Светись

      Чонгук недолго думает, что ему надеть. По жизни он понял: чем меньше думаешь, тем лучше выходит. Он надевает чёрную водолазку, тёмно-серые джинсы с большими карманами и долго укладывает волосы. После этого аккуратно закрывает ноутбук и кладёт его в сумку вместе с остальными необходимыми бумагами.       Ему идти совсем недалеко, буквально пару раз перейти дорогу и несколько раз повернуть. Выбранное Чонгуком заведение славится во всем Сеуле спокойной и уютной обстановкой. Здесь собирается много бизнесменов, дабы заключать сделки и обсуждать важные моменты в контрактах.       Чонгук решает прийти раньше, чем было обговорено. Он даже не удивляется, увидев, что преподаватель пришёл ещё раньше, чем он.       Мин Юнги сидит около большого панорамного окна и улыбается подошедшей официантке: видимо, говорит, что ждёт кое-кого и ещё не готов сделать заказ. Чонгук правда надеется, что когда-нибудь он также улыбнётся и ему.       Чонгук подходит к тому самому столику, отмечая, что Юнги чертовски идёт свитер крупной вязки. Мин ни разу не надевал серьги в университет, и сейчас Чонгуку кажется, что они примерно с ним ровесники. — Добрый день, — Чонгук кланяется и бесстыдно прилипает взглядом на белые джинсы, когда Юнги немного привстаёт с места, чтобы показать жестом Чонгуку, куда тому лучше сесть. Чон садится напротив.       Юнги неловко: обстановка не особо официальная и больше напоминает свидание. Мин надевает маску серьезного преподавателя и включает свой ноутбук, открывая недавно созданный документ, и начинает читать всё, что Чонгук туда написал. — Пока всё очень даже неплохо, — Юнги пальцами по столу постукивает. — Попробуй ещё добавить теории происхождения. Позже мы с тобой возьмём для примера парочку неудачных способов решения, чтобы показать на практике, чем они так сложны.       Юнги из своего рюкзака достает блокнот и Чонгуку тот протягивает. В нём дополнительная информация и пару сложных неравенств, которые решали какие-то важные умы человечества.       Они сидят там часа два, что-то доделывая, что-то переделывая, и ближе к уходу Чонгук предлагает старшему проводить его до дома, на что Юнги долго отнекивается и мнётся, но в итоге всё же соглашается.       Мин вновь чувствует на себе взгляды Чонгука, стоит тому отвести взгляд или отвернуться. Также мужчине часто приходится повторять всё по два раза, ведь студент опять же летает в облаках и думает о своём, залипая на руках, губах или глазах старшего, что очень смущает Юнги.       Чонгук оплачивает счёт, ловя на себе злобный взгляд Юнги. Видимо, старшему кажется, что если бы они разделили счёт напополам за какой-то пресловутый высокогорный чай, то это меньше походило бы на свидание.       Юнги, стараясь не смотреть на мальчишку, встаёт с места и идёт в гардероб. Чонгук не отстаёт, решая уточнить, не далеко ли Юнги пришлось добираться.       Преподаватель отмахивается, говоря, что он живёт в районе Хонгдэ, что неподалеку. — Я слышал, что в этом районе есть хороший антикварный магазин, — с улыбкой проговаривает Чонгук. — У моего отца скоро день рождения, и он очень любит всякие редкие старинные вещи. Вы не против, если я провожу вас до вашего района? Я бы очень хотел туда зайти.       Юнги мнётся и снова отнекивается, говоря, что ему ещё нужно зайти в продуктовый, но быстро сдаётся: Чонгук на все возражения быстро находит аргументы, к которым и не подкопаешься.       Чонгук берёт в гардеробе чёрную кожаную куртку и, посмотрев на Юнги, немного открывает рот: в этих своих кроссовках на высокой платформе Мин практически одного с ним роста. Чонгук видел своего преподавателя только в лакированной строгой обуви, которая будто кричала: «Сдохни или умри, если я решу на тебя наступить».       