POV: Anton
После того, как Алиса сказала мне бежать, я не став спорить, бросился в лесную чащу. Бежал долго, не разбирая дороги, всё время спотыкаясь о витиеватые корни деревьев, то и дело возникающие из-под снега. Мне в равной степени хотелось убежать как от тронувшегося умом Бяши, так и от Алисы, которая теперь предстала как кровожадный убийца, самовлюблённый и жестокий. В один момент я выдохся и перешёл на ходьбу. Не знаю, сколько ещё блуждал бы так, если бы не наткнулся на странную избушку. Её местонахождение здесь, посреди леса вызывало у меня некоторые вопросы. Однако потом я вспомнил, что в лесу охотники нередко делают подобные убежища, чтобы можно было переночевать, если заблудился, или согреться, если промёрз до нитки. Да и вообще это мог быть дом какого-нибудь отшельника, решившего совсем изолироваться от какого-либо общества. Эти рассуждения отогнали наступавший страх, и я решил проверить, можно ли попасть в эту хибару. Всё ещё нерешительно, я подошёл к массивной деревянной двери и постучал. Ответа не последовало ни сразу, ни через несколько минут. Тогда я без особой надежды потянул дверь на себя. Она поддалась — открыто! Некоторые глупые страхи, вызванные просмотром американских фильмов ужасов, теплились у меня на подкорке. В подобных картинах, которые озвучивает один актёр, с кривым переводом, и репликами, записанными одним дублем, часто в старом строении, где-то посреди леса, незадачливых главных героев ждёт маньяк, с мачете или бензопилой наперевес. Мне сразу пришёл на ум один культовый зарубежный маньяк из подобных картин — Джейсон Вурхиз. Конечно, встречи с ним я бы никому не пожелал, но я знал, что одна моя знакомая намного страшнее всех рисованных психов Голливуда.
Я всё же решился проникнуть в дом, осмотреть его содержимое, держа при этом мысль в голове, что в случае какой-либо опасности, мне придётся делать ноги.
Глупо, от неё не убежишь, о её присутствии невозможно узнать заранее. Чёрт, да мне даже её имя вспоминать страшно! А ведь в глубине души я уже тогда знал, что она придёт…
Обстановка в домишке была не то чтобы удивительная, как для подобных построек. Всего одна комната, «буржуйка» возле глухой стены, два окна и две кровати. Стоял также стол и стул подле него. На столе лежало… Автоматическое перо? Этим кто-то до сих пор пишет? А ведь судя по подтёкам чернил им писали, притом совсем недавно. Это напрягало. В качестве единственного прибора освещения выступала старая керосиновая лампа, что было уже не так странно. Откуда тут взяться электричеству? Я решил присмотреться к деталям окружения.
Одна из кроватей оказалась застеленной, притом очень аккуратно. Охотники, которых всегда представляешь как широкоплечих бородатых мужиков, словно викингов, сошедших со страниц исторической энциклопедии. Правда вместо боевых топоров и секир, у охотников ружья. Вряд ли подобный типаж людей будет с трепетом и старанием заправлять кровать после ночёвки, это скорее женских рук дело. Эта мысль заставляла стыть кровь в жилах, ведь только одна особа женского пола водится в этих местах. Но зачем зверю заправлять кровать? Глупый вопрос, учитывая что опрятная постель не является железобетонным доказательством
её присутствия. Однако был и куда более серьёзный повод для беспокойства… Вернее поводы. Царапины, они были повсюду: на стенах, на полу, на мебели, и даже… На потолке?! Эти царапины были глубокими, с рваными краями, оставленные явно не ножом. Глупая но забавная мысль посетила мою голову: «У нашей лисички-сестрички явные проблемы с самоконтролем!» Эта мысль и пугала и успокаивала одновременно, даже не понятно почему.
Я бы ещё долгое время провёл в болоте странных мыслей, если бы не заметил книжную полку, уставленную различными писаниями. На ней стояли и исторические книги, и множество сборников со сказками, былинами и тому подобным. Теперь понятно, откуда у рыжей бестии такая любовь к сказочным мотивам! Но моё внимание привлекла энциклопедия по человеческой анатомии, она добавилась в мой список жутких находок. Интересно, как часто
она прибегала к использованию сведений из подобной литературы? Вопрос риторический и ответ на него я знать точно не хочу!
