Half-Blood Princess

Рождественские каникулы в значительной степени проходят именно так, как ожидала Элора. Их сундуки и все вещи из Хогвартс-экспресса были доставлены в поместье Малфоев, поэтому Элора позволила Майло свободно бродить по дому, особенно в той комнате, которая все еще была отведена для Элоры.  Она проводит все свое время с Драко, в основном рисуя и сочиняя рассказы. Видите ли, она нашла свой старый дневник, поэтому достала ручку из своего сундука — чем Драко был довольно очарован — и начала писать обо всех вещах, которые делают ее счастливой. Такие вещи, как музыка, искусство и чувство свободы… что-то в этом роде. Драко, конечно, тоже появляется пару раз, и именно поэтому в настоящее время она отказывается позволить ему прочитать написанное, к его большому разочарованию.  Но с течением времени ей становится все труднее и труднее думать о том, о чем писать. Вещи, которые делают ее счастливой. Сейчас она пишет о самых случайных делах, отчаянно пытаясь писать хотя бы об одной вещи в день: дождь идет довольно часто, как и грязевые бои, запах свежей краски и то, как распускаются цветы.… Просто случайные вещи, о которых она может думать каждый день, чтобы у нее, по крайней мере, было что-то приятное в жизни.  Потому что, видите ли, они сейчас возвращаются в школу. И Элора предпочла бы остаться здесь с Драко и даже, возможно, с Волан-де-Мортом, чем вернуться в школу и иметь дело с Северусом, Амикусом и Алекто. И это даже не говоря о том, что она должна каким-то образом выяснить, где Гарри, и предать всех. Потому что либо это, либо Драко пострадает.  – Вы двое все упаковали? Элора поднимает голову на звук знакомого голоса у двери. Нарцисса.  Вообще-то, она была великолепна в эти каникулы. Такая милая и покладистая — она исключительно хорошо относилась к Элоре, заботилась о ней, как о собственной дочери. Элора, конечно, очень ценит это, поскольку Люциус был немного скуден в проявлении родительских чувств — что вполне понятно, в свете того, что происходит в мире, — но милое отношение Нарциссы только заставило Элору скучать по своей собственной матери.  Конечно, она написала Грейс — она каждый день пишет письмо своей маме. Сначала девушка отдавала их школьной сове и надеялась, что сова просто знает, где ее найти. Но Элора так и не получила ответа. И один или два раза совы даже возвращались к ней и возвращали недоставленное письмо.  Это заставляет ее беспокоиться, что с мамой что-то случилось. И каждый раз, когда она думает об этом, ее сердце сжимается. Потому что слизеринка не знает, как отреагирует. На самом деле, Элора боится того, что может натворить. Так что теперь она просто прибегает к тому, чтобы писать Грейс письмо каждый божий день, когда они не вместе, запечатывать и хранить для себя, спрятав под одеждой в своем сундуке. По крайней мере, так, если она когда-нибудь снова увидит свою маму, она будет знать, что сказать.  – Да, почти, – отвечает Драко своей матери, запихивая одежду в свой сундук.  – Драко, сложи свою одежду как следует, – ругает Нарцисса, но блондин просто отмахивается от нее, и она вздыхает, поворачиваясь к Элоре. – Тебе нужна помощь, милая? Элора улыбается и качает головой. – Спасибо, но я думаю, что справлюсь сама. Нарцисса кивает. – Тогда ладно. Я жду вас обоих внизу через двадцать минут, готовых к отъезду. И с этими словами она уходит, оставляя Драко и Элору сидеть в беспорядке, который является комнатой для гостей. Краски Элоры по-прежнему валяются повсюду, и хотя им удалось вывести пятна с пола, комната стала более красочной и грязной. Элора вздыхает и на прощание похлопывает по своей гитаре, как и по большинству своих вещей для рисования. Однако она берет с собой несколько тетрадей и альбомов, а также стопку книг, которые она, вероятно, прочитает за первые две недели семестра. Только за последнюю неделю каникул она прочитала "Эмму" Джейн Остин, "Гроздья гнева" Джона Стейнбека, "Старика и море" Эрнеста Хемингуэя, "Сказку служанки" Маргарет Этвуд и "Братьев Карамазовых" Федора Достоевского, и это даже не все. – Давай, Майло, – просит Элора, поднимая коричнево-белого кота и почесывая его за ушами, — пора идти. И с этими словами Элора и Драко спускаются вниз со всеми своими вещами, встречаясь с Нарциссой и Люциусом в гостиной.  