11 марта: Репетитор
15 июня 2022 г., 20:19
***
Когда вчера Маринетт вернулась со свидания с Адрианом, родители огорошили её новостью, что к ним на пару дней приедут родственники из Китая: погостить, Париж посмотреть да на Маринетт подросшую полюбоваться. — Они тебя совсем крохотной видели, в колыбельке только, — улыбалась Сабин, вспоминая прошлое. — А теперь ты вон, какая выросла. Невеста уже. Она обнимала дочку, а Маринетт тем временем с ужасом понимала, что попала в передрягу. За несколько месяцев, что она не практиковалась в языке, из головы многое улетучилось; единственное, что Маринетт помнила предельно чётко, так это то, как сказать «Я люблю тебя», но для общения с родственниками этого недостаточно. Придётся как можно скорее вспоминать разговорный китайский. — Когда они приедут? — нервно посмеиваясь, поинтересовалась Маринетт. — Через неделю, дорогая. Эти слова послужили триггером для того, чтобы Маринетт тем же вечером забросала Адриана сообщениями с просьбами о помощи, написывая как сумасшедшая: 21:33 Ты — мой репетитор, и я тебя покусаю, если ты отнекаешься от меня своими фотосессиями 👿 Или нет! Не буду разговаривать с тобой целую неделю! Адриан же старался, как мог, успокоить её:21:35 не волнуйся, жучок, я приду завтра рано утром, и мы начнём повторение к тому же впереди целая неделя успеется (˘ ³˘)♥ а там потом и к грамматике перейдём
В пятницу Адриан как и обещал, пришёл к девяти часам. Пекарня уже давно работала, и его пропустили наверх к Маринетт, которая, правда, так до конца и не проснулась. Она сонно хлопала глазами, пока Адриан вытаскивал из сумки свой учебник по-китайскому, прописи и Плагга, который глядел на хозяина самыми невозмутимыми глазами. — Так, я тебя не брал с собой, — удивлённо пробормотал Адриан. — И как я тебя не заметил? Плагг важно мяукнул, задрал хвост и умчался к Тикки, мирно дремавшей в ворохе одеял на кровати Маринетт. Её хозяйка же изо всех сил старалась проснуться, но выходило с трудом и было неправдой: в сон клонило неимоверно, и только мысль о скорой встрече с родственниками не давала забыться в Морфее окончательно. — Ну, так не пойдёт. Как же ты на учёбу в понедельник вставать будешь? — цокнул Адриан, оглянувшись на клюющую носом Маринетт. — Ты или идёшь ко мне заниматься, или я становлюсь твоим переводчиком на следующие выходные. Частично это помогло Маринетт очухаться. Всё же ей так не хотелось ударить в грязь лицом перед родными! Но как же хотелось спать… — Ладно, попробуем по-другому, — рассмеялся Адриан. Маринетт смутно помнила, как он куда-то вышел — она не успела над этим даже задуматься, потому что кушетка, на которой Маринетт сидела, вдруг показалась самой мягкой на свете. Поэтому когда Адриан вернулся со стаканом воды, то застукал свою девушку мирно спящей в обнимку с плюшевым котёнком. — Мне жаль будить тебя, но это ради твоего блага — ты сама меня просила об этом, — расслышала сквозь сон Маринетт. Следующее, что она помнила — как что-то полилось ей на лицо. Маринетт взвизгнула, подскочила на месте и — окончательно проснулась. — Что, где, когда? — заозиралась она. На глаза мгновенно попался Адриан, виновато глядящий на неё, и стакан, который он крепко сжимал в руке. Всё мигом встало на свои места. — Прежде чем ты меня убьёшь, я напомню, — поспешил оправдаться Адриан: заметил, как Маринетт начала медленно краснеть от гнева. — Во-первых, ты просила меня помочь с китайским. Во-вторых, ты мне угрожала расправой, если я не помогу. В-третьих, у меня есть вещественные доказательства угроз в виде твоих смс. Ну и в-четвёртых, я должен был тебя разбудить как можно скорее. Его виноватый вид и поджатые в извиняющейся улыбке губы заставили Маринетт сдуться и тяжко вздохнуть: — Хотя бы по-другому разбудил меня, что ли, — она уныло посмотрела на мокрую майку, потом, прищурившись, уставилась на Адриана. — Или это был твой коварный план? Адриан проследил за её взглядом, слегка покраснел и отрицательно покачал головой, хотя взора от облепившей грудь майки не отводил. — Зато ты проснулась. Маринетт закатила глаза и направилась к шкафу: переодеваться. Пока она возилась с одеждой, Адриан успел сходить вниз, где мадам Чен вручила ему поднос с завтраком, и вернулся обратно. Ароматные запахи свежей выпечки тут же заставили желудок Маринетт громко