Порой ш̶к̶о̶л̶ь̶н̶а̶я̶ жизнь бывает непредсказуема

***

Девушка проснулась утром, лёжа на кровати. Глаза ещё слипались, не особо хотелось пробуждаться, героиня начала глазами рассматривать комнату, не сразу понимая, что это далеко не комната Джессики из загородного дома, где заснула Эванс. Неосознанно нахмурив брови, блондинка опустила взгляд, обнаруживая на себе своё платье. Почувствовав чьи-то руки на своей талии, она повернула голову, увидя спящего брюнета, который прижимал её к себе. Тут она поняла, что это их номер, и это комната Галлагера. Сердце забилось чаще, глаза раскрылись, отгоняя сонливость прочь, и от неожиданности Одри вскакивает, начиная вопить во весь голос. — Блять! Как я тут оказалась мать твою?! — Парень вздрогнул, открывая глаза, морщась спросонья и от громкого крика блондинки. — Ты совсем уже?! — Тише, малыш, не кричи. — Да ты урод, как я оказалась с тобой в одной кровати?! Да ещё и в одежде?! — Одри размахивала руками, смотря на сонного и спокойного бывшего. — Успокойся, а то сейчас все сбегутся, думая, что тебя тут режут. — Он потер глаз, не обращая внимания на гнев героини. — Объясни что я тут делаю, как я оказалась в нашем номере, если заснула у Джесс дома?! — Я сказал, что мы поругались, и ты уехала, а сам досидел до конца вечеринки, а когда все начали расходиться, я вернулся за тобой, начиная будить, но ты не просыпалась. — Может потому, что ты перепутал афродизиак со снотворным?! Или ещё лучше, смешал всё в одно целое? — Нет, ты просто устала, вот и всё, в общем я кое-как одел тебя и забрал на такси. Потом через запасной вход занёс тебя в номер и уложил. — К себе на кровать?! — Моя комната была ближе, да и мне было бы без тебя одиноко, уверен тебе тоже. — С улыбкой произнёс тот, будто наслаждаясь разъяренной девушкой, подбешивая её этим ещё больше. — Идиот… — Одри стала ходить туда-сюда, продолжая хмуриться. — Ну а как тебя Джесс не спалила? — Я ей сказал, чтобы она ехала домой, ведь она была жутко пьяная, буквально на ногах не держалась, и она не в силах была бы закрыть двери и всё такое, я вызвал ей такси, и она уехала, оставив ключи мне, поэтому оставшись один, я без проблем забрал тебя. Девушка села на кровать рядом с Эйданом. Немного помолчав она решила всё же поблагодарить парня за то, что он о ней позаботился. — Спасибо, что забрал меня. — Он улыбнулся, доброй и уставшей улыбкой, начиная хихикать. — Но обнимать меня и лапать, пока я сплю не следовало бы. — Стальным голосом добавила та, смотря на брюнета серьёзным взглядом. — Извини, принял тебя за подушку. — Галлагер виновато улыбнулся. На эти слова, блондинка кинула в парня подушкой. — Придурок, — Она начала избивать его подушкой, параллельно говоря про него гадости, — Ну ты, и гад, ненавижу тебя, ты сексуальный сукин сын! — Эйдан никак не реагировал, лишь старался обороняться руками, так же смеясь. — Эй, хватит уже, хочешь меня подушкой убить? — Именно! — Она навалилась на него сверху, заставляя Галлагера лечь, а сама, опираясь на колени продолжила его лупить. — Козёл! Да как ты смеешь меня лапать?! — Ты всё равно со мной переспала, почему бы и нет? — Брюнет отобрал у девушки подушку, слегка ударяя её в ответ. — Ах так?! Да если бы не твой афродизиак и длинные пальцы, я бы на тебя даже не посмотрела! — Она взяла вторую подушку, продолжая бить парня в грудь и по лицу. — Да-да, малыш уже начинает отрицать очевидное? Хах! — Парень сто раз пожалел, что сказал это слово вновь, Одри тут же ударила его подушкой по лицу с новой силой. — Да заткнись, Галлагер, ты меня бесишь! — Обладатель еловых глаз двумя руками притянул девушку к себе, на что та ахнула, падая прямо на него. Их лица были в двух сантиметрах друг от друга, белые волосы нависли над брюнетом, который нежно убрал пряди за ухо героини, смотря в ее глаза с какой-то заинтересованностью. Эванс тяжело дышала после такой бойни, она всматривалась в еловые глаза и молча дышала. Эйдан переместил взгляд на девичьи губы, после потянулся, чтобы поцеловать их, но Одри остановила его губы указательным пальцем. — Тс…куда это мы лезем? — Парень нахмурился, смотря на широкую злорадную улыбку героини. — Так нечестно, Эванс. — Всё честно, Эйд, а ты думал я дам себя поцеловать? — А в чем проблема? — Я тебя знать не желаю, понятно? Ты для меня ничего не значишь, ты столько боли мне принёс, так что иди-ка ты лесом, малыш. — Она ухмыльнулась, вставая с парня на ноги, уходя к двери. Эйдан поднялся, опираясь на руки бросил девушке в след. — Сегодня съемки в три часа, не забыла? — Помню я, отстань. — Одри скрылась за дверью, оставив брюнета без поцелуя. Он разочарованно вздохнул, слыша шаги по ту сторону двери.

