Сбежавшая невеста.

В небольшом классе, рассчитанном на два, три ученика стояла древняя паучиха с туловищем немолодой женщины, в руках она держала увесистый том историй нового мира, и читала лекцию для единственной ученицы в классе: - Люди, слабейшие создания живущие на земле, годящиеся лишь в прислуги, но так было не всегда, верите или нет дорогие читатели, но раньше они были невероятно могущественны, и безраздельно правили миром, сумев скинуть всех кто отличался от них в пучины моря, или же запереть в тёмных глубинах подземелий. Избавившись от конкурентов, люди принялись за истребление себе подобных, из-за различных причин, от цвета кожи, до желания получить наживу. Для этих цели они создавали, всё более и более ухищрённые орудия убийств, пока однажды не создали оружие настолько мощное, что сами боялись его использовать, и этот страх позволил им короткое время (в рамках историй) жить в мире, пока однажды людская жажда наживы не пересилила здравый смысл, и они устроили свою последнею войну, охватившую весь мир. Грохот их военных машин, был столь громок, что пробудил подземного бога Нингишзиду который отобрал опасные знания людей и низвел их до слуг в наказание за столь страшные злодеяния. Мир же он передал своим детям алтиорам, наказав им защищать мир и следить за людьми дабы такое больше не повторялось. Это потом уже вслед за НИМ стали пробуждаться остальные боги древнего мира, приводя в мир своих детей, и никто из них не стал оспаривать первенство Нингишзиды передав управление миром его детям. Древняя паучиха прекратила читать и посмотрела на свою единственную ученицу, принадлежавшую расе алтиоров. Маленькая девочка выглядела типично для своего вида, два рога на голове, (пока еще маленькие в силу возраста), длинный красивый хвост за спиной, кончики которой были заплетены в косички по последней моде Миралиса. - А теперь дорогая перескажи мне всё то, что я сейчас прочла, - потребовала арахна. Сероволосая алтиорка не уверенно встала и пробормотала. — Ну, эмм. — Паучиха терпеливо ждала ответа сложив руки на груди. А Хульдра начал понимать, что половину урока она просто на всего проспала, но все же сделала еще одну попытку выкрутиться. — В-вы говорили о том, что люди плохие? - сжалась она в комок в ожидание окрика. — О великий Нингишзида за что мне это? — закатила глаза паучиха. — Дитя не уж-то ты совсем меня не слушала? Ох, тогда давай повторим еще раз, и не надо этих щенящих глазок, если бы ты меня слушала, то уже давно ушла бы играть во двор. Хульдра выскочила во двор замка и радостно пробежалась по тропинке ведущей на кухню. Эта проклятая карга Дзёрёгума в конец измотала своими уроками, заставляя заучивать все наизусть. Хульдра понимаешь ли высокородный алтиор, и ей по статусу положено знать больше других, эту фразу старая арахна повторяла ей каждый день, буквально просверливая словами черепную коробку юной алтиорки, ох, как же она от этого устала кто бы знал, единственной радостью в этой бесконечной череде учёбы и муштры был её друг работающий прислугой в замке, правда если бы Дзёрегума узнала что её ученица якшается с человеком, то… Хульдра замотала головой отгоняя прочь дурные мысли, да и не хотелось думать о плохом в такой чудесный день. На улице радостно щебетали птицы, а с кухни шел прекрасный аромат жаркого, наполняя рот слюной0 с этой проклятой учебой бедная алтиорка не успела на обед, впрочем, это даже хорошо. Она не любила есть в их огромном обеденном зале. Там всегда надо было вести себя подобающе истиной леди, есть ложкой, правильно держать приборы. Все эти правила отбивали всякую охоту есть, то ли дело на кухне, где всегда уютно, тепло и есть старая Гретель, у которой всегда найдется