Вновь уйдя в рассуждения и мысленные диалоги с самим собой, я совсем не заметил, как за окнами начало темнеть. Света становилось всё меньше, словно дурное знамение, предупреждающее о надвигающемся бедствии. И это бедствие не заставило себя долго ждать!
— Ох, негоже заявляться в гости без разрешения, за это ведь и сердце отобрать могут, хи-хи! — Сразу было понятно, кому принадлежит эта фраза, раздавшаяся как гром среди ясного неба.
Нельзя больше томить, надо расставить если не все, то большинство точек над «и». Пускай она и может меня убить, плевать. Я узнаю ответы, слишком много у меня возникло вопросов. Здесь уже не просто спортивный интерес, а самое настоящее помешательство, свойственное многим учёным, стоящим на пороге открытия века. Открытия, способного изменить весь уклад жизни, перевернуть представления о мире с ног на голову.
— Нам нужно поговорить.
End POV: Anton
Она возникла в дверном проёме совершенно внезапно. Её глаза будто светились красным в наступавшей тьме, а неизменная ехидная улыбка стала шире, и выглядела особенно зловеще, больше походя на звериный оскал.
— Ох, да знаю я, что ты мне сейчас хочешь задать тонну вопросов, и не отвяжешься, пока не получишь ответы, Зайчик! — Выделив последнее слово, хозяйка вошла в свои владения.
— Сейчас начнёшь свой допрос, но сначала надо сменить обстановку на более подходящую.
После этих слов, лиса обыденно стянула с себя шубу, при этом почему-то смутив собеседника. Затем она подошла к столику и зажгла лампу, стоявшую на нём.
— Странно, смотришь на тебя и тепло в груди разливается, а окажешься рядом — веет холодом могильным… — Неожиданно даже для самого себя произнёс юноша, вздрогнувший после своей фразы.
— Ха, что? — Переспросила собеседница, прекрасно расслышав всё до единого слова. Хозяйку дома заинтересовала эта реплика.
— Да так, ничего, мысли вслух… И вообще, не важно! — Одёрнул себя Антон, тем не менее не согнав улыбки с морды своей
напасти.
— Хорошо. Предложила бы тебе чай, да не питаюсь такими вещами, уж извини. — С привычной улыбкой решила-таки начать разговор Алиса.
— Давай уже, спрашивай, не сидеть же нам в гробовой тишине, хи-хи!
***
— И многих ты уже так устранила? — Вопрос мальчишки был слишком ожидаемым и прямым.
— Тебе лучше не знать этого числа, да я и не помню — при желании бы не ответила, ха-ха! — Она врала, но делала это настолько хорошо, что смогла выглядеть искренней.
Их было четырнадцать, только за этот, спокойный год.
— Неужели тебя не мучает совесть? У тебя есть хоть какое-то её подобие? — Недоумевал Антон.
— Ах ты негодник! А кто тебя сегодня спас? Неужели то самое бессовестное создание, после утренних событий всё равно пришло тебе на помощь? — Плутовка уже и сама не знала, врёт-ли она.
— Прости, только не сердись! Я просто чувствую, как с каждым днём понимаю всё меньше из происходящего, и совсем не понимаю тебя! — Начал откровение школьник.
— Слишком много всего навалилось, все эти проблемы, как снежный ком! Отвлечёшься и себя потеряешь…
— Ох, ну и как много из этих проблем принесла тебе я? — Лиса выглядела очень уж сострадательной.
— Не ты, а некоторые твои действия, я думаю ты понимаешь, какие именно…
— Но почему? Подумаешь, устраиваю в лесу пирушки, периодически… — Искренне недоумевала плутовка. —Тебя ведь это никак касаться не должно!
— Но касается, и притом сильно… В школе у меня за спиной уже шептаться начинают. Ведь ты представь. Живёте вы в своей деревушке, будни проходят размеренно и однообразно. Люди пропадают редко, да и тех, что пропали, считают потерявшимися в лесу, или как-либо иначе естественным образом пропавшими. А тут к вам приезжает странный молчаливый новенький, непонятно что забывший в этих местах. И после начинают пропадать дети, друг за другом. А что самое странное, те дети — это три хулигана, о распрях которых с этим самым мальчишкой всем известно. Так вы ещё и подростки, только входящие в переходный возраст — энергичные и голодные до сплетен. А хуже всех в этом плане, несчастная Катя Смирнова! — Закончил рассуждения Антон.
