5.
14 октября 2021 г., 21:47
— Арсений Сергеевич, здравствуйте, — парень опускает глаза при виде мужчины в дверях.
— Здравия желаю, юный алкаш. Проходи, — кажется, будто Попов отчитывает ученика, но в его голосе нет привычной строгости, поэтому Антон находится в лёгком ступоре. Ему, вроде как, стыдно, но его и не ругают. Вчера его готовы были убить, а уже сегодня за столом на его месте стоит кружка чая. — Как вы после вчерашнего-то? Ты извини меня, да и Кузнецовой передай. Я погорячился, — Арсений криво улыбается. Он позволил брань при учениках, что недопустимо. Да и сам будто таким не был: в школьное время с друзьями тоже просил пробивать то сигареты, то пиво. Но не водку же.
— Да нормально вроде. Извинения принимаю и передам, — Шаст сам понимает, что чуть не совершил глупость и, наверное, хорошо, что они наткнулись на Попова, ведь какой-нибудь незнакомый человек вполне мог вызвать ментов.
— Давай приступим к занятию. Ты тему на прошлом уроке понял?
— В целом, да.
— Тогда держи тест, а потом перейдём к новой.
Закончив с проверкой знаний, учитель откладывает листочек, на котором отметил только одну ошибку и обращается к Антону.
— Я вчера Машу спрашивал, как продвигается подготовка к мероприятию, и узнал, что, оказывается, ты полностью отвечаешь за песню и даже за её написание, верно?
— Ага, ляпнул, не подумав, и теперь придётся писать. У нас, кстати, Миша из девятого "В" на барабанах играет, а у меня есть электрогитара, и я спросить хотел, можно ли попросить его помочь? — Шастун нервно крутит кольца на пальцах: не хочется подставлять класс, но у него совсем нет идей.
— Честно, то я не знаю. В понедельник спрошу у Надежды Александровны и тогда оповещу тебя.
— Хорошо.
Попов открывает учебник, чтобы перейти к объяснению новой темы, которая, по его словам, является одной из самых сложных на экзамене. Антон пару раз уточняет какие-то моменты, отвечает на поставленные вопросы от учителя и собирается домой, когда мужчина останавливает его.
— Антон, ты извини меня, пожалуйста. Я вижу, как ты стараешься и я не думал, что ты так отреагируешь на мои слова, — Арсений говорит это спокойным тоном, без какой-либо издёвки.
Парень же глупо хлопает глазами и не понимает, откуда учитель мог узнать, как к нему относится Шаст.
— Ну, хорошо...А откуда...? — Шастун не успевает договорить, ибо его перебивает Попов, который будто ждал этого вопроса.
— Да после занятия слышал, как ты сукой меня называешь, — губ мужчины касается лёгкая улыбка, и он еле слышно хмыкает.
— А, ну... Это просто на эмоциях, — ученика охватывает чувство стыда. Ему ещё год нужно провести с Поповым, а тот уже слышал о себе не самые хорошие слова. И, видимо, всё-таки обратил внимание на то, как на него смотрит Антон и его компания на уроках.
— Да ты чего, Шастун, всё нормально. Мне, кажется, действительно нужно быть помягче.
Парень хотел было дополнить "когда кажется – креститься нужно", но вовремя прикусил язык. Мало ли, по шее получит, кто знает.
— Значит "мир"? — Шаст улыбается и протягивает мизинец мужчине.
— Мир, — Арсений посмеивается, тоже протягивая мизинец.