что ни будь вкусненькое, для запоздавшей госпожи, да и со Свеном можно увидится только там. Придя к таком выводу алтиорка, прибавила шагу чтобы поскорее добраться до кухни. На кухне как всегда было тепло светло, и уютно тетя Гретель распекала не радивого служку за разлитое ведро молока, а Свен притаился в углу и чистил картошку. Хульдра бочком протиснулась к нему и отвесила задумавшемуся другу звонкого щелбана. Свен тут же встрепенулся и поднял кулаки что бы дать сдачи, но завидев подругу передумал и улыбнувшись шутливо поклонился ей. — Моя госпожа, что привело тебя в мой скромный угол? — Запах вкусной похлебки, — не задумавшись ответила Хульдра. — Я так проголодалась, ты даже не представляешь. — Что госпожа Дзёрегума снова оставила без обеда? — Ага, как же меня достала эта учеба. У неё такой монотонный голос что я каждый раз засыпаю во время урока, — грустно пожаловалась она другу. Свен ободряюще улыбнулся, и выудил из своего кармана маковую булочку. — На держи, я так и знал, что ты не успеешь на обед, так что припрятал для тебя твои любимые булочки. — Хульдра расплылась в счастливой улыбке и выхватив лакомство из рук Свена впилась в него зубами. — Спасибо ты лучший, — произнесла она с набитым ртом. Увидь её сейчас Дзёрегума, то непременно отругала бы за непристойное поведение, а потом отправила бы в карцер за общение с низшими. — Слушай Свен, а ты когда освободишься? — Как только дочищу всю эту картошку, я весь твой. — Тогда подвинься и дай мне нож, Я помогу. — Хульдра требовательно протянула ему руку. — Но госпожа, достойно ли это занятие тебя? — Начинаешь говорит как Дзёрегума, я к тебе вообще-то пришла что бы отдохнуть от этих нравоучений. — Сердито топнула она ножкой. -Прости — улыбнулся Свен, — но нож я тебе в любом случае не дам, если кто ни будь увидит, как алтиор сидит рядом с человеком он удивиться, но если этот кто ни будь увидит, как алтиор делает работу людей, — он сделал недвусмысленный жест как бы вешая себя, Хульдру передернуло. — Ладно, ладно. Только давай побыстрее, мне скучно. — Сделаю что смогу, — улыбнулся он, и набросился на картошку, счищая с неё кожуру в рекордные сроки. Хульдра же от скуки направилась на кухню выпрашивать у старой Гретель похлебку, все-таки она была чертовский голодна. — Ты там еще не закончил? — Хульдра снова заглянула в угол к Свену. — Да-да сейчас, дай только картошку сгрузить. — сказал он с натугой вываливая чищенную картошку в таз с ледяной водой. — Вот и замечательно, -Хульдра радостно схватила его за руку и вывела прочь из кухни. — Подожди я должен предупредить своих. — Ничего кто ни будь другой предупредит. Ты что же это, хочешь заставить меня ждать, — грозно притопнула она ножкой, но не удержавшись засмеялась, — не переживай, я уже давно отпросила тебя у старой Гретель. Так что давай бегом, пока моя мучительница не начала поиски пропавшей меня. — Она вновь потянула за собой Свена, и в этот раз он не стал сопротивляться. Остаток дня они провели, резвясь в стенах замка, пока в один момент не услышали голос старой паучихи. А надо сказать, что Дзёрегума терпеть не могла людей. Считая их низшими созданиями, расой слуг не достойных смотреть на высших господ не то, что разговаривать сними, и если она увидит, как её ученица играет с человеком то точно взъяриться. — Давай быстрее прячься пока она тебя не увидела. — Хульдра толкнула друга за ближайшую колону, а сама поскорее поспешила на встречу к дуэнье. — Дитя, ты где пропадала? Я тебя всюду ищу, скоро отходить ко сну, а ты еще не возносила хвалу Нингишзиде, - Дзёрегума взяла ученицу за руку и повела в молельню. Хульдра проснулась от яркого света, бьющего в глаза, над кроватью нависала вездесущая