В ночь на 16-тое.

      Ноги неслись сквозь сильный ветер по тёмным переулкам частных домов. Дыхание сбито, а времени вовсе не хватало. Горло уже першило и болело от большой дистанции и холодного воздуха, как и ноги, но цель близко. Даже очень близко. В голове лишь дело, не более, но не пожалеет ли она о содеянном? Ведь она понимает, насколько большую боль она причинит ей, этой белокурой девице, ведь при виде этого недоразумения у неё колышется сердце. Ведь знает это чувство на собственной шкуре, чувство боли о потере. Но в данный момент в голове нет места на сочувствия. Только то, что она по праву должна сделать, ибо это её работа. Это её долг: либо её, либо она кого-то. Эта работа, не суд по милостыни, это в первую очередь жизнь, а в жизни девушки она самая главная.       Быстрых три стука раздалось в дверь в столь позднее время суток. Глаза быстро бегали по местности, проверяя наличие свидетелей, чтобы не сделать себе лишних проблем. Ей не пришлось долго искать, потому что, на удивление, дверь открылась быстро, и на пороге стояла цель. В полусонном состоянии, немного непонимающая. — Здравствуйте..? — произнесла кареглазая девушка, рассматривая безэмоционального парнишку, который стоял перед её дверью. Его вид был серьёзен, но одновременно и взволнован. Витало такое чувство, будто они когда-то виделись. Точно, лицо знакомое, даже до мурашек, только в нём что-то изменилось. Она не могла вспомнить, сонный разум даже не позволял стоять ей ровно на ногах, поэтому она легонько приподняла левую бровь вверх спустя пару секунд его томного молчания и серьёзного взгляда на неё, иногда оборачиваясь в полубоковое зрение. — Вы Даяна? — всё тот же тон, его спокойный голос спросил у девушки, на что получил одобрительный кивок головой, обозначающий согласие. Тело молодой девушки напряглось, и она облокотилась об косяк двери, думая о разном, что, возможно, этот парень коп или типа того, ведь кому ещё взбредёт в голову приходить в столь поздний час? Но именно в тот момент на мыслях она взглотнула, вспоминая недавние новости, сказанные по телевизору. — Вы знаете Бэллу Кузнецову? — её глаза округлились и дыхание немного сбилось, что сразу же заметил парень, цель явно была напугана. Но всё же она уверенно кивнула, больше приоткрывая парню дверь и приглашая его войти, и всё также стояла на стороже, не давая полностью пройти в дом.       «Точно коп» — прокрутилось в голове Даяны, она начала напуганно раздумывать за свою девушку, которая сегодня не объявилась, буквально пропала со всех радаров, даже не предупредив. С ней точно что-то случилось.       Наконец блондин со спокойствием вошёл внутрь, его голова поднялась на уровень Даяны, и девушка увидела азартный блеск в его ядовито-зелёных глазах. В глазах убийцы. Он ещё раз усмехнулся, посмотрев на девушку, которая была уже вовсе не сонная. — Что-то случилось? С ней всё хорошо? — спросила длинноволосая, волнуясь, но если бы она знала, что вовсе не за неё надо волноваться.       Парень в чёрном спортивном костюме лишь промолчал, протягивая ей красную книжечку, похожую чем-то на обложку паспорта Российской Федерации. Девушка с вопросительным взглядом посмотрела на него в непонимании, но не успела ничего сделать, как из-за своей спины он достал ствол, целясь в неё. Её глаза округлились от сильного страха и поглощения, она думала, что это розыгрыш, но, к сожалению, это была не шутка. Она допустила неисправимую ошибку, зная весь риск, который мог с ней произойти. Если бы можно было обернуть время вспять.