***

Уже прошло несколько месяцев съемок, фильм был практически готов, оставались значительные сцены, которые могут полностью перевернуть сюжет. К примеру сцена с поцелуем Виктора и Нэнси. А точнее их первый поцелуй. Конечно же Одри не хотела целоваться с Галлагером, не смотря на то, что было ранее. Ей всё же было некомфортно находиться с ним так близко, такая близость вызывает неприятные чувства и почему-то при взгляде на брюнета, хочется плакать. Глаза сами встают на мокрое место, стоит Эванс взглянуть в еловые глаза. Боже, почему так больно? Не оставалось больше места для любви, только отвращение, самопроизвольное, что побуждает испытывать такое? Обида или что-то иное? Выходя из гримерного автобуса на съемочную площадку, она ни о чем не думала, ничего не чувствовала, будто шла на экзамен, где нельзя облажаться. Хотелось снять эту сцену с первого раза, да бы не сливаться в страстном казалось бы поцелуе с очаровательным парнем. Прикусив по привычке губу, что и так была вся покусана, девушка подошла к начальной позиции, ожидая отсчёта до дубля. Она старалась опустить взгляд, не встречаясь глазами с Галлагером, а то получится, как в прошлый раз. Гордость сразу пропадает, стоит ей взглянуть на него, возможно чувства не дают героине совладать с собой. — Три, два, один, мотор! — Звук щелчка перед камерой, и дубль начался. Одри вздохнула, поднимая взгляд на Эйдана. — Зачем ты пришёл? — С маленькой запинкой произнесла та, нервно дыша. — Нэнси, ты не должна этого делать. — Ты не понимаешь! Ты никогда меня не понимаешь! — Одри смотрела в еловые глаза, не отрываясь. — Уходи… — Девушка отвернулась, уже чувствуя сырость на глазах. — Я никуда не уйду, думаешь я оставлю тебя одну?! — Парень взял блондинку за предплечие и развернул к себе, заставляя посмотреть ему в глаза, всё шло точно, как на репетиции в спальне. — Слышишь? — Оставь меня, прошу, я хочу побыть одна. — Героиня опустила взгляд, стараясь пустить слезу. — Я уеду обратно, и ты мне не помешаешь, лучше уходи. — Это исключено, нет. — Спокойно, но одновременно с ноткой беспойства ответил брюнет, нежно дотронувшись пальцами до девичьего подбородка, аккуратно приподняв его. — Почему? — Голос дрогнул. Эйдан аккуратно убрал прядь белых волос за ухо. — Потому что я люблю тебя, Нэнси. — Одри распахнула глаза, чувствуя тонкую мокрую дорожку, стекающую по её щеке. Холодная слеза упала на пальцы парня. — И я никуда тебя не отпущу… Эйдан медленно потянулся к её губам, придерживая девушку за затылок накрыл её губы своими. Эванс робко ответила на поцелуй, начиная медленно покусывать губы брюнета. Ей было ужасно обидно, целовать его даже для роли было противно, мда, под афродизиаком и бокалом вина Одри превращается в совсем другую девушку, более открытую и честную. Сейчас она врёт сама себе, что ненавидит его, закрывается прошлыми обидами, хотя понимает, что любит, но не может, не может, не может просто взять и поцеловать его, при этом не играя никакую Нэнси. — Иии…снято! Это превосходно! С первого дубля! Молодцы! Готовьтесь к следующей сцене. — Они неловко отпрянули друг от друга, блондинка тут же отвернулась и вытерла губы с мокрыми щеками рукавом рубашки. — Одри, сейчас сцена номер тридцать три, готовься. — Протянула Моника, сидя где-то за кадром. — Да, я знаю, уже иду. — Эванс улыбнулась, шмыгая носом.