дуэнья, — Вставайте госпожа, сегодня важный день. Хульдра попыталась зарыться в одеяло что бы досмотреть сны, но Дзёрегума безжалостно сдёрнула одеяло и приказала одеваться. — Ну же маленькая леди, поскорее. Лорд Алариск не любит промедлений, — имя отца подействовало на девушку лучше всякого кофе. Если Дзёрёгуму она считала просто злой каргой, то отца боялась. Глава рода Шалит являл собой олицетворение власти и силы в этом мире. Ходили слухи что Нингишзида лично сделал его наместником этих земель, и всякий кто хоть раз видел лорда Алариска в это верил, верила в это и его дочь. Переодевшаяся и умытая Хульдра стояла у двери ведущей в приёмный зал, там за дверью ждал отец, как всегда холодный и жесткий. — Перестань мять платье, и выпрями спину, ты же не хочешь разочаровать отца, — произнесла вечно строгая дуэнья. Хульдра послушно опустила руки, и постаралась успокоиться. Она редко виделось с отцом, и те редкие случаи были не особо приятными. Лорд Алариск был суров и строг ко всем, и дочь не являлась для него исключением, за любую маломальскую провинность он тут же наказывал её карцером, и это в лучшем случае. На его фоне старая паучиха выделялась более мягким нравом, она сажала в карцер только если ей перечить. Хульдра сидела подле отца, слушая его разговор с послом водяных, и ей не нравилось куда шел этот разговор. — Приветствую повелителя суши, — склонился в легком поклоне рыболюд. Он слегка походил на алтиоров или людей, но лишь слегка: Кожа посла была серо-зелёного цвета, и блестела на свету, на спине его угадывалось что-то напоминающее плавник, а глаза были выпуклые белёсые почти прозрачные, Хульдру передёрнуло, когда эти глаза посмотрели на неё. Заметивший это посол улыбнулся, показав острые ряды зубов и поправив странное устройство на шее с бултыхающейся внутри водой начал свою речь. — С прискорбием должен сообщить о смерти нашей матушки императрицы, — водяной закрыл внутреннее веко и помолчал минуту в знак траура. — Мы сочувствуем вашей утрате, — произнёс Лорд Алариск, водяной благодарно кинул и продолжил своё обращение. — К сожалению у нашей императрицы не осталось дочерей способных к деторождению, что означает, что род Ундин может прерваться, и дабы не допустить этого принц Лахама просит руки вашей дочери, — посол глянул на Хульдру у которой похолодело внутри от его слов. Она быстро взглянула на отца, но он не обратил на неё внимание полностью поглощенный разговором с послом. Остаток переговоров Хульдра сидела «как в воду опущенная». Она, конечно, знала, что её выдадут замуж по расчёту. Но не думала, что это произойдет так скоро. Отец, же ни минуты не колеблясь буквально начал торговать своей родной дочерью, за сокровища глубинного царства. Впервые в своей жизни Хульдра чувствовала себя товаром, и это ощущение ей не нравилось. От осознания несправедливости мира она готова была расплакаться, но воспитание не позволяла сделать этого открыто. Так что после окончания переговоров он машинально сделала реверанс и попрощавшись со всеми направилась прямиком в свои покои, где, оставшись одна вдоволь нарыдалась. В дверь тихо, но настойчиво постучали. Хульдра не хотела никого видеть и потому не ответила. Постучали еще раз, в этот раз погромче Хульдра все так же не отвечала. — Дитя, заставлять ждать гостей на пороге не вежливо, будь добра пусти меня внутрь, — послышался голос Дзёрегумы. Понимая, что старая паучиха не отстанет. Хульдра встала поправила прическу насколько это возможно и открыла дверь. — Ба! Что это за вид, — всплеснула руками дуэнья. — Живо умойся, и приведи себя в порядок, будущей королеве не пристало так выглядеть. — Хульдра неохотно поплелась в ванную комната и взглянула в зеркало. М-да уж