Секунда. И сильный выстрел раздался по кварталу трезвоном…

***

За пару часов до. 16.05.21

      Обычный солнечный день не предвещал беды, но седьмое чувство подсказывало мне, било буквально в уши, что сегодня что-то произойдёт. Я стояла возле телевизора, ища этот чёртов пульт, начиная немного беситься из-за потери, одновременно пытаясь вспомнить, куда же я его дела. Моя память точно меня подводила, ей богу, старею. Через два месяца к двадцати одному старческий маразм заработаю. — Чё ты ищешь? — в комнату вошла Даяна, что-то листая в телефоне и смотря на взбешенную меня. Её рука медленно потянулась к карману голубых джинсов, положив мобильник внутрь. — Чёртов пульт! — моё терпение лопнуло, и я вскрикнула. Всё, я вскочила с гребаного пола в поисках пульта. Я уже готова была уйти и забыть про этот проклятый фильм, который мы собирались посмотреть, пока она не рассмеялась надо мной, схватившись за живот, сымитировав боль. — Бэлла, боже, — она всё сильнее начинала смеяться надо мной, что привело меня в ступор и некое смущение. Я ненавижу, когда надо мной смеются, был бы это кто-то другой, точно получил бы пару ласковых в лицо, оставшимся униженным, но это Даяна, и поэтому я молча растянула свою кривую улыбочку, ведь её смех это нечто. — Он возле телика, — показывая на тумбочку, на которой стояла большая плазма, ответила она. На что я посмотрела и приняла своё поражение в том, что она оказалась права. Увидев это, я ударила себя по лицу, понимая, что я искала его минут двадцать, когда он лежал фактически перед моим лицом. Моя неуклюжесть и зрение всегда подводили, но с поражением оставалось лишь тяжело вздохнуть и включить телик. — Ну ты и глупышка, — Дая подошла ко мне впритык, всё так же посмеиваясь надо мной, а моё лицо лишь скривилось. Но она просто поцеловала меня в щеку, давая мне некое успокоение. — Иди, что-нибудь приготовь мне, а то я кушать хочу, — проговорила она, садясь на диван и начиная включать плазму, пока я скрестила руки на своей груди, возмущённо смотря на неё. — Я, конечно, тебя люблю, но мне кажется, ты чуточку офигела, — и снова она засмеялась надо мной, показывая жестом руки, чтобы я шла на кухню, пока, видите ли, она отдыхала. Я лишь фыркнула, но, как по приказу, отправилась на кухню.       Зайдя на кухню, я услышала, как она включила новости, наверное, ища интернет, пока я начала искать в холодильнике что-нибудь съедобное к фильму, но одновременно, чтобы это было несложно приготовить. Больше всего я надеялась на какие-нибудь чипсы, и надо было видеть моё счастливое лицо, когда они в буквальном смысле свалились на меня, пока я открывала верхний ящик. Я подула на свои упавшие прядки волос, которые свисали ниже плеч, заплетая их в хвостик, начиная брать тарелки, чтобы пересыпать чипсы в них, пока вновь смазливый голос моей девушки не раздался из другой комнаты. — Бэ-э-эл, — крикнула она странным тоном, подзывая к себе. Я, бросив эту пачку, отправилась в комнату, смотря на неё вопросительным взглядом, а она лишь утыкалась в идущие новости, и только тогда я прислушалась, что там говорят. — Как я и говорил то, что с сегодняшнего дня объявляется карантин по всей стране. Пару дней назад появился неизвестная группировка людей, которых называют «наёмники». Многие возможно задаются вопросом. Кто они и что это всё значит? Точного ответа дать никто не может, но мы убедительно просим вас оставаться дома, за избежаний возможных опасностей, которые мы можем ожидать от этих людей, — продолжал говорить телеведущий, пока я пыталась разобрать всё происходящее, подойдя ближе к Даяне и усаживаясь рядом на диван, внимательнее вслушиваясь. Вдруг на экране появился другой человек, видимо коп. — Если вы вдруг увидите подозрительных личностей, то просим вас немедленно сообщить по телефону в полицию, ведь кто знает, что может случиться, не сделав вы это, — мои глаза, как и Даянены, с каждым словом начинали всё больше и больше округляться от некого страха. В момент появился снова тот мужчина, который, как по щелчку пальцев, начал дальше говорить о других вещах, а я лишь с ужасом посмотрела на испуганную Даяну. — Боже, Бэлл, мне страшно, — она взаимно посмотрела на меня в непонимании, что делать. Но в уме я понимала, что мне сейчас не вариант оставаться, вскоре ко мне может прийти бабушка на пару дней, да и дома ей безопаснее с родителями, в отличие от моего дома, где есть только я. — Я думаю, тебе стоит ехать домой, — я спокойна встала с дивана, ловя на себе всё тот же испуганный и непонятный взгляд. — Я оплачу такси, — я старалась держать маску спокойствия, как учил меня отец. И благодаря ему я придерживалась этому уже как двадцать лет. Мне это помогало, так люди начинали меня уважать из-за моих правильных манер. — А-а, если со мной что-то случится? Вдруг эти люди уже на улице и хотят меня убить?! — она начала прокручивать у себя в голове разные события, но я понимала, что пару дней точно нам ничего не угрожало, так что я просто взяла мобильник, вызывая такси, пока она металась в своих мыслях.

