Кубическое притяжение

Спустя время. - Давай уже... АХАХАХ!!! - Никита добивал последнего зомби, который хотел сожрать Роменского. Вдруг резко вырубился компьютер. Никита непонимающе оглянулся. Он запоздало вспомнил, что в это время должны были отключить электричество. - ЭЭЭЭЭЭ! - послышалось из другой комнаты. - АХАХХАХАХАХАХ, иди сюда, херобринский тапочек, - улыбнулся Берг, предчувствуя что-то необычное. - Я тебе сейчас... - забежал Роменский в комнату, кидаясь на Никиту. Он не рассчитал прыжок и повалил Берга на кровать. Так, что теперь Никита сидел, а Давид оказался чуть выше. Смотря на прижавшего его к стене Давида, он пытался подавить возбуждение, непонятно откуда взявшегося. "Ооуу, Давид~" - Извини, ты нигде не...- краснея, начал говорить Роменский, чувствуя, что его тянут вниз на ворот футболки. Никита вовлек его в страстный поцелуй, на что Давид слишком активно отвечал. Их языки сплетаясь, никак не могли насладиться друг другом. Глаза закрывались, пока лица тянулись друг к другу. Давид потянулся ближе к брюнету. Чуть остановившись, они разгоряченно посмотрели друг на друга. Поцелуй, давно желанный обеими сторонами, наконец был заполучен. - Ты знал это.... - Я тоже люблю тебя, - прошептал Никита. Он замолкает и смотрит на столь желанного шатена. Тот вытягивается чуть вперёд, касается его лица руками и нежно целует, чувственно и медленно. Берг отвечает, не смея ему отказать. Они наконец-то наслаждаются друг другом после стольких недель молчания. Никита схватил Давида, повалил его на спину, прижал к кровати, нависнув над ним. Но тот решил на миг побороться за право ведущей стороны, притиснув Никиту под себя, на что тот ответил тем же, обхватив его за плечи и перевернув под себя обратно, для верности придавив его ногами, как бы садясь верхом. Его руки оказались по обе стороны головы Роменского. Уловив в его взгляде некий страх, мифоискатель хитро улыбнулся. Давид твёрдо решил отдаться любимому, отдавая роль ведущего ему. Оторвавшись от губ любимого, Никита начал оставлять на шее его и ключице засосы, пока Давид, стиснув зубы, перебирал пальцами мягкие волосы нависшего над ним парня. Роменский чувствовал горячее дыхание Берга, от чего пробегали мурашки. Никита тем временем вернулся к шее, выцеловывая её и в перерывах от ласк бормоча: - Ты такой... Такой... Такой заботливый... Ты... Самый... Лучший... Тут же Давид притянул его к себе, снова целуя в губы друга. Тот нежно сжимал лицо шатена, уже подсознательно наслаждаясь каждым мгновением жизни, проведённой с ним. Никита незаметно стянул худи. Соблазнительно лизнул шею парня, чуть покусывая её. Снимая нижнюю одежду, Никита подтянул Давида к себе, так что оказался между раздвинутых ног шатена, который изучающе осматривал его стройное тело. От нежных прикосновений парня Никите сносило крышу. Вся одежда незаметно исчезла. Он касается спиной холодной кровати, притягивая любимого за собой. Тот чувствует поджатого под себя бездействующего шатена и довольно подмечает, что это все неспроста. Тот чуть отстраняется от его губ и поднимает глаза на него. Медленно проводя пальцем по торсу лежащего, Никита увидел все синяки и раны, о которых умолчал Давид. - Охеробренеть... - лишь мог выдохнуть Берг, смотря на тело шатена. Видя, что тот замялся, он навис над его лицом. - Ммнх...~ - Раз так... - недовольно протянул Никита, сильно сжав лежащего за голые бедра, доставляя ему резкую боль, но при этом затыкая поцелуем. Видимо синяки были настолько сильными, что у Давида невольно выступили слезы, от чего он издал мучительный стон. Видя это, сочувствуя покалеченному парню и не понимая зачем он доставил ему боль, Никита оторвал руки от бедер покалеченного шатена, нежно касаясь лица, чуть сжимая, и пытался успокоить его, лаская и поглаживая все его тело. Он не хотел ранить ни чувств, ни физического здоровья дорогого ему парня. Шатен же, подождав пока боль стихнет, легко сожмурился закинул брюнету руки на спину, прижимая к себе. Брюнет резко перевернул шатена со спины на живот, что тот от неожиданности начал дрожать и беззвучно шипеть. Он хоть и желал этого, но боялся