сейчас она действительно мало чем походила на наследницу дома Шалитов. Из зеркала на неё смотрело жалкое существо, с распухшими от слез глазами, растрёпанной прической, даже рожки слегка побледнели. На глаза вновь набежали слезы, но Хульдра быстро взяла себя в руки, Дзёрегума не любила плачущих детей. Умывшись и переодевшись, Хульдра вышла из ванной и встала перед своей дуэньей в ожидании наставлений, но в этот раз Дзёрегума смогла её удивить. Неожиданно она притянула к себе ученицу и крепко её обняв произнесла: — Я слышала новости, моя ученица выходит замуж! Ты должно быть так счастлива! — Хульдра отстранилась и помотала головой, Но паучиха не замечая этого продолжала, — так нам теперь надо выбрать платье, выучить с тобой предсвадебный этикет, и да, тебе предстоит выбрать пажа из числа смертных что бы нес подол твоего платья. Хульдра слушала счастливую тираду своей старой мучительницы, и чувствовала, как с каждым её словом в ней накапливаться злость, требующая высвобождения. Когда Дзёрегума начал перечислять портных достойных сшить одежду на её свадьбу, Хульдра не выдержала и начал орать: — Если вам так хочется этой свадьбы так и вышли бы замуж за этого принца!!! А я не хочу! Мне этого не надо! — В так её злости по комнате начали летать предметы, взбаламученные злостью алтиорки, поняв, что теряет контроль над своей магией Хульдра закрыла глаз и вздохнув успокоила своё сознание насколько возможно. Она ожидал что Дзёрегума за потерю контроля даст ей пощечины, отведет в карцер, или еще чего похуже, но паучиха вновь удивила её. — Хульдра дорогая, у тебя просто предсвадебный мандраж. Но не надо бояться первая брачная ночь не так страшна как кажется. Я научу тебя доставлять удовольствие партнеру и получать её самой. Услышав про брачную ночь Хульдра, сначала побледнела, потом порозовела, и в конце концов не выдержав бросилась вон из спальни. Пунцовая наследница дома Шалитов сидела в погребе и с ужасом размышляла о своей дальнейшей судьбе. Она то дура испугалась жизни в морских пучинах, новых знакомств. Но слова Дзёрегумы открыли ей глаза, если она выйдет замуж, то ей придётся…. Она замотала головой что бы выбросить эти мысли из головы, но выходило не очень. От самоедства её отвлек скрип открывающейся двери. Хульдра быстро спряталась за бочкой, надеясь, что её не заметят. Сверху судя по запаху, спускался человек, что не могло не радовать. Ни отец, ни Дзёрегума никогда бы не отправили человека на поиски алтиора, люди были слишком не надежными для такого дела. Запах этого человека был знакомым, сладко горьким, пахло Свеном. Хульдра выскочила из-за бочки и бросилась к нему, не ожидавший такого Свен от неожиданности заорал, но разглядев подругу успокоился. — Ты что здесь делаешь? Госпожа Дзёрегума тебя по всему замку ищет, опять хочешь в карцер? — Хульдра подняла на него свои опухшие от слез глаза, и сбивчиво рассказала ему о произошедших событиях. — М-да… — Потянул, Свен. Они сидели у бочки, Хульдра прижалась к нему в поисках утешения, а Свен машинально гладил её волосы. — И что теперь делать будешь? — Я, не знаю, — грустно ответила она. Свен смотрел на красивое заплаканное лицо подруги и его сердце сжималось от мысли о скором расставании, вряд ли ей разрешать взять с собой слуг в морскую пучину, да даже если разрешать, это явно не будет какой-то там повар недоучка, Эх, как бы всё было проще если бы она была человеком. Свен постарался побыстрее выкинуть непотребные мысли из головы, повторяя про себя, - я лишь слуга, человек создан только служить, я лишь слуга… Немного помогло, и теперь он вновь мог смотреть на свою госпожу без неправильных мыслей, которая жалась к нему как маленький котёнок, потерявши маму, и