Улица роз

      Въехав в город, Джено почувствовал тошноту от жуткого голода. Горячим воздухом немного проветрило голову, но навязчивую мысль приехать домой к Тэну прямо сейчас — не выдуло. Джено притормозил возле какого-то кафе и торопливо прошёл через полупустой зал в туалет, озвучив заказ на кассе. Вымыв руки и лицо с мылом, он посмотрел на своё отражение, вытягивая голову выше, представляя на шее тонкие пальцы, украшенные кольцами, затем тихонько выругался и вышел, краснея от собственных мыслей. Он плюхнулся на диванчик и устроился так, чтобы никому вокруг не было видно экрана, снова запуская видео с Тин-Тином.       Джено сходил с ума, вновь просматривая с самого начала, вновь ставя паузу на моменте с Наной. Нана. Ему вдруг стало любопытно, есть ли тот в каталоге. Анкета парня была в общем разделе, с хорошими фотографиями, не самой высокой оценкой, и странной надписью рядом с рейтингом «Владелец рассматривает возможность передачи объекта». Джено несколько раз перечитал фразу, хмуря лоб, но в итоге решил, что полный и точный смысл постарается узнать у Тэна. Если конечно придумает оправдание тому, зачем вообще полез в этот каталог. Он посмотрел на иконку видео-плеера, решая, что врага всё же необходимо знать в лицо. Да и в остальные места тоже.       Нана был симпатичным, хорошо двигался, но сердце Джено оставалось спокойным ровно до одного момента. Из анкеты он понял, что в отличии от Тин-Тина, который исполнял любые роли с клиентами обоих полов, Нана обслуживал только мужчин и только в роли пассива. Поэтому, видимо, для демонстрации его покорной стороны, во второй половине видео тот был не один: он грациозно подполз на четвереньках к человеку, чьего лица видно не было, но Джено узнал серый костюм и пальцы, увешанные кольцами, что скользнули в рот парня, прижимая корень языка к челюсти. Нана сидел на коленях, смотря не в объектив на потенциального клиента, а на парня, что скользнул пальцами другой руки глубже, словно проверяя, сколько тот сможет выдержать. Нана выдержал, лишь с уголка глаза скользнула одинокая слезинка, которую тут же ласково стёрли чужие пальцы.       — Извините, у Вас всё в порядке? — Джено испуганно заблокировал телефон и поднял взгляд на стоящую возле его столика официантку с подносом. — Вы случаем не заболели?       Джено приложил ладонь к горящей щеке, оттянул ворот футболки и громко сглотнул, всё-таки снимая куртку, о которой забыл.       — У Вас немного душно, но со мной всё в порядке, не переживайте, — он притянул дымящуюся тарелку поближе и игнорируя официантку, что ещё не отошла от столика, принялся за еду.       — Приятного аппетита, — девушка вернулась к кассе, а Джено достал с колен телефон, разблокируя экран, отматывая видео назад.       Вот оно: Тин-Тин глубже толкает пальцы и, чуть погодя, вытаскивает их, вытирая слезинку со щеки мизинцем. Ласково вытирая. Джено крепче сжал палочки, чувствуя как те затрещали в ладони. Он перевёл взгляд с экрана на свой дрожащий кулак, с трудом разжимая пальцы, роняя приборы на стол, вновь блокируя телефон. Он совершенно точно сходит с ума от ревности к Нане, к тому, что тот близко знаком с Тэном, что у них есть общее прошлое. Будет ли ему также плохо, если он увидит Тин-Тина с клиентом? Он быстро проглотил остатки обеда, торопясь узнать ответ на мучающий его вопрос.       