Нас других не будет

Говорят /но еще не точно/, что никто не уйдет живым. Все заканчивается точкой, как отверстием пулевым. Смотришь — край обожженный алым обведен, в глубине листа отпечатками пальцев стала наша общая пустота. Будет следствие под предлогом — заключив составной союз, я успею сказать о многом, но не выдать, чего боюсь. Разгадают и шифр, и почерк, письма выправят под стеклом. А боюсь я не этих точек, а написанных прежде слов. Безоружными /суть — простыми/, слишком смертными /бог с тобой/, если выстрелить — кто остынет первым, выдержав эту боль? Все свободны, никто не пленник, участь избранная легка. Наказанье за преступленье — отлучение от курка. Но ирония в том, что прочно слиты, связаны — держат швы. За поля, за черту, за строчку ни один не уйдет живым. © Кот Басё.

      Раздражение и поднимающаяся паника быстро сменились невероятной нежностью и теплом — когда Арбенина вернулась в спальню, Света уже спала, не выпуская из рук футляр со скрипкой.       «И это Светка еще про рояль и две новых гитары не в курсе…» — довольная собой, Диана вернулась обратно в кабинет и оставила дверь приоткрытой. Любопытство взяло верх и она все-таки полезла на почту, посмотреть, что же интересного прислал таинственный незнакомец.       Она открыла сообщение, отправленное, как ей показалось, с одноразового адреса и открыла файлы. Десять фотографий, на них, вроде бы Андрей Дагаев — с самых разных ракурсов, в одной и той же одежде. Темно-синей куртке «Аляске» и простых черных джинсах. Нацепив очки, Диана стала рассматривать фотографии, и лишь на пятой сообразила — у них были фотки с каких-то общих посиделок. Можно было посмотреть и сравнить физиономии. Она выскочила из-за стола, вспомнив, что коробка с фотографиями была где-то на чердаке и ломанулась туда.       Спустя полчаса, лохматая, с перекошенными очками, вернулась обратно с заветной коробкой. Нужный снимок нашелся далеко не сразу, но когда она взяла его в руки, мысленно похвалила фотографа — получилось четко, можно было сравнить обоих мужчин и понять, есть ли сходство.       После тщательного изучения несчастных фотографий Диана, хоть и не была специалистом, но пришла к выводу, что это один и тот же человек. Либо очень, невероятно похожий, идентичный вплоть до родинки на скуле. «лен! срочно нужна твоя помощь» «не со светкой, она спит» «Что именно?» «кто вскрывал дагаева? я же правильно помню, его в вашу больничку привезли?» «Да. Мне узнать, кто вскрытие проводил?» «да, очень-очень надо, капец как, и кто справку о смерти выдавал» «только тихо, никому об этом, по крайней мере пока» «мне только имя, поговорить я могу и сама»       Диана посмотрела на смартфон, раздраженно покусывая большой палец. Жукова прочитала сообщение, но ничего не ответила. А ей очень хотелось всего и сразу, и прямо сейчас. Если бы не Света, она бы давно кинулась в больницу, на поиски и разговоры, ей хотелось действовать, попытаться докопаться до истины.       Ответ пришел неожиданно, когда Арбенина отвлеклась на составление плана — что и у кого ей нужно узнать. Такие записки всегда помогали, в том числе и в работе, при написании романов, чтобы по итогу все нужные линии были приведены к логическому финалу.       Телефон следователя, ведущего их дела, она сможет подсмотреть у Сургановой, к семье погибшего можно осторожно подобраться через нее же, или через Лену, в конце концов, никто не запретит ей узнать о бизнесе Дагаева и поговорить с кем-то близких друзей. Но чем дальше Диана думала обо всем этом и крутила разные варианты, ощущение, что все не так, как они думают, становилось только сильнее.       