***

День выдался долгим, мучительно долгим. Девушка вернулась в номер с ватными ногами, наконец-то она смогла лечь. Тело ужасно болело, особенно спина, хотелось спать. Время было примерно семь вечера. Одри переоделась в свою одежду, завязывая волосы в пучок. Тяжело вздохнув, она закрыла шкаф, плюхаясь на кресло, стоящее рядом с кроватью. Блондинка собиралась прочитать один роман, который привезла из Лос-Анджелеса, но никак не могла найти на него время. Наконец сев с книжкой в руках, Эванс открыла первую страницу, ощущая на ней запах библиотеки.

***

Спустя час, Галлагер собрался с мыслями, подходя к двери комнаты своей бывшей. Он глубоко вздохнул, мысленно поддерживая себя. Парень постучался, Одри открыла ему практически сразу, увидев её уставшее лицо, полное непонимания зачем он заявился, кадык Эйдана дрогнул. — Привет, я хочу поговорить с тобой. — Она замерла, слегка сощурившись. — Прошу, выслушай меня. — Брюнет говорил как можно спокойнее. Девушка явно не хочет его видеть, поэтому нужно постараться не выбесить её. — О чем ты хочешь поговорить? Мы всё уже решили, разве нет? — Эванс выгнула бровь. Обладатель еловых глаз отрицательно помотал головой, облизывая губы. — Я хочу объяснить тебе всё, наконец, спустя два долгих года. — Её лицо не горело интересом о чем тот хочет признаться, но блондинка всё же впускает парня в комнату, садясь с ним на кровать. Расположившись рядом друг с другом, Эйдан вздохнул, начиная монолог. — Понимаешь, в тот день, когда я пришёл работать, я не расчитывал на то, что встречу тебя. Первая мысль была о том, что неужели ты та самая девушка, которая когда-то упала мне на руки, спускаясь по лестнице? И… я был в шоке. И скажу сразу, ты меня практически сразу очаровала, пусть иногда и ненавидела меня, как учителя. Но это не означает, что я испытывал к тебе то же самое, я любил и ценил тебя как свою ученицу, соседку всё-таки, и в первую очередь, как человека. Я поуши влюбился в тебя, Оди. — Он говорил это искренне, глядя ей в глаза. — Пиздишь. Раз я была тебе так дорога, почему ты меня оставил? — Девушка сжала кулаки, стараясь сдержать слезы. — Я всё думал что делать со слухами, ведь насколько я знаю, тебя неплохо так измучали за всё это, — Одри опустила взгляд, — Я понял это по синяку на твоём бедре, когда мы спали после трёх недель разлуки, думаю ты помнишь. — А как можно это забыть? Ты же вообще проигнорировал моё состояние, подавленное, не то, что этот синяк, я ещё тогда насторожилась. — В общем я, сквозь слезы принял решение уйти. Я не мог попросту помочь тебе, я не мог ничего сделать, я знал, как тебе плохо, обидно, но тебе не нужен такой, как я, да и тебе будет лучше, если я уйду из твоей жизни. — Дурак…идиот… — Героиня всё мотала головой, уже начиная плакать. — Можно подумать ты так любила меня, что приняла бы меня любым? — Блондинка посмотрела Галлагеру в глаза. — Убирайся нахуй отсюда. — Одри вскочила, уходя на другой конец комнаты, парень пошёл за ней. — Ты меня не дослушала! — А зачем мне тебя слушать?! Ты ведь считаешь, что я не любила тебя настолько сильно! Ты правда думал, что так будет лучше?! Ты идиот?! Да я из-за тебя сидела на годовых диетах, мучала себя, гадала, что я сделала не так, почему ты уехал, нет, бросил меня?! — Её голос сорвался на крик. — Я не мог иначе, малыш… — Ты оставил меня одну, кретин! И я знаю почему, — Она подошла к бывшему, — Ты боялся сесть, признай это, мы могли бы всё решить, но ты просто взял и уехал, выслав мне смс «Будь счастлива». Да ты хоть знаешь, что я испытывала?! Я ревела сутками, я была так обижана и разбита, что резала себя черт возьми! Я жить не хотела! Но тебе то плевать, ты ведь не любил меня, раз так поступил, ты просто хотел меня выебать, тебе было совершено плевать что будет со мной! — Выкрикнула та, захлебываясь слезами. Галлагер сам чуть ли не плакал, он осознавал свою ошибку, он знал, что поступил необдуманно и ужасно плохо, из-за него его девочка покалечила себя и свою жизнь, думая, что она неидеальна, он разбил ей сердце, сделал сукой и попросту