Komorebi

— Давайте сходим куда-нибудь вечером! – восклицает Наруто, - за последние два дня я ел только жареного кролика, хочу настоящей еды! Канкуро бросает на Гаару полный усталости взгляд. — Предупреждение в следующий раз будет не лишним, - бормочет он, - я работал с ядовитым газом. Гаара рассеянно улыбается. — Прошу прощения. — Да, да, да… Они дают Канкуро немного времени на то, чтобы перевоплотиться в кого-то не измазанного краской и смазкой для деталей. Саске не знает, почему Канкуро утруждал себя перечислением мест, где можно поесть: как только он упомянул лапшичную, Наруто рванул туда, несмотря на протесты Канкуро. Хозяин ресторана – образец мужественности, но это не мешало испарине выступать на его лбу, а рукам нервно заламываться, когда он выходит поприветствовать Казекаге и его гостей. Он ведет их в дальний угол, где стоит кабинка, отделенная от остальной части ресторана занавеской из бисера. Канкуро и Гаара занимают места напротив Наруто и Саске. — Никогда раньше не ел рамен из Суны – чем он отличается? – спрашивает Наруто, его возбуждение практически ощутимо, пока он смотрит меню. Канкуро пожимает плечами, откидываясь назад и лениво листает свой экземпляр. — Острее. Разные приправы и вся эта хрень…не знаю, попробуй и сравни. Я не спец по рамену, —говорит он. Наруто мычит и почти пускает слюни глядя на фотографии, искусно расположенные среди названий блюд и цен. Внезапно его поражает какая-то мысль, или же он решил фантастически точно изобразить человека, пораженного молнией. Он хватает Саске за плечи, выражение его лица смертельно серьезное. — Я должен быть специалистом по рамену, - говорит Наруто. За столом воцаряется оглушительная тишина. — Что? – выпаливает Саске. — Специалистом по рамену! Мы путешествуем, верно? Я должен попробовать рамен везде, где мы будем проходить! – Он складывает руки и смотрит на потолок с выражением блаженства на лице, - Только представь – все виды рамена, какие только существуют в мире! — Звучит чудовищно, - кисло отвечает Саске. Наруто сникает и бьет его по руке, отворачиваясь. -Я не говорил, что ты должен пробовать со мной. Думаю, ты можешь просто наслаждаться своей скучной обычной едой. Гаара подпирает щеку рукой, наблюдая за диалогом с веселым блеском в глазах. — Я думаю, это отличная идея, - говорит он. — Не поощряй его. — ПОЗДНО! Решено, я теперь специалист по рамену. Гаара, у тебя есть бумага? Я хочу это записать – теперь я буду отслеживать все заведения, где подают рамен. Гаара смотрит прямо в глаза Саске, когда лезет в пальто и достает небольшой блокнот с ручкой, заткнутой в спиральный переплет. — Уверен, у тебя это получится, Наруто. Саске вздыхает и прячет лицо за меню – похоже это неизбежно. Лицо Гаары абсолютно бесстрастно, но он мог поклясться, что тот получает огромное удовольствие, раздражая невозмутимого Учиха. Канкуро даже не скрывает это: он беззастенчиво хихикает. По крайней мере, до тех пор, пока Гаара не бьет его ногой под столом, заставляя изменить выражение лица. Он прочищает горло, ерзает на стуле. — Итак, как дела в Конохе? Только без официальной ерунды из отчетов, - Канкуро меняет тему с грацией трехногого быка. Наруто отрывается от поспешных записей в блокноте. — Хорошо! – бросает он. — Становится получше, - бормочет Саске, выбирая блюдо и закрывая меню. – Сейчас вводится много реформ, особенно относительно того, кому мы позволим возглавлять деревню. Канкуро хмыкает, разворачивает столовые приборы и начинает водить вилкой по столу при помощи нитей чакры. — Звучит как та еще нервотрепка. — Так и есть. Дайме сучатся на каждом шагу. — Еще бы. Кратковременное соперничество забыто, Канкуро и Саске углубляются в политическую беседу, и Наруто быстро теряет интерес. Он уже знал все это — Цунаде уже брала его под свое крыло и посвятила в некоторые наиболее деликатные подробности бытия Хокаге: мысль, которая очень волновала его. Однако он старался не думать об этом слишком