Порой ш̶к̶о̶л̶ь̶н̶а̶я̶ жизнь бывает непредсказуема

***

— Три, два, один, мотор! — Девушка сидела на съемочной площадке, внимательно наблюдая за игрой Дилана и Льюиса. Сегодня для неё съемок нет, и от нечего делать блондинка решила прийти посмотреть на то, как справляются со своими ролями остальные. Для Эйдана и Одри сделали выходной, как главным героям, они работали вдвое больше, потому им и устроили такой маленький сюрприз, которому Одри была очень рада. Целый день она не попадалась брюнету на глаза и ни разу не пересекалась с ним, ей неприятен его взгляд, он вызывает неприятные чувства, обычно от парня исходил какой-то холод. При каждом взгляде друг на друга тут же хочется отвернуться, им были противны эти гляделки, а в кадре их было очень много. Именно поэтому этот день для Эванс стал счастьем, тем более можно было побыть одной, сходить погулять, а не торчать на съемочной площадке под пристальнымы взглядами Моники и режиссёра, но девушка всё же пришла сюда, но только как зритель. Эти ребята из основного каста казались какими-то странными для Эванс людьми, она даже сама не понимает что именно с ними не так. Кейт слишком веселая и энергичная, это очень напрягает, а когда она пьяная, так вообще, она похожа на деревенщину, громко смеётся и неприлично себя ведёт. Дилан подозрительно навязчивый, вечно замечает какие-то мелочи, которым нужны объяснения, и пока не добьётся своего, не отстанет, а так в принципе он нормальный, вот только ему бы брекеты поносить пару лет, и тогда в плане внешности он будет идеален. Льюис тихоня, довольно скромный и не особо общительный, хотя его внешность очень привлекательная, единственное, он знатно бухает, он столько выпил в тот вечер… Впрочем вся тройня плясала с бокалами винишка, пока возле туалета разворачивалась настоящая драмма, о которой Одри вспоминать не желает, особенно эту прилипалу Джесс. Эта шлюха прям липнет к Галлагеру, но она ему не подходит! Серьёзно? Прямые длинные тёмные волосы, тёмный маникюр, много маккияжа, нарощенные ресницы и исскуственные губы, шпильки десятисантиметровые, не-не, извините, но такая особа точно не может стоять рядом с брюнетом. Это натуральная шлюха, и блондинка уверена, этой шлюхе нужен только секс с её бывшим, ничего больше, её реснички всегда крючатся при виде его, хотя они оба одинаковые, в их жизни важны только секс и деньги, а остальное так, не важно. Эта брюнетка безумно раздражала Эванс, что при виде её ей хотелось Джессику вклочья разорвать. При каждой такой мысли Одри настораживается, с чего бы ей переживать с кем встречается или спит её бывший? Ей же нет никакого дела до этой парочки. Закатывая глаза, понимая, что что-то определённо не даёт девушке покоя, она выдыхает, вспоминая о том, что между ними нет и не было абсолютно ничего общего.