тогда он не выдержав выпалил мысль которую никогда бы не сказал в любой другой ситуаций. —А может сбежим? - Сбежим? – не сразу поняла его Хульдра. - Ну да, сбежим, – решил пойти ва-банк парень, - сбежим и уйдём куда глаза глядят, подальше от вечной муштры твоей дуэньи, безразличия твоего отца, и этих холодных каменных стен. — Но как же твоя мать? Да и отец начнет меня искать. — с сомнением потянула Хульдра. — Какая мать? — удивленно спросил Свен. — А ты про тётю Гретель? — Рассмеялся он. — Она не моя мама. Меня в детстве изъяли у родителей для работы в замке. Ты что не знала? Нам запрещено иметь родственный связи, поэтому нас с девства отбирают у родителей. - Правда? Я и не знала. — ужаснулась Хульдра. — Ничего, ты не …- Договорить Свену не дали. Сверху послышался паучий цокот и голос Дзёрегумы, — Хульдра, дитя ты здесь? Я конечно всё понимаю, ты испугалась свадьбы, но это еще не повод пропускать занятия, что если лорд Алариск об этом узнает? - Прячься, — шёпотом произнес Свен, — и не слова, я разберусь. Хульдра поспешно метнулась в угол погреба, и спряталась за мешками с крупами. Свен же согнулся в низком поклоне и уставился на пол в ожидании госпожи Дзёрегумы. Ждать пришлось не долго, паучиха спустившись в низ сразу же направилась к нему, встав над ним, он скривилась, словно бы ей пришлось сесть дольку лимона. — Эй, ты человек, — прошипела она, — не видел здесь благородную Хульдру? — Не дождавшись ответа, она скривилась еще сильнее и произнесла, — Разрешаю говорить, в своем присутствии, так что отвечай живо! Иначе я потеряю терпение. — Нет, госпожа. — смиренно ответил Свен не поднимая головы. — Хм, ну хорошо, если увидишь передай что я ищу её, и наведи здесь порядок, это место ужасно пыльное, - сказала она, прежде чем уйти. - Да, госпожа. Свен дождался, когда шаги древней арахны утихнут, и только после этого разогнув спину, позвал подругу. — Я здесь - откликнулась она, выбираясь из-за груды наваленных мешков, Отряхиваясь от мучной пыли, она подошла к нему, и сказала: - Свен, насчёт побега… - Забудь, что я говорил, я просто спорол горячку, - остановил он её. -Да, горячку, - грустно кивнула алтиорка. – Я… Мне наверно надо идти, Дзёрегума не любит, когда я пропадаю на долгое время, - и развернувшись бросилась к выходу. -Ага, - уныло согласился оставшийся в одиночестве Свен. Хульдра стояла подле дуэньи и с виновато опущенной головой выслушивала нотаций. - Милая моя, я конечно понимаю что у тебя предсвадебный мандраж, но вскакивать и убегать посредине разговора, не престало высокородной леди. В конце концов ты будущая королева, и после свадьбы за тобой будут следить тысячи глаз, только и ждущих, когда ты совершишь ошибку, чтобы потом смаковать это на балах и смеяться за твоей спиной. Так что учись сдерживать эмоций, помни чему тебя учили. И Хульдра помнила. Только благодаря этому она сейчас могла спокойно выслушивать дуэнью, и виновато кивать в такт её словам, гася внутри себя бушующие эмоции. - Ну ладно, хватит с тебя на сегодня нотаций, - наконец закончила свою речь Дзёрегума. – Ты пропустила дневные уроки, так что теперь нам придётся навёрстывать упущенное, я прикажу чтобы сегодня обед подали в класс. С этого дня в сердце Хульдры поселился страх - опасение перед будущим, которое с каждым днём укреплялось все сильнее, как бы она на пыталась его подавить, и её опасение подтвердились на очередном уроке Дзёрегумы: - Сегодня мы поговорим об анатомии подводного народа, - начала занятие старая дуэнья, и развернув анатомический атлас прикрепила его к доске. - Как мы можем видеть по этому изображению, водяные не сильно отличаются от алтиоров, даже расположение некоторых органов идентичны, - Дзёрегума указала