***
В воскресенье Антон отказывается идти гулять с друзьями, ссылаясь на то, что ему нужно помочь дома. На самом деле Шастун с самого утра загибается из-за тошноты и боли в желудке. Он тратит день на домашнюю работу и прорешивание пробников. Зачем тратить время, если на улицу он всё равно выйти не может? Значит, можно заняться учёбой. Весь день он отпаивает себя чаем с молоком, чтобы хоть как-то унять тошноту. Из-за страха, что жидкость может повлиять на вес, перед сном парень выпивает несколько мочегонных таблеток.***
— Шаст, ты чего такой бледный? Ты, случаем, не заболел? — Ирина касается лба друга, но тот холодный. — Да нет, всё хорошо, просто не выспался, — Антон отмахивается и выдавливает улыбку. Урок английского парень еле отсиживает и даже хочет отпроситься у Арсения Сергеевича с дополнительных, но тот заявляет, что предметники сейчас будут писать пробник, поэтому Шастун вынужден остаться. — Так, сегодня пишем пробную работу, но она неофициальная. Чисто для проверки знаний и для того, чтобы понять, в каком направлении нам с вами дальше двигаться. За пятнадцать минут до окончания занятия, Антон чувствует, как подкатывает тошнота, а голова начинает кружиться так, будто парень находится на американских горках. Он поднимает руку, чтобы отпроситься в туалет. Учитель отпускает парня и просит не задерживаться, так как ждать после звонка Шаста он не намерен. Парень кивает и подрывается с места, что являлось огромной ошибкой, так как из-за передозировки таблетками, голода, а плюсом ещё и резкого подъёма – у Шастуна темнеет в глазах. Он доходит до двери, тянется к ручке, чтобы выйти, а после его глаза закрываются. При виде ученика Попов всего на долю секунды застывает с учебником в руках, а после за пару секунд преодолевает расстояние между своим столом и порогом класса. Благо Антон успел отпрянуть к стене перед тем, как потерять сознание, поэтому он просто стёк по ней, а не упал на пол, из-за чего мог разбить нос. Мужчина помогает бессознательному телу принять горизонтальное положение, после чего пытается хлопками по щекам привести в чувства парня. — Медсестру зовите, срочно! — Арсений чуть ли не кричит в сторону Жени и Насти, которые сразу же ломанулись к выходу из класса в медкабинет. Попов сразу же вспоминает действия первой помощи при потере сознания, поэтому открывает в классе окно, после чего расстегивает ворот рубашки ученика. В класс заходит медсестра в сопровождении одиннадцатиклассниц и обращается к классному руководителю. — Его ко мне в кабинет нужно, сможете донести? — Конечно. — А вы, — медсестра указывает пальцем на девушек, — в столовую за сладким чаем. Арсений аккуратно поднимает парня на руки, после чего следует за женщиной в медпункт. Медсестра указывает на кушетку, куда учитель укладывает Антона, а сама подкладывает подушку под ноги ученика. Взяв нашатырный спирт, она смачивает ватку и подносит её к носу пострадавшего. Через пару вдохов Шастун приходит в себя, резко открывая глаза и подрываясь с кушетки. — Тш-ш, — женщина за плечи укладывает парня обратно. — Дыши ровно. Ты как? Тошнит? Антон, насколько у него хватает силы, кивает, и в этот момент в кабинет залетают Женя и Настя со стаканом чая и шоколадным батончиком. Ученик морщится, ибо в ушах начинает звенеть, но чувствует, как медсестра похлопывает его по щеке. — Антон, ты меня слышишь? Шаст прочищает горло, сглатывая, и еле слышно угукает. — Видимо, сахар в крови упал, — женщина обращается к учителю, и только после этого Шастун переводит взгляд на него. Арсений выглядит испуганным, что выдают его глаза и частое дыхание. Настя протягивает однокласснику чай с сахаром, но последний отмахивается, криво улыбнувшись. — Антон, пей, — медсестра