много, потому что знал, что до этого, вероятно, еще далеко. Подходит официантка, прерывая их посреди обсуждения альтернативных методов разделения власти, и принимает заказы. Наруто был в середине своего (излишне длинного) заказа, когда владелец ресторана с трясущимися руками привлекает их внимание. — Господин Казекаге, Ваша сестра просит разрешения сесть к Вам. Гаара удивленно моргает, прежде чем махнуть рукой. — Конечно. Не проходит и секунды, прежде чем Темари с ухмылкой одергивает в сторону расшитые бисером шторы. Она все еще одета в боевой костюм, только без огромного веера, и запах костров и пустынного песка преследует ее, она лукаво ухмыляется, выдвигает стул из-за соседнего стола и плюхается на него. — Что, у вас семейный ужин, а меня не пригласили? - Она тянет, поднимая бровь. Гаара усмехается, передавая ей свое меню, чтобы она могла выбрать. — Я думал, ты вернешься только завтра, — признается он. — В Иве все в порядке? Темари издает горловой звук, морщит нос, словно учуяв что-то мерзкое. — Все нормально, детали позже. Никаких разговоров о миссиях во время еды, я умираю с голоду, - Темари смотрит в меню всего полсекунды, прежде чем закрыть его, пожав плечами, - я возьму особое. И можно бутылку саке на стол? Я разочарована, ребята, что у вас его еще нет, вы скучные. Болтовня превращается в бессмысленные короткие разговоры, перетекающие от последних усовершенствований марионеток Канкуро до новообретенной любви Гаары к выращиванию кактусов и суккулентов, и невероятно подробного обзора Наруто сравнивающего рамен с... — Канкуро, твои дела с Шино куда-то продвигают… ой, блядь! Стол резко дергается, когда Канкуро пинает Темари под столом. — Темари. Слишком поздно. — Твои что с кем? - выпаливает Наруто, хлопая ладонями по столу. Лицо Канкуро, уже порозовевшее от алкоголя, становится свекольно-красным, и он плотно скрещивает руки на груди. — Ничего! Мое ничто ни с кем! Замолчи! - Он срывается. Гаара с невозмутимым выражением лица допивает последнюю пиалку саке и осторожно ставит ее на стол. — Он целовался с Шино в последний раз, когда тот приезжал, — спокойно говорит он. — Гаара, - Канкуро выглядит совершенно униженным, и становится только хуже, когда Наруто разражается воющим смехом. Темари тоже, и даже Саске улыбается за пиалкой с саке. Он сгорбился в кресле, от выпивки его конечности кажутся тяжелыми и расслабленными; время от времени локоть или плечо Наруто толкают его, но он обнаруживает, что это не так уж сильно мешает. Темари и Наруто еще некоторое время дразнят Канкуро, расспрашивая о деталях вроде насколько хорошо целуется Шино (на что он не ответил) и когда он планировал должным образом пригласить его на свидание (никогда, потому что он, вероятно, даже не нравится ему в этом смысле!) Пока песчаные брат с сестрой спорят и дразнятся, Саске смотрит на свою миску, в которой осталось немного бульона и лапши. Он отодвигает ее в сторону, толкая Наруто. — Хочешь остатки моей? — Блядь, да. Наруто хватает миску и поднимает, осушая несколькими глотками. Он тихо рыгает, когда заканчивает, облизывая губы. — Ты лучший, Саске, — благодарит он. Наруто широко улыбается, и кажется, будто солнечный свет падает на лицо Саске. Он винит в появившемся чувстве тепла саке и отводит взгляд. — Тц. В конце концов Темари устает выспрашивать Канкуро о его Определенно-Не-Влюблённости и встает, лениво потягиваясь. — Я ухожу домой, я вымотана. Рада встрече, Наруто. И Саске, возможно, - Она дергает плечом, хихикая про себя. Темари вытаскивает несколько купюр из сумки на бедре и кладет их на стол, - Не заблудитесь по дороге домой! С этими словами она проскальзывает между расшитыми бисером нитями занавески и пробирается мимо столов к двери. Канкуро повторяет за ней, вставая с ворчанием. — У меня завтра миссия, хочу немного поспать. И мне нужно уйти от вас, дикарей, - Он бросает на Наруто острый сердитый взгляд. Канкуро оставляет немного денег на столе и тоже уходит. Саске