Чонгук открывает Юнги дверь, придерживая её. Преподаватель никак не реагирует на этот жест со стороны Чонгука. Его лицо спокойно. И ни один мускул на его лице даже не дёргается. Чонгук безумно рад, что Юнги разрешил ему пройтись по улице рядом с собой.       По улице Юнги идёт неспешно и нос прячет в шарф. Он предпочитает идти через дворы, дабы добраться быстрее и моментами на Чонгука смотрит, который несёт сумку с книгами и ноутбуком.       Юнги не понимает, почему он допускает себе мысли о том, что Чонгук весьма красив. Юноша – его студент, и Мин не должен восхищаться чем-то иным кроме ума парня.       Юнги видел зачётку Чонгука и говорил с другими преподавателями по поводу своего самого активного студента, и оказалось, что Чонгук такой ответственный и вовлечённый лишь на математике, что странно.       Дом, где живёт Юнги, уже видно, и мужчина резко останавливается, увидев выходящих из подъезда Соён и маму. — Мне в магазин этот нужно, а ты иди куда хотел. Увидимся завтра на паре, первого к доске вызову, — прощается Юнги, и вот Чонгук смотрит на дверь продуктового магазина, не понимая, что сейчас только что произошло. Почему Юнги так быстро исчез?       Чонгук оглядывается на машины, которые сигналят друг другу на проезжей части, и понимает, что пора уходить, а то долго стоять и пялиться на обычную дверь — странно.       Около светофора Чонгук замечает пожилую женщину с маленькой девочкой, которая плачет из-за того, что уронила плюшевую игрушку-кролика в лужу и он стал грязным. Бабушка в растерянности то гладит девочку по голове, то уговаривает её отдать игрушку, обещая постирать дома. — Он теперь заболеет, — плачет девочка. — Ему холодно!       Чонгук шарит по карманам, в надежде найти там что-то, что могло бы успокоить девочку. Во внутреннем кармане куртки он находит цветной стеклянный шарик. Когда-то Чонгуку казалось, что эта вещь принесла ему удачу на экзамене ещё в старших классах. Чон кинул шарик во внутренний карман куртки, чтобы не выбрасывать и благополучно забыл об его существовании.       Чонгук подходит к маленькой девочке и садится на корточки, протягивая ей стеклянный шарик. — Привет, солнце. Я врач домашних игрушек и у меня есть то, что поможет твоему плюшевому другу согреться и не заболеть.       Девочка рассматривает маленький подарок в ладони, всхлипывая, затем тянет за язычок молнии на спине игрушки и, положив шарик внутрь, смотрит на Чонгука большими чёрными глазами, а потом утыкается носом в бабушкино пальто, пытаясь проговорить: «Спасибо», но у неё не выходит, – не успокоилась ещё до конца. — Спасибо вам огромное, — в благодарности лепечет бабушка.       Юнги дожидается маму и Соён у входа в магазин, наблюдая за ситуацией, где Чонгук успокаивает его дочь. Надо же, даже Юнги не так внимателен к чужим детям.       Антикварный магазин найти было весьма трудно по причине того, что он недавно открылся и ещё не отмечался на картах. В любом случае, Чонгук отыскал его. Правда магазин был не совсем в том районе, где жил Юнги.       Домой Чонгук возвращается изрядно находившимся. Усталость берёт над ним верх. Благо поужинал Чон в кафе, которое было по пути домой, и готовить теперь ничего не надо.       Чонгук мимолётом читает материал завтрашней лекции, дойдя только до половины. Обычно он всегда учит материал наперед — только по дисциплине математика, чтобы отвечать на семинарах и даже на лекциях, но сейчас на это совсем нет сил. Чонгук спокойно засыпает, прокручивая в голове прошедший день. В крайнем случае Мин Юнги не будет к нему слишком строг, Чонгук ведь будет защищать честь университета на конференции.       