— Ужас! Это звучит совсем не весело! Прости… — Начала извиняться Алиса
— Я думаю, я смогу загладить свою вину перед тобой!
— Дай угадаю, это закончится массовым убийством практически всех местных школьников? — Не скрывая грусти, съязвил парень.
— Ох, Тоша, совсем ты во мне разочаровался! Нет, я смогу это решить мирным путём, если хочешь!
— То есть, если бы не я, то моя догадка воплотилась бы в жизнь? — Продолжил давление мальчишка.
— И как ты отведёшь подозрения доброй сотни людей от меня?
— А вот не скажу, хи-хи! Но обещаю, завтра в школе о тебе не будут говорить в подобном ключе!
— Ну точно плутовка! Очень хотел бы тебе верить, но пока что ты не даёшь ни единого повода… — Парнишка выглядел расстроенным.
— Да ладно тебе! — Лису осенило.
— Давай лучше я тебе сказку расскажу? Все ведь любят сказки?
— Но ведь на то она и сказка, что выдуманная… Ну ладно, давай. — После некоторых колебаний, согласился Антон.
— И как она называется?
— Не знаю, допустим: «От наивности до мести»! Все герои и события вымышлены, хи-хи! — Плутовка начала рассказ.
— Когда-то давно, в одном большом и красивом городе жила девочка. Жизнь её, в целом была беззаботной. У этой девочки была семья: мама — врач, папа — военный, да маленькая собачонка…
— А звали-то девочку как? — Вставил свои пять копеек Петров.
— Ох, ну не перебивай, Тоша! Если конечно не хочешь познакомиться с тем, что скрывают эти перчатки, хи-хи! — Алиса вытянула перед собой руки в кожаных перчатках, которые она почему-то не сняла, когда раздевалась.
— Ну допустим её звали Лиза.
— П-прости, прости… — Вскинув руки в примирительном жесте, постарался успокоить рассказчика мальчишка. Антону не хотелось знакомиться поближе с необычными орудиями убийств.
— Так вот, маленькая Лиза жила себе, лет двенадцать уже, и так бы продолжилось. Но в один осенний день, родители спешно собрали вещи и поехали всей семьёй на дачу, не объяснив бедной дочурке причины столь резкой смены места жительства. Дачей выступал старый двухэтажный дом, доставшийся в наследство семье от покойного деда, ветерана Великой Отечественной. Девочка очень любила вечерами слушать рассказы своего родственника с героическим прошлым. Истории о битвах под Москвой, Киевом, Брестом и Берлином, выступали в роли сказок на ночь. Из-за этого, приехав в новое, как говорили её родители «временное» жильё, Лиза тотчас окунулась в воспоминания. Она ходила по уютному саду, который расположился во дворе и вспоминала, как лазила на дерево, пытаясь стащить сливу, а потом падала и разбивала коленки, после чего её отчитывала бабушка, но всё же в итоге давала заветный фрукт. Как бегала между грядок, играя в салки со своими деревенскими друзьями. Для бедной Лизы деревня была отдельным миром, со своей историей, жителями, и обычаями. Но больше всего девочка любила лес. Её безумно тянула тайга, увлекая своей таинственностью, особенно в зимнее время. Жаль что когда она приехала, была ещё осень, самая грустная пора как для леса, так и для самой Лизы. Её любимых пожилых родственников уже не было в живых и Лизе нужно было адаптироваться к новым условиям. Через пару дней после приезда, девочка вместе с мамой уже относили документы в местную школу. А после началась учёба, Лиза училась прилежно, худшей оценкой для неё, означавшей чуть ли не конец света, была четвёрка. Жизнь шла своим чередом, наступила зима. Девочка очень радовалась первому снегу, возможности погулять по заиндевевшему лесу и поиграть в снежки с ребятнёй. А потом наступил канун Нового года. И всё перевернулось вверх дном.