хмурит брови. — Это обязательно? — Антон сам не узнаёт свой голос. Какой-то слишком тихий. Женщина только кивает, и ученик, тяжело вздохнув, принимает стакан из рук девушки, делая глоток. Он выпивает половину жидкости, в голове примерно подсчитывая, сколько калорий нужно забить в приложение. — Антош, ты как? — учитель садится рядом с парнем, а тот лишь округляет глаза от такого обращения. — Почему не сказал, что тебе плохо? — Я думал, что пройдёт, — снова тихо, но более разборчиво отвечает Шаст. — Как себя чувствуешь? — медсестра обращает на себя внимание. — Лучше, спасибо. Извините, — Антон слегка опускает голову из-за чувства стыда. Как можно было потерять сознание в школе? — У них уроки закончились? — женщина снова обращается к мужчине. — Да, у нас просто были дополнительные, — понемногу Попов приходит в себя. — Домой и в кровать, станет хуже – вызываешь скорую. Понял? — медсестра смотрит на пострадавшего, ожидая ответа и, дождавшись кивка, продолжает. — Тебя есть кому забрать? — Нет, — парень качает головой. — Родители на работе. Женщина вздыхает, и в диалог вмешивается Арсений. — Мы с Антоном живём в соседних дворах, минутах в тридцати от школы. Я могу проводить его домой. — Отлично, тогда не буду задерживать. А тебе завтра лучше отлежаться дома, справку я сама напишу, — медсестра с лёгкой улыбкой смотрит на Шастуна. Ученик кивает и шумно выдыхает. Выйдя из кабинета, учитель переводит взгляд на учениц. — Допишем тогда на следующем занятии, идите домой. Девушки кивают и направляются к выходу, а мужчина наказывает Шасту ждать его в холле, пока тот закрывает кабинет. — Идти можешь, спящая красавица? — минуты через три Попов оказывается рядом с Антоном. — Могу. — Тогда пойдём. Вдвоём они выходят из здания, и Арсений достаёт ключи от машины из кармана. — Не забудь друзей предупредить, что завтра не придёшь. А то мало ли что, подумают, что я убил тебя на дополнительных, — уже сидя в автомобиле, учитель заводит его. — Я приду завтра, —Шаст пристёгивается и закатывает глаза. — Ничего такого не случилось, чтобы пропускать занятия. — Конечно, всего лишь потерял сознание и чуть не довёл одноклассниц и классного руководителя до инфаркта. — Я уже извинился, — бурчит под нос парень. — Ага, но лучшее извинение, если ты останешься завтра дома и отдохнёшь как следует. Шастун ничего не отвечает, уткнувшись в экран телефона, но всё же пишет друзьям в беседу, что завтра в школе его не будет и кратко описывает ситуацию.Ир(ис)ка
— Стоп, ещё раз, ГДЕ ты сейчас?
Шастунец
— В машине у Арсения Сергеевича
Поз
— Пиздец.
Ир(ис)ка
— Пиздец. Серый с Окс ахуеют, когда зайдут в сеть.
Шастунец
— Да я и сам хуею.
Поз
— К тебе прийти завтра?
Шастунец
— Можно
На этом Антон заканчивает беседу с друзьями. — Как себя чувствуешь? — Попов на мгновение кидает взгляд на ученика. Цвет лица не такой зелёный, уже лучше. — Нормально, вроде, — парень пожимает плечами. Оставшееся время они едут в тишине. — Спасибо, Арсений Сергеевич, — Шастун снимает ремень безопасности. — Да не за что. Продиктуй свой номер, я вечером напишу тебе по поводу твоего самочувствия. — Хорошо, — Шаст диктует цифры и, попрощавшись, выходит из машины. Дома он сразу заваливается спать. Будит его мама. — Тош, ты как? — женщина беспокойно осматривает сына. — Да нормально, вроде, — парень удивляется. Неужели до сих пор настолько плохо выглядит? — Мне Арсений Сергеевич звонил, рассказал, что ты сегодня в школе сознание потерял. Как ты сейчас? — Майя касается волос сына, поглаживая его по голове. — Лучше, мам. Медсестра сказала, что скорее всего сахар в крови упал, а может просто устал. — Антош, а когда ты последний раз кушал? — кажется, женщина нашла причину. Шаст таращит глаза. Не