Мой беременный Такаба Акихито

Эти несколько недель, что мы с Асами вдвоем провели на острове, были прекрасны. Думаю, никогда в жизни я не отдыхал так тщательно, если вообще можно так выразиться. Как сказал мне Рюичи: «Не думай ни о чем и набирайся сил. Последующие лет шесть не думаю, что ты сможешь так спокойно дышать, моя ты беспокойная мамаша». Боюсь, что где-то он прав. Если я так сильно беспокоюсь о малыше сейчас, хоть он еще и не родился, то потом ему спасу от меня не будет… Надеюсь, Асами сможет иногда помогать мне встать на путь истинный. Кстати, сам Рюичи ни на секунду, пока мы были на отдыхе, просто демонстративно не задумывался о своей работе. Кажется, он пытался этим показать преимущества острова над загородным домом. Асами… он все больше напоминает мне принца на белом коне, если конечно считать конем белый катер, на котором мы выходили в море. Мы даже поймали с ним несколько рыб. Ну, как сказать мы, ловил Рюичи, а я слишком много отвлекался для этого. Но зато я был ему хорошей компанией, да. И мне же эту рыбу пришлось потом готовить. За время нашего прибывания на острове, Киришима приезжал несколько раз, привозя продукты. Хотя здесь в кладовых было столько всего, что при желании можно было бы держать осаду острова где-то год. Было, кстати, забавно наблюдать как суровый секретарь Асами втихаря радовался, что босс взял, наконец, отпуск. Да, этому парню просто не занимать желания заботиться о Рюичи. Интересно, сколько еще таких людей, которые готовы своей грудью защищать его от пуль? Хотя, думаю, это слишком скользкая тема и сам Рюичи точно не захочет отвечать. Вот, хотя наше прибывание на этом острове и показалось мне маленькой сказкой, все же без моих выходок не обошлось. Я не виноват, это все гормоны! Один раз я полдня прятался от Асами из-за того, что он без разрешения зашел в ванную, пока я мылся. Я сидел под пристанью и повторял себе бесчисленное количество раз, что Рюичи теперь точно меня разлюбит, ведь я толстый и некрасивый. Потом, конечно же, Асами нашел меня, притащил обратно в дом и заставил полностью раздеться. Избавив меня от всей одежды, он заставил меня почувствовать и не один раз, насколько ему нравится мое тело даже в моем положении. Сам не понимаю почему я стесняюсь показываться перед ним обнаженным, хоть и знаю, что он уже давно знает каждый миллиметр моего тела. Но в общем мы пережили еще одну из моих истерик без особых последствий. Иногда самому становится стыдно, но ничего не могу с собой поделать. Но как бы мне ни хотелось остаться там подольше, нам все же пришлось возвращаться в город. Не хочу же я переживать роды на острове. Сначала меня очень беспокоило, что ребенок захочет выйти из меня тем же способом как попал внутрь, но меня сразу же успокоили, что кесарево спасет положение. Так что нужно будет просто положить меня в больницу, когда и я, и ребенок будем к этому готовы. Уже совсем скоро он появится на свет. Мне так не терпится наконец-то увидеть его. Но вот Рюичи хоть и разделяет мой трепет, с каждым днем все больше волнуется за меня. Да что со мной станет? Никто еще от пары синяков не умирал. Но благо он не может окружать меня своим пристальным вниманием целый день, ибо его просто завалили работой. Оказывается, Киришима полностью на моей стороне и, надеюсь, Рюичи никогда об этом не узнает. Но, как оказалось, даже мою идиллию перед рождением малыша можно было испортить. Все началось одним солнечным днем, когда я только проснулся. Асами задержался немного, чтобы позавтракать со мной, и когда он уже выходил на работу, у меня зазвонил телефон. Улыбнувшись и выпроводив хмурого Рюичи из дома, я побежал брать трубку. Эту мелодию я отчетливо помнил, потому что она стояла только на одном контакте (о том что он вообще существует в моем телефоне, Асами лучше не знать), это был глава Байше, Фейлон, собственной персоной. — Акихито, это ты? — раздался громкий и непривычно для меня взволнованный голос мафиози. — Да, да, что случилось? — обеспокоенно спросил я. — Я не могу тебе сейчас об этом сказать, это совсем не телефонный разговор. Не мог бы ты ускользнуть от Асами и ненадолго встретиться со мной? — слушая его я представить не мог, что должно было с ним случится, чтобы его голос звучал так отчаянно. — Да, думаю, мне это удастся. Я уже еду, Фей. Наверное, у меня в голове слишком