Тридцать первого декабря, в десять вечера, Лиза сидя на втором этаже, услышала шум снизу. То были крики и ругань, беготня, беспорядочная возня. Лизонька была глупой, наивной и, что самое страшное — любопытной. Она тихо спустилась вниз, где её встретил нервный отец, и не менее нервная мама. Лиза начала было задавать вопросы, мол, что происходит, почему её родители так суетятся. Но папа прервал её, сказал, что девочке нужно бежать, к ближайшему жилому дому. Он наскоро одел девчонку и вытащил её через окно, прямо на улицу. Несмотря на свою наивность, Лиза сообразила, что нужно было уходить тихо, и попрощавшись с отцом как могла, убежала в лес, через который лежал единственный путь к цивилизации. Выражение лица папы в момент прощания, девочка до конца жизни запомнила. Столько грусти, осознания близящейся смерти, тепла, желания обнять дочь на прощание — это было тяжело видеть, даже наивной двенадцатилетней девочке…
Алиса сделала паузу. Внимание Антона миновал момент, когда кулаки его собеседницы с силой сжались, а перчатки, как и кожа под ними были проткнуты.
— Ну а потом началась самая весёлая часть! — Лиса хлопнула в ладоши — Когда девочка попала в лес, в столь позднее время суток, немудрено что она заблудилась. Долго бедная Лиза блуждала по зарослям сосен и елей, совсем выбилась из сил девочка, впала в отчаяние. Она присела у пенька, воззвала к высшим силам, с мольбой о помощи, а потом начала засыпать, ведь мороз полностью окутал бедняжку. И высшие силы её услышали, пришли к ней в лице старого и мудрого шамана. Лиза очнулась ото сна, в котором и встретила хранителя этого леса и пошла домой. К тому моменту уже наступило утро, а у девочки появились силы и знание обратного пути. Придя к дому, Лиза столкнулась с воистину потрясающей ужасной картиной. На улице, возле дома осталось множество следов: отпечатков ног, колёс, гильз, крови. Войдя в дом, девочка нашла возле лестницы на второй этаж тело своего папы, наверху же, в одной из комнат лежал труп её мамы. Примечательно то, что отец лежал с окровавленным ножом в руках, подле него лежала винтовка и пистолет, а также множество стреляных гильз. Всю эту картину дополняла огро-о-омная лужа крови. Девочка поняла, что её папа — настоящий герой, бился до конца, как лев! Тогда Лиза возжелала найти обидчиков, отомстить им. Девочка легла подле своего отца, свернулась калачиком и уснула. Она не плакала, ведь она была сильной. А во сне к ней вновь пришёл шаман, он предложил новоиспечённой сироте сделку, так сказать. Она получила новые силы, достаточные для того, чтобы подчинить своей воле человеческие судьбы, и отдавала своё сердце. Девочка согласилась, чистый детский гнев управлял ей в тот момент… Очнулась Лиза с пониманием того, что сможет наказать всех обидчиков, а так же, осознавая, что потеряла что-то очень важное, помимо семьи. Но это девочку не беспокоило, она хотела только одного — справедливости.
Алиса торжествующе вскинула кулак и продолжила вопросом.
— Лиза нашла всех причастных и как ты думаешь, что она с ними сделала? Правильно, ус-тра-ни-ла, ха-ха-ха! В итоге, девочка проложила себе дорогу к справедливости, из сорока тел. Но ей этого стало недостаточно, она начала искать новые объекты для её праведной мести. В ходе всех этих превесёлых событий, девочка утратила и своё лицо, получив от шамана новое, лучше прежнего! Поначалу героиня была очень благодарна мудрому хранителю леса, но со временем к ней пришло осознание, что ею воспользовались. Причиной этому было желание шамана попасть в материальный мир, из мира духов. Тогда девочка ему подчинилась, но немного напортачила, из-за чего шаман вошёл в этот мир не в человеческом облике. Он был зол на свою протеже и заставил последнюю искать друзей. Лиза была упорной, она помогла мудрецу собрать компанию из нескольких людей, ставшую ей семьёй. И жизнь пошла своим чередом, пусть странным, чутка кровавым, но всё-таки всё было нормально. Однако в девочке копилась злоба, она всё больше осознавала своё положение подчинённой, и это Лизе не нравилось! В один момент гнев достиг своего апогея, шаман это почувствовал и устроил охоту на меня девочку. Но наша героиня оказалась не промах! Пока всё шло своим чередом, она изучала изнанку мира, постигала тайны других уровней реальности, изучала магию… Все приспешники оказались совершенно бесполезны! А вот с шаманом пришлось повозиться, он был очень опытен, но недостаточно хитёр! Я рискнула, и смогла на время обездвижить противника, а дальше дело было за малым. Перерезав себе вену ритуальным ножом, заимствованным на время у самого шамана, окропив кровью снег вокруг хранителя так, чтобы получился круг, с пятиконечной звездной, заключённой в нём, девочка выложила пять сердец её сородичей так, чтобы каждое лежало на конце одного из лучей кровавой звезды. Затем она начала читать мантру, звучавшую примерно так:
Неверного, природа, забери…
Должное себе верни…
Мир от зла ты избави…
В дар моё ты получи…
У меня получилось! С шамана постепенно стала слезать кожа, затем мясо и мышцы, кровеносные сосуды, и, наконец, кости рассыпались в труху. Ныне бывший, хранитель леса был обречён на вечные скитания промеж мира живых и мира мёртвых. Конечно, мне это стоило окончательной потери человеческого облика и возможности далеко отходить от леса, зато чувство справедливости торжествовало! В дар высшие силы дали мне нескончаемый голод и титул нового хранителя этой прекрасной тайги!