Выдавать своё присутствие рёвом мотоцикла не хотелось, потому он снова оставил его на одной из улиц, стремглав бросаясь через парк к дому, возле которого душно пахло розами, цветущими в саду. Джено задыхаясь бежал во весь опор, едва не падая, огибая косящихся на него прохожих. Джено торопился, прижимая к груди шлем, хлопая на ветру полами куртки, торопился, но опоздал: от дома отъехал знакомый белый седан. Джено резко присел, прячась от детектива Цяня за зелёной изгородью вдоль проезжей части. Он задыхался, пытаясь не выплюнуть лёгкие и желудок, что вдруг решил напомнить о себе тошнотой. Было ли дело в том, что он промчался полтора километра после плотного обеда, или его тошнило от мысли о том, что детектив Цянь всё-таки является клиентом Тин-Тина — он не знал точно. Шумно дыша носом, Джено сел на тёплый тротуар и зажал голову коленями, глядя в черноту асфальта под собою.       Слишком много ниточек сплетались в один спутанный клубок: Тин-Тин спал с его отцом, главой наркокартеля, с крёстным, крупным адвокатом, и детективом Цянем, который кружил коршуном вокруг Джено после убийства того мужчины в парке. Джено крепко зажмурился, со стыдом понимая, что забыл про О Юнджэ. Вся заваруха с побегом из дома, собственно, и началась с этого. Под крепко сжатыми веками плясали разноцветные круги, а горечь во рту никуда не исчезала.       — О! Псина, ты чего тут расселся? — кто-то пнул его кроссовок, — Или Тин тебя уже выгнал?       Джено поднял взбешённый взгляд. Нана стоял посреди тротуара со стаканчиком кофе, пакетом со сладко пахнущей выпечкой, и сейчас, в зауженных штанах и безразмерной футболке, в целом выглядел совсем не как тот парень с видео, что ползал на коленях перед Тин-Тином. Хотелось съездить по этой ухмыляющейся роже, но Джено помнил про правила. Он поднялся с асфальта, отряхивая джинсы, молча делая шаг по направлению к дому.       — Воу-воу-воу! Ты куда собрался? — Нана схватил Джено за рукав куртки, но тот вывернулся и пошёл вперёд. — Эй! Слышь! Я с тобой разговариваю! Он не один!       — Если ты про мужчину на белой ауди, то он уже уехал, — бросил через плечо Джено.       — Чего-то детектив сегодня рано ушёл, — Нана догнал его и теперь шагал рядом, — тогда пошли вместе.       — Ты-то зачем мне там сдался?       — Я и не к тебе, псинка, я к Тину, несу ему, — Нана поднял повыше бумажный пакет.       — Это? — неверяще переспросил Джено, вспоминая слова Тэна о том, что он не ест перед встречей с клиентами.       — Слушай, а как давно вы знакомы? — вопросом ответил парень.       — Не твоего ума дело, — буркнул Джено, подходя к нужной калитке, но Нана опередил его, проскальзывая первым, шагая по дорожке спиной вперёд.       — Можешь не отвечать, и так вижу, что ты ничего про него не знаешь, — насмешливо бросил он, самостоятельно открывая дверь.       Джено на это лишь крепче сжал зубы: он, чтобы попасть в дом, должен был позвонить — ему ключей не дали.       — Тин-детка, я привёл твою заблудшую псинку! А то сидел там, на тротуаре! — крикнул Нана, сбрасывая кроссовки в прихожей.       — Что?! — раздалось откуда-то сверху и Тэн сбежал к ним по лестнице, на ходу запахивая полы шёлкового халата. — Дже… — Тэн осёкся, едва не назвав его по имени, — что ты здесь делаешь?       Джено молча смотрел на Тин-Тина, поджав губы. С подведёнными глазами, со звенящими браслетами на запястьях, в струящемся чёрном шёлке, этот парень был похож на того, которого он впервые встретил в баре, на того, кого выменял у Донхёка на зажигалку, на того, кого он вновь увидел в гримёрке бара по-пьяни, и совсем не похож на Тэна, которого он до головокружения целовал на мосту, на того, чьи ссадины обрабатывал после побоев, не был похож на его Тэна, но манил от этого не меньше, разве что чувства, шевелящиеся где-то под рёбрами, отличались. Тин-Тин его интересовал, очаровывал и… возбуждал, раздражая. Мысль о том, что этими самыми губами он только что целовал другого мужчину, возможно, ласкал, заставляла дыхание становиться тяжелее, а взгляд темнеть. Видимо Джено слишком пристально смотрел на его губы, раз Тэн медленно поднял руку и аккуратно коснулся их.       — Что? — непонимающе спросил он.       Джено отвёл взгляд и положил шлем на тумбу, разуваясь и ставя обувь на коврик, игнорируя разбросанные по коридору кроссовки Наны.       — Мне показалось, что у тебя… — Джено вновь смотрел куда-то в пол, не решаясь поднять взгляд. Ему хотелось смотреть и смотреть на него, не отводить взгляда ни на миг, но он вновь почему-то не мог этого сделать. Краем глаза Джено заметил, что Тэн подошёл вплотную, стоя босиком рядом с ним.       — Тебе показалось, я сейчас лишь разговаривал, — Тэн поймал его руку и прижал раскрытой ладонью к своей щеке.       — Разговаривал? — переспросил он дрогнувшим голосом, поднимая взгляд, чувствуя, что тонет в той нежности и заботе, с которой на него смотрел Тэн. Ни интимная роскошь чёрного шёлка, расшитого золотом, ни аккуратные стрелки на веках не могли спрятать за собой его Тэна.       — Да, малыш, — улыбнулся тот ему, и Джено впервые не захотелось вызвериться на это прозвище, захотелось быть им, — сегодня я буду целовать только тебя.       Тэн скользнул в его объятия и доверчиво прижался к груди щекой, закрывая глаза. Джено почувствовал, как сердце в груди затрепетало пойманной птицей. Его руки крепче обхватили узкие плечи, а нос зарылся в макушку. Джено казалось, что он кружится, что мир вокруг плывёт, совсем как гравийная насыпь под мостом. Чужое тепло, ощутимое сквозь тонкий шёлк, проникало под кожу, а под закрытыми веками резвились разноцветные звёздочки.       — Фу! Да сколько можно! — Нана, вернувшийся из кухни, разрушил бы всё волшебство момента, если бы Джено не было на него наплевать.       Плевать, что тот сказал, будто он совсем не знает Тина, плевать, что у него нет ключей от его дома. Тэн здесь и сейчас в его объятиях, а не в руках этого прилипалы. Джено демонстративно отнял Тэна от своей груди и нежно накрыл своими губами его, со звенящей внутри радостью чувствуя, что ему отвечают на мягко-настойчивый поцелуй.       — Мерзость какая!       Тэн улыбнулся, не отнимая губ, и махнул рукой в сторону Наны, прогоняя того обратно на кухню. Джено скользнул по чужим губам языком, чувствуя, что теперь, когда он видел Тин-Тина на том видео, ему будет несравнимо тяжелее удерживать их поцелуи на прежнем относительно безобидном уровне. Тэн, очевидно, почувствовал, как напряжён и возбуждён Джено, потому что чуть отстранился и заглянул в его глаза.       — Не дразнись.       Джено ухмыльнулся и медленно скользнул ладонью по шёлку халата, сжимая бёдра Тэна и прижимая его к себе. В его душе боролось дикое, животное начало, застилающее разум вожделением, и тот милый мальчик, что привык тискать всё-таки девчонок.       — Свежим воздухом надышался, и теперь, кажется, пьян, прости… — Джено знал, что дело вовсе не в воздухе.       — Снова ты извиняешься без повода, — Тэн вздохнул и улыбнулся ему, плавно выскальзывая из объятий, — пойдём, чаем тебя напою, Нана принёс очень вкусные эклеры.       — Я их вообще-то тебе принёс! — возмущённо донеслось из кухни, на что Джено вновь помрачнел, сжимая кулаки. Этот жест не укрылся от Тэна, бережно берущего его за запястье.       — Нана, подслушивать плохо! — они вошли в кухню, где гость сидел, развалившись на стуле в той же позе, что и утром. — Тем более, ты знаешь, что я не буду их есть.       — Тогда зачем он тебе их приносит? — Джено сел, спихивая ноги Наны со стола и разваливаясь на стуле напротив.       Тэн посмотрел на этих двоих и фыркнул, проходя к шкафу с посудой, чтобы достать кружку для Джено.       — Потому что следующий клиент Тина любит, когда в доме пахнет выпечкой, а ещё обмазывает его…       — Мы не обсуждаем это! — резко оборвал его Тэн, ставя перед Джено кружку с чаем и доставая из пакета коробочку с пирожными, украшенными глянцем белоснежной глазури.       Джено смотрел то на один из эклеров, стоящий перед ним на блюдце, то на другой, оставшийся в коробочке. Ему хотелось либо съесть оба, либо смять и выкинуть, чтобы кто-то другой не перемазал его Тэна в этой липкой сладости.       — Что? — хмыкнул Нана, шумно допивая кофе из своего стаканчика. — Представляешь Тина в креме?       — Мин! — рыкнул на него Тэн, убирая второе пирожное обратно в пакет. — Я сейчас выгоню тебя, как утром!       — Можешь и не гнать, я всё равно ухожу, — парень поднялся со стула, сминая в руках стаканчик, — тут слишком сильно воняет… — он вышел из кухни, крикнув с порога перед тем, как захлопнуть за собой дверь, — всякими блохастыми псами!       Джено всё смотрел на пирожное перед собой, молча сдерживая злость на Нану и прогоняя от себя мысли о том, что тот в целом прав.       — Джено… — Тэн подошёл ближе, положив обжигающую ладонь на предплечье.       — Я правда представляю… — сипло перебил он его, поднимая голодный взгляд, — я… — Джено пытался сказать то, что острым осколком скребло горло, — хочу…       — Эй, — Тэн встал на колени рядом со стулом, поглаживая колени Джено, медленно поднимаясь ладонью выше, — не торопись, малыш…       Все эмоции, что сегодня накатывали удушающими волнами, вдруг отступили, словно отлив, обнажающий острые камни. В этой тишине, наполненной их дыханиями и бегающими по лицам друг друга взглядам, Джено услышал свой голос, вдруг показавшийся ему чужим.       — Я — не малыш! — он вскочил на ноги, крепко сжимая ладони на предплечьях Тэна, дёргая его вверх, усаживая на стол перед собой и резко разводя чужие колени, чтобы тут же занять место, которое хотел присвоить.       Тэн испуганно посмотрел в его глаза, и Джено вздрогнул от этого взгляда, вспоминая, что видел его пару часов назад в том треклятом ролике.       — Дже-но, — рвано выдохнул он, сводя колени, руками упираясь в плечи, — не торопись…       Джено с коротким рыком сжал тонкие запястья на своих плечах, отрывая их от себя и прижимая чужие ладони к столу. Он смял губы напротив, закрывая глаза, растворяясь в жадности, с которой присваивал себе мягкие и податливые губы Тэна, тихонько стонущего в поцелуй.       — Я хочу тебя, — прошептал он куда-то в шею Тэна, опрокидывая его на столешницу, игнорируя звон кружки, грохнувшейся на пол.       — Я не могу, Джено, милый, не сейчас, — бормотал Тэн, но Джено видел, как закатывались его глаза, когда он выцеловывал его шею, — не надо… — но Джено чувствовал сквозь тонкий шёлк, как мелко дрожит чувствительное тело под ним, прижимающееся к нему явным свидетельством того, что Тэн хотел происходящего не меньше.       — Я не отпущу тебя, — прошептал он, дрожащими от нетерпения пальцами развязывая тонкий пояс и распахивая халат, чёрной лужей растёкшийся по столу. — Будь хоть на мгновение только моим…       Тэн поднял на него затуманенный взгляд, пробегаясь ладонями от запястий по предплечьям к шее, притягивая к себе для новых поцелуев, перемежаемых сорванным шёпотом.       — Я хочу быть с тобой… Но нам нельзя… Пока нельзя… Не сейчас… Пожалуйста, Джено…       Тэн просил его остановиться, но его руки, забравшиеся под джинсы Джено, говорили об обратном. Джено проскулил в поцелуй, когда почувствовал, как нежно и крепко его сжимает Тэн, перебирая пальцами ниже, оглаживая юркой ладонью. Он лежал на столе перед ним, разметавшись на черном шёлке халата, практически голый, такой уязвимый и хрупкий, что Джено вновь захлестнуло желанием спрятать его от внешнего мира, укрыть собой и ни с кем не делить. Он прижался крепче, впечатывая бёдра под собой в столешницу, притираясь крепче, удерживая на месте дрожащими руками.       — Я с ума схожу, — прошептал он куда-то в рёбра, чуть касаясь кончиком языка вершинки соска. — Если ты попросишь отпустить тебя, я не смогу, но и делать что-то против твоей воли тоже не хочу. Я хочу тебя, но боюсь, что мир перевернётся, если позволю себе то, что мне так нужно… — он упёрся лбом в плечо Тэна, рвано выдыхая от нежных касаний чужой ладони, хозяйничающей в его трусах.       Тот выгнулся навстречу, ускоряя движения рукой, притягивая другой Джено за шею.       — Тогда не отпускай, держи меня крепче, я никогда тебя не остановлю…       Джено знал, от чего Тэн сходит с ума, крепче сжимая ладони на его теле, вновь целуя так, словно губы напротив — единственный шанс на жизнь, единственная возможность дышать. Мысль о том, что если они не остановятся, то Джено перепачкает трусы как мальчишка, едва успела прокрасться в его голову вместе с мыслью о том, что это первый раз, когда его ласкал парень. Джено едва не задохнулся, когда Тэн крепче сжал ладонь, вместе с тем скуля в поцелуй.       — Давай, кончи для меня, прошу… Джено…       Одной рукой Тэн приподнял футболку Джено, заставляя закусить её край, возвращая руку к ремню, оттягиваемому вниз, пока вторая всё настойчивей двигалась вперёд и назад. Джено крепко зажмурился, с рычащим стоном содрогаясь над Тэном, умудрившимся приспустить джинсы в последний миг. Поднимать веки, под которыми плясали разноцветные огоньки, совсем не хотелось. Хотелось остаться в этом мгновении, в котором были только они вдвоём, застигнутые безумием Джено прямо на кухонном столе. Вдвоём: Джено, чьи ноги подкашивались, а руки всё ещё дрожали, и Тэн, опаляющий шёпотом лоб Джено:       — Эй… Посмотри на меня, — Джено всё-таки открыл глаза и мир на секунду словно вспыхнул выцветшим изображением, тут же возвращаясь в норму. Тэн посмотрел вниз, туда, где на его животе дрожали белёсые лужицы, — видишь? Я — твой, а мир всё ещё не перевернулся… До остального мы дойдём не торопясь, потому что… — Тэн поднял взгляд на взъерошенного Джено и погладил по щеке тыльной стороной ладони, — я слишком хорошо знаю что такое секс, но с тобой… — он вновь вздохнул и прикрыл глаза, внезапно заливаясь краской, — я хочу узнать другое... то, чего я никогда раньше не испытывал... — у Джено к горлу ком подступил от такого Тэна: уязвимого, стесняющегося, — мне кажется, что… — Джено видел с каким трудом тот подбирал слова, — что с тобой я мог бы… узнать, каково это — любить.       Тэн говорил, что мир не перевернулся, но был не прав. Джено по-прежнему вроде бы стоял у стола, нависая над ним, но небо с землёй вдруг поменялись местами, заставляя его глупо улыбаться от безумного головокружения: Тэн давал их непонятным отношениям шанс. Взгляд зацепился за блюдце с эклером. Плевать он хотел на то, для чего тот был нужен. Он знает, для чего Тэну он сам и от одной мысли об этом в животе щекотно трепыхались, вероятно, те самые бабочки.