***

— Это Мистер Галлагер, он американец и гражданин США, он приехал в Россию, чтобы обучать школьников английскому, и с сегодняшнего дня он станет и вашем учителем, надеюсь вы поладите и наконец возьметесь за ум. — Железно проговорила классная руководительница, смотря на одиннадцатиклассников. Блондинка как обычно не слушала заумные фразы классухи, которая вечно разводит воду, вместо того, чтобы сказать всё, что надо и мирно свалить, девушка смотрела только на своего нового учителя английского, который заметно нервничал, наверное это его первый опыт. Парень кого-то ей напоминал, но кого именно, героиня вспомнить не могла, бегая глазами по его чертам лица, она заметила две знакомые родинки на левой щеке. На ум не сразу пришла мысль о том, что это тот самый человек, который два года назад поймал Эванс в подъезде, когда она чуть не упала с лестницы, пока бежала вниз. Брюнет был таким милым и заботливым, проверил её слегка повреждённую ногу, а потом донёс блондинку на руках, улыбаясь во все тридцать два. Еловые глаза сверкали чистыми искорками, дружелюбный оказался парень, немного стеснительный. Как оказалось он был её соседом, жил на пару этажей выше, часто общался со старшим братом Одри, которого она отныне хочет навсегда позабыть. Девушка не сразу узнала своего старого знакомого, осознание пришло только после того, как они встретились взглядами. Одноклассник Том сидел рядом с героиней, подперев подбородок рукой, уставшими глазами пялясь на двух преподов. Этот полудурок ещё думал, что украдёт сердце одурманенной блондинки, но увы он потерпел поражение. Эйдан переплюнул всех красавчиков класса, да и в принципе всей школы, может быть всё дело в его национальсти, а возможно во внешности, в харизме или сексуальности. Черт, как же он был хорош…темные волосы, красивые зелёные глаза цвета дикого леса, а его кисти рук…это было самое прекрасное. Венки на его тыльных сторонах ладоней выделялись так часто, что порой не осознаешь, как прикусываешь губу, представляя, как они будут выделяться, когда молодой учитель будет входить пальцами в девичью промежность. Блондинке всегда было стыдно думать о таком, ведь по окончанию дня после таких фантазий внизу было очень мокро… Этот парень заставил её координально поменять себя, перестать вызывающе краситься, выкинуть эту тупую подводку и тёмную помаду с тенями, заставил одеваться женственней, и обойтись без этого чёрного оверсайза. Он помог героине стать той, кто она сейчас, женственная юная леди, умело ходящая на высоких каблуках.