— Ну как тебе рассказ, Тоша? — Поинтересовалась Алиса.
— Я… Даже не знаю с чего начать… — Удивление юноши не имело границ.
— То есть у тебя под маской вообще ничего нет?
— Ну, вот неужели из всего описанного, тебя заинтересовало какое-то там лицо? — Недоумевала лиса.
— Ну раз так хочешь, то сам посмотри! Но учти, это может стоить тебе жизни, хи-хи-хи!
Хозяйка хижины и леса совсем вошла в кураж, даже не заметив как в открытую заявила, что является героиней своей сказки. Она начала раздвигать челюсти своего лица, помогая руками. Открыв пасть настолько, насколько это было возможно сделать, избежав физической боли, она поманила Антона к себе.
Взору мальчишки предстало то самое «ничего». Лишь тьма, в которой светились две белые точки, довольно странное зрелище.
— Да на тебе лица нет… — Только и смог вымолвить ошарашенный парень.
— Ну вообще-то есть! — Не согласилась собеседница резко захлопнув своё лицо с такой силой, что казалось, будто она сможет легко раздробить любой человеческий череп. После звонкого щелчка зубами, рассказчица показала на маску
— Вот оно! Красивое, правда?
Не согласиться Антон не мог, не только из-за страха болезненной смерти, но и по другой, не совсем объяснимой причине.
— Зна-а-а-чит, ты всё-таки не человек, но когда-то давно им была. — Рассудил парень.
— Ох, ну точно местный дурачок! Наконец-то до тебя дошло! — Восторжествовала Алиса.
— Значит ты действительно лиса? А… у-у тебя есть хвост? Ну такой, большой красивый и пушистый! — Сильно заинтересовался Петров.
— Фу, какой пошлый! Значит я тут тебе рассказываю трогательную и трагичную историю, а у тебя только подобные вопросы на уме? — Всплеснула руками Алиса.
— А вот не скажу! Это интимная тема, тебе о таком ещё рано знать, хи!
— Ч-чё? Ну ладно, справедливо… — Смирился Антон.
— И я не говорю, что меня не тронула твоя судьба! Эта история звучит куда страшнее, чем ситуация, в которой оказалась моя семья. Мне тебя правда очень жаль…
— Запомни, Тошенька, жалеют — слабых. А меня едва ли можно назвать слабой! — Дала наставление лиса.
— А вот сейчас обидно было, ты ведь сама меня жалела! — Смеясь ответил Петров.
— Ну да, а что не так? — Сбила спесь юноши хозяйка, показывая своё ликование и превосходство.
— Ладно, не зазнавайся… Выходит, твой отец тоже связался с бандитами? — Успешно сменил тему мальчишка.
— По всей видимости да, хотя откуда мне, на тот момент двенадцатилетней девочке знать?
— Ты говоришь, что тебе тогда было двенадцать, выходит сейчас тебе больше, сколько же тебе лет, Алиса? — Впервые за этот вечер, Антон обратился к собеседнице по имени, которое сам же дал.
— Или Лиза, как же тебя зовут? Ничего не понимаю!
— Ох, так и быть, называй меня Алисой, мой маленький любитель ярлыков. Мне, конечно всё равно, главное, чтобы имя мне нравилось, хи-хи. — Снисходительно ответила хозяйка.
— А сколько мне лет? Не знаю, по человеческим меркам, лет двадцать, может быть. Ну или девятнадцать. Да и какая разница, когда у тебя каждый день, как Новый год и День рождения в одном!