выдавай себя. Не выдавай не выдавай не выдавай. — Я сегодня на перемене покупал пиццу в столовке. А как домой пришёл, так сразу спать лёг, — Антон выдавливает улыбку. В этот момент желудок начинает предательски урчать. — Пошли ужинать, солнышко, — мама вздыхает. — Да нет, мам, я не хочу. Меня тошнит до сих пор. — Может тогда чай? — Ну, чай можно, — Шастун встаёт с кровати и вместе с мамой идёт на кухню, рассказывая родительнице о том, как проходят занятия, про свои успехи в школе и про то, что ему нужно написать песню к концу этой недели. Вторник парень отсиживает дома, как и обещал. Вечером предыдущего дня ему действительно писал Попов, спрашивал, как ученик себя чувствует. Часам к трём к Антону приходит Дима вместе с Ириной. Серёжа и Оксана не смогли из-за дополнительных по истории. — Ты как, Шаст? — Кузнецова переступает порог квартиры, сразу же принимаясь обнимать друга. — Да живой, — Шастун улыбается, обнимая девушку, а после и Позова. — Мы, вчера, ахуели конечно. Даже писали Арсению Сергеевичу, чтобы расспросить. — Серьёзно? — Ага. Рассказал, как ты отпросился в туалет, а потом просто отключился. А сегодня велел проведать тебя, — Дима проходит на кухню и ставит чайник. — Вот именно, что велел. Будто бы без него мы сами не догадались, — Ира садится на стул, закатывая глаза. Напротив неё приземляется Шаст. — Он, походу, на руках меня нёс. Потому что отключился я в классе, а очнулся в медпункте. — Нет, а ему нужно было оставить тебя? — в вопросительном жесте Поз приподнимает бровь и тянется за стаканами. — Да я не об этом. Я ж огромный и длинющий, — парень вздыхает. — То, что ты длинющий – это правда, а к первой части могу сказать то, что тебя откармливать уже нужно, — друг грозно смотрит на Антона и затыкает в тот момент, когда хозяин квартиры уже открыл рот, чтобы возразить. — И не надо мне тут. Мне Ира всё рассказала. Мы погуглили, что за хуйня может быть. Шаст так же с открытым ртом смотрит на Диму, а после переводит взгляд на девушку, которая одними губами произнесла сочувствующее "прости". — Ты понимаешь, что это уже не норма? Сколько ты весишь? Этот вопрос выбивает оставшийся воздух в лёгких Антона. — Ну, семьдесят семь где-то, может. Позов молча уходит в ванную, возвращаясь с напольными весами в руках. — Вставай. — Там батарейка села. — Да? — Дима включает весы и те охотно работают. Чтобы друг не начал тираду о том, что они сломаны и показывают неправильные цифры, Поз сначала сам встаёт на них. — Работают, исправно. Вставай. Шастун чувствует, как слёзы собираются в уголках глаз. Он не думал, что сможет так быстро проебаться. Табло показывает шестьдесят семь и восемь. Глаза Кузнецовой за секунду увеличиваются в размере. — Тош, ты весной весил на пятнадцать килограмм больше. У тебя рост метр девяносто три, — голос девушки даже начинает немного дрожать. Антон просто пожимает плечами и садится обратно на стул. — У меня всё под контролем. Это всё, что он говорит за всё время, пока Ира судорожно высчитывает индекс массы тела друга, а Дима наливает чай. Кузнецова шумно сглатывает, поднимая глаза на хозяина квартиры. — У тебя уже недостаточная масса тела, ты в курсе? Шаст изображает удивление. Позов, не выдержав, достаёт конфеты из холодильника и ставит пакет перед Антоном. — Ешь. — Я не... — Ешь. Шастун шумно выдыхает, но сдаётся и берёт сладость, откусывая небольшой кусочек. Посидев ещё минут пятнадцать и постаравшись сменить тему, Ира и Димка говорят, что им пора. Проводив друзей, Антон первым делом бежит в ванную. Нужно очиститься. Парню хочется плакать. Теперь придётся врать друзьям ещё более виртуозно, а из дома выходить только в толстовках. Теперь никаких рубашек и футболок. Теперь только ложь.