***

Вспоминать школьные годы для Эванс было невыносимо, из хороших воспоминаний есть только моменты с её компанией друзей, Саманты, Николаса и Эндрю. Ни с кем из них увы девушка сейчас не общается. Насколько ей известно её друзья уже давно не находятся на территории её родной страны, Саманта стала британской моделью, довольно успешной, Одри пару раз замечала, как подружка светилась на обложках всяких журналов. Николас и Эндрю сели за решётку, но Николас вышел, как только отбыл половину срока. Оба сидели за торговлю запрещёнными веществами, в основном это был кокс, но так как у Джордана на тот момент была беременная девушка, на восьмом месяце, да бы не ломать жизнь ребёнку и его матери, парень вышел намного раньше, что с ним было дальше — только Богу известно. Эндрю сидит и по сей день, Эванс помнит, как темноволосый бандит приносил пакетики белого порошка, из-за которого блондинке и всем остальным знатно влетело от старшего Эванса, который чуть ли не с корнем повырывал волосы младшей сестрёнки. Вспоминая всех своих друзей, с которыми была знакома больше четырёх лет, девушке хочется плакать, самые лучшие и верные ей люди сейчас далеко от неё, и она даже не знает как они, скучают ли они, живы ли они вообще. В целом жизнь в России не увенчалась успехом, столько плохого произошло там, Санкт-Петербург для Одри казался ещё угрюмее после ухода, и желания возвращаться домой к брату отпадали наперерез, как только блондинка вспоминает всё, что произошло перед окончанием школы. Жизнь в Соединённых Штатах стала раем для неё, наконец она может спокойно вздохнуть, чувствуя ножками прохладную солёную воду на берегу моря в Лос-Анджелесе, поодаль от своей семьи, в которой остался только Билл Эванс, девушка по-настоящему обрела счастье, уехав из России и оставив брата одного, и прежде всего избавившись от прошлой жизни, все остальные проблемы уходили на второй план и были ничтожны по сравнению с её глобальными проблемами. Одри сидела на стульчике, устало наблюдая за Льюисом и Диланом, которые то и дело никак не могли поцеловаться. Как оказалось они были гееми по сценарию, в данном случае Льюис тихий скромный подросток, а Дилан его полная противоположность, смотря на его игру, сразу вспоминается брюнет с еловыми глазами, становится тошно, насколько же это мерзко выглядело со стороны. Представив себе парня, который то и дело вечно выпендривался, показывал своё самолюбие и эгоизм, выдавливая высокомерный тон, хотелось блевать. Неужели Галлагер считает, что это выглядит круто и привлекательно? Если это так, то ему следовало бы присутствовать здесь рядом с блондинкой, да бы увидеть своё отражение или же вид со стороны. — И…снято! Так, ребята, молодцы, продолжим завтра, свободны. — Дилан сразу нашёл героиню глазами, улыбнувшись он снял маску крутого парня, приближаясь к девушке. — Привет, Одри, понаблюдать пришла? — Да, кстати ты прекрасно сыграл Эйдана. — Парень неловко засмеялся, смущённо улыбаясь. — Благодарю, кстати об Эйдане, — С лица Эванс исчезла улыбка, — Я хотел поговорить с тобой на счёт той вечеринки… — О чем ты? — Ты тогда так взъелась из-за Джессики и Эйдана, я так и не узнал что произошло. — Оу, да не бери в голову, просто алкоголь в голову ударил и всё. — А я думаю дело в другом… — Одри подняла взгляд на брюнета. — В чем? — Я знаю о вашем прошлом, узнал от Кейт. — Девушка поджала губы, слегка хмурясь. — Я знаю, тема нелёгкая, да и не особо приятная, но я бы хотел знать что было между вами… — Да что тут говорить…? Он козёл, вот и всё, для него другого прозвища не найдётся. — Голос превратился в сталь, спокойный, но напряжённый, Эванс всем видом показывала, что немедленно хочет закрыть тему, но видимо Нильсен слишком глуп, чтобы её понять. — Вы же встречались, так? — Вновь посмотрев ему в глаза, Эванс нахмурила брови, мда, а этот молодой человек очень навязчив, да и та ещё душнила. Когда тема заходит про личную жизнь или что-то больное, желание с ним говорить всегда сходит на нет. Неудобно было так думать о своём приятеле, но узнавая его всё лучше и лучше, приходишь к выводу, что ценить книжку по её обложке лучше не следует. — «А ведь сначала ты не казался мне таким гадом.» — На этом моменте она поняла, что слишком громко мыслит, ибо лицо Дилана резко сменилось удивлённым, парень поджал губы, тут же умолкнув. Наверняка по взгляду он понял, что взболтнул лишнего, и дело не в телепатии. Хотелось всё же верить, что он не умеет читать мысли, ведь их про него в голове блондинки было тьма, особенно плохих. — Ой, прости-прости, я что-то не то сказал наверное… — … — Она даже не знала, что и сказать, стало неловко думать о плохом, смотря человеку прямо в глаза, но увы со своим гадким характером сложно бороться, хотелось конечно вылить всю боль на брюнета, рассказать ему обо всём, но стоит ли ему доверять? Судя по тому, что благодаря Кейт, об их прошлом знает Джессика и наверняка остальной каст, а возможно ещё режиссёр, Дилану доверять себе дороже, хотя Эванс не могла знать наверняка кто стоит перед ней, предатель или верный друг. — Всё нормально… — Слушай, а ты не хотела бы сходить в кафе со мной? — Он улыбнулся, уже ожидая твёрдый отказ, ведь лицо Эванс было всё еще хмурым, — Ближе к обеду, я угощаю. Девушка выгнула бровь, непонимающе смотря на брюнета, который уж слишком широко улыбался. — Свидание? — Нет, по-дружески. — Одри не особо хотелось иметь что-то общее с Диланом, он вызывал некое отвращение, хоть и отдалённо он ей нравился, как друг. — Хорошо, пойдём. — Героиня перестала хмуриться, сдержанно кивнув, её губы дрогнули в улыбке. — Можем идти прямо сейчас, у меня на сегодня больше нет съемок. — Ясно, а ты не возражаешь, если я зайду за телефоном? Он у меня в номере остался. — Нет конечно, пошли. — Добравшись до отеля за десять минут, пара поднялась в номер блондинки. Открыв дверь в номер, девушка побежала в свою комнату за телефоном, в то время, как Дилан стоял в дверях, оперевшись о стенку. — Давай быстрее, я очень голодный. — Парень закатил глаза, улыбаясь. Видимо услышав открывающееся дверь и голос Нильсена, из другой комнаты вышел Эйдан, который скрестив руки на груди, выгнул бровь, пиля Дилана взглядом. Парень напротив взглотнул, робко кивнув приятелю, неловко улыбаясь. Галлагер посмотрел в сторону комнаты Эванс, которая в ту же минуту вышла в коридор, даже не обращая внимания на недовольного Галлагера, стоящего