хорошо нарисовалась картина отчаянных глаз Байше, хотя в подобном состоянии я его и не видел. Но я понял его необходимость увидеть меня и решил пойти на риск, даже зная, что узнав об этом Рюичи ой как не обрадуется. Уже через полчаса я, законспирировавшись черными очками и париком (с моим-то животом на улицу по-другому было просто не выйти), шел на встречу к Фейлону по одному из дорогих отелей города. Сердце так и сжималось, когда на меня кто-то смотрел. «А что если кто-то поймет что я парень, что мне делать?» — проносилось у меня в голове. — «Не нужно было соглашаться. Черт, но я нужен Фейлону!» Когда, сгорая от стыда, я все же добрался до нужного мне номера, мне было оказано уж очень радушное приветствие. Фей, увидев меня в таком виде, растрогался, понимая через что мне пришлось пройти. А вот дальше началось что-то для меня не объяснимое. Байше обнял меня и стал плакаться в мою жилетку, почему-то обвиняя во всех возможных бедах Асами. Я, конечно его понимаю (сам частенько такое делал), но только я могу его так беспричинно оскорблять. — Фейлон, успокойся, — сказал я, проводя рукой по длинным волосам Байше, — и скажи, наконец, что произошло. — Это и со мной случилось, Акихито, — сказал он, обнимая меня сильнее. Кажется, он стал содрогаться от беззвучного плача. Да что могло с ним произойти, что он вообще не отдает себе отчета что творит? Так, если я его сейчас не успокою, думаю Фейлон себя потом не простит, что потерял передо мной лицо. Схватив его за плечи и с силой оторвав от себя, я тряхнул его, заставляя прийти в себя. Хоть Байше в себя и пришел, но от этого спокойнее не стал. — Что же мне делать, Акихито? Что же мне делать? — умоляюще посмотрел он на меня. — Я не смогу тебе ответить пока не расскажешь, что с тобой происходит, — сказал я, глядя на него со всей строгостью, на которую был способен. — Асами… Михаил, они сговорились… Это лишено смысла. Насколько помню, Рюичи уж больно ненавидит Арбатова, чтобы сотрудничать с ним за спиной Фейлона. — Я беремен, — выдал Фей, и по его щекам теперь реально потекли слезы. А вот у меня глаза из орбит готовы были вылезти. Беремен? Прям как я? Он не шутит? Такое вообще возможно? — Этот чертов Асами рассказал ему каким чудом ему удалось сделать это с тобой. Это все он виноват! — стал истерить Фей, теперь метаясь по комнате. «Так, сейчас его поведение вполне нормально», — успокоил себя я. — «Я-то знаю, что такое буйство гормонов.» — Акихито, ты должен будешь ему отомстить! — продолжал он, — Ты же обрюхатишь его в ответ, чтобы ему больше не повадно было, правда? — Фей, успокойся. Я, конечно, еще не думал об этом, но обязательно придумаю что-нибудь в ответ, — сказал я, хватая его за руку, чтобы он перестал, наконец, наворачивать по комнате круги. — Все хорошо. Ничего смертельного с тобой не произошло. — Ничего смертельного? — возмутился Фей. — Это для тебя ничего смертельного, а вот я теперь ношу под сердцем… маленького русского мафиози. И ты говоришь, что это не смертельно? Одного понять не могу, если он такого мнения о Михаиле, то почему тогда вообще спал с ним? — И, Акихито, нам нужно поскорее убираться отсюда, — продолжил он, — а то он и здесь меня найдет. — Кто? — в начале не понял я. — Арбатов конечно! Когда эта радостная русская свинья узнала обо всем, то сразу же устроила на меня охоту! — Мне кажется, ты преувеличиваешь. Если ты беременный от него, то, может быть, он просто хочет поговорить? — Акихито, в России просто разговорами дела никогда не ведутся. Быстрее, нам уже нужно бежать, — сказал он, хватая меня за руку. Что самое страшное во всем этом? Это то, что Байше оказался прав, нам просто чудом удалось избежать двух русских громил в холле. — Такаба, я не знаю, что мне делать, — обреченно сказал мне Фей, пристегивая ремень, когда мы добрались до его машины. — Для начала просто попробуй поговорить с ним, — снова попытался я. — Ни за что! Он сразу же увезет меня с собой и заставит родить ему шестерых детей! Да, это уж слишком. Не знаю, чем был больше напуган Фейлон: своей беременностью или Михаилом. Но вот что виновником все же был Арбатов, я понял окончательно, когда на выезде с парковки в нас с разгону врезалась другая машина. Пережив столкновение и теряя сознание от сильного удара, я увидел довольную рожу Михаила, что вылезал из врезавшейся в нас машины.