Лови ритм

Чимин не представлял, что заставило его искать вдохновение на соревнованиях по спортивным бальным танцам. И соревнование было ещё не абы какое, а чемпионат мира. Сотни пар со всего света приехали, чтобы показать своё мастерство и способность к танцам. И гости были надменными богачами. Сидели за маленькими круглыми столиками, попивали шампанское из красивых бокалов и снисходительно аплодировали танцорам, выходящим на паркет. Парень чувствовал себя не в своей тарелке в костюме с галстуком-бабочкой, взятым напрокат в ближайшем ателье. Шампанское он себе тоже позволить не мог, будучи простым студентом Сеульской школы искусств. Он и пришёл-то сюда только потому, что вход учащимся этой школы был бесплатным. Чимин видел среди танцоров много ребят из школы, учащихся на факультете танца. Он бы с радостью ушёл. Очень хотел уйти. Но среди танцующих одна девушка привлекла его взгляд. Стройная, грациозная. Она танцевала так, словно это она контролировала и создавала музыку своими движениями. Каждый взмах её руки, каждый шаг казались произведением искусства. Всё было отточено до совершенства. В глазах читалась уверенность в себе. Такая непоколебимая, что Чимин верил, что этот чемпионат был организован специально для неё. Несмотря на свой невысокий рост, девушка смотрела на своих соперников свысока. Чимин не мог оторвать взгляд от этого живого произведения искусства. Она была такая красивая. Словно статуэтка, вышедшая из рук самого умелого мастера. Ей даже шёл этот чересчур яркий макияж и длинные накладные ресницы. Остальные участницы казались лишь тенью и массовкой для неё. Она была красивее, грациознее, сексуальнее, увереннее. Парень пялился на неё, нервно поправляя свой галстук-бабочку. Казалось, от одного взгляда на неё становилось жарко. Он пообещал себе покинуть это соревнование, как только прекрасная незнакомка со своим партнёром вылетит. Но она уверенно шла к финалу. Чимин смотрел на неё и ревновал. К паркету, к танцу, к её партнёру, посмевшему коснуться этого сокровища. В своих мыслях это он, Чимин, танцевал с ней, обнимая её за талию, нежно проводя рукой по её ноге. В его мечтах она улыбалась только ему, танцевала только для него. И как же его угораздило прийти на такое мероприятие за вдохновением, а получить недосягаемую музу, которая наверняка украдёт его сон. Чёрт, просто ни одной приличной мысли в голове. Финал. В номинации осталось всего шесть пар. Чимин и не заметил, что просидел на этом дурацком чемпионате мира по спортивным бальным танцам целый день. А эта прекрасная девушка всё танцевала. Чимин присоединялся к воплю всеобщего восторга, стоило девушке вместе со своим партнёром пронестись мимо зрителей в танце. Он аплодировал стоя после каждого её выхода на паркет. Но прекрасная незнакомка так и не заметила его среди остальных зрителей. Объявление победителей. Как и положено, финалистов объявляли, начиная с последнего места. Девушка стояла в одной линии с участниками, нервно сжимая руку своего партнёра. Поджимала губы. Стояла, зажмурившись, в ожидании результатов. Третье место — пара из Италии. Второе место…. Пара из России. И, наконец, первое место — пара из Южной Кореи. Прекрасная незнакомка широко раскрыла глаза, словно не веря в услышанное. Она вышла на поклон с таким достоинством, будто нисколько не сомневалась в результате. Партнёр помог ей взобраться на пьедестал. Зрители ликовали, приветствуя победителей. А Чимин со смесью зависти и восторга смотрел, как девушка крепко обнимала своего партнёра по танцам, поздравляя его и себя с победой. Айрин Ли. Так её звали. Чимин смутно помнил это имя. Девушка была студенткой Сеульской школы искусств. Конечно же, она училась на направлении Танца. Вот только Чимин никак не мог вспомнить, как же она выглядит без слоёв макияжа и автозагара. Он бы ни за что не пропустил такую красотку. Не то, чтобы парень был бабником и менял девушек как перчатки. Но красавиц всегда с лёгкостью подмечал и замечал. Такую он бы точно заметил. Чимин задумался, силясь вспомнить хоть один девичий силуэт, похожий на силуэт Айрин. Да никак не получалось.  — А теперь танец победителей! — голос ведущего вывел парня из задумчивости и вернул в реальность. Чимин обратил всё своё внимание на паркет и на пару, вышедшую на него. Айрин Ли осталась в центре одна. Свет погас, оставляя одинокий луч прожектора над ней. Стразы на платье переливались и сверкали так, что иногда даже больно было смотреть. Заиграла медленная музыка. Невидимый исполнитель запел грустную песню про любовь. Девушка начала свой танец, словно растворяясь в музыке. Чимин нахмурился, когда партнёр девушки подошёл к ней сзади, прижал её к себе, проведя рукой по телу девушки. Так элегантно и красиво. Пара танцевала свою историю любви, а сердце Чимина разрывалось от ревности. И парень прекрасно понимал, что любовь этой пары существует лишь в этом танце, да и ревновать глупо, ведь он даже не знает девушку. Но ничего не мог с собой поделать. Он очень хотел оказаться на месте этого парня. Из зала Чимин ушёл последним. Он всё ещё задумчиво смотрел на опустевший паркет, пока остальные гости расходились. Парень вспоминал, как учился в Пусанском балетном училище. Он был лучшим студентом. Ему нравилось танцевать. Но в итоге он решил связать свою жизнь с музыкой. Но появление на паркете Айрин Ли заставило его задуматься, а сделал ли он правильный выбор, выбрав совершенно другое направление. Впервые в своей жизни Пак Чимин искренне засомневался в своём выборе.  — Где ты был целый день? — Ким Тэхён налетел на друга, а заодно и соседа по комнате, с вопросами. — Я тебя весь день искал. Звонил. Писал сообщения.  — Прости, оказался зрителем дурацкого соревнования.  — Только не говори, что смотрел бальные танцы, — Тэхён усмехнулся, когда понял, что угадал. — Говорят, пара из нашей школы стала чемпионами мира.  — Так и есть, — коротко ответил Чимин, не решившись рассказать лучшему другу об Айрин Ли. Ему бы самому разобраться для начала, что к чему, а уж потом подключать к этому остальных. В одном он был уверен точно, он очень хотел познакомиться с девушкой лично. Было в ней что-то такое, что цепляло его взгляд. Что-то, что запало в душу парня. Хоть он пока и не понимал, что именно. Но встреча ему нужна была. Просто необходима. Ему казалось, что он сразу же напишет свою песню, стоит ему познакомиться с ней. Будто она своим присутствием в его жизни сможет облечь его идеи и мысли в правильные слова. Подобрать к ним правильную мелодию одним лишь взмахом руки. Всю ночь Чимин и Тэхён сидели на кухне, разговаривая обо всём подряд. Их дружба была удивительной, потому что никто не верил, что парни подружатся. Слишком уж разными они казались. Парни и сами не верили, что из их соседства может вырасти нечто подобное. Но сейчас они были лучшими друзьями и не мыслили своей жизни друг без друга. Они сидели до рассвета. Чимин сетовал на то, что всё никак не может дописать песню, что засела у него в голове. «Я верю, что если напишу её, это будет мой лучший проект», — уверял он товарища. Ким сочувственно улыбался. Несмотря на свои потрясающие вокальные данные, Тэхён выбрал направление дизайна одежды. Ему легко давалось изобретать новые модели. Он без труда сочетал цвета и разные предметы гардероба. Всё, что Ким Тэхён задумывал, выходило непростительно стильно. Даже когда парень несильно старался. Спать друзья так и не легли. Слишком уж сильно затянул их разговор. Решив, что вполне выживут этот день на кофе или энергетиках, парни принялись собираться на учёбу. Впереди их ждал долгий день. Всё-таки учиться в самой престижной школе искусств Южной Кореи — дело ответственное. И дни там и вправду бывают долгими.

