18 марта: Объятья
17 июля 2022 г., 20:28
***
Маринетт слегка нервничала, когда возвращалась домой из лицея. Её родные из Китая, к приезду которых она упорно готовилась всю эту неделю, скорее всего уже в пекарне: мама сообщала, что самолёт прилетел два часа назад. Конечно, знания она освежила с помощью Адриана, однако нервозность всё равно сохранялась. Ударить грязью в лицо совершенно не хотелось. А ещё из-за каких-то неполадок концерт перенесли с пятницы на субботу, поэтому Маринетт совершенно точно не сможет сбежать вечером из дома, если что-то пойдёт не так. Оставалось надеяться, что она сможет придумать запасной план в случае провала на поприще семейных разговоров. — Всё будет хорошо, — улыбнулся Адриан, который шёл рядом и наблюдал за постепенно мрачнеющим лицом Маринетт. Она тяжело вздохнула и прикусила губу. — Ты так думаешь? — Ну конечно! — воскликнул Адриан. — Они твои родные. Твоя семья. И ты сейчас идёшь, чтобы обнять их, а не сдавать экзамен. После этих слов Маринетт заметно повеселела. И правда, нашла из-за чего переживать. Если что, мама обязательно поможет ей и переведёт то, что Маринетт не поймёт, и все будут довольны. — Я люблю себя накручивать, — с извиняющейся улыбкой произнесла Маринетт, глянув на Адриана. — Я знаю, — весело откликнулся он, но Маринетт и не думала обижаться, только вопросительно приподняла брови. — Я давненько уже заметил за тобой такое. Тебе просто нужно научиться расслабляться и не думать о плохом. Чем больше позитивных мыслей — тем больше позитива в реальности. — Да ты у меня философ, — рассмеялась Маринетт и прижалась щекой к его плечу. Совсем скоро они уже подошли к пекарне. Адриан уже хотел было попрощаться с Маринетт, как дверь вдруг с грохотом распахнулась ровно в тот момент, когда он наклонялся к Маринетт с намерением поцеловать её в щёчку. На пороге стояла крепкая, небольшого ростика женщина с седыми волосами и широкой улыбкой на лице. Она прямо-таки лучилась хорошим настроением, а стоило ей увидеть Маринетт, как позитив подскочил чуть ли не до небес. С громким возгласом: «Маринетт» — она бросилась обнимать опешившую от такого приветствия Маринетт. — Тётушка Дзин! — ахнула девушка, сообразив, кто же перед ней: троюродная тётя всегда здоровалась крепкими объятиями, несмотря на то, что китайцы обычно лишь кивали и улыбались в знак приветствия. Тётя Дзин принялась быстро-быстро тараторить на китайском, с любовью разглядывая повзрослевшую племянницу. Маринетт удавалось выцепить из потока слов «как выросла», «какая красавица» и всё в таком духе. А потом тётушка обратила внимание на застывшего неподалёку Адриана. — <Ага, молодой человек? > — лукаво улыбаясь, спросила Дзин, и это была пока что единственная фраза, которую Маринетт поняла полностью. — <Помню, помню, Сабин писала о вас>. Щёки Маринетт тотчас же вспыхнули ярким румянцем. И что мама там уже умудрилась написать в этих своих письмах родным? Адриан, впрочем, ни капли не растерялся: умение держать ситуацию под контролем у него было привито с малых лет. Он вежливо поклонился и с улыбкой спросил: — <Добрый вечер! Вы покушали?