— А, вот почему от тебя всё время пахнет мандаринами и фейерверками! — Сделал вывод Антон.
— А ты что, думал я пиротехникой увлекаюсь? И сплю на складе с мандаринами, ха-ха-ха!
Мальчишка тоже рассмеялся, обстановка разрядилась. Но следующий вопрос снизил до нуля всё настроение Петрова. А не задать его Антон не мог, это было слишком
важно.
— Ты извини, что спрашиваю, но как часто ты убиваешь просто, из п-прихоти? — Антон уже приготовился к любому исходу, мысленно попрощавшись с родителями и сестрой.
— Ох, Тоша, глупый Тоша… Да почти никогда! Я ведь тоже живая, как и ты, как и Жулька, как любой жучок или птичка. Это галлюцинациям пища не нужна. Мне просто нужно утолять голод, как и тебе, просто этот голод, немного другой… — Наглядно объяснила лиса.
— Другой, в смысле звериный, или как? — Уточнил юноша.
— Да ну нет же! В основном я питаюсь эмоциями людишек, реже — мясом, а иначе никак! — Продолжала объяснять Алиса, чувствуя себя учительницей по биологии, разъясняющей простейшие, по её мнению вещи.
— Так что ты теперь можешь называть меня энергетическим вампиром, людоедкой, да хоть Антихристом! Главное помни, кто из нас в «случайно» начавшейся схватке выйдет победителем, кто лучше приспособлен к убийству, хи-хи!
— Да я знаю, на что ты способна. — Скорее с укором, нежели с ужасом ответил мальчик.
— Ой, какие мы ранимые! Прямо одуванчик! — Парировала плутовка. —
Сам вспомни, как надавал по макушке своему обидчику, и как смотрел на его избиение после. Что-то тогда я в тебе не видела сожаления!
— Так ты была там? Значит ты умеешь превращаться в обычную лису? — Рассуждал Антон. Но после сменил тон на гневный.
— Хорошо, ты победила! Мы люди, жалкие и непостоянные существа! У нас нет той холодной логики в действиях, что есть у тебя, и поэтому ты всех нас ненавидишь!
— Ну во-первых, я не ненавижу всех людей! Тебе перечислить типы людей и причины, по которым я их ненавижу? — Обиделась Алиса.
— А во-вторых, да, я своего рода оборотень. Теперь ходи и бойся при виде лис, бе!
— А вот и буду! — Продолжал злиться Петров. — Да, и было бы неплохо услышать обоснования твоей ненависти, чтобы я понял, почему ты ненавидишь меня и мою семью…
— О-о-х… Хорошо, будь по-твоему. Но сразу скажу, я не ненавижу тебя и твою семью, да и как вообще можно ненавидеть твою маленькую сестру? Она ведь совсем чистая, так ещё и забавная! — Недоумевала лиса. — Основных типов ненавистных мне людей — два:
1) Местные божки. Убийцы, бандиты, садисты, педофилы, и прочие подобные им отходы общества. К этим созданиям совершенно нет сожаления, ведь они идут лёгким путём достижения целей. Предпочитают земные утехи, радостям душевным. А ещё больше желания их расчленить вызывает то, что я сама однажды стала такой!
2) Жадные люди. Их уже немного жалко, ведь они просто поддаются человеческой природе, не зная границ. Готовы на любую подлость ради своей выгоды. Как видишь, этими чертами награждена и я!
Лиса выглядела злой и раздосадованной. Казалось, будто она сейчас заплачет.
— Не знал, что можно так сильно ненавидеть саму себя… Извини что начал давить, не сдержал гнев, не контролировал то, что говорю. Просто я не понимал, чем дети заслужили то, через что ты их проводила. — Старался успокоить собеседницу Антон.
— Да ничего, Зайчик, я тебе всё простить могу, хи-хи! — Резко сменила настроение коварная плутовка.
— Но у меня к тебе есть пара вопросов, очень важных и для тебя и для меня!
— Ах ты, симулянтка! — Сквозь смешок сказал Петров.
— Внимательно слушаю.
— Как ты уже знаешь, мне нужно есть, и если с эмоциями всё довольно просто: чем сильнее чувство, тем богаче пища для меня, мне достаточно просто находиться возле тебя полчаса в день, чтобы насытиться. То вот с мясом есть проблема, если я не буду его есть, я просто превращусь в привидение! Но я готова полностью от него отказаться, если хочешь! Однако, мне в любом случае придётся прекратить ещё одну жизнь, но не переживай, не ребёнка! — Поспешила заверить хозяйка.
