Best Kept Secrets

Задание не должно было быть особенно важным и было достаточно простым для первогодок, чтобы те смогли разобраться с ним самостоятельно. Это был такой же обычный день как и всегда во время их стажировки – важный только из-за того, что они начали работать вместе, потому что у всех агентств был объединённый день. В последнее время у них действительно был невелик шанс воспользоваться их временными геройскими лицензиями – в городе всё начало налаживаться и после того хаоса, через который им пришлось пройти, затишье заставляло героев всё больше трудиться, чтобы избежать возникновения следующих происшествий. Так что отправки на задания были для всех захватывающими. Особенно когда ребят отправляли без какого-либо надзора и сторонней поддержки.

Обычно. Обычно это было захватывающе.

Но в этот раз… Что ж, скорость с которой всё вышло из-под контроля напоминала о некоторых других инцидентах, через которые пришлось пройти их классу. Если бы её спросили позже, Очако не смогла бы точно определить когда именно ситуация начала усугубляться. Ей едва ли удалось бы описать череду событий, ведь воспоминания об инциденте превратились в одно размытое пятно прежде, чем она успела что-то разобрать. Единственное, что поняла девушка, так это то, что все произошло слишком быстро даже для осознания причины, почему всё произошло именно так. До тех пор, пока не стало слишком поздно. Всё началось с пожара и они по случайности оказались поблизости. Она, Иида и Тодороки просто собирались вывести оставшихся людей из здания и потушить пожар. Всё казалось довольно простым и лёгким – у них был лёд Тодороки, Иида мог быстро выводить людей с первого этажа, и Очако, которая могла опускать людей на землю из окон, когда это было бы необходимо, а также предотвращать разрушения неустойчивых опорных балок. Простое спасательное задание – для его выполнения можно было позвать абсолютно любого героя. Им просто был дан шанс доказать, что они способны справиться с независимой работой. По крайней мере им так сказали: «Просто возьмите ситуацию под контроль. В этом нет ничего сложного. Это будет хорошим опытом для вас”. Действительно. О пожаре сообщалось как о несчастном случае. Не должно было быть никаких злодеев, поскольку не было причин для их присутствия. Обычный пожар, в небольшом, приземистом многоквартирном доме на дальней стороне от того места, где проходил маршрут их патрулирования. Девушке было бы сложно восстановить все последующие события. Она помнила немногое. Пока шла спасательная операция, они наткнулись на группу людей в подвале дома – она не знала, что они планировали и пытались создать, и почему, но эти ребята незамедлительно встали в защитные стойки, готовясь в любую секунду броситься на друзей, что было, очевидно, признаком вины и причастности к чему-то незаконному. Иида был в другой части здания, поэтому он даже не знал о происходящем. Одноклассник наверняка всего лишь пытался вывести гражданских. Насколько Очако знала, у него всё шло хорошо и гладко. Были только Урарака и Тодороки против трёх злодеев с неизвестными причудами и непонятным уровнем угрозы. Это была странная, немая сцена – казалось, эти ребята начали пожар, пока создавали что-то, и что они прилагали все усилия чтобы защитить это. Очако даже не поняла бы, что это злодеи, пока те не приняли боевые позы. Единственное, что девушка позже отчётливо вспомнит в мельчайших деталях, небольшая пауза перед началом боя, во время которой она обрадовалась про себя, что именно Тодороки был с ней. Однако теперь, эта мысль, эта благодарность, которая у неё была в тот момент – всегда будут преследовать её. В тот момент ей даже не пришло в голову, насколько уставшими они уже были. Был конец рабочего дня – их последнее задание перед тем, как они должны были отправиться домой. Во время патрулирования им пришлось столкнуться с большим количеством преступлений, чем обычно, хотя в то время им не казалось, что их больше. Всё по мелочевке – воришка сумок, потерявшийся ребёнок, вор в круглосуточном магазине. Но эти мелочи объединялись воедино, и Очако поняла не сразу, насколько сильно она устала и как мало сил на борьбу в ней осталось, когда злодеи набросились на неё и Тодороки.

Одно из первых правил партнерского боя: никогда не теряй из виду своего товарища, не позволяй противникам разделить вас.

