Лови ритм

— Эй, Чимин, ты пойдёшь с нами на задний двор? Там снова намечается игра в баскетбол, — однокурсник толкнул его в плечо, возвращая тем самым в реальность.  — Юнги вас всё равно выиграет. Зачем смотреть на очередное ваше поражение? — поддразнил его Пак с кривой ухмылкой. Вообще-то это была правда. Команда Юнги была сильнейшей в университете. Ей проигрывали даже лучшие спортсмены. Мин в качестве атакующего защитника играл просто невероятно. Парню не было равных. Несмотря на свой небольшой рост он с бы с лёгкостью обыграл команду сегодняшних соперников в одиночку. Чимин готов был поставить на это деньги. Однако ноги принесли его вовсе не на задний двор. Он снова проходил мимо танцевального класса. Чимин остановился в дверях и аккуратно заглянул в зал. Его глазам предстала грустная картина. Какую-то девушку ругал тренер.  — Хоть ты и стала лучшей, это не повод расслабляться, — сурово вещала тренер, тяжело опираясь на свою трость. Чимин задумался, сколько раз эта трость применялась в качестве кнута для отлынивающих от усердной работы танцоров. Девушка перед ней сжалась. Она казалась совсем маленькой девочкой рядом с этой суровой женщиной. Первокурсницей. Совсем уж юной.  — Но я стараюсь, — слабо выдавила она. Женщина стукнула палкой по паркету. Эхо удара разнеслось по всему залу. Девушка вздрогнула. Чимин тоже. Такого увидеть он никак не ожидал. Парень положил ладонь на ручку двери, готовый зайти и вмешаться. Видеть, как кого-то бьют палкой, ему явно не хотелось. Тем более, когда речь шла о совсем ещё юной девчушке.  — Тогда почему у тебя не получается?! — прикрикнула женщина. — Думаешь, одного соревнования, даже такого масштабного, достаточно?! Нет, дорогая, ты всё ещё недостаточно хороша. Я включаю музыку, и ты сейчас вытираешь слёзы и танцуешь с самого начала. И помни, дорогуша, пока ты на виду у зрителей, никто не должен видеть, что тебе плохо. Улыбайся. Тренер отошла в угол зала, где стояла стереосистема. Слегка устаревшая, но звук всё равно давала очень хорошего качества. Чимин замер, заинтересовавшись, что же такого особенного танцует студентка. В конце концов, с ней один на один занималась сама Госпожа Дон. Она бралась только за лучших балерин и бальниц. Попасть к ней на самом первом году обучения было практически невозможно. Такая счастливица считалась талантливой и очень особенной. Заиграла музыка. Высокий женский голос затянул грустную песню о любви. Девушка взмахнула руками и начала свой танец. Она двигалась плавно, словно растворяясь в музыке. Подчиняя себе мелодию. Каждое движение, даже ещё пока не идеальное, казалось маленьким произведением искусства. Чимин замер на месте, поражённый. Такое мастерство танца он видел лишь однажды. Но это просто не могла быть она. Сердце глухо ухало в груди, отбивая ритм музыки. Он слышал шорох её юбки. Слышал, как она скользила по паркету. Такая грациозная. Такая лёгкая. Поворот. Взмах руки. Батман. Чимин жадно ловил взглядом каждое движение. Вглядывался в лицо танцовщицы. Она вообще не замечала ничего и никого вокруг. Словно сейчас для неё существовала только мелодия.  — Всё равно недостаточно хорошо, — жёстко сказала Госпожа Дон и выключила музыку как раз в тот момент, когда девушка готовилась выполнить сложный поворот. От неожиданности девушка споткнулась. Нога опасно подвернулась, и студентка рухнула на пол. Подняться она так и не смогла. Осталась сидеть на паркете, глядя на своего тренера снизу вверх. Женщина подошла к ней, постукивая тяжёлой тростью. — Мисс Ли, тебе следует понимать, что титул чемпионки мира не делает тебя автоматически звездой. Тебе всё ещё надо поработать над техникой, чтобы не опозориться на выступлении, как сейчас передо мной. Занятие окончено. Тренер бросила своей ученице полотенце, чтобы та могла вытереть пот с лица, и ушла. Стук её трости ещё доносился до стен танцевального зала. Девушка тем временем дала волю слезам. Она плакала, уткнувшись лицом в брошенное полотенце. Даже не пыталась подняться на ноги. Видимо, слишком больно упала. Чимин вошёл внутрь. Терпеть чьи-то слёзы было выше его сил. Эта Ли явно нуждалась в помощи. И кроме него помочь ей некому. Он тихо закрыл за собой дверь танцевального зала, подозревая, что девушка не захочет, чтобы кто-то ещё видел её слёзы. Порывшись в рюкзаке, парень вытащил оттуда бутылку воды и подошёл к девушке.  — Держи, а то ты вспотела и поплакала, будет обезвоживание, — аккуратно сказал он, садясь рядом с девушкой на корточки. Та резко подняла голову. По щекам всё ещё текли слёзы, но лицо девушки окаменело, скрывая следы боли и разрешённой себе слабости. — Ты встать-то можешь? Она озадаченно смотрела на него. Словно не понимала, зачем он здесь. Чимин вопросительно поднял брови, показывая, что всё ещё ждёт от неё ответа.  — Я справлюсь, — Ли поспешила отвернуться от парня.  — Ну тогда вставай, — Чимин окончательно сел на пол рядом с девушкой и откинулся чуть назад, опираясь сзади на руки. — Давай. Хочу убедиться, что ты действительно справишься сама. Девушка была вынуждена признать своё поражение. Встать она не могла. Подвёрнутая нога предательски сильно болела, не позволяя перенести на себя ни грамма веса. В районе голеностопа всё начало распухать. Девушка сморщилась от боли и поджала губы, словно сдерживая стон. Чимин с тяжёлым вздохом пододвинулся ближе к ней и очень бережно стянул с больной ноги туфлю. Или скорее туфельку. Такой маленькой она показалась Чимину. Он даже умилился.  — У тебя лёд есть? — спросил он, разглядывая ногу и пытаясь понять масштаб бедствия. Девушка устремила взгляд на свою сумку. — Сиди тут и никуда не уходи. Я сейчас. Ничего глупее не придумал, Пак Чимин? У неё вывих и идти ей сейчас куда-то — ну совсем не вариант. Максимум, что она могла сейчас — ползти. Вряд ли это её вариант бегства от него. Чимин мысленно корил себя за сказанное, пока рылся в сумке девушки. Из одного из карманов он выудил книжку спортсмена. Не удержавшись от соблазна, открыл её. И охнул. Он не ошибся, когда сравнил танец этой девушки с ней. Это была действительно Айрин Ли. Та самая танцовщица, укравшая его покой. Его недосягаемая муза, с которой так связана песня, которую он никак не мог написать. Парень положил книжку на место, вытащил сухой лёд и вернулся к девушке. Та уже не плакала, вытирая кулаком оставшиеся на лице слёзы. Чимин снова опустился перед ней и аккуратно приложил лёд к больной ноге. Айрин дрогнула и скривила рот.  — Всё в порядке, ты можешь стонать и плакать, если больно, — подбодрил её Чимин, удерживая лёд на источнике боли.  — Нам нельзя показывать слабость, — сквозь зубы процедила девушка, откидываясь назад и развалившись на паркете. В глазах девушки начали скапливаться слёзы, но она не позволила ни одной слезинке скатиться вниз. Вот это выдержка. Парень мог только восхититься. На такое способен далеко не каждый. Чимин был не уверен, что сам бы смог так стойко терпеть боль. В конце концов, вывих — одна из самых неприятных травм для спортсмена. Особенно для танцора. Особенно для изнуренного танцора. Он прекрасно это знал. Помнил из Пусанского балетного училища.  — Слушай, мне ты можешь хоть грудь свою показать, мне будет всё равно. Так что, если больно, просто плачь, — раздражённо буркнул парень.  — Извращенец, — снова процедила Айрин. Видимо, боль в ноге слегка поутихла, потому что девушка заметно расслабилась и не дёргалась, пока Чимин пытался оказать ей первую помощь. Она покорно лежала на паркете и терпела, пока тот обкладывал сухим льдом её стопу.  — Ну это ты поторопилась, — Чимин постарался звучать обиженно. — Я же для примера это сказал, а не на полном серьёзе. Айрин ничего не ответила на это. Лишь медленно села и потянулась за бутылкой с водой. Выглядела девушка неважно. Под глазами тёмные круги. Кожа бледная. Даже слишком бледная. А руки слегка тряслись, словно держать бутылку с водой было для неё равносильно подъёму очень тяжёлой штанги. В таком состоянии Айрин Ли явно не дойдёт до дома.  — Прости, но мне придётся сейчас взять тебя на руки и донести до своей машины, — сказал он тоном, не терпящим возражений. Девушка и не возражала. Она сама прекрасно понимала, что никуда не в состоянии дойти. Она и на ноги-то встать не смогла бы без посторонней помощи. Перевесив через плечо свой рюкзак и сумку девушки, Чимин аккуратно подхватил Айрин на руки и вынес из зала.  — Почему ты идёшь по самому людному коридору? — в ужасе прошептала Айрин, когда они вышли. Остальные студенты оборачивались на них. Девушки с завистью смотрели на Ли, которую Чимин нёс в руках слишком уж, на их взгляд, бережно. Парни же глазели на Айрин. Какой бы растрёпанной и усталой не выглядела девушка, Чимин вынужден был признать, что она весьма милая. Не сравнится, конечно, сама с собой с макияжем, но что поделать. Макияж всех делает чуточку красивее, чем они есть на самом деле. Пак ни на кого не обращал внимание и продолжал идти по коридору. Айрин, желая спрятаться, уткнулась ему в плечо, дыша в шею. Чёрт, это даже немного возбуждало. Чимин бережно усадил её на пассажирское сиденье и пристегнул ремнём безопасности. Сумка и рюкзак были брошены в багажник. Парень сел за руль и завёл машину. Айрин поджала ноги к себе и спрятала лицо к коленях. Её плечи дрожали. Видимо, девушка наконец-то дала волю слезам. Чимин не решился её беспокоить и просто поехал вперёд. К себе домой. Он был уверен, что Тэхён вполне его поймёт, если увидит гостью. Хоть и тайно надеялся, что Тэхёна не будет дома. Не хотелось бы попасть под прицел его внимательного взгляда и хитрой понимающей ухмылки. Они появлялись на лице Кима каждый раз, когда он понимал что-то. Даже если понимал это что-то неправильно и не так, как оно было на самом деле. С этим он разбирался как-нибудь потом. По радио как назло крутили какие-то заунывные песни. Они скорее только усиливали желание расплакаться, но никак не подбадривали. Плюнув на всё, Чимин включил запись своей песни. Хотя он терпеть не мог переслушивать свои песни. Но эта получилась весьма неплохой. В бардачке оказался диск с ней. Спасибо Тэхёну, который сделал несколько копий и распихал их везде, где он мог бы оказаться, на случай, если ему захочется снова услышать голос друга. «I want you to be your light», — запел голос Чимина под гитару. Не совсем то, что он хотел бы сейчас включить рыдающей на пассажирском сидении девушки. Но уже лучше, чем грустные песни про неразделённую любовь по радио. Айрин постепенно успокаивалась. Теперь она находилась в полусонном состоянии, словно плач забрал у неё последние силы. Поэтому девушка не особо спрашивала, куда её везут. Точнее, вообще не спрашивала. Лишь перекинула руку через его шею и слабо держалась, словно это могло бы помочь ей удержаться в случае падения, когда Пак вытащил её из машины. Чимин уложил девушку на свою кровать. Та мгновенно уснула, стоило её голове коснуться подушки. Парень мог только догадываться, сколько она не спала и сколько сил потратила на тренировки, если она отрубилась настолько быстро. Он аккуратно стянул носок с её ноги и натёр травмированную ногу разогревающей мазью. Бережно забинтовал её эластичным бинтом и, накрыв Айрин Ли одеялом, вышел из комнаты. Сам не зная зачем, забросил одежду девушки в стирку, поставил на балкон её туфли и только потом ушёл на кухню, чтобы выпить чай и приготовить ужин. Как он и надеялся, Тэхён не планировал сегодня возвращаться домой. Друга снова посетило вдохновение, и он планировал остаться ночевать в своей импровизированной мастерской: старом кабинете в подвале школы, которым никто не пользовался из-за отсутствия там окон. Что ж, значит, у Чимина был как минимум целый день и ночь, чтобы провести их наедине со своей музой, с которой он так жаждал встретиться. Он