наклоняется и берет бутылку саке — там еще немного оставалось, поэтому он переворачивает ее и допивает последний глоток. Гаара взмахивает рукой, требуя чек, но хозяин восторженно объясняет, что Казекаге и его гости всегда едят за счет заведения. Саске все равно оставляет пачку купюр под тарелкой. Гаара выпил меньше всех, поэтому он первый выходит из ресторана. Если бы не легкий румянец на его щеках, было бы даже не понятно, что он хоть что-то пил. Саске, к своему большому огорчению, не может встать со стула. Наруто это замечает и, не теряя времени, подшучивает. — Какие-то проблемы, ублюдок? – дразнится он. Саске поджимает губы, сверля его взглядом. — Заткнись, я в порядке, — бормочет он, выбираясь из-за стола и петляя по почти пустому ресторану. Который час? По крайней мере поздно. — Конечно. Наруто внезапно оказывается перед ним, и Саске усмехается. — Ты выпил почти столько же, сколько и я, как ты двигаешься? - Он жалуется, толкая двери ресторана и чуть не спотыкаясь, вываливается на улицу. Прохладный ветерок дует ему в лицо, и это облегчение — по крайней мере, ночи в пустыне терпимы. Солнце уже полностью село, свет, разукрашивающий улицу оттенками обожженной глины, исходит от фонарей и гирлянд на лавочках вдоль улиц. — На самом деле я не могу напиться, — просто говорит Наруто. — Курама мешает. Ну, конечно. Он чувствует, как Наруто скользит под его руку, перекидывает ее через плечо и кладет ладонь на бедро Саске. — Что ты делаешь? — Чувак, ты почти столкнулся с той старухой. — Вовсе нет, я ее видел! — Конечно, но ты все равно чуть не сбил ее с ног. — Заткнись. — Заставь меня, ублюдок. Несмотря на переругивания, Саске не пытается вырваться из хватки Наруто; облегчение от прохлады сошло на нет, и теперь ему просто холодно, но Наруто горячий, как печь, так что это наиболее логичный образ действий на данный момент. Тц, логично. Как будто именно это слово все объясняет. Им удается вернуться в башню Казекаге без происшествий, но к этому моменту Наруто практически несет Саске. Он так устал. Наруто бросает его на постель, что несколько шокирует, потому что Саске не помнил, как поднимался по лестнице. Часть его говорит, что он должен быть в ужасе от уязвимости, но другая его часть подавляет это чувство — Наруто все еще не теряет голову, что на данный момент достаточно безопасно. Наруто что-то говорит. — ...легкий, ты большой ребенок. — Заткнись, — инстинктивно пробормотал Саске. Наруто смеется, и Саске чувствует, как с него сдирают сандалии. Он приоткрывает один глаз и наблюдает, как Наруто ослабляет и снимает пояс с оружием, кладя его на рюкзак, брошенный ранее. Наруто замечает взгляд. — Что? Свинцовая тяжесть знакомого набора слов давит на язык, но сейчас он слишком пьян, чтобы держать их под контролем. — Почему ты здесь? - Он бормочет. Наруто поднимает бровь, озадаченная улыбка растягивает его губы. — Потому что ты пьян и недееспособен? - Отвечает. Саске жмурит глаза, прикрывая их рукой. — Нет, я имею в виду… почему ты здесь? Наруто выдерживает паузу, до него доходит истинный смысл вопроса. Саске чувствует, как прогибается кровать, когда он садится, и снова потирает отметину на руке — новая бездумная привычка, которую он приобрел. — Потому что ты один из самых важных людей в моей жизни, — наконец говорит Наруто. На мгновение его рот безмолвно открывается и закрывается, пока он подыскивает нужные слова. Ожидание мучительно, но Саске заставляет себя набраться терпения. Потому что это именно то, что они делали, не так ли? Ждали. — Ты единственный, кто… не смотрит на меня странно. Ты знаешь меня, понимаешь? Он смотрит на Саске, на его лице играет мягкая искривленная улыбка. - Мне это нравится. Ты мне нравишься, несмотря ни на что. Саске опускает руку и вздыхает. Пока достаточно. — Ты такой сентиментальный. — Заткнись. Они оба смеются, Наруто поднимается с кровати и подходит к своей. — Спокойной ночи, пьяница. — Спокойной ночи, господин Неженка.