Жукова неожиданно перезвонила сама, через пару минут, запыхавшаяся и встревоженная. — Дин, у меня буквально пять минут! — Рассказывай. — Короче, врач, который проводил вскрытие — Кирилл Евгеньевич Томасов — погиб. Вчера сорок дней было. — Как? — Арбенина явно не ожидала такого поворота. Хотя, как известно, человек смертен, и смертен внезапно. — Несчастный случай… В ванной поскользнулся, ударился головой. Три недели в коме и все… А ты думала криминал? — Ну, типа того… Слушай, а кто справку выдавал? — А тут еще интереснее. Лаборантка эта работала с Томасовым, уволилась. Сегодня был последний рабочий день. — Лен, мне какой-то неизвестный перец прислал фотки, на них — один в один Дагаев, прикинь… — Мне это все не нравится. Дин, я постараюсь узнать поподробнее. Все, мне надо бежать, я тут в кладовке спряталась, а то… — Жукова хотела сказать что-то еще, но сбросила звонок. — Интересное кино… — ситуация и правда вырисовывалась странная.       Сначала они с Леной независимо друг от друга встретили человека, очень похожего на погибшего в ДТП Дагаева, точнее, Диана видела брелок, как в его тачке, потом на Арбенину вышел таинственный человек, которому Дагаев тоже крайне необходим. Так же выяснилось, что за их домом кто-то следит. В добрые намерения этого неизвестного верилось с трудом. И как вишенка на торте — погиб врач, проводивший вскрытие и уволилась лаборант, которая имела доступ к телу.       Диана закрыла ноутбук, понимая, что сосредоточиться на чем-то кроме текущих проблем и Дагаева, не выйдет от слова совсем. Чем себя занять она не знала, Света все равно спала и выход нашелся сам собой — набрать полную ванну с ароматной пеной, основательно отмокнуть и обдумать все, что получилось узнать.       Прихватив телефон, ушла в ванную, включила воду и, убедившись, что набралось достаточное количество, вылила чуть ли не половину флакона пены для ванной. На этот раз аромат был клубничный, а сама пена имела слегка розоватый оттенок. Довольная до невозможности, Диана устроилась с удобством, отгоняя от лица пышные шапки пены.       Навязчивую мысль — сунуться в больницу самостоятельно, все разузнать из первых рук, отмела сразу. Деятельная натура, не привыкшая подолгу сидеть на одном месте, требовала активности. Но было понятно, что в данной ситуации спешкой и суетой она может только навредить. К тому же, некто следил за домом — этот факт напрягал до невозможности.       Почему-то Диане казалось, что человек, звонивший ей, и сидящий в машине практически под окнами — это одно лицо. Хулиганская мысль пойти и спросить заставила дернуться и выплеснуть немного мыльной воды на пол. Уточка, с которой Арбенина, несмотря на солидный возраст, любила плескаться, осталась на полке невостребованной, было банально не до нее.       «Блин! Ладно, вытру, это недолго… А что? Я же могу подойти к тачке и спросить, че он тут забыл. Пригрозить полицией… Че ему тут, медом намазано? Я все-таки не настолько известна, чтобы под окнами караулить и просить автограф… Остается два варианта — либо это звонивший незнакомец, либо кто-то другой. Вот это я сейчас и проверю» — забыв о желании погреться и расслабиться, Диана стала выбираться из ванной, но вовремя сообразила, что прежде чем бежать, было бы не лишним привести себя в порядок.       В итоге, когда она выскочила из дома, намереваясь подойти к неизвестному в машине и все у него узнать, выяснилось, что машина исчезла. Слежка прекратилась так же неожиданно, как и началась.       «Прекрасно, блин! Он узнал, что хотел? Или что? Как это вообще понимать?..» — Диана пнула подвернувшийся под ногу камешек, не понимая, что делать с информацией, свалившейся на ей голову. Вариант нанять детектива привлекал, но с другой стороны, ей самой нравились загадки и она хотела попробовать разобраться самой.       Телефон завопил неожиданно, заставив Арбенину испуганно дернуться и достать гаджет из кармана треников. Звонил любимый младший брат и явно с очередной проблемой. Просто так он никогда не звонил и не появлялся, ссылаясь на дикую занятость на работе. — Ты можешь пожить у нас? — вопрос Антона озадачил и сразу же поставил в тупик. — И тебе привет, Тоха. Нет не могу.  — Диан, мне детей не с кем оставить. Мать в Минск умотала, Лерка в очередном Гондурасе. Тебе сложно, что ли?  — Светка плохо себя чувствует, не хочу оставлять её одну. А чего, ребзя не учится? — Каникулы осенние начались, — Антон снисходительно улыбнулся. — Счастливые, — Диана вздохнула.  — Дин, ты же можешь работать откуда угодно. Нетленки свои ваять хоть с телефона, разве нет? А за Светой если что ваша Жукова присмотрит. — Очень смешно. Тох, я все сказала — не могу побыть Мэри Поппинс для мартемок. Я их конечно люблю, как своих, но… — Мне больше попросить некого. Понимаешь?       «А у меня единственная любимая женщина, если что. Конечно, тебе не понять всех сложностей, блин!» — Арбенина злилась на брата за его совершенно семейную арбенинскую упертость. К тому же, если что, с мелкими могла бы посидеть Лерина мать. — Ну Динка! — Сорок лет уже Динка. Тоха, ну правда, я никак не могу. И можно подумать у Жуковой своей личной жизни никакой… Лерина мать тоже чем-то очень сильно занята? Мартемки с ней вроде бы хорошо ладят, она могла бы их забрать, не? — На ней другие пятеро внуков. — По-моему, если киндеров уже больше трех, то как бы пофиг, пять или семь, — Диана вздохнула. — Не вздумай меня у Светки отпрашивать. А то ты можешь… — Меня сожрет Лерка, — голос Антона прозвучал совсем несчастно. — Она против, чтобы мы нагружали ее мать еще и нашими спиногрызами. Слушай, а если я вас со Светой обеих привезу? Поживете тут две недели и вернетесь. — У нас кошаки. Три штуки. Их с собой мы не заберем. Лось заблюет всю машину, и ты вынесешь мне мозг, что у тебя новые светлые чехлы, а я, свинота кошмарная, не воспитала кота так, чтобы он не блевал в чужих тачках. — Ты моя последняя надежда. Няню даже не рассматривай, у нас их было пять за последний месяц. — В таком случае, в чем проблема привезти детей? Если тебе очень надо — пожалуйста. Привози сюда, сменят обстановку. — Ага, — Антон отключился, даже не попрощавшись.       «Замечательно, мне только мартемок не хватало для полного счастья… Хотя, они вполне адекватные, с ними хотя бы договориться можно. Правда надо все равно спросить у Светки, как она к этому отнесется… Они конечно прекрасно ладят, она даже заговаривала о детях, но… Ей отдыхать надо, а не с детьми возиться, пусть даже и десятилетними, способными себя занять», — Диана, окончательно продрогнув, вернулась домой.       Убедившись, что любимая женщина мирно спит, налила очередную большую кружку кофе с корицей и кардамоном, потом, с большой осторожностью прошлепала в кабинет — там ей думалось лучше всего. Она снова открыла фотографии и стала рассматривать не самого «Дагаева», а окружающую обстановку. Несколько фотографий было уличных, когда он садился или вылезал из такси с желтыми шашечками на боку, остальные были сделаны или в парке, судя по аллеям и скамейкам, или среди улицы.       Устав от рассматривания фотографий, Диана свернула папку, подключилась к мировой паутине и решила немного расслабиться. А заодно поискать вдову или жену (?) Дагаева, чтобы при удобном случае с ней поговорить.