вытащил свои тетради и ноты, надеясь, что вот сейчас он сможет написать правильные слова. Но в голове было пусто. Чимин не получил от встречи с Айрин Ли нужных эмоций. Он испытал лишь…удивление. Он никак не мог ожидать, что та сексуальная, привлекательная, грациозная и бесконечно прекрасная девушка на паркете окажется простой запуганной и уставшей девчушкой, которую чуть не ударила своей тростью Госпожа Дон. Эти два абсолютно противоположных друг другу образа отказывались складываться в голове Чимина и объединяться во что-то единое. Парень открыл бутылку соджу. Он осушил не один бокал, а бумага всё так же оставалась пустой. Это раздражало. Неужели он ошибся, и дело вовсе не в этой Айрин Ли? Ну нет же, он никогда не ошибался, когда выбирал себе источник вдохновения. У него была своего рода чуйка на это. Он всегда угадывал, что поможет ему написать новую песню. А сейчас он пришёл к своей недосягаемой музе. А она всё так же непростительно далеко. Слова ну просто не складывались в песню. Казались настолько неправильными, что не хотелось даже тратить на это бумагу и чернила.  — Да ну в пизду, — недовольно выругался парень. Вообще-то он нечасто ругался матом. Но сейчас прям ощущал острую потребность. Обругав пустой лист бумаги, на чём свет стоит, Чимин поднялся со своего места и принялся заваривать чай, агрессивно гремя посудой. Заварив две чашки зелёного чая, он вернулся в свою комнату. Девушка всё ещё спала. Чимин постарался чуть смягчиться. В конце концов, срывать своё раздражение и разочарование на ней было глупо. Айрин Ли никак не могла подозревать о том, что на неё возлагались какие-то надежды. Чимин поставил чай на тумбочку у кровати и аккуратно потряс девушку за плечо.  — Просыпайся. Тебе надо поесть, — ровным голосом сказал он, борясь с раздражением и злостью ни пойми на что. — Давай же, я не собираюсь нянчиться с тобой. Айрин медленно открыла глаза и повернулась к парню лицом. На мгновение весь мир замер. В голове Чимина заиграла какая-то мелодия. Она родилась просто из ничего. От одного её взгляда. Чимин изо всех сил напряг память, стараясь запомнить каждую ноту, чтобы записать её чуть позже. Волшебный момент был разрушен, когда девушка с визгом подскочила на кровати.  — Что ж так орать, — Чимин от неожиданности отскочил назад.  — Ты куда меня привёз?! — Айрин в ужасе смотрела на парня. Словно он собирался её насиловать или убивать или насиловать И убивать. Чимин бы рассмеялся, но слишком уж был оглушён её визгом. Он всё ещё силился не забыть совсем недавно родившуюся мелодию.  — Ты у меня дома, — ровным голосом сказал парень, примирительно поднимая руки вверх. — Меня зовут Пак Чимин. Мы учимся с тобой в одной школе. Тебе стало плохо в зале, а потом ты расплакалась и уснула у меня в машине, не назвав своего адреса. Что мне ещё оставалось?  — Что ты делал, пока я спала? — девушка недоверчиво смотрела на него, но теперь выглядела заметно спокойнее. По крайней мере, объяснение парня показалось ей достаточно убедительным, чтобы не начать кричать снова. Ещё одного такого визга Чимин бы просто не вынес.  — Сидел у себя на кухне и пытался написать песню для проекта. Даже вещи твои постирал, — покорно ответил парень. — Потом заварил чай и пришёл будить тебя. Ты выглядишь так, словно не ела десять лет и ещё немного. Так что окажи честь, выпей чашку чая. Он зелёный и без сахара. Можешь выбрать любую чашку, я ещё ни из какой не пил. И ни в одну из них не плюнул. Айрин наконец успокоилась и послушно взяла одну из чашек, поднесла к губам и отхлебнула чай. На лице девушки появился лёгкий румянец, словно с каждым новым глотком к ней возвращалось немного жизненной энергии. Она села поудобнее, уютно кутаясь в большое одеяло. Чимин сидел в кресле и внимательно смотрел на неё. Он всё ещё пытался угадать в ней ту сногсшибательную красотку с чемпионата мира по спортивным бальным танцам. — Зачем ты на меня смотришь? - нервно спросила девушка, поднимая на него взгляд.  — Вот расскажи мне, как ты можешь быть той самой Айрин Ли? — спросил он. Айрин удивлённо посмотрела на него. Она явно не понимала смысла его вопроса. Чимин решил всё-таки объясниться. — Видишь ли, я был на тех соревнованиях, когда ты стала чемпионкой мира. Вот расскажи мне…  — А-а-а, — протянула девушка, перебивая его. Её взгляд потускнел, а лицо погрустнело. — Я и сама не знаю, как так вышло. Просто за макияжем, причёской и платьем не видно твоего истинного лица. Ты можешь быть кем угодно. Ты как бывший танцор должен об этом знать.  — Откуда ты знаешь? — выдохнул Чимин, отставляя свою чашку чая в сторону.  — Все знают, — Айрин пожала плечами и снова посмотрела на него. И снова эта тихая ненавязчивая мелодия. Слегка грустная, но такая светлая. — Пак Чимин — лучший студент Пусанского балетного училища поступил к нам и не на направление танца. Ты стал трагедией для Госпожи Дон. Она хотела тебя в свою коллекцию.  — Вот как, — он хмыкнул и задумчиво уставился в окно. — Я и сам задаюсь вопросом, почему выбрал музыку и пение.  — Ты поступил правильно, — Айрин уставилась в свою чашку чая. — Это того не стоит. Ты стараешься, тренируешься, выжимаешь из себя максимум, но в итоге всегда недостаточно хорош…  — А мне понравилось, как ты танцевала, — перебил её Чимин. — Словно маленькое произведение искусства. Ты будто подчиняла музыку себе. Очень красиво. Я не мог отвести взгляд. Даже сегодня, хоть и был удивлён, что настоящая ты не похожа на себя на паркете. Девушка ничего не ответила. Лишь тяжело вздохнула и отхлебнула чай. Казалось, она задумалась о чём-то. О чём-то не очень приятном. Чимин не стал спрашивать. Он прекрасно знал, что чувствуют профессиональные танцоры. Даже не спрашивая Ли, он мог сказать наверняка, о чём она размышляет. О том, что она могла бы сделать лучше. Дотянуть носочек, докрутить поворот, выгнуться чуть сильнее, махнуть рукой чуть плавнее, сделать движение чуть грациознее. Навязчивые мысли о своей бездарности, заставляющие пахать в зале до потери сознания. Заставляющие мучить свой организм диетами, чтобы выглядеть ещё аккуратнее, ещё подтянутее, ещё идеальней. Вечная ловушка танцора. Чимин мог лишь посочувствовать своей гостье. Она настолько сильно загоняла себя тренировками, что не замечала не только своих достоинств, но и того, что нуждалась в отдыхе. Так просто не могло продолжаться, иначе она просто перегорит и растает раньше, чем закончит этот университет. Решено.  — Как ты смотришь на то, чтобы я помог тебе увидеть в тебе красоту и найти в себе ту уверенность, которую ты излучаешь на паркете, только в жизни? — предложил Чимин, протягивая ей руку для рукопожатия.  — И что ты хочешь от меня взамен? — Айрин смотрела на него исподлобья. С недоверием. Словно ожидала, что он потребует секса в качестве платы. Конечно, девушка была чертовски привлекательна, и Чимин был бы совсем не против…. Но он всё-таки джентльмен. И такими вещами заниматься не планировал.  — Мной движут лишь благородные побуждения, — Чимин спокойно выдержал её взгляд. — Твоё тело мне не нужно. Лишь твоё присутствие в моей жизни в качестве музы. Поможешь дописать мне мою песню и катись куда угодно, я держать не стану.  — Обещаешь?  — Клянусь чем хочешь, — твёрдо сказал парень. Айрин Ли вложила свою маленькую ладошку в ладонь Чимина и сжала её. Сильнее, чем парень мог бы ожидать от такого хрупкого существа. Девушка тряхнула его руку несколько раз и одёрнула свою. Ставки были сделаны. Впереди был целый учебный год, полный усердной работы и трудов.  — По рукам, Пак Чимин, — Айрин мрачно посмотрела на парня. — Не особо верю в твою затею, но желаю удачи.  — Айрин Ли, готовься полюбить себя, — Чимин ободряюще улыбнулся ей. Мысленно парень ликовал. Теперь его муза точно никуда от него не убежит. По крайней мере, до написания проектной песни. Это уже хоть что-то.