***

      Сон настолько загадочная вещь, что ты даже не сможешь понять, когда он выручит тебя, а когда полностью подставит. И сегодня для Костьи Купер сон повернулся неудачным местом. Смс, которое пришло ей на телефон, смогло полностью разбудить девушку, которая, придя в шесть утра, свалилась спать без задних ног. Протяжный стон распространился в подушку, а рука сразу же начала искать в заднем кармане своих джинсов смартфон, который посмел разбудить её. Телефон найден, а голова медленно оторвалась от подушки, переворачиваясь на совсем другое положения. Протерев глаза, чтобы сфокусировать взгляд, она читала только что пришедшее смс.

13:58 Сухарев. В три, чтобы была на месте, у меня есть задание.

      Она медленно пробежалась глазами по тексту, ведь мозг ещё не до конца проснулся и толком ничего не понимал. Но с последней строчкой всё было ясно — Сухарев снова вызывает её. Мысленно ответив на его сообщение несколькими колкими словами, она отбросила телефон подальше от себя. Глаза снова прикрылись, но мозг не позволял отключиться всему телу и снова заснуть, ведь лишние проблемы её не нужны, да и опаздывать - не её манера. Сумев подняться, она сразу же сняла с себя ту пыльную одежду, и, надев новую, более удобную, она вышла из комнаты. — Ого, всего лишь два часа дня, а наша Купер удосужилась встать, — девушка, стоявшая на кухне, махнула головой, — похвально. — А я всего лишь зашла на кухню, а ты уже обратила на меня внимание?! — блондинка прошла мимо улыбающегося тела и двинулась к ящику, — что ж, я бы сказала тебе «спасибо» за столь приятный приём, но моё самолюбие не позволяет этого сделать. — Аха-ха, — девушка сымитировала смех, тем самым прикладывая руку к животу, она наигранно смеялась, — на что ведутся девушки, когда ты разговариваешь с ними? Всегда задавалась этим вопросом, ведь шутишь ты, мягко говоря, не очень, — подруга отпила что-то из белой кружки, делая умное выражение лица. — Настя, им нравится моя улыбка, — блондинка ярко улыбнулась Петровой, чтобы показать всю прелесть её белоснежной улыбки, и, чёрт, это было действительно так, — и ещё кое-что не менее главное, — она поставила свою кружку, в которую вцепилась уже как минуту, и показала свои полностью избитые пальцы, делая определённый пошловатый жест. — Ну-у, фу-у, Купер, — она скорчила лицо, ведь то сразу же сменилось отвращением, — давай уж без подробностей, что и как ты им делаешь, — Купер лишь самодовольно усмехнулась, ведь знала, что Настя не любила такие темы, а уж точно - не разговаривать с блондинкой об этом. Поэтому она снова отпила не горячий кофе со своей кружки. Долго разговаривать с Петровой она просто не могла, ведь не выдерживала дольше положенного её слащавую мину и больно уж тупой юмор. — Я в душ, а потом к Лёше, — услышав тихое «ага», она направилась в совершенно противоположную комнату. — Стоп, снова он? Ты ведь сегодня сделала все поручения?! — опомнившись, она громко воскликнула, чтобы Костья точно услышала и не смогла уйти от ответа. — Видимо, не всё.       Зайдя в комнату, девушка посмотрела вновь на телефон, понимая, что осталось не более сорока минут, а опаздывать не в её принципах. Тяжело вздохнув, она подошла к другой части комнаты, где стоял небольшой комод с вещами, но они были не так важны, как вещи, находящиеся на самом комоде. Чёрный костюм, похожий на спортивный, вперемешку с военным. Чёрная футболка размера оверсайз и того же цвета джоггеры с плотным ремнём. Быстро натянув на татуированное тело вещи, она нацепила на себя пару различных украшений в виде цепей. Девушка открыла нижний ящик, доставая оттуда ствол, быстро кладя его за спину, прикрывая футболкой. После поспешила выйти из квартиры, вовсе не предупредив подругу.