рядом. — И куда это вы собрались? — Девушка осуждающе посмотрела на обладателя еловых глаз, хмуря брови. — Тебя это не волнует, вали лучше к своей брюнетке. — Твёрдо ответила та, быстро выходя за порог. Парни смотрели друг на друга, Эйдан слегка сощурился, оглядывая зеленоглазого, который быстро выдал. — Мы в кафе, пообедать. — После неловко улыбнулся. Было видно, что он его боялся, Эйдан во всём превосходил Дилана, который в свою очередь был неуверен в себе и слишком труслив, в отличии от Галлагера. — Значит посягаешь на мою бывшую? — Глаза брюнета расширились, он сжал кулаки, продолжая смотреть в еловые радужки. — Мы друзья, Эйд, ты что ревнуешь? — Парень начинал медленно хмуриться, постепенно вгоняя Дилана в панику, он был удивлён такой реакции, почему он ревнует к бывшей? Или у них до сих пор осталась особая связь? Нильсену оставалось только гадать. — Нет, — Процедил сквозь зубы тот, подходя к брюнету, — Просто боюсь, как бы она тебе мозги не вынесла. — Он ухмыльнулся. — Эйдан, успокойся, мы просто вместе пообедаем, ничего больше. — Да мне срать на вас, хоть в кустах ебитесь, мне просто жаль, что такой отброс, как ты завоюет её сердце, ну-ну, просто эта дамочка давно никому не доставалась, и я глубоко сомневаюсь, что ты склеешь её сердце, по крайней мере, удачи тебе, Дилан. — Галлагер повышал тон с каждым сказанным словом, после улыбнулся, как чеширский кот, тихо хмыкнув ушёл к себе. Дилан стоял в ступоре, не понимая, что только что произошло, Эванс давно ждала его на лестнице, но наверняка не слышала ни слова из того, что сказал Эйдан, и хорошо, брюнету не особо хотелось, чтобы блондинка это видела. Выйдя на лестницу, где стояла его подруга, парень облегченно вздохнул, не подавая виду тому, что только что произошло. — Всё нормально? — Героиня выгнула бровь. — Да…да, пошли. — И они направились в кафе неподалёку. В столовой в их отеле есть не особо хотелось, там конечно была очень вкусная еда, морепродукты там, но Дилану хотелось просто посидеть и попить чай с каким-нибудь десертом, при этом не находясь в такой суете. Девушка шла с абсолютно безэмоциональным настроем, она задумалась на несколько минут и почти не поддерживала разговор. — Одри, всё хорошо? — Подруга повернула голову в его сторону, устало кивнув. — Да, извини, я что-то задумалась. — Ясно… — Он опустил взгляд на тротуар под ногами. Всё остальное время они шли молча. Парень привёл блондинку в какое-то простое кафе, в котором почти никого не было. Над головой при входе прозвенел тихий звоночек. Героиня прошла к свободному столику ближе к окну. Выбор был большой, но она стремилась именно к окну, Дилан еле догнал её. Они сели напротив друг друга за столиком для двоих. — Что будешь? — Чёрный кофе. — И всё? — Да, а что? — Без десерта? — Она усмехнулась, улыбнувшись на такой вопрос. — Я почти не ем сладкое, держу себя в форме. — Оу, хорошо. — А ты что будешь? — Да…зеленый чай с каким-нибудь пироженым. — На такой ответ Одри поджала губы. Ему повезло, парням обычно трудно потолстеть, они могут хоть объедаться этими сладостями, не набрав ни грамма, не то, что девушки. Одри на самом деле была бы не против вкусняшки, тем более ей в последнее время грустно, а когда настроение не очень всегда хочется чего-нибудь сладенького, но диета для неё важнее хорошего настроения и получения удовольствия от какого-то каллорийного продукта, лучше выпить кофе, за то будет бодрая. Девушка грустит из-за того, что лишает себя такой маленькой радости, но она напоминает себе, что её фигура просто безупречна, что она нравится парням, которые дают ей чаевые на работе, у неё тонкая талия и хорошо выраженны ягодицы и грудь, в этом Эванс преуспевает, и именно это осознание даёт ей идти дальше, постепенно забывая про жажду сладостей. Через минуту к их столику подошла молодая официантка с двумя меню. — Здравствуйте, добро пожаловать, вам нужно меню? — Улыбнулась шатенка, смотря на Дилана. — Да, пожалуйста. — Парень посмотрел на блондинку напротив, которая хлопала глазками, наблюдая за тем, как девушка кладёт меню на стол. Одри открыла достаточно толстенькую папочку, где её глаза начали разбегаться. Она пролистала до напитков и десертов, где при взгляде на чизкейки у неё потекли слюньки. Живот заурчал, но девушка старалась игнорировать это. — Может ты передумала? — Она не отрывая взгляда помотала головой. По ней было видно, как ей хочется сладкого, но диета держала Эванс в узде, — Точно? — Да, я не хочу ничего больше, тут всё ужасно каллорийное. — Так ты сильно за фигуру боишься? — Девушка кратко кивнула, не поднимая глаз на Нильсена. — От одного тортика ничего не будет. — Не-а, ты не знаешь как это работает. — Одри, ты очень красивая, очень фигуристая, мне казалось ты вообще ничего не ешь, ты дрищ самый настоящий! — Говорил он это с серьёзным взглядом, на эти слова Эванс посмотрела на брюнета, опустив уголки губ. — Закажи что-нибудь сладкое, для тебя это даже полезно будет. — Ты не понимаешь… — И тут она осознала, как сильно переживает за свою фигуру, в её голове было представление о том, как она толстеет и толстеет, превращаясь в шар, это конечно приувеличение, но боязнь за своё тело превышало рамки. — Вот скажи мне, что будет, если ты съешь к примеру торт Наполеон? — … — Тут Дилан стал открыто докапываться до героини, что её очень сильно напрягло, она гладила кисть руки, молча смотря зеленоглазому в глаза. — Я наберу лишний киллограм. — И что? Пускай даже так оно и будет, ты до конца жизни будешь мучать себя и в чём-то себе отказывать? Я не могу смотреть на то, как ты жаждишь еды и не даёшь себе воли, ты сумасшедшая. — Да как ты…?! — Одри уже привстала, чтобы уйти, но увидев грустный взгляд Дилана, она замерла. — Одри… — Он дотронулся до её кисти руки, что была зажата в кулак, но тут же разжалась, чувствуя тепло, — Не переживай так, я знаю как тебе нелегко, новая жизнь, съемки, надоедливый бывший, вся эта напряжённая атмосфера, тебе нужно расслабиться, и ты заслужила кусочек тортика. — Он старался говорить как можно мягче, пытаясь не задеть её чувства, брюнет старался успокоить бурный характер блондинки, которая опустила взгляд, медленно садясь на место. — Ну хорошо… — На душе ей стало легче от такой поддержки, Дилан, как никто другой понимает всю сложность ситуации, и он готов помочь, Одри видит это. Единственное он не понимал причины такой боязни потерять свою прекрасную фигуру.