***

Чимин шёл по коридорам школы, неся в руке папку с нотами. Он не смотрел по сторонам. Не оглядывался на оклики девушек, желающих привлечь его внимание. Наверное, он был неправильным популярным мальчиком в школе, раз не реагировал на девчонок и не пытался флиртовать с ними в ответ. Но Чимина это несильно волновало. Всё, что волновало его сейчас — его недописанная песня. Она никак не хотела придуматься до конца. Как бы Чимин не старался, слова никак не складывались во что-то правильное. Парень исписал ни один блокнот в попытках подобрать идеальные строки. Но всё казалось каким-то ненастоящим. Неправильным. Неискренним. Не таким. Ноги сами принесли его к танцевальному залу, где он иногда пропадал вечерами, вспоминая годы обучения в балетной школе Пусана. В этот раз выпустить пар не удалось: там проходило занятие. Занятие бальными танцами. Чимин остановился в дверях и внимательно разглядывал танцующих. Среди девушек не было никого, кто был бы похож на Айрин Ли, которую он видел вчера на паркете. Девочки были красивые, стройные, грациозные…. Но не такие. Вчера та девушка казалась лучше, прекраснее и грациознее, чем все те, кого Чимин видел перед собой сейчас. Одна и вовсе казалась неудачницей. Она стояла поодаль от всех и еле держалась на ногах от усталости. Под глазами были огромные синяки, волосы растрёпаны. Казалось, она делала всё, чтобы никто не смотрел на неё сегодня и не обращал внимание. Но все остальные в зале так или иначе бросали на неё косые взгляды. Чимин даже посочувствовал ей и поспешил уйти. Он снова пошёл вперёд по коридорам школы, не глядя по сторонам. Парень устал. Чертовски устал. За его плечами бессонная ночь. Он был всё ещё под впечатлением от чемпионата мира по танцам, на котором присутствовал. Но ничего из этого не помогало написать песню, так плотно засевшую в его голове. Как навязчивая идея, которая никогда не покинет мысли, пока не воплотишь её в жизнь. В старом кабинете музыки, где уже много лет не проходили занятия, играла музыка. Какой-то студент играл на рояле. Чимин уверенно дёрнул дверь на себя и вошёл внутрь. Как и ожидалось, за инструментом сидел Мин Юнги. Он учился на два курса старше на направлении архитектуры. У него получались восхитительные проекты. Он был лучшим в своём курсе. Его проектные работы были проданы крупным компаниям. Что-то даже начало воплощаться в жизнь. Чимин, правда, думал, что ему следовало бы посвятить свою жизнь музыке. Мин умел играть на рояле, органе и гитаре, писал музыку в свободное время и читал рэп. Однако воспринимал свою музыкальную деятельность как хобби. И это сильно возмущало Чимина. Вот и сейчас Юнги коротал время за роялем, наслаждаясь музыкой и не думая об учебных буднях, поджидавших его за дверью давно забытого кабинета.  — Ты так и не научился стучаться перед тем, как заходить, Пак, — бросил он, перестав играть, но так и не обернувшись на вошедшего.  — Не хотел разрушать мелодию, — в тон ему отозвался Чимин. — Никогда её не слышал.  — Потому что я её только что придумал, — Юнги крутанулся в кресле и посмотрел на него своими кошачьими глазами. Так внимательно, что, казалось, мог прочитать его мысли. Чимин поёжился от его взгляда. Когда-нибудь он обязательно к нему привыкнет. Но это когда-то ещё явно не наступило. — Раз ты здесь, значит, что-то тревожит твой ум и мешает сосредоточиться. Это был не вопрос. Факт. Сказанный таким тоном, что Чимин бы согласился, даже если бы это было неправдой. Но Мин Юнги никогда не ошибался, когда речь заходила о чьих-то переживаниях.  — Чем-то могу помочь? — тем временем поинтересовался Юнги.  — Вряд ли, — Чимин бросил папку с нотами на пыльную парту. На пол полетел рюкзак. — Видишь ли…  — Ты вчера был на чемпионате мира по танцам, — закончил за него Мин и усмехнулся лишь одним уголком губ, когда увидел удивление на лице Пака. — Я там тоже был. Не так долго, как ты. Всего на пару часов, чтобы изучить конструкцию, которая держала крышу над паркетом.  — Что ж, там танцевала одна девушка…  — Айрин Ли, — закончил за него Юнги. — На неё все смотрели. Вся школа о ней говорит. Но, поверь мне, вне паркета ты не сможешь её узнать.  — Ты её знаешь?  — Немного знаком, — уклончиво ответил Юнги, чуть склонив голову вбок. У Чимина было столько вопросов к своему знакомому. Но парень так и не решился их задать. Мин Юнги был полон сюрпризов. И не всеми своими секретами он был готов делиться. Чимин и не настаивал. Видимо, поэтому они и подружились.  — Ладно, храни и дальше свои секреты, — усмехнулся Пак. — Но если не впадлу, передай ей, что я всё-таки не прочь познакомиться с ней вне паркета.  — Непременно, — Мин улыбнулся и снова повернулся к роялю. — Тебе что наиграть?  — Что у тебя на душе, то и играй, — Чимин запрыгнул на подоконник и задумчиво смотрел на улицу, слушая медленную и немного грустную мелодию, созданную умелыми руками Юнги.