Сборник Ectober Month 2021

      Не смотря на свои действительно бесконечные (очередные загадочные изречения Клокворка как бы намекают на это) неоново-зеленые просторы и видимое отсутствие логики, в противовес царившему хаосу как вокруг, так и среди его обитателей, Призрачная Зона всё равно имеет некоторую константу, пусть и сама эта константа никогда не будет находится на одном и том же месте, так как та, подчиняясь хаотичному потоку измерения, движется вместе с ним.       Обители призраков. Резиденции. Дома. Личный Рай. Личный Ад. Свой уголок. Убежище. Они могут не только иметь множество названий, но и выглядеть по-разному: дома, острова, замки, целые страны или просто летающие в пустоте двери. Несмотря на то, что у этой константы много имен и обликов - суть остается одной. Всё это - Последние Пристанища. В котором вам либо суждено провести остаток своей вечности, либо сделать его тем местом, в которое всегда можно вернуться.       Самым многочисленным и распространенным видом констант являются Двери, что существуют почти в каждом уголке Бесконечных царств, придавая этому измерению лишь большую сюрреалистичность. Почему из всех возможных форм это именно двери?       Всё просто и одновременно сложно. Не стоит забывать, что дверь - это в первую очередь не просто вход или выход, это барьер: своеобразное разделение между внешним и внутренним. Это место, через которое можно пересечь границу двух миров: тот, что подстроился под своего обитателя и тот, что существует вне зависимости от него. И, самое главное, хозяин Двери имеет возможность закрыть её на любой срок, отсекая от себя один из этих миров.       Закрывая Дверь изнутри, её обитатель может не просто искать уединения, но и отторгать, всем своим существом отрицая нынешнюю реальность, а вместе с ней факт когда-то пройденного и уже оконченного пути. Поэтому, врывание в подобный тип Пристанища без разрешения и приглашения хозяина - не просто вторжение в чужой дом с нарушением личных границ, это разрушение иллюзии, а вместе с ней и тщательно выстроенного мира, обнажение неприглядной правды и стирание хрупкого баланса, что обеспечивал душевный покой. Так что, неудивительно, если грубо выдернутый в реальность хозяин этого пространства ответит с чрезвычайной агрессией, преисполненный стремлением выгнать наглого "гостя" как можно быстрее, дабы вернутся к уже привычной норме и отрицанию.       Негласно, подобные места оставляют в покое. Ведь даже при жизни, врываться в чужой дом было не прилично, а уж после... Это стало верхом дурного тона и проявлением вопиющей бесчувственности.       Иногда, в своем стремлении прогнать нарушивших привычное течение жизни призраков из Парка Амити, Денни невольно самому себе напоминает те души, что решили отгородиться от суровой реальности смерти, при надобности отстаивая это право с боем. Довольно пугающе то, насколько сильно ситуация и сам портал временами напоминают одну из Дверей. Фентон изо всех сил гонит прочь мысль о том, что его город это всего лишь очередной уголок, имитация жизни, а он сам лишь существует в отрицании всего того, что находится снаружи, за пределами "портала"? Что на самом деле, его истинная реальность уже давно заключена не в голубом, а зелёном цвете неба.       Конечно, не стоит забывать и о тех, у кого нет дверей или же имеется в пределах видимости Призрачной Зоны что-то помимо них (острова, здания). Подобное можно считать признаком открытости миру, интеграцией с измерением. Принятием вещей. Для таких существ, постоянное лицезрение зеленого неба вместо голубого уже вполне привычное и обыденное зрелище, что может быть не каждому под силу. Будто награду за свое принятие, весь мир принимает их в ответ, давая другим увидеть истинный облик вашей Обители, что среди однообразия фиолетовых Дверей, кричит: "Вот он я!".       И тут было на что посмотреть. Каждый, кто признал своим домом Бесконечные Царства, сиял по-особенному. Например, Сидни Поиндекстер несмотря на свое горькое прошлое и печальный опыт, лишивший его посмертие каких-либо красок, не утратил света в своем сердце, не теряя надежды, всё ещё держа душу открытой для дружбы и мира. Уокер и его Призрачная Тюрьма, что не может существовать без самой Зоны и Призраков в ней, бесконечно стремился пусть и своеобразному, но порядку внутри измерения. Скалкер и его желание ловить все редкие виды, что может предложить загробная жизнь. Будто отражая сущность своего хозяина, остров открыт любому взгляду, смысл в существовании которого будет почти сразу утерян с изоляцией всего вокруг. К ним можно отнести и загадочного Хранителя Времени и его башней, что буквально является одной из шестеренок Бесконечных Царств и всего связанного с ними.       Любого из них нельзя назвать добрым или героическим, но яркими и особенными... Их индивидуальность горит, освещая зеленое марево вокруг и внося особое разнообразие делая Царства тем самым хаотичным местом, полным открытий.       В отдельную категорию можно вынести отдельные территории, плывущие в бескрайних просторах кусочки разных эпох и реальностей. Уже не столь ярые индивидуалисты, представляют собой целые народности, что всегда были и будут едины до и после своего конца. Первым делом сразу вспоминается Королевство Доры, что несмотря на течение времени сохранило былой уклад с поправкой на новые условия бытия. Или же Far Frozen, что живет в глубокой гармонии со своим окружением. Каждое такое Царство представляет собой подобие окна разное время и страны.       Также стоит упомянуть такое уникальное явление, как корабль Янгблада. Его мобильность и особая способность к перемещению в соответствии с волей своего владельца является буквальным воплощением детских стремлений к исследованию и познанию окружающего их мира. На его примере, можно также заметить, что корабль олицетворяет ещё и жизненный опыт самого ребенка, для которого все вокруг - большое приключение.       Из этого невольно видится еще больше связей. Сидни, чей основной опыт, сама жизнь крутились вокруг и внутри школы. Уокер, чья львиная доля мыслей и времени была проведена в тюрьме за работой надсмотрщика. Данную теорию еще больше подкрепляют сплоченные народы из различных эпох, что до сих пор хранят свои традиции и быт.       Денни искренне надеется, что та снежная долина в невесомости просто любимое место Клемпера для новых знакомств, а не олицетворение большей части его жизненного опыта. Если это так, то неподходящая для зимней стужи пижама приобретает совершенно иной, зловещий, смысл.       Иногда, Денни задается вопросом о том, как выглядит его Пристанище? Можно ли считать им Парк Амити, основываясь на старых историях о привидениях и преследуемыми ими мест? Если же это не так, то это будет ближе к Двери или какому-то зданию, территории? И что тогда из себя представляет? Есть ли там образы кого-то из знакомых как в школе Пойндекстера или там невообразимо пусто? Имеет ли вообще право на подобное? Будет ли у него когда-то свой уголок? Где его место? И есть ли оно? Ему не хочется думать, что отсутствие собственной Двери может быть знаком, что нигде нет места для такого как он.