Ещё одна вещь, которая будет нескончаемо преследовать девушку позже, мысль, к которой она постоянно возвращалась, когда у неё была бессонница, пытаясь понять, как она могла предотвратить то, что произошло. Когда она последний раз видела Тодороки, он сражался с двумя злодеями, пока она противостояла одному и тот проигрывал. Пятна льда покрыли руку и щеку парня. Ей довелось увидеть некоторую степень отчаяния в глазах юноши, когда он пытался найти способ сделать что-то ещё. Однако у него не вышло. И она не могла добраться до него, чтобы помочь. Следующее воспоминание, которое навсегда отпечаталось в её памяти, как девушку мало помалу отгоняли к выходу. Очако продолжала бороться, сосредоточив всю энергию на том, чтобы вспомнить все тренировки, которые она прошла, полная решимости победить, несмотря на усталость. После увиденной картины она была сбита с толку и она чувствовала, что борьба уходит от неё, на грани поражения… Злодей замер, так, будто они услышали что-то, чего не слышала она. Они побежали в другом направлении, оставив Очако настолько озадаченной, что она заколебалась. Она колебалась достаточно долго, чтобы Иида пробежал рядом с ней, хватая девушку за талию и утягивая её за дверь выхода в безопасное место. Достаточно вовремя, чтобы они увидели, как здание рушится.

И вот именно тогда выход из-под контроля превратился в леденящий душу ужас.

— Иида… — выдохнула она, её глаза расширились в отчаянии и необходимости ответа или решении, которое она не могла найти самостоятельно, — Иида, Тодороки… — Я не видел его, — ответил парень. Его голос был таким же удрученным и отчаянным, как и она сама, — я не… я не знал где он, у меня не было времени… — Он был в подвале… — пробормотала Очако, — в последний раз, когда я видела его… Он был в подвале… — Может ему удалось выбраться. Девушка никогда не слышала, чтобы голос Ииды так дрожал, даже когда пострадал его старший брат. — Мы должны найти его, — сказала она. — Если у него получилось выбраться, он должен появиться в любую секунду… — Мы должны вернуться туда… — Урарака, сколько ещё ты сможешь использовать свою причуду? Очако стиснула зубы. Она уже достигла своего предела. Если бы девушка стала бы убирать обломки с дороги, она бы без сил рухнула снова вместе с ними, и что, если Тодороки всё еще где-то там? Когда она не ответила, Иида переступил с ноги на ногу. — Это небезопасно, — сказал он охрипшим голосом, — земля нестабильна и если мы пострадаем, пытаясь найти его…

Один из уроков героизма: не добавляйте себя в список тех, кого нужно спасать, если вы можете поспособствовать этому.

— В том подвале были злодеи, — пробормотала Очако, — трое. Тодороки дрался с двумя. — На верхнем этаже тоже был один, — ответил ей Иида, — мужчина с причудой иллюзии. Я… я просто пытался отвести его в безопасное место, но он крикнул мне, чтобы я держался подальше… Он схватил что-то. Я не знаю что это было, он наполнил комнату иллюзиями тумана и мыльных пузырей и я не смог увидеть, что он делал дальше. Картина с Иидой, вспыхнувшая в воображении девушки, отвлечённым мыльными пузырьками, была почти забавной, но Очако по-прежнему не сводила взор с обломков, не уверенная в том, что ей нужно делать. Были ли они достаточно обучены для подобных ситуаций? Существовало ли правило для подобного сценария, помимо «не причиняй себе вреда»? Очако изо всех сил пыталась вспомнить. Отдалённо она чувствовала, что Деку знал бы, что нужно делать. — Тодороки! — девушка в конце концов окликнула его, в глубине души надеясь, что он просто на другой стороне от обрушенного здания, — Тодороки, где ты? — Возможно нам следует… обойти периметр? Может быть он… — голос Ииды звучал неуверенно. — Он был в подвале, — снова пробормотала Очако. — Это ведь Тодороки, — ответил ей одноклассник. Он вложил некоторую убеждённость в свой тон, но Очако всё ещё слышала, как он дрожит, — он вполне способен выбраться, ведь является одним из лучших учеников в классе, одним из сильнейших. Он должен быть где-то здесь. Даже если и оказался в ловушке, ну… он мог бы построить ледяной купол, чтобы защитить себя. Ему просто придется сидеть тихо какое-то время, пока не прибудет подкрепление. Очако слегка покачала головой. — Он тоже был на пределе. У него было обморожение по всей руке. — Ох… ну тогда, возможно… — Иида замолчал. Очако снова попробовала его позвать. В итоге они обошли периметр уже тлеющих останков здания, Иида с трудом держался на ногах, а девушку покачивало от тошноты. Они подобрались как можно ближе к развалинам. Голос Очако охрип. Она не смогла бы сказать, сколько прошло времени, прежде, чем прибыла помощь. Казалось, прошла целая вечность, пока она выкрикивала имя одноклассника, надеясь на что-то, что угодно, прежде чем появилась скорая помощь, полиция и профессиональные герои. В какой-то момент кто-то накинул плед на плечи девушки, и она позволила кому-то укутать её. Не прошло и часа, как они все стояли у обломков, потушив последние всполыхания пламени, несколько героев осматривали завалы. Очако казалось это нескончаемо долгим, как будто они стояли там вечно, ожидая чуда, пойманные в ловушку неопределённости. В конце концов, её и Ииду увезли обратно в общежитие Юэй. Они оба так и не проронили ни слова.

