь поздно, не жди меня. Не сиди дома весь день, сходи прогуляйся хоть в ближайшем парке. Целую, Крис. / Я задумалась, а ведь правда, сижу как затворница. Последний раз на улице была, когда из больницы возвращалась. С такими мыслями я пошла переодеваться. По пути зайдя на кухню, чтобы заварить себе кофе на прогулку, я пошла в ванную, для того чтобы немного подкраситься и скрыть свои синяки под глазами. Когда я была полностью готова, закрыв входную дверь, я отправилась покорять улочки Нью-Йорка. Я решила отправиться на набережную. Найдя одиноко стоящую лавочку, присела на неё. Я была рада тому, что людей было немного, а поблизости со мной вообще никого. Сначала я просто сидела, смотрела на воду, наблюдала за птицами, мне хотелось быть как они, ведь они вольны делать что захотят, они полностью свободны, на них не давят какие-то устои общества. Увидев вдалеке влюблённую пару, возможно это не было правдой, но они показались мне таковыми, я невольно залюбовалась ими и начала копаться в своей жизни. На моём жизненном пути встречались хорошие парни, с некоторыми я пыталась построить какие-то отношения, но ничего путного из этого не получалось. Одни интересовались лишь сексом, другие хотели полного контроля, третьи вели себя просто непонятно как. Возможно, это я какая-то неправильная и у меня слишком высокие требования к парням, кто знает? Хотя, а ладно не важно… Одной тоже неплохо. Но если рассматривать Криса как потенциального мужчину, вопросов просто нет. Нет более идеального человека для меня, однако есть одно большое но. И это большое но – я. Я трезво оцениваю себя и прекрасно понимаю, что я абсолютно не тот человек, с которым Эванс должен стоить семью. Жаль, что он этого не понимает. Внутри меня много тараканов, различных загонов и комплексов, но никто абсолютно не поможет мне с ними справиться, кроме меня самой, а сама я это сделать не особо-то и желаю. Если брать наши отношения с Кристофером, то можно увидеть, как мы дорожим друг другом, постоянно поддерживаем друг дружку, безмерно любим друг друга, но у него слишком много проблем от меня в жизни. Так было всегда, правда. Но сейчас эти проблемы слишком сильно влияют на жизнь Эванса. Он должен работать, ходить на свидания с красавицей-подружкой, а вместо этого возится со мной. Я правда не понимаю почему он до сих пор не прекратил со мной общение, но спасибо и на этом, как говорится. В общем и целом, я решила избавить Криса от моих проблем, как и себя собственно. Закончу то, что не смогла с первого раза. Я решила, что самым правильным решением будет покинуть этот мир, причём своим уходом я избавлю людей от проблем. На самом деле эта мысль уже давно поселилась у меня в голове, просто с каждым днём я понимала всё больше и больше, что другого выхода для меня нет. Я устала каждый чёртов день бороться, устала притворяться, что со мной всё в порядке. *** Я сидела ночью на кухне. Было так тихо, что мне казалось, что я слышу стук собственного сердца. Сидя за столом, я писала что-то вроде письмо Крису, в котором попыталась объяснить своё поведение. Пока я его писала, не переставала плакать. Я даже не пыталась успокоиться, давала всем своим эмоциям наконец выйти. Слёзы попадали на бумагу, из-за чего некоторые буквы немного размывались. Когда письмо было закончено, я собрала свои вещи, которых было не очень-то и много, в сумку, которую оставила у входной двери. Я решила зайти в комнату, в которой спал Крис, чтобы в последний раз посмотреть на него. Он выглядел таким спокойным, таким прекрасным, моё сердце больно сжалось. О эти длинные ресницы, они слегка подрагивали, давая понять, что его обладатель что-то снится, его рот был слегка -приоткрыт, губы так и манили поцеловать их. Я легко провела рукой по его волосам, оставила лёгкий поцелуй у него на щеке и тихонько прошептала. — Будь счастлив, Кристофер. Надеюсь, ты сможешь понять меня и простить. Я тихо вышла из его комнаты, взяла сумку с вещами и ушла из дома. Пешком дошла до своей прошлой квартиры, где на парковке дома стояла моя машина. Я села в неё, бросила сумку на заднее