неизведанности. Никита сразу же нагнулся к лицу Давида, поднимая его вверх указательным пальцем и целуя. Тот немного успокоился и расслабился, не переставая дрожать. Он хотел полностью отдаться Никите. Никита с интересом наблюдал за колеблющимся парнем, нависая сверху. Роменский чувствовал себя загнанным в угол, но в то же время желанным. Чувства разливались по телу и проводя тепло, возбуждали, ещё более разгорячая рассудок. Он так сосредоточился на чувствах, что едва успел заметить краем глаза промелькнувший где-то тюбик, похожий на крем. Брюнет навис над любимым, легко и плавно массируя задний проход одним пальцем. Ему пришлось приподнять голову, чтобы достать до его губ. От возбуждения лежащий издал протяжный гортанный стон. Руками он сжимал сильно простыню. Поцелуй был настолько сладок, что у обоих кружились головы. Два пальца. Разорвав поцелуй, шатен посмотрел назад и ужаснулся, насколько он огромен. Никита, заметив это, усмехнулся. -Если не хочешь, я не настаиваю, - шептал Никита возлюбленному на ухо. Три пальца - больно, но терпимо. - Мгха~..аа~..нет...продолжай... Четыре пальца осторожно входили и входили в плоть лежащего. Больно, едва стерпимо. Терпел он только ради Никиты. Наконец брюнет перестал массировать, убрав руку от его ануса. Шатен дрожал, брюнет видел это. -Я могу...?-тихо начал брюнет. В ответ послышался одобрительный стон. Но он не маленький, знает, что входить просто так достаточно болезненно, и на мгновение тянет момент, заставляя шатена дрожать ещё сильнее. Видя его неуверенность, брюнет поспешно скрутил за спину руки лежащему, и придавил их ногой, поспешно делая узел из ремня и надевая его на руки слабо брыкающемуся Давиду. Теперь руки были завязаны крепким узлом и ничто не мешало Никите творить беспредел. Его зрачки широко расширились, хищная улыбка растянулась по лицу. Прикусив губу, он едва сдерживал желание взять его насильно. Но не хотел видеть боль и без того настрадавшегося Давида. Брюнет приподнимается и как можно нежнее берёт шатена за бедра, зная, что там больные синяки, приподнимает херобринскую попку шатена. Начинает аккуратно насаживать, давая привыкнуть к длине. Первый толчок. Оба чувствуют боль и близость. Стараясь несильно сжимать бёдра шатена, Никита внимательно наблюдает за партнёром. Медленные и нежные движения постепенно увеличивались, набирая темп. Шатен содрогался от боли и удовольствия. Он крепко сжал связанные руки в кулаки. Стоны старался сдерживать, сдавленно всхлипывая от каждого толчка. Брюнет, стараясь держать темп, сжимает член шатена, массируя его, чтобы одновременно кончить. Постепенно медленные и нежные толчки заменили более резкие и грубые. Невероятная боль пронзала его, да и еще и брюнет вцепился в свежие незажившие раны. От боли он стиснул зубы. Шатен едва сдерживал желание застонать, издавая непонятные звуки выдоха при каждом толчке. - Не сдерживайся... все хорошо? - спросил брюнет партнера. - Амгх~да... да... только... аах~... раз... вяжи... Перестав двигаться, брюнет быстро сбросил оковы с онемевших рук. После чего резко вошёл во всю длину, удовлетворено услышав продолжительный низкий стон, от чего задвигался ещё быстрее. Шатен мял руками простыню, дабы хоть куда-то деть напряжение. От болезненного удовлетворения он закатил глаза, от боли по щекам невольно текли редкие слезы. С каждым толчком стон набирал громкость. Брюнет нагнулся над шатеном и впился в его губы. Тот сжимал руки в кулаки, от чего на ладонях выступила кровь, испачкав белую постель. Подходя к пику, брюнет каждой своей рукой держал руку партнёра. Шатен стонал уже не сдерживаясь. Дыхание сбилось у обоих в такт толчкам. Непрерывно целуя друг друга, они оба кончили. Давид почувствовал, что партнёр вышел. Приподнимаясь, брюнет обессилено упал рядом с дрожащим шатеном и, стараясь не терять сознание, крепко обнял любимого. Он хрипло и быстро дышал. - Ты самый лучший миф, который я только мог поймать... настолько близкого для меня как ты, нет никого... Они смотрели друг на друга, изредка целуясь до тех пор, пока не заснули, крепко держа друг друга и обнимая, боясь снова потерять.