***

В кабинете директора, Очако чувствовала себя оцепеневшей. Она понимала, что чувства нахлынут на неё позже, но казалось, что её эмоции просто отключились и исчезли. Она не могла понять, как переварить случившееся и полученную информацию, становилось всё только хуже. Мягкий голос и безмятежная улыбка Незу ни капли не успокаивали и были даже отталкивающими. Это казалось неуместным, учитывая то, что произошло.

Тодороки мёртв.

Так они и сказали. Он был в здании, когда оно рухнуло. Его тело так и не нашли. «Ужасный несчастный случай, ничего нельзя было сделать, в случившемся не было чьей-либо вины…» Как только покончили с банальными словами соболезнования и сочувственными улыбками, они рассказали Очако и Ииде, как много бумажной работы было проделано, чтобы замять скандал, как Юэй пришлось справляться с большим количеством давления в этом году – их репутация была такой хрупкой. Они не могли позволить, чтобы ещё один несчастный случай запятнал их имя, поэтому… — Вы ведь понимаете почему нам нужно, чтобы эта информация оставалось в тайне, — задал риторический вопрос директор. На самом деле Очако не понимала. К тому же она слушала вполуха. В тот момент, когда они сказали, что Тодороки мёртв, всё что она могла слышать в течение нескольких минут – сдавливающий шум крови в ушах и последние слова, что Тодороки сказал ей перед тем, как они вошли в здание. «Не думаю, что мы задержимся. Я напишу Мидории, дам ему знать, что мы скоро вернёмся». Такая обыденная вещь – в ней не было ничего глубокомысленного. И она должна была поверить, что это были последние слова, которые она услышала от него? Это казалось нереальным. Этого просто не могло быть. — Что мы должны сказать нашим одноклассникам? — спросил Иида приглушённым голосом. — Ничего не нужно им говорить, — ответил директор. Боже, почему его голос прозвучал так спокойно? Как будто это было обычным делом, — мы предоставим вам выдуманную легенду. Всё, что требуется от вас двоих – не противоречить ей. Иида прокашлялся. — Вот как... Девушка из Комиссии Героев в длинной юбке-карандаше со стоическим выражением лица, которая всё это время тихо стояла и наблюдала за разговором, наконец вышла вперёд. — Нам нужно, чтобы вы оба подписали некоторые документы, — отчеканила она деловым тоном. — Документы? — эхом отозвался Иида. — Послушайте, вы оба планируете стать профессиональными героями, так ведь? Очако не заметила как автоматически кивнула вместе с Иидой на что девушка быстро, натянуто улыбнулась, — тогда вам придется привыкнуть к подобному. Есть вещи, которые героям необходимо держать в секрете от прессы, для всеобщей безопасности. Это важная и неотъемлемая часть работы каждого героя, хотя и менее известная. Студенты часто не имеют подготовки в этой области, считайте, что вам повезло. Повезло? Она ведь несерьёзно. Очако ощущала, что хочет разозлиться, но у неё не было на это сил. Возможно она рассердится позже, когда поймёт, куда подевались её чувства. Она не помнила как ей передали документы, но сейчас держит их в руках. Слова слились воедино, невозможно было что-то разобрать в её голове. Ей просто нужно их подписать? — Это соглашения, — продолжила девушка, — всего лишь заявления, что вы ни с кем не поделитесь имеющейся у вас информацией. Иида, если я не ошибаюсь, ты уже сталкивался с чем-то подобным. Очако едва заметила это, но одноклассник, казалось, поёжился от этих слов. Девушка была слишком занята размышлениями над этой формулировкой – имеющейся у них информацией.