***

После ухода Галлагера из жизни героини, всё изменилось. Девушка стала часто резаться и причинять себе вред. Она полностью отказывалась от еды, только ежедневно пила воду, к концу года её вес составлял сорок девять киллограмм, при росте сто шестьдесят восемь. Билл старался чем-то помочь сестре, но даже он был не в силах что-то сделать. Одри стала слишком замкнутой, в её голове было непонимание того, почему Эйдан никогда её не любил, всё-таки причин его ухода было миллион, одна из версий это то, что её фигура недостаточно хороша. После таких глубоких мыслей, девушка пришла к выводу, что ей пора сесть на годовые диеты, да бы слепить себе красивое тело. Она всегда думала, что дело именно в этом, ведь в характере и внешности она была хороша, только её тело ей не особо нравилось, поэтому Эванс и пришла к такому выводу, мужчин привлекает прежде всего тело, а иначе почему Галлагер её бросил? Раньше она думала, что её фигура достаточно привлекательна, но спустя время мировозрение значительно поменялось. Грудь героини была второго размера, не особо большая, из-за того, что блондинка слишком часто себе это внушала, она создала себе дополнительный комплекс, что съедал её изнутри. Спустя несколько лет упорной работы над своим телом, Одри наконец пришла к своему идеалу, на грудь ей было уже как-то всё равно, ведь присутствовали красивые бёдра, талия и ягодицы, взявшие название «Главные прелести». Жаль, что Галлагер даже не подозревал о том, через что прошла его бывшая девушка ради того, чтобы достичь выдуманного идеала, какого хотел брюнет. Знала бы сама Одри, что дело далеко не в фигуре.