на, кровеносно-сосудистую, эндокринную(железы) и пищеварительную систему. - Основное отличие начинается, (не считая конечно внешнего вида), с системы дыхания, как мы можем видеть на этом изображений, легкие водяных состоят из бахромчатой ткани, пронизанные кровеносными капиллярами, что позволяет им поглощать кислород растворённый в воде. Так же их трахеи в отличие от наших, разделены с пищеводом чтобы морская вода не попадал в желудок во время дыхания. Хульдра почувствовала как начинает засыпать под монотонный голос дуэньи, как вдруг поняла что она выходит замуж за одного из таких тварей, или принц Лахама отличался от остальных? Может он тоже Алтиор, и набравшись храбрости она спросила вертевшийся на языке вопрос. - Что? - удивилась Дзёрегума, - нет что ты, принц такой же рыболюд, как и остальные из его народа. Водяные как собственно и другие расы никогда не стали бы подчинятся кому ни будь не своего вида. - А, я? Я же их будущая королева, и принадлежу другой расе. - Во-первых, - начала менторским тоном паучиха, - ты не будешь ими править, титул королевы у водяных значит лишь то что ты жена короля. А во-вторых, перед тем как поселится в Сушахэре, тебя изменят, чтобы ты больше походила на них. Собственно, для этого и ведём сегодняшний урок. - Измените?! В каком смысле измените?!- вскочила со стула алтиорка. - Сядь! - властно осадила её Дзёрегума, - помни про мои уроки. – уже чуть более спокойным голосом добавила она, наблюдая как её ученица послушно садится на место. – Да, изменить, а ты как думала? Сейчас в биологическом плане вы с принцем не совместимы, да и для жизни в их подводных городах твоё нынешнее тело не подходит. Не переживай, подводный народ сильно поднаторел в биоинженерии, так что переход из одного в состояние в другое будет почти незаметным. - Но не проще ли тогда ему выбрать жену из своего народа? – невольно вырвался у Хульдры вопрос. - Дорогая моя, уж ты то должна понимать что высокородный может женится только на высокородной, а в их царстве к сожалению больше не осталось знатных самок, вот принцу и приходится выбирать жену из суши. Хульдра сидела и не могла поверить своим ушам, может она сейчас спит? И это просто на всего на всего кошмар, сейчас она ущипнёт себя и проснётся, но нет это принесло лишь боль в правой руке. А Дзёрегума как ни в чем не бывало продолжала говорить об этом, ну правильно не её же собираются пустить под нож, изменить, превратить в того, кем она не является. Чёрт, все-таки Свен был прав надо бежать, это единственный выход из этой ситуаций, только надо сделать это тихо, и так чтобы никто даже не заподозрил в ней такие мысли, вдохнув-выдохнув Хульдра успокоила свои нервы, и остаток урока постаралась вести себя как обычно. Хульдра лежала в своей кровати и слушала удаляющиеся шаги Дзёрегумы. Дождавшись, когда шаги наконец утихнут, Хульдра встала с кровати и направилась к шкафу с одеждой. Выбрав что попроще она быстро оделась и тихо на цыпочках выскользнула из спальни. Сейчас перед ней стояла две важные задачи, первое, - не попасться страже патрулирующей замок. Второе, - найти Свена, который жил на нижних уровнях замка в бараках для слуг. Спустится вниз, не попадаясь стражникам оказалось не так уж и сложно, разленившиеся охранники даже по сторонам не смотрели, лениво перешучиваясь, или похрапывая прямо на посту. Зато на нижних этажах, стража была более бдительная что скорее всего было связанно с тем, что кабинет капитана Мартена находился здесь же ближе к пыточным камерам. Один раз Хульдра даже чуть не попалась, едва успев спрятаться за гобеленом, когда из-за угла громко бряцая доспехами объявился широкоплечий стражник. Стараясь не дышать, она дождалась, когда