заурчать. После завтрака они сели за учебники. Маринетт всё ещё слегка дулась на Адриана: мало того, что он разбудил её самым варварским способом, так ещё и не поцеловал, как у них вошло в привычку. Это заставляло её гневаться сильнее. Впрочем, на занятии недовольство Маринетт не сказалось: она покладисто повторяла за Адрианом ранее изученные фразы, старалась запомнить новые. Память шустренько восстановила их предыдущие уроки, и дела пошли в гору. Грамматику Адриан решил пока отложить в сторону: сейчас было важнее подтянуть устную речь, не на бумаге же Маринетт собиралась общаться с родственниками. За полчаса до обеда они всё же решили сделать перерыв. Вернее, всё за них решила Тикки: во время очередных соревнований с Плаггом на скорость она запрыгнула на стол и смела все тетради к чертям кошачьим. Маринетт не успела даже возмутиться: кошечки и след простыл. — Ладно, предлагаю немного отдохнуть, — рассмеялся Адриан, наклоняясь за упавшими учебниками. — Да, мысль хорошая, — буркнула Маринетт, у которой голова буквально кипела от количества новых слов. Как бы не забыть их только… Будто бы услышав недовольные нотки в её голосе, Адриан выпрямился и внимательно посмотрел на Маринетт. — Ты в порядке? — Да, хочу на воздух, — вздохнула Маринетт и встала из-за стола. — Голова гудит. По пути на балкон она захватила плед. На улице было довольно прохладно, но в тёплой ткани — самое то. Ветерок приятно охлаждал голову, наводил порядок в мыслях; Маринетт как будто чувствовала, как полученные знания пытались умоститься среди прочих нейронов в мозгу, и было это не очень приятно. Задумавшись, Маринетт не услышала, как на балконе появился Адриан. Она вздрогнула, когда он обнял её. Горячие губы коснулись виска, и Маринетт немного расслабилась, понимая, что кроме Адриана никого тут не могло больше быть. — Ты дуешься на меня? — негромко спросил, продолжая осторожно прикасаться губами к щеке Маринетт. Она поправила сползающий с плеч плед. — Немного, — выдавила Маринетт, наконец. — Ну, я же извинился, — жалобно промычал Адриан ей в шею. — Больше не буду брызгать тебе водой в лицо, обмяущаю. Маринетт фыркнула и развернулась в его объятиях. — Я не на это дуюсь. Адриан удивлённо приподнял брови. Слова Маринетт явно застали его врасплох: он ожидал услышать что-то другое, видимо. — А на что же? — Ты меня не поцеловал, когда здоровался, — нахмурилась Маринетт, чувствуя, как начали гореть щёки. Она теребила пуговицу на рубашке Адриана, не поднимая на него глаз. — Я знаю, — он позабавленно хмыкнул. — Я собирался тебя поцеловать, как только ты выучишь запланированное количество фраз. Маринетт вскинула голову, прищурилась. — Запланированное кем? Тобой? — уточнила она. — Ага, — кивнул Адриан. — Ну, знаешь, в качестве награды за старания, — усмехнулся он. — А знаешь что? — Маринетт бросила на него хитрый быстрый взгляд и приподнялась на цыпочки. — Я сделаю это сама, потому что сто дней обязательных поцелуев ещё не прошли, если ты не забыл, — выдохнула она Адриану в губы. — И я имею полное право целовать тебя куда хочу и как хочу. Адриан только успеть довольно хмыкнуть, как Маринетт завладела его губами и больше не давала и слова сказать. Она обвила его шею руками, притянула к себе. Впрочем, Адриан отставать не собирался: прижал её к перилам — спиной Маринетт почувствовала прохладу металла. Тихий стон наслаждения сорвался с её губ, когда ладонь Адриана скользнула под плед, а потом — и под футболку, сжала мягкое полушарие, скрытое тканью простого бюстгальтера. — Знаешь что? — выдохнул Адриан, с трудом оторвавшись от её губ. — Я тут подумал, что сегодня ты занималась очень усердно. — Мне положена награда? — промурлыкала Маринетт. Она оставила цепочку влажных поцелуев на его шее, а сама краем глаза наблюдала за реакцией, которая не заставила себя долго ждать. Адриан подхватил её под бёдра, крепко прижимая к себе. — Да, — он горячо поцеловал её. — Награда вам непременно положена, моя Леди. И Маринетт довольно зажмурилась, когда он понёс её обратно в комнату. Всё-таки своего она добилась, и приятное долгожданное удовольствие — заслужила. Как и извинения за столь резкое и внезапное пробуждение: Адриан клятвенно пообещал зализать причинённые неудобства, и это во сто крат превышало то, о чём Маринетт осмеливалась просить.