***

— Ваш заказ. — Мило и спокойно сказала официантка, ставя на стол два кусочка торта «Красный бархат» и чайник с пустыми чашками. Одри передумала брать кофе, ибо мнение она меняет, как перчатки, девушка сияла от счастья, наконец-то она съест что-то вкусное, впервые за долгое время. Хоть этот торт был не особо каллорийный, Эванс всё равно не могла перестать думать о том, как уже начинает толстеть из-за такой выходки. — Приятного аппетита. — С улыбкой сказал брюнет, гордясь тем, что внушил подруге правильные мысли. — Взаимно, Дил. — Она улыбнулась в ответ, наливая себе чашечку зелёного чая.

***

Они оглянуться не успели, как прошло два часа, за окном шёл дождик, погода испортилась, но парочка не обращала на это внимания, они долго болтали, обсуждая всех подряд. — Ты меня оставил в этом клубе одну, Дил! Я уже успела нанюхаться вина, пока ты тусил со своим Льюисом. — Ой, не начинай а, я был пьян, немного начал забывать, что должен был себя сопровождать, да и ты знаешь ли не маленькая, могла бы и сама справиться. — Отшутился он, улыбаясь. — Да ты сучонок тот ещё, я застала эту парочку у туалета, пока вы пили, ты бы знал через что я прошла вообще! — Она улыбалась, хоть в душе ей было очень обидно.

***

— Вообще я считаю Джесс слишком вульгарная, веет прям от неё шлюхой. — Выдала Одри, делая глоток. — Согласен, она мне тоже не нравится, липнит вечно к Эйдану. — Ага, будто у неё есть шансы. — Эванс перевела взгляд, смотря, как капает дождь за окном. — Постой, ты что-ли ревнуешь? — Девушка молчала, хмыкнув она опустила взгляд. — Не знаю, после всего, что произошло я вообще не понимаю что я к нему чувствую, с одной стороны отвращение и ненависть, а с другой… — Ты его всё ещё любишь? — Она посмотрела на Дилана, замечая грустный взгляд. — … — Сердце забилось чаще, когда блондинка вспомнила все хорошие моменты с брюнетом, ей так не хватало его ласковых фраз, ухаживаний, нежных поцелуев и заботы, ужасно осознавать то, что это был спектакль, девушка корит себя за то, что повелась на это, но чувства все же испытывала, но с ноткой злости и обиды, — Ни дня не было, чтобы я о нём не думала… — Так ты любишь его… — Ну а как же? Я же из-за него поменялась, видел бы ты меня в двадцать первом году, когда мне было семнадцать, я была похожа на пацанку, ходила только в кроссовках, в худи там, на мне было много маккияжа, я много курила и пила, один раз вообще употребила кокс, хах. — Героиня заулыбалась, с шуткой смотря на своё прошлое, что послужило ей уроком. — Оу, так ты… — Я влюбилась в него, да, настолько, что довела себя до анорексии, думая о том, что не идеальна. Я не могла найти причину того, почему он ушёл от меня, почему он вообще со мной так поступил. Хотелось бы спросить у него об этом, но обиды на него не меньше, разбитое сердце уже ни чем не склеить… — В глазах появилась пелена, капля боли покатилась по нежной щеке, что начала краснеть от таких откровенний, Одри тут же пожалела, что высказалась по поводу бывшего, возможно Дил осудит её, возможно поддержит, никогда она ещё так не доверяла человеку, — Да и зачем? Я ему все равно не сдалась, у него есть не менее фигуристая Джесс, что открыто к нему клеится, может у них что-то выйдет. Дилан вспомнил тот разговор с Галлагером в их номере, парень тогда чувствовал себя несчастной букашкой, которую вот-вот раздавят, он очень хорошо ощущал ревность в словах обладателя еловых глаз, который точно пытался это скрыть, Нильсен хотел рассказать блондинке об этом, но когда открыл рот, передумал. — Почему ты думаешь, что он тебя не любит? — А что его тогда побудило на такой поступок? Зачем он меня бросил? Он сам написал мне тогда, два года назад, что не любил и вовсе, я не понимаю… — Девушка смахнула слезу С щеки, глубоко дыша. — Не плачь, Одри, тише-тише, — Парень взял её холодную руку в свои, крепко держа, — Не плачь, пожалуйста, Одри… — Он перешёл на шёпот, стараясь сохранять настрой. — Я не плачу, прости, я не знаю что со мной. — Помотала головой героиня, начиная моргать и смотреть в потолок. — «Видел бы ты меня сейчас, что ты со мной сделал, урод.» — Подумала она, опуская глаза.