На следующий день Чонгук еле как просыпается к первой паре, но он не может её просто так проспать. Правильно ли вообще ставить такой важный предмет, как математика, с самого утра? Видимо тот, кто составлял расписание об этом не думал.       Чонгук заходит в аудиторию, здоровается с преподавателем бодро, получая в ответ небольшой кивок.       В середине пары, когда ничего не предвещает беды, Мин Юнги решает задать вопрос про понятие критерия Гурвица. Пять человек в аудитории поднимают руку, но Юнги спрашивает именно Чон Чонгука, как и обещал вчера, а Чонгук даже примерно не знает, что это такое и с чем это есть.       Преподаватель руки на груди скрещивает, глядя на Чонгука, и когда тот поднимается с места медленно и неохотно, мужчине все сразу становится ясно.       Юнги смотрит на мальчишку и выдыхает, кивнув тому на место, и спрашивает уже тех, кто рвался в бой.       Всю оставшуюся пару преподаватель Чонгука не спрашивает, работая по теме с другими студентами. Юнги замечает, как Чонгук погрустнел, не сумев ответить на его вопрос. Это умиляет.       Со звонком Мин отпускает студентов, провожая каждого взглядом, но в спину Чонгука смотрит особенно долго, тихим тоном прося его остаться.       Все покидают кабинет, и дверь закрывается, а Юнги на темноволосого смотрит. — Впервые вижу, чтобы ты был не готов к моей паре, Чонгук, — Юнги просто хочет посмотреть на то, как отреагирует его студент на замечание в лоб. — Извините, вчера мои мысли были заняты другими вещами, — Чонгук смотрит в пол, и Юнги поднимает брови. — Конференция — не освобождение от учебы, — Юн наклоняет голову. — Хорошо, такого больше не повторится, — иногда Чонгуку кажется, что Юнги нравится над ним издеваться. — Ещё я хотел сказать, что у меня возникли проблемы с материалом. Я не знаю на примере какой компании лучше всего раскрыть необходимость подключения уравнений с параметрами в бухгалтерскую отчётность. Ведь большинство фирм предпочитают более лёгкие и поверхностные методы. Мы можем это с вами обсудить? Вы никуда не торопитесь? — Не тороплюсь, — проговаривает Юнги.       Юнги один из тех людей, которые придерживаются теории, что когда человек сидит, получаемая информация лучше запоминается. Юнги становится сбоку от стула, где сидит Чонгук, и наклоняется. Чон бросает неосторожный взгляд на основание шеи своего сонбэ, сглатывая слишком странно. Чонгук ощущает тонкий запах чужого парфюма, жалея, что вообще задал свой вопрос. Шёл бы да шёл себе домой спокойно.       Лучше бы он сегодня потратил десять часов на поиски необходимой информации. Это проще, чем находиться здесь и сейчас.       Чонгук смотрит, как Юнги пишет ему названия фирм, отчётность которых можно посмотреть. Какой же у него разборчивый и красивый почерк. Чонгук осознает, что всё сильнее и сильнее влюбляется в своего преподавателя. — Думаю… эта информация тебе поможет, а если нет, то можешь взять другую сферу использования данных методов, — Мин дописывает и ждёт, пока Чонгук заберёт заметку, но тот и не думает этого делать.       Чонгук смотрит то на губы Юнги, то ему в глаза, прекрасно понимая, что сонбэ может догадаться, какие мысли посещают голову младшего. — Готово, — отчётливо произносит Юнги и протягивает Чонгуку листок, а сам замирает. Чонгук смотрит слишком пристально, слишком открыто и откровенно, дышит через раз.       Мин сглатывает шумно, глядя на слишком уж сосредоточенного студента, глаза которого словно темнее становятся. От таких огромных чёрных глаз не по себе, и по телу невольно мурашки бегут, которые вниз живота тягостью отдают. И в помещении словно жарче становится.       Юнги неуверенный шаг назад делает и голову опускает, начиная нервно свои вещи собирать, в то время как руки невольно подрагивают.       