— Чёрт… Чью же? — Поинтересовался Антон.
— А касаемо мяса, надо подумать… Разве ты не сможешь есть обычное покупное мясо? Или у тебя строгая диета каннибала?
— Я без понятия, могу ли есть что-то кроме человечины, хи-хи! А тот, на кого пал мой взор является очень плохим человеком. Ты ведь наверняка видел подозрительного мужчину, с пластырем на носу?
— Да, помню такого, ещё цепочку на шее носит — очень на бандита похож. Неужели и правда бандит? — Поинтересовался Петров.
— Хуже, гораздо хуже. — Стала совсем серьёзной Алиса.
— Он серийный убийца. Он и грабил и избивал, и даже насиловал! И что самое мерзкое, в основном детей! А помнишь чёрный гараж? Угадай, кто к нему причастен?
— У меня… Нет слов… Если ты мне не врёшь, то он и правда заслуживает встречи с тобой. — Ужаснулся Антон.
— И как ты его собираешься убить? Вернее, почему ты этого ещё не сделала?
— А вот тут и начинается самое интересное! Днём я его убить не могу, он находится вблизи людей. А мне просто так пугать простых очевидцев, среди которых могут быть дети — совсем не хочется! Знаешь, как сложно потом стереть сильный стресс из памяти детёныша? С приходом же темноты, негодяй проводит всё своё время вблизи чёрного гаража. Я просто не смогу там находиться — слишком много боли и мучений хранят те стены! Представь, Тоша, кем я стану, напитавшись такими эмоциями? Мой план прост. Ты ведь так или иначе являешься ребёнком, а он является педофилом… Понимаешь к чему я веду?
— Кажется да, и мне ой как не нравится роль приманки! — Запротестовал Петров.
— Да ладно тебе, Тоша, я тебя и от ножа и от пуль сберегла! Думаешь я не справлюсь с каким-то жалким мужичком? — Выстроила логическую цепь Алиса.
— Это всё равно очень жутко и противно! Мне надо подумать!
— Конечно, я даю тебе время на размышления! Постарайся дать ответ завтрашним утром, пожалуйста. — Взмолилась лиса.
— И последний вопрос тебе в копилку. Теперь ты мне доверяешь, Тоша? После всего моего излияния души…
— Пока не уверен, но и не могу сказать, что нет… Мне над этим надо будет особенно тщательно подумать… — Задумчиво ответил школьник.
— Уже совсем стемнело, родители меня наверное обыскались!
— Успокойся, Тоша, у нас ещё есть время. Твои родители сейчас дома, они пока что не заметили твоего отсутствия.
— А ты откуда знаешь? — С подозрением поинтересовался Петров.
— Ну не зря же меня называют принцессой тайги! — Ответ был простым и локаничным. —
Пойдём, я тебя провожу, как и обещала.
Двое не совсем простых людей, с совсем не простыми судьбами покинули старую охотничью избу и направились точно к дому подростка.
***
POV: Alice
Проводив Тошу до дома, пришла к себе в лачугу и завалилась спать. Очень уж сильно меня вымотал этот разговор! А ночью мне снова снилось, как я расчленяю
моего Зайчика, отрывая его плоть, кусочек за кусочком. Как запугивала его, говоря, что это всё было просто игрой, что мне на самом деле плевать на него. И как торжественно съела его сердце в итоге.
И вот на какой мысли я себя ловлю. Если раньше мне подобные сны были только в радость, то теперь я начинаю испытывать сожаление и отвращение к своим действиям. Видимо Тоша действительно сильно на меня влияет — я становлюсь мягче! Я действительно всё больше похожу на человека. Мне вот теперь не понятно, а хорошо это, или плохо? Я не могу дать ответ, думаю, мне стоит наведаться к Харитону. Этот добрейшей души старичок точно поможет мне в выборе! Ну ладно, думаю, завтра и навещу его. Сейчас главное, что Тоша с утра дал-таки добро на исполнение моего плана, а значит нашему дорогому Дмитрию Раскольникову осталось жить всего пару дней, хи-хи!
END POV: Alice
***
POV: Несколькими часами ранее…
— Ну что, Тоша, надумал чего? Согласен ли ты на мою авантюру?
— Да.