***

Дождь продолжался ещё час, за это долгое время Одри и Дилан значительно сблизились и многое узнали друг о друге. — Так ты гей? — Эванс выгнула бровь. — Да, всегда им был, меня чем-то зацепил Льюис, прям вот не знаю чем, он такой простой и скромный, хочу признаться ему, но боюсь это не взаимно. — А я так не думаю, он на тебя смотрит таким мечтательным взглядом, возможно он тоже что-то к тебе чувствует. — Ты думаешь? — С дрожью в голосе произнёс он. — Да, признайся ему. — Девушка улыбнулась, увидев улыбку Дилана до ушей. Дождь уже закончился, и друзья решили пойти обратно в отель. Началось постепенно смеркаться. Заплатив за двоих, Дилан вышел за Одри из кафе, выходя на улицу. Они смеялись, болтали про съемки, вспоминали смешные и яркие моменты, пока не дошли до входа в отель. — Ты идешь? — Ох нет, я хочу пройтись немного. — А, хорошо. — Они обнялись, и Нильсен ушёл. Одри пошла вдоль улицы, где находился отель, медленно бродя, переступая мокрый кирпичный асфальт под ногами, что светился от фонарей из-за капель недавнего дождя. На улице было тихо, почти никого не было, девушка перешла дорогу на соседнюю улицу, где такими же спокойными и медленными шагами пошла дальше. Достав сигарету, Эванс подожгла её, вдыхая никотин в легкие, после выдыхая. Она стояла довольно далеко от отеля, облокотившись спиной о стенку какого-то сдания. На небе виднелись звезды с луной, которых увы не хватало, чтобы осветить улицы полностью, вокруг девушки было довольно темно. Она докурила табак, топча окурок ногой, молча уходя. Героиня прошла ещё через одну улицу, смотря под ноги и почти не смотря на дорогу, как вдруг по ушам прошлись еле слышные звуки.

— Кис-кис-кис.

Одри распахнула глаза, сразу понимая, что это было адресовано ей. Она не решалась обернуться, чувствуя страх. Глубоко вдохнув влажный воздух, девушка ускорила шаг, стараясь улизнуть от этого неизвестного. Она слышала, как кто-то идёт за ней, так же прибавляя шаг, и он не собирался останавливаться. Эванс дрожала, продолжая уходить куда-то далеко, в самую темень, это была ошибка. Завернув за высокое сдание, девушка замерла, задержав дыхание. Рядом она слышала, как её продолжали звать.

— Кис-кис-кис.