***

      Тхай, как и пообещала Лена, заглянул сам, около четырех часов, раньше вырваться у него не получилось. Он, как обычно, чуть ли не задушил Диану в объятиях, добродушный, большой, пахнущий больницей, лекарствами и сигаретами.       Арбенина, старательно пряча некоторую нервозность, изобразила умеренно радостное выражение лица. — Привет-привет. Ну что, как тут у вас дела? — Давно не виделись, привет, дорогой. Дела могли быть и получше. Обедать будешь или как всегда самый большой кофе? — Пообедать не откажусь, сегодня не день — а дурдом. Светуля спит? — Я заглядывала минут десять назад — спала. И вообще, Валерий Валерьевич, какого хрена, стесняюсь спросить? Ты же сам знаешь, Светке так выламываться нельзя. — Знаю. Но с женщиной, у которой в руках скальпель, предпочитаю сильно не спорить. Да я понимаю, Диан, мы малость увлеклись. — Детский сад, штаны на лямках. Ладно, я пошла все разогрею, не буду вам мешать.       Диана ушла на кухню, прекрасно зная, что может доверять давнему другу семьи — в его компетентности она точно не сомневалась, как и в человеческих качествах. Правда это не мешало ей ревновать и по-тихому сходить с ума, но чаще всего удавалось держать себя в руках и не закатывать скандалы, как случалось в молодости.       Тхай заглянул на кухню примерно через полчаса, чем-то явно довольный. — Все-таки у Лены золотые руки, блокаду сделала — не придерешься. Я Свете рекомендации оставил, нужные лекарства у вас есть. Можешь не паниковать, уже завтра все будет гораздо лучше. Но на больничном я ее все-таки оставлю, пусть посидит дома, отдохнет недельку. — Ты думаешь она за неделю не соскучится по работе? — Арбенина скептически усмехнулась. — Не успеет. Я же с корыстной целью заехал — привез ей пару интересных историй, посоветоваться… — И я собираюсь кормить этого страшного, корыстного человека самой вкусной в мире курицей! С сыром и помидорами, между прочим. — Светуля тоже не в накладе, ей для научной работы подобные примеры будут очень кстати. Думаешь, я бы стал ее нагружать, если бы было совсем плохо? — Тогда ладно, — Диана поставила на стол тарелки с салатом и горячим, и села на против, задумчиво рассматривая орнаменты на свитере Тхая. — Приятного аппетита. — Спасибо. — А ты чего загруженная такая, случилось что-то? — Да, творческий процесс застопорился, скоро книгу сдавать, а у меня там… Короче, ничего страшного, просто не понимаю, как разрулить ситуацию. — Бывает. Слушай, а когда новый роман выйдет? Дашка моя достала уже, очень ждет новинку, всю плешь мне проела. — Через три месяца. Первый экземпляр с подписью сразу же завезу тебе, так и быть. — И правда — очень вкусно. Спасибо, ты настоящий друг, не дала погибнуть голодной смертью. Весь день на кофе, а тут — полноценный классный обед. Слушай, а ты не думала о том, чтобы ресторанный бизнес начать? — Валер, ты издеваешься? Я худо-бедно освоила несколько простых блюд, какие мне рестораны… Я все-таки писатель, в первую очередь. А уж потом все остальное. Ну, разве что музыку люблю так же сильно. Видел, какую красотку Свете подарила? Закачаешься же… — Видел, за такую можно душу продать. И почку. Твои-то на месте? — Почки обе при мне, не переживай. Кофе не предлагаю, есть какой-то офигенный Светкин чай, с какими-то там… Все, что я знаю из списка — мята. Остальное не прочитаешь. — Да, спасибо, давай чай. — Насчет Сургановой. Мне ее к врачу на прием тащить? Когда? — Если не доверяешь нам с Жуковой, тащи хоть прямо сейчас. — А серьезно. Валер, ты бы видел, что с ней было. Это же не может пройти по щелчку пальцев? — Она сама не хочет никуда ехать, так что смотри. Но если ты прям так настроена, то можно через пару-тройку дней, как раз после курса поддерживающих уколов. — Поняла. Вот твой чай. И печеньки. Сама пекла, вкусные, капец, — Диана придвинула мисочку с последней партией печенья. — Фиг оторвешься. Я такими темпами скоро стану квадратной тумбочкой — жру и сижу у компа. — С твоей бешенной энергией тебе это не грозит. Слушай, а если собаку завести? С ней гулять надо, вот тебе и необходимый ежедневный моцион. — Ага. А если я смотаюсь на очередные съемки, с ней кто будет гулять? Я правда Светке предлагала… Мелочь какую-нибудь, шпица там или той-терьера… А что, будет по дому такая пиздиклюшечка носиться, классно же. — Все, дорогая, спасибо. Накормила-напоила, я помчался снова на работу. — Ага. — Если что, не стесняйся, звони. — Конечно. — И