Прощание происходит быстро, Люциус кивает Элоре и похлопывает сына по спине. Затем Нарцисса взмахивает палочкой, несомненно снимая с комнаты заклинание против аппарирования, прежде чем взять Драко правой рукой, а Элору – левой. Следующее мгновение они кружатся в вихре цветов и огней, прежде чем жестко приземляются за кирпичной колонной на платформе девять и три четверти.  Первое, что замечает Элора, – это тот факт, что на платформе почти нет студентов. Похоже, так много людей были напуганы ужасами последнего семестра, что их родители решили оставить их дома до конца года. Элора их не винит. Если бы она была родителем, она бы тоже держала своего ребенка дома в безопасности.  Второе, что замечает Элора, – это то, что на платформе нет счастливых лиц. Вообще никаких. Вместо того, чтобы дети прыгали в поезд, смеялись и обнимали своих родителей на прощание, они серьезны и печальны, их глаза полны страха и ужаса. Ясно, что никто не хочет возвращаться в школу в этом семестре. Опять же, Элора их не винит. Она тоже не хочет возвращаться.  Нарцисса крепко обнимает их на прощание, после чего Драко и Элора загружают свои вещи в поезд, машут блондинке, прежде чем отправиться по Хогвартс-экспрессу в свое купе.  Драко едва успел открыть дверь, как его оттолкнули в сторону. Элора отшатнулась назад, полностью поглощенная происходящим. Она чувствует, как слезы наворачиваются на глаза, бросает свой багаж, чтобы обнять Блейза в ответ обеими руками, уткнувшись лицом ему в грудь и крепко зажмурив глаза. О, Мерлин, как она скучала по нему.  И снова, пока она была в поместье на каникулах, ей не разрешалось отправлять или получать никаких сов от кого-либо из друзей, поэтому она вообще не общалась с Блейзом. И, да, слизеринка знает, что рождественские каникулы были намного короче летних, но в свете недавних событий – другими словами, ситуации, в которой она была в последний раз с Блейзом, – она еще больше рада воссоединению с ним.  – Тебе нужно начать жить со мной, – шутит Блейз, когда наконец отстраняется от нее.  Элора издает смешок, улыбаясь и качая головой, затаскивая свой багаж в купе. Драко бросает на Блейза свирепый взгляд, но тот либо не замечает, либо ему все равно.  Элора просто закатывает глаза и плюхается рядом с Блейзом, напротив Драко и Пэнси, единственных других двоих в купе. Кажется, Малфой ясно дал понять, что больше не хочет, чтобы Винсент и Грегори были рядом с ними. Честно говоря, Элора очень благодарна этому факту.  — И что? – начинает Блейз, поворачиваясь к своей лучшей подруге.  — Ну и что? – спрашивает Элора, приподнимая бровь.  – Он был там снова? Элоре не нужно спрашивать, кто такой ‘он’. Она кивает.  – И? – И ничего, – выкрикивает она, складывая руки на груди и откидываясь на спинку дивана, — Он разговаривал со мной, угрожал, и теперь у меня больше работы.  – Он снова угрожал тебе этим мерзавцем? – коротко спрашивает Блейз, кивая на Драко, который насмехается над ним.  Элора сухо смеется. – Кем еще?  Блейз притворяется оскорбленным. – Ну, я, конечно, надеюсь, что ты заботишься и обо мне. – Я рада, что ты готов рисковать своей жизнью, – усмехается Элора, качая головой.  Блейз ухмыляется, и девушка ловит себя на том, что улыбается, благодарная ему за то, что он может легко отнестись к такой ситуации.  Оставшуюся часть поездки на поезде в Хогвартс они вчетвером не разговаривают; Элора и Блейз иногда легко болтают о чем-то своем, совершенно не связанном с ситуацией, в которой сейчас находится мир, но Драко и Пэнси редко присоединяются; тогда Малфой и Элора начинают болтать, а иногда даже Драко и Забини. Но Элора замечает, что Пэнси за все это время не произнесла ни единого слова.  Если честно, ей немного жаль эту курносую девчонку. Элоре ясно, что, хотя родители Пэнси полностью проникнуты Волан-де-Мортом и всеми его деяниями, она не хочет принимать в этом абсолютно никакого участия и боится возвращаться в школу, опасаясь, что она хоть в чем-то переступит черту и будет наказана за это.  