он пройдет мимо, и отсчитав про себя десять секунд, чтобы успокоить бешено стучащиеся сердце, вылезла из-за гобелена, и отправилась дальше искать бараки слуг. И вот, наконец её старание оказались вознаграждены, она стояла у скромной деревянной двери, в которое только что вошла старая Гретель в ночнушке, так что сомнений быть не могло, вот они бараки, осталось только придумать как туда попасть незамеченной, всё-таки ей нужен был только Свен, остальным незачем знать её планы, вот только как это сделать? Она бы так и просидела не зная что делать, если бы не услышала позади себя громкий топот, и чьи-то голоса. Она рыбкой метнулась в укрытие за огромный горшок с засохшими цветами и оттуда пронаблюдала за пришельцами, ими оказались два человека, одного она не знала по имени, знала только что этот мальчишка работает во дворе не то грузиком, не то дворником, а вторым оказался Свен. Хульдра хотела выскочить к нему, но быстро поняла, что не может сделать этого, пока рядом с ним есть кто-то еще. Надо было как-то привлечь его внимание пока он не исчез за деревянной дверью бараков. Не придумав ничего лучше, Хульдра зачерпнула из горшка комья сухой земли и бросила в голову друга, и конечно же попала, всё-таки не зря она всегда обыгрывала его в городки. Свен охнул и потерев ушибленную голову принялся осматриваться. - Что случилось? – спросил его сопровождающий его парень. - Смотри, - Свен показал ему разбившийся о его голову ком земли, - в меня кто-то землёй кинул, - и заприметив горшок с цветами за которыми спряталась Хульдра направился туда. - Эй! Кто это такие шутки шутит, Олаф ты?! Ну я сейчас тебя… - И осёкся на полуслове увидев за горшком Хульдру. – Ты что зде…- Но Хульдра замотала головой и жестами показала ему что надо поговорить наедине, Свен понятливо кивнул и отошёл от горшка. - Кто там Свен? – спросил, сопровождающий его парень. - Да никого нет, наверно что-то с потолка упало, слушай С’вари- Ты иди ложись спать, а мне что-то в туалет приспичило. – И развернувшись Свен потопал обратно на выход. - Ну, ладно, - пожал плечами С’вари, и скрылся за деревянной дверью. Как только дверь закрылась, Свен бегом вернулся обратно к горшку с цветами, и постучав по ней спросил, - Есть кто? - Да-да есть, и ты это прекрасно знаешь, - прошипела Хульдра, - быстро иди сюда нам надо поговорить. Свен послушно обошёл огромный горшок и присел на землю рядом с подругой. - Что-то случилось? Я тебя больше недели не видел, думал, что обидел тебя своим предложением, ты это, прости меня если что. - Да нет же, - Хульдра замотала головой, - тогда ты меня ошарашил не более, но сейчас не об этом, или наоборот об этом. Ох я совсем запуталась, давай я расскажу всё сначала, ты только не перебивай меня ладно, у меня сейчас в голове такая каша. - Ладно, ладно, что случилось то, говори, - Свен впервые видел её такой, если тогда после объявления свадьбы она была расстроена, обиженна и смущена, то теперь в её глазах читался страх и ужас, и после её рассказа стало понятно почему, Свен не мог вымолвить и слова настолько он был поражён услышанным, а какого было ей, он даже и представить себе не мог. — Значит побег? - обретя дар речи спросил он её. - Да, - коротко ответила она. На следующий день они начали подготовку к побегу, в редкие часы отдыха Свен тащил припасы из кладовой, а Хульдра собрала все свои драгоценности в надежде обменять их на золото в пути. На третий день они решили, что готовы, Хульдра нарядилась мальчиком, одевшись в старые одежды Свена, и они выскользнули из замка под видом слуг, идущих за припасами в город. Они шли пешком до раннего вечера, держась проселочных дорог, затем свернули в лес и разбив временный лагерь легли спать.