сама отдохни. И кофе все-таки поменьше, договорились? — Еще одна Светка на мою голову. Хорошо, Валерий Валерьевич. Я вас поняла, разрешите выполнять? — смеясь, Диана проводила гостя, выскочив на улицу в чем была — трениках и майке. Вернулась домой бегом, трясущаяся от холода и почему-то встревоженная. Что-то было не так, а что именно — она не понимала. — Динь, иди сюда! — донесся из спальни голос Сургановой и Диана поспешно кинулась на зов. — Что такое? Где болит? — Я нормально себя чувствую, — Света отмахнулась. — Что от тебя хотел Валера? — Пожрать. Ну и книжку новую… А что? — Он заглянул минут на десять, потом сказал после укола полежать, и что ты его зовешь что-то важное обсудить. Вот я и спрашиваю, какие у вас секреты. — Все как обычно вроде, поболтали… Я скрипкой твоей похвасталась. Ну правда же я молодец? — Молодец-молодец. Ты у меня вообще — самая-самая… И насчет скрипки — я даже придумала, что хочу сыграть на ней первым делом…       Диана заулыбалась, отгоняя неприятное чувство где-то в области солнечного сплетения. Тхая не было полчаса, на Свету он потратил минут десять. Вопрос, где он шарился в их доме целых двадцать минут так, чтобы они обе этого не заметили? Валера, с его комплекцией и тяжелыми шагами, явно обнаружил бы свое присутствие хоть на втором этаже, хоть в другой его части. Разве что передвигался медленно и на цыпочках.       «Бред какой-то. Зачем Валере что-то искать в нашем доме? Он друг, не чужой нам человек и мы знакомы уже лет двадцать… Смысл ему что-то такое делать? Вариант напрашивается только один — он не так прост, как мне кажется. Надо быть поосторожнее с ним. Мало ли… Интересно, а что он Светке вколол? Надеюсь, ничего опасного…» — Дин, что с тобой? Ты меня слушала вообще? Побледнела вся… — Задумалась, — Арбенина решила пока не делиться своими подозрениями, все это было как-то странно. Может она сама выпала из реальности и десять минут показались ей тридцатью? Учитывая предыдущую почти бессонную ночь могло быть и не такое. — Мусор после уколов надо выкинуть, где вся эта красота?.. — Вот, я не стала убирать сама. — И правильно, заяц. Ты выспалась или еще поспишь? — Диана вернулась из ванной, твердо решив не впадать в панику и паранойю. Вскрытая ампула тревожила, можно было с легкостью ее заменить, чтобы не вызвать подозрений. Но с другой стороны, зачем Тхаю намеренно вредить Свете? Он же не враг, и в подобных вещах замечен никогда не был — лекарства не путал, собственным назначениям следовал строго. — Тут такие интересные случаи, я хочу ознакомиться. А что? — Снова никакой личной жизни, одна работа. Это сегодня я дома с тобой, а завтра меня снова унесет на очередные съемки и мы толком не будем видеться. Кстати! Меня озадачил любимый братец, ему мартемок девать некуда. — У них же каникулы вроде бы начались? — Да, недавно. Лерка в очередной загранке, наша мать свалила в Минск, вторая бабушка прикинулась ветошью и не отсвечивает. Остаемся только мы с тобой… Ты не против, если он их сюда притащит? — Конечно нет. Они же классные, с ними интересно, к тому же мы и правда давно не виделись. — Точно? А то я быстро ему всю малину обломаю, пусть ищет няню с неубиваемой нервной системой. — Точно. Я пока все равно дома, найду чем их занять. — Тоха вообще хотел, чтобы я к ним уехала. Или мы обе переехали на две недели к ним. Простой такой, я не могу с него. — И ты, конечно же, отказалась. — А то. Но ты не думай, про тебя я ничего не говорила, я спихнула все на Лося. Его же в машине укачивает. Давай я чаю принесу? Про еду даже не заикаюсь, ты все равно откажешься. — Я правда не голодна, а с чаем ты хорошо придумала, спасибо.       Арбенина, получив поощрительный поцелуй куда-то в нос, унеслась на кухню за чаем. Сделав так, как любит Света, вернулась в спальню. Ужасно захотелось устроиться под бок любимой женщине, с умным видом слушать ее объяснения, завернувшись в плед или теплое одеяло. Решив, что на сегодня суеты хватит, Диана так и сделала, не забыв со всеми предосторожностями убрать с постели подаренный инструмент. — Свет, а что там такого интересного, расскажи, а? — Тебе правда интересно? Вот, случай первый — мужчина, сорока пяти лет…       Диана честно слушала, стараясь вникать в незнакомые или просто сложные слова, больше всего ей нравилось, как Света объясняет, увлеченно, как при этом сияют ее глаза. Но ее хватило ненадолго, она, согревшись, задремала.