Одри сглотнула накопившуюся слюну, стараясь не заплакать. Она понимала, что сейчас ей придёт конец, прямо здесь, на какой-то незнакомой ей улице в Торонто. Возможно её сейчас изнасилуют, возможно убьют, возможно украдут. Нервно кусая губы, захлебываясь слезами, девушка повернула голову в другую сторону, и в этот момент её хватают за запястье, резко прижимая к стене. — Чего это мы убегаем? Я тебя зову, а ты не слышишь, киса. — В темноте Одри еле смогла разглядеть маленькие чёрные зрачки, точно бешешенные. — Отпусти! — Блондинка начала вырываться, но тщетно, мужчина прижал женское тело к стене, усмехаясь над жалкими попытками героини убежать. — Урод, отпусти сейчас же! — Он перестал улыбаться, только нахмурившись. — А вот это ты зря, малышка, не боишься, что я тебя отмудохаю за такую грубую брань? — Только тронь меня! — Неизвестный снова усмехнулся, продолжая сжимать хрупкое запястье. — С радостью. — Девушка зажмурилась, но услышав знакомый грубый голос слева, медленно открыла глаза. — Отпусти её! — Эванс не могла поверить своим глазам, брюнет в чёрной кожанной куртке стоял слева от неё и насильника, явно с недобрыми намерениями. — А ты ещё кто? — Отпусти, её, сейчас же. — Мужчина улыбнулся, отпуская руки Одри, на что та вжимается в стену, боясь пошевелиться. — Эйдан, помоги… — В слезах прошептала она, смотря в еловые глаза. Парень нахмурился, подходя к насильнику. — Ты кто такой, парень? — Эйдан посмотрел на Одри. — Неважно, я отдам тебе деньги, только отстань от неё. — Зачем мне твои деньги? Эта малышка намного дороже твоих бумажек. — Не сомневаюсь, — Он улыбнулся, тут же нахмурившись. Этот ответ вызвал внутри героини какое-то странное чувство, — Мы могли бы договориться, я отдам тебе сто баксов за неё, идёт? — За такую? Такая цыпочка сто баксов не стоит, парень. — Галлагер выдохнул. — Двести. — Двести пятьдесят. — Хорошо, — Зеленоглазый достал из кармана бумажник и вытащил оттуда двести пятьдесят долларов, после отдал неизвестному, взглядом давая Одри команду, чтобы она встала за ним. Героиня подошла к бывшему, вставая за его спиной. — Выметайся отсюда, пока я полицию не вызвал. — Спокойно сказал брюнет, сжимая руки в кулаки. Неизвестный молча ушёл, оставляя главных героев вдвоем. Одри выдохнула, прижимаясь к стене. — Ты в порядке? — Безэмоционально спросил брюнет. Блондинка молча кивнула. — Ты меня только что как вещь купил? — Спокойным хриплым голосом спросила та. — … — Парень подошёл ближе, смотря на напуганную Одри. — Нет, это был честный обмен. — Его лицо и голос были абсолютно нейтральными, будто ему плевать на нее, будто он только что не спас Эванс от ужасных последствий. Она немного помолчала, выдав тихое. — Спасибо. — Парень кивнул, ожидая дальнейших действий. Девушка хотела его обнять, но почему-то побоялась, она незаметно облизнула губы, глотая ком в горле. — Пошли в отель, Эванс. — Блондинка пошла в сторону отеля, чувствуя, как за ней идёт брюнет и точно пилит её взглядом. Обладатель еловых глаз смотрел только на неё, крутя в голове варианты возможных последствий, он понимал, что если бы не он, судьба девушки была бы совсем иной. Он догнал её, идя с ней плечом к плечу. Одри опустила голову, медленно шагая обратно к отелю, смотря на тот же каменный тротуар, что до сих пор был влажным. В душе она была очень ему благодарна, даже успела позабыть об обиде и ненависти, ведь этот человек спас ей жизнь. Мысленно Эванс благодарила его, за весь путь обратно раз десять или больше, её сердце до сих пор бьётся с бешенной скоростью. Поднявшись в номер, Эйдан открыл дверь, давая блондинке пройти первой. Он тяжело дышал, никак не мог успокоиться. Он знал, что всё уже хорошо, но не переставал следить за каждым действием героини. Девушка взяла полотенце и пошла в ванную, так же не сказав ни слова. Когда она вышла, уже в ночной одежде, пошла к своей комнате, но её остановил спокойный мужской голос. — Одри, я хочу поговорить с тобой… — О чем? — Её глаза до сих пор были испуганные, красные от недавних слез. — О том дне, когда я уехал, — Сердца обоих бешенно забились, — Я хотел сказать… — Ты струсил, да, я знаю, ты побоялся сесть из-за слухов, поэтому бросил меня. — Н-нет, я… — На её глазах снова навернулись слезы. — Дело в другом, Одри… — Нет, ты жалкий трус, который думает лишь о себе, ты даже не хотел решить эту ситуацию, не попытался даже! Ты просто сленял, оставив меня одну, ты разрушил мне жизнь, Галлагер. — Процедила сквозь зубы та, уже не скрывая своих слез. Эйдан спокойно стоял, виновато смотря бывшей в глаза. — Одри… — Убирайся, я ненавижу тебя. — Вытерев слезы тыльной стороной ладони, блондинка захлопнула дверь, по ту сторону вжимаясь в неё спиной, закрыв лицо руками начиная плакать.

Я ненавижу тебя...