Даже в прошлом семестре Элора заметила, что Пэнси не разговаривала в классе, избегала зрительного контакта с Амикусом и Алекто и не хотела участвовать в пытках, которые они должны были проводить. Конечно, она это сделала, но Элора знает, что слизеринка этого не хотела, и ее Проклятия Круциатуса были явно наполовину искренними.  Элора раньше ненавидела Пэнси, как, по ее мнению, ненавидела всех, но она всегда считала Паркинсон такой несносной, грубой и подлизывающейся к Драко и Северусу – еще двум людям, которых она раньше ненавидела. Ну, раньше она ненавидела Малфоя, но, конечно, не сейчас. Теперь ей вроде как нравится девушка напротив нее. Северус – это совсем другое дело.  Элора знает, что Грейс сказала, что независимо от того, насколько убедителен Северус, он все еще работает на Альбуса и все еще "хороший". Она сказала, что у Северуса есть своя мораль, и он на самом деле все еще работает над приказами Дамблдора и его желаниями, чтобы помочь победить Волан-де-Морта. Элоре на это наплевать. Независимо от того, на какой "стороне" он находится, независимо от того, кому на самом деле предан, нет абсолютно никакого оправдания издевательствам и позволению пытать детей. Ее не волнует, что у него была дерьмовая жизнь — у каждого в жизни происходит что-то отвратительное – тот факт, что он все еще держится за это и все еще ведет себя как мерзавец по отношению ко всем, включая его собственную дочь… это просто показывает, какой он человек на самом деле. И Элора не думает, что когда-нибудь сможет простить его.  Черноволосая девушка поднимает глаза, когда поезд подкатывает к станции Хогсмид, рассеянно глядя в окно, полностью погруженная в свои мысли в течение последнего часа.  Она встает вместе с остальными тремя, и они молча выходят из купе, рука Блейза обнимает Элору за плечи, к огромному раздражению Драко. Однако он ничего не говорит, зная, что Забини просто присматривает за ней, несмотря на когтистое чудовище в его животе, которое утверждает обратное.  Вместо сотен студентов, которые обычно выпрыгивают из поезда и направляются к вагонам, громко болтая друг с другом, направляясь к замку, здесь меньше сотни детей, и все они молча идут к экипажам, запряженными фестралами, которые теперь почти каждый студент может увидеть.  По мнению Элоры, это печально, и она уверена, что фестралы, должно быть, сбиты с толку тем, почему им вдруг уделяется так много внимания. Но она все равно забирается в карету со своими слизеринскими друзьями, кладет голову на плечо Драко. Она молчит всю дорогу до замка — девушка не знает, что сказать. У нее такое чувство, что в этом году так будет еще довольно долго. Но, клянусь Мерлином, она надеется, что это не так. Где бы Гарри сейчас ни был, она надеется, что он близок к разгадке гибели Волан-де-Морта.  Кстати, о Гарри, как, во имя Мерлина, она собирается его найти? Волан-де-Морт специально сказал ей, что теперь, когда она завоевала всеобщее доверие, Элора должна каким-то образом использовать его, чтобы найти Гарри и предать его. Но как она собирается это сделать? Слизеринка понятия не имеет, с чего даже начать. Ну, она слышала о взломе Министерства, который совершили Гарри, Рон и Гермиона, но это было несколько месяцев назад, и с тех пор о них не было абсолютно никаких вестей.  Так как же она должна защищать Драко, если понятия не имеет, как добраться до Гарри? По ее мнению, это безнадежная ситуация, и она не может представить, как сможет найти выход из нее в ближайшее время.  – Элора. Экипаж остановился, и Малфой наполовину спустился, протягивая руку, чтобы помочь ей выйти. Она берет ладонь и выпрыгивает из кареты, медленно поднимаясь по парадным ступеням замка вместе с ним и Блейзом.  Но когда Северус встречает их в дверях, когда он проверяет каждого ученика своей палочкой и когда ведет подсчет на свитке пергамента, чтобы отслеживать, какие ученики вернулись в школу, а какие отсутствуют… Элора знает, что этот семестр будет еще хуже, чем предыдущий.