сидение, завела мотор, включила плейлист с любимыми треками, и машина тронулась с места. Я ехала, смотря по сторонам, в последний раз любуясь родным городом. Спустя час я выехала за пределы Нью-Йорка, остановившись по дороге, я вышла из машины, чтобы подышать утренним воздухом, в нём как будто была какая-то магия. Сев обратно в машину, я поехала дальше. *** POV Автор Проснувшись утром, Крис первым делом пошёл на кухню выпить стакан воды. Когда вода была выпита, Эванс заметил небольшой конверт на столе. Он взял его в руку, сел за стол, развернул его и принялся читать. / Здравствуй, Кристофер. Это Лиса, думаю ты понял это. Сразу хочу попросить у тебя прощения за всё, что сделала тебе, и за то, что сделаю. Хочу сказать, что никто в этом не виноват, только я одна, поэтому не старайся найти виноватого и уж тем более не думай, что ты как-то повлиял на это. Хочу сказать тебе просто огромное спасибо за всё, что ты сделал для меня, за ту поддержку, которую оказывал мне, за ту любовь, что давал мне, и просто за то, что был рядом. Я горда тем, что знала тебя. Быть твоим другом огромная честь, которой я увы была недостойна. Чтобы ты мне ни говорил, я была плохим другом, прости меня за это. Боже, как же трудно всё это. В общем я хотела сказать, что я ужасная слабачка и чёртова лгунья. Я, правда, пыталась смириться со смертью мамы, но у меня просто не получалось. Мне её ужасно не хватает, я так хочу, чтобы она была рядом. Психолог мне не помог, это не значит, что специалист из той женщины никудышный, хотя она поначалу не замечала того, что со мной творилось, но всё же проблема была во мне. Я попыталась жить дальше, увы у меня не получилось этого. С каждым днём я чувствовала, как разваливаюсь, моя душа рвалась на кусочки, с этим уже никто бы не смог мне помочь, кроме меня самой, но даже я была бессильна. Я просто не знала, что мне делать. Вчера ты в записке написал мне, чтобы я сходила прогуляться. Я почти весь день провела у Гудзона, много думала, это помогло мне облегчить душу перед самой собой, именно там я приняла важное для меня решение. Я решила уехать. Уехать далеко. Не пытайся найти меня, у тебя этого не получится. Я попытаюсь зажить заново, не уверенна, что у меня это получится, но попытаться стоит, правда? Крис, дорогой мой, прошу тебя, не закрывайся от людей. Не копайся в себе, пытаясь найти объяснение моему поведению, это я такая, не ты. Живи дальше, работай, ты очень крутой специалист, у тебя вся жизнь впереди! Я уверенна, что ты найдёшь девушку, которая будет лучше меня в миллион раз, я верю в том, что она станет для тебя центром мира, станет твоей любовью всей жизни. Я тебя очень люблю, Кристофер, и желаю тебе только счастья! Береги себя Навечно твоя Лиса. / Когда Эванс закончил читать это письмо, всё его лицо было мокрым от слёз. Он видел, что Алиса не в порядке, что ей нужна помощь. Он хотел сегодня поговорить с ней, предложить уехать на пару месяцев куда-то далеко, куда-нибудь на острова, чтобы им никто не мешал. Но он не успел… Весь день на работе он был как на иголках, а вечером, когда он сидел на кухне, как и этим утром, ему на телефон поступил звонок. Он взглянул на экран, звонил неизвестный. Крис всё же решил принять звонок. — Алло, — проговорил Эванс. — Здравствуйте, Вы знаете девушку по имени Алиса Коллинз? — ответил голос по ту сторону. — Да, знаю. Что-то случилось? — голос Кристофера начал дрожать. — Да. Вас беспокоит шериф штата Небраска. Дело в том, что мисс Коллинз попала в аварию, был сильный дождь, она, вероятно, не справилась с управлением. Алиса скончалась, примите мои соболезнования. Эти слова отзывались эхом в голове у Криса. Он выронил телефон, из глаз потекли слёзы. Единственное, что смог выдавить из себя Эванс, это было. — Надеюсь, ты в лучшем мире, где тебе хорошо, где ты смогла встретиться с мамой. *** Никто так и не узнает, что Алиса Коллинз специально разогналась побыстрее и, когда подъезжала к туннелю, и въехала в него. Она и не думала уезжать куда-то далеко, чтобы зажить по-новому. Девушка лишь хотела прекратить свои страдания.