> — <Ах, мне он уже нравится! > — воскликнула тётушка и умудрилась дотянуться до Адриана, чтобы добродушно потрепать его за щёку. — <Да, милый, спасибо. Матушка твоей милой подружки готовит просто восхитительно. А вы как, поели? > — и Дзин окинула внимательным взглядом молодых людей перед ней. — Ну, — замялся Адриан, кинув быстрый взор на Маринетт. Напрашиваться не хотелось: ведь они ещё не ужинали, а отвечать китайцам «нет» на такой вопрос было бы невежливым. На выручки им пришла Сабин, которая уже минуту наблюдала за происходящим изнутри. — <Я думаю, Адриан с удовольствием останется на ужин, не правда ли? > — с улыбкой поинтересовалась мадам Чен, подходя ближе. — <Мы будем рады, если ты присоединишься>, — хлопнула в ладоши тётушка Дзин и, не давая никому опомниться, потянула парочку за собой на верхние этажи дома. — Прости, что так вышло, — тихо-тихо прошептала Маринетт на ухо Адриану, когда они поднимались следом за Дзин по лестнице. — Теперь тебе придётся слушать моих родственничков и отвечать на их каверзные вопросы. — Всё нормально, — улыбнулся Адриан. — Не думаю, что это будет посложнее, чем какое-то интервью. Маринетт фыркнула. И впрямь, для него этого, должно быть, не так энергозатратно, как для неё. В гости к ним, как оказалось, приехала не только тётя Дзин с мужем, но и их внучка — девчушка тринадцати лет: активная и любопытная, болтливая, пожалуй, сверх меры; зато восхищалась всем подряд и буквально заваливала Маринетт вопросами, с ответами на которые ей помогал справляться Адриан. Чуть позже, когда Нинг — полная противоположность своему имени — задремала наконец на кушетке, обнимая довольную Тикки, Адриан и Маринетт тихонько вылезли на балкон, чтобы не мешать своими разговорами. Они устроились в одном шезлонге на двоих, наслаждаясь теплом друг друга. — Она мне тебя чем-то напоминает, — усмехнулся Адриан. — Такая же шебутная? — тихонько рассмеялась Маринетт. Адриан прищурился, как бы изучая её во всех подробностях, а потом чмокнул в висок. — Нет, такая же активная и любопытная, когда дело доходит до того, что очень нравится. У тебя примерно похожий блеск в глазах появляется, когда ты рассказываешь о новом костюме или просто общей идее. Маринетт смущённо потупилась. Ей было приятно такое внимание со стороны Адриана. — Ты когда говоришь о физике, у тебя такие же глаза, — улыбнулась она. — Когда человек горит чем-то, это всегда видно, — назидательно произнёс Адриан, поднимая палец вверх. В следующую секунду они уже хихикали от сказанного. — А сейчас ты горишь? — лукаво поинтересовалась Маринетт, дразня лёгкими касаниями кончиков пальцев ладонь Адриана. Он прижался губами к её шее, и Маринетт с наслаждением зажмурилась, откинула голову Адриану на плечо, чтобы ему было удобнее целовать её. — Сейчас я медленно тлею, — проворковал Адриан ей в кожу. — Ещё чуть-чуть, и вспыхнет искра, но нам пожар сейчас пока не нужен. Внизу дети. — Да ты прямо поэт у меня, — фыркнула Маринетт и, развернувшись в его объятьях, села Адриану на колени лицом к нему. — Но тлеть можно, не сгорая, не так ли? — Возможно, — с лёгкой улыбкой откликнулся Адриан. Он снова потянулся к шее Маринетт и принялся медленно покрывать её поцелуями. Без укусов и даже шаловливых касаний языком: лишь прикосновения губ, ленивые, тягучие, но такие безумно горячие. Маринетт запустила пальцы в волосы Адриана и вся отдалась во власть этих невинных, казалось бы, прикосновений. — Сгорать не сгорая — интересно звучит, — пробормотал он, переходя поцелуями на подбородок и щёки Маринетт. — Попробуем? — Мы уже пробуем, — с улыбкой откликнулась она и в свою очередь поцеловала Адриана, только теперь уже в губы, сводя с ума осторожной нежностью и ласковыми касаниями. Этот вечер был уютно тихим: домашним и по-семейному тёплым — равно как и их объятья и поцелуи. Иногда так приятно никуда не торопиться и наслаждаться тем, что происходит сейчас: лаской и нежностью, приготовленными на двоих.