Не уж то возбудился от одного взгляда этого мальчишки? — Мне пора идти, — бросает Юнги. — Да и тебе тоже, я уверен.       Чонгук недоумевает, когда замечает, что у — мистера невозмутимость — Мин Юнги подрагивают пальцы на руках. Как же хочет Чонгук сейчас знать, какие мысли так будоражат его наставника в данный момент. — Да, конечно, — Чонгук поднимается с места и вдруг замечает, что у Юнги на пальце кольцо, пусть не на безымянном, но всё равно оно… так сильно похоже на обручальное.       Чонгук на несколько мгновений выпадает. Что? Когда? Почему? Чонгук не понимает, как так вышло. Чонгук не знает, что он упустил такого важного, что не заметил предпосылок раньше. Неужели у человека, который вызывает в нём столько эмоций, кто-то есть? — Вы что… женаты? — задает вопрос Чонгук с некой болью в голосе, потом он вспоминает, что не имеет права задавать этот вопрос в таком тоне, ведь они с Мин Юнги по сути никто друг другу.       Мин свои волосы поправляет, зачесывая те пятерней назад. Губы его невольно улыбка трогает от такой реакции студента, это до безумия мило и удовлетворяет самолюбие преподавателя. Пусть он и всегда был популярен, но именно такая реакция намного ценней. — Нет, я в разводе, не переживай, — Юнги специально надел кольцо. Возможно, он хотел услышать, увидеть, что Чонгук действительно воспринимает его как потенциального партнёра, а не просто как преподавателя, на которого хочет быть похожим в будущем. Глупый мальчишка. Такой глупый и неосторожный.       В понедельник у Юнги всего одна пара и то у той группы, где Чонгук, а потому Юн всё своё в сумку складывает, не трогая то, что должен забрать Чонгук.       Мужчина выключает всё оборудование, наклоняясь к разъёмам розеток и иногда носом шмыгает. Видимо, он всё же заболевает. Этого ещё не хватало. Главное дочку не заразить.       Чонгук опускает голову, отворачиваясь. Почему Юнги сказал: «Не переживай?» С чего он взял вообще, что Чонгук переживает. Неужели он о чём-то догадывается?       Чонгук сидит с минуту на месте, наблюдая, как Юнги начинает подготавливать аудиторию к уходу, потом встаёт, берёт заметку, которую ему написал Мин, тихо прощается и уходит. На следующий день у Чонгука нет пар с Юнги, но ему почему-то очень хочется извиниться.       Чонгук покупает горячий чай в кофейне напротив университета, берёт с собой сахар в пакетике на всякий случай, хотя ему почему-то кажется, что Мин Юнги пьёт чай без сахара.       У Юнги сейчас перемена между парами в тридцать минут. Чонгук даже стучится, прежде чем войти, но Юнги слишком уж увлечённо печатает что-то на ноутбуке и даже не замечает этого. — Здравствуйте, сонбэ. Мне показалось, что вы вчера заболели, и поэтому я принёс вам горячий чай. Ещё я хотел извиниться, мне показалось, что я вчера повысил голос по отношению к вам.       Юнги голову к вошедшему парню поворачивает и ничуть не удивляется, когда видит, что это Чонгук. — Это мило с твоей стороны, большое спасибо, — преподаватель невольно ухмыляется, чем смущает мальчишку. — Присаживайся.       Сегодня у Мина неожиданно хорошее настроение, но из всех учеников, пожалуй, дарить улыбку хочется только Чонгуку, он её заслужил.       Мужчина берет стакан с чаем и ожидаемо не добавляет сахар, сразу делая глоток. — И нет, всё в порядке. Вопрос пусть был и личным, но вполне ожидаемым, — Юн краем глаза замечает недоумение во взгляде своего ученика, продолжая что-то печатать на ноутбуке.       Внутри тепло становится не столько от чая, сколько от неожиданно проявленной заботы, которую Юнги ранее получал лишь от немногочисленных родных. — Я знаю даже больше, чем ты можешь подумать, и мои познания велики не только в математике, Чон Чонгук, — Мин явно смущает парня таким открытым заявлением о том, что всё прекрасно знает.