смылся, заживя своей жизнью. — Я знаю, что натворил, не спорю, как я тебя увидел, я сразу прокрутил в голове тот роковой день, и я знаю как тебе больно, ужасно больно, и я корил себя за это, что я ебанный трус! Я бросил тебя там одну, не разобравшись во всём этом, я урод тот ещё, ты права, и поверь мне, я хотел вернуться, я бы вернулся, но я не знал примешь ли ты меня, поэтому каждый ебанный день я убивался, всё думая о тебе, не было ни дня, чтобы я о тебе не думал! Даже, когда я трахал каждую шлюху и имел во все дыры, я думал только о тебе! Да, я трус! Я боялся сесть из-за ебучих слухов каких-то школьников, которые завидовали тебе, я сто раз пожалел, что уехал, мы могли бы всё решить, быть вместе, как раньше, но увы я принял такое решение, за что прошу прощения! Прости меня, Одри, прости за то, что я уехал и бросил тебя! — Он кричал это во весь голос, смотря в глаза, полные горьких слез, что текли без остановки, голос дрожал, но Галлагер продолжал кричать. — Прости меня, малыш, я люблю тебя, безумно люблю, я всегда тебя любил... — Брюнет сам не заметил капли, стекающие по лицу, он наконец открылся ей, высказал то, что так хотел сказать ещё несколько лет назад. И он сказал это. Груза на душе сразу не стало, стоило Эйдану рассказать правду, девушка плакала, молча смотря на злого, уставшего и грустного бывшего, что наконец рассказал ей обо всём. Слез стало вдвое больше, Эванс поверить не могла, что всё могло вот так обернуться. Это так ужасно… — Прошу, уходи… — Тихо выдавила та, отворачиваясь, закрывая лицо руками. — Оди… — Уходи! Я ненавижу тебя! Козёл блять… — Она села на кровать, отвернувшись к окну. — Малыш… — Эванс хныча мотала головой, стараясь больше не слушать его. — Прости меня… — Парень постоял какое-то время, а после, тяжело вздохнув решил оставить свою девочку одну. Девушка легла на кровать, начиная громко реветь во весь голос. Её голос хрипел, но крик всё не утихал. Горло болело от такой вспышки эмоций, но Одри было плевать. Закрыв лицо руками, она стала дрыгать ногами, ударяя ими по кровати, из-за чего та громко скрипела. Такое чувство пустоты на душе, ничего не хочется, просто спрыгнуть с вышки и разбиться. Обидно, ей обидно за то, что она угробила свою жизнь ради этого козла, который только сейчас рассказал правду. Но не будь его, не было бы Одри Эванс, а только Оди, девчонка, что постоянно курит и пьёт, сидя у заброшки рядом с друзьями. Возможно она была бы какой-нибудь шлюхой или быдлом, если бы не он. Пусть она прошла через девять кругов ада, пусть героиня измучала себя, но на выходе она стала самой очаровательной и желанной девушкой, стройной и красивой. В душе Эванс благодарна Галлагеру, но эта благодарность таилась где-то в самой глубине, где-то далеко-далеко. Эйдан стоял за дверью, глядя в пустоту слушал, как кричит Одри, его глаза дергались, он нервно дышал, сердце билось с неистовой скоростью где-то в горле, кадык дрожал, как и руки. Галлагер хотел вернуться и успокоить её, но мозг говорил ему дать девушке остыть и не вмешиваться, её хриплый голос, удары по кровати и подушке, это невыносимо было слушать. Это ужасно. Ещё где-то час блондинка не могла успокоиться, всё что-то кричала и плакала, без остановки, она, казалось разнесла всю комнату, пока выплескивала свои эмоции наружу, а потом еле смогла встать и пойти в ванную. Всё тело болело, особенно спина и плечи. Увидев своё отражение, девушка ужаснулась. Перед ней стояла уставшая блондинка, волосы которой лезли в опухшие от слез глаза, красные, зрачки уменьшились до маленьких точек. От самой себя страшно. Голова склонилась на бог, уголки губ были опущены, а веки сами по себе закрывались. Потерев глаза, Одри разделась и залезла в душ. Тёплая вода побежала по голове и лицу, со временем намочив всё тело. Вдохнув полной грудью, Эванс наконец расслабилась. Выйдя из-под горячей воды с красноватой кожей, Эванс обмоталась полотенцем, после переоделась и вышла из ванной комнаты, и на ватных ногах еле дойдя до спальни, тут же упала на постель, почти мгновенно засыпая под тихие всхлипы.