Информация. Известие о том, что их друг и одноклассник мёртв. Тот факт, что она не была способна добраться до него, чтобы помочь. Факт, что он погиб, потому что их послали на задание, которое должно было быть простым. Факт, что их послали на задание, когда герои до конца не понимали и не знали всей степени опасности и не были склонны следовать правилам, чтобы убедиться, что это задание достаточно безопасно для студентов.

Факт, что Тодороки погиб, что это было предотвратимо, несмотря на то, что они говорили, что она должна была быть в состоянии предотвратить это, потому что кто-то должен был быть ответственным. Тот факт, что пресса с лёгкостью могла утверждать, что Юэй в лучшем случае была соучастницей, а в худшем – активно-ответственной за случившееся

.

Факт, что Тодороки мёртв. Эта информация.

И они не могли рассказать об этом своим одноклассникам.

Очако с трудом сглотнула, ощущая накативший ком в горле.

Они не могут рассказать Деку.

Тодороки мёртв, и им нужно врать.

Она расписалась у своего имени. Явно нездоровая. Дрожащая и безнадежная.

***

— Чёрт. Она действительно не понимала, что ей делать. Этого не должно было произойти – они всего лишь экспериментировали с некоторыми не смертельными способами нейтрализации своих врагов. Предполагалось, что это будет быстро. Идея состояла в создании компактной системы для выпуска газа без запаха, который бы просто лишал людей сознания – легко, просто, чисто.

Не смертельно.

Пожар был абсолютной случайностью – никто из них не был готов так внезапно покинуть ещё одно убежище. Им придется постараться, чтобы добраться до следующего места. Само по себе всё это было достаточно плохо – начинать с нуля манипуляции с газом, потерять убежище, начать пожар в жилом помещении, разрушить многоквартирное здание, которое было домом для многих людей. И до этого было много причин для беспокойства. А теперь ещё и этот ребёнок. Тот факт, что там вообще были дети был сам по себе безумием. Ещё один признак того, почему то, что они делали, имело значение. Если Комиссия отправила детей избавляться от беспорядка в опасную обстановку, где было много неизвестных факторов… Что ж. Это было неправильно. Хотя бы она понимала это. Они все это понимали. Кайя изо всех сил старалась не навредить ребёнку, но он действительно не сдерживался. Было трудно вести бой, в котором только одна сторона была готова нанести серьёзный ущерб, и это была не твоя сторона. Конечно она узнала его. Сын героя номер один. Их удача была чертовски ужасна. Их единственным приоритетом было выбраться от туда сухими – они не могли позволить этим детям быть вовлечёнными в это дело или дать им возможность узнать о своих планах. Боже, она действительно не понимала, что ей теперь делать. Она не могла оставить его там, это даже не рассматривалось как вариант. Они не собирались бросать раненного ребёнка – они выше этого. Она утверждала, что случившееся не было её виной. Он перестарался со своей причудой и перегорел, а она просто пыталась отгонять его подальше от себя, чтобы у неё была возможность сделать паузу и объясниться. Она не знала, что потолок рушится и не знала, что он был слишком близок к эпицентру разрушения, чтобы дальше попытаться как-то выбраться из-под обломков. Он был полумёртвым, когда она вытащила его – окровавленного и переломанного. Она думала, что он мёртв, ведь он был так близок к этому. Мальчик определённо выглядел так, будто его шансы проснуться и выбраться из завалов живым были ничтожно малы. И Кайя понимала, что это значит. Комиссия подумает, что его уже не спасти – такое уже случалось раньше, они поступали так раньше. Соотнеси это с сопутствующим ущербом и спрячь информацию куда-нибудь подальше, чтобы никто не узнал.Так было раньше, так было всегда. Если бы шанс того, что он умрёт был высок, они бы взвесили все возможные последствия и решили бы, что упреждающее сохранение этого в тайне было бы более безопасным шагом. Она знала, что они из себя представляют. Кайя не могла оставить его умирать, не могла оставить его этим волкам, не могла достаточно доверять Комиссии, чтобы те "помогли" ему. Поэтому она взяла его с собой, позволив зданию рухнуть, надеясь, что его всё ещё можно спасти.