***

      Блондинистые волосы развивались на ветру, а в татуированных руках находилась сигарета и с затяжкой за затяжкой девушка поглощала никотиновый дым в свои лёгкие, иногда поправляя другой рукой свои прядки волос, зачесывая их назад. Она любила вкус табака, и он её во многом успокаивает, как сейчас, например. Со стороны можно было сразу понять, что она не проста и явно состоит в «хорошем» комитете государственных дел и правоохранительных органов, которые «защищают» народ от так называемых наёмников, вот только она сама, уже как шесть лет являлась этим самым «наёмником». На улицах Москвы было вовсе пусто, ни души. После сегодняшних новостей татуированную такой распорядок дел не удивил, ещё неделю назад объявили, что разные мафиозники страны будут пытаться захватить власть сначала у Сухарева, а после у самого президента, хоть и шансы нулевые. Поэтому она лишь усмехнулась, когда за окном машины увидела суматоху людей.       «Всё же, раз они хотят уничтожить большинство мафий мира и оставить лишь богатых и выдающихся людей, так зачем они объявили карантин? Если ведь скоро начнется война между мафиями и разными странами, и так бы пострадало больше людей. Так нет всю ответственность переложили на нас — на обычных наёмников, которые защищают зад самого главного своих стран. Убивать мафий и возможно людей с помощью ебанных документальных паспортов — предупреждений», — пронеслось в голове у Купер, в последние моменты она думала об этом дерьме, пока шла по улицам Москвы, не заметив, как подошла к зданию с главным офисом. Она отвела взгляд на наручные часы, понимая, что у неё в запасе ещё семь минут, она усмехнулась своей мега пунктуации. Выкинув докуренную сигарету, девушка вошла в здание, где её встретила администратор, попросившая документы, и, как она показала их, её сразу пропустили.       Войдя в большой лифт, девушка нажала на кнопку последнего этажа. 40 этаж. Лифт начал быстро подниматься, пока Купер снова судорожно посмотрела на наручные часы. Оставалось две минуты. Она успевает. Лифт открыл свои двери, и татуированная личность сразу выскочила из замкнутого пространства, начиная чуть ли не бежать в другой конец коридора. Добежав, девушка отворила большие двери. Довольно тяжеловато было дышать, но она сразу выровнялась в осанке, тихо проходя в середину кабинета, наблюдая за силуэтом, смотрящим в панорамные окна Москва-сити. Его вид был непринужденным. Он даже не удосужился посмотреть на вошедшего в его кабинет. — Прекрасно, Купер, как всегда, без опозданий, даже минута в запасе, — и тут мужчина обернулся на девушку, рассматривая её немного растрёпанный вид. Просмотрев, он спокойно прошёл к своему столу, доставая из тумбочки стопку документов, бросая их на стол. Вид Купер так и оставался пустым, лишь наблюдал за действиями Сухарева. — Сегодня задание довольно будет простым. И после я дам тебе отдых, — он вновь потянулся в тумбочку, доставая бумажный конверт, наполненный баксовыми купюрами. — Я никогда не опаздываю, — спокойно ответила девушка, — в чём суть сегодняшних новостей? Это ты устроил и зачем? — проходя к столу, она вальяжно взяла стопку документов, направив на него свой взгляд, переключив тему. — Не обращай внимания, этот карантин и недели не продержится, всё это ради сегодняшнего дня, — он натянул улыбку самого дьявола, облакатившись об удобный стул, когда девушка подняла брови вверх от удивления. — Что же это за день такой, что ты прикрыл всю страну? — интересовал вопрос сколько времени, сил и ресурсов ушло на такой странный и глупый, вроде, ход событий? Но она промолчала. — Всё просто. Мне нужна эта суматоха и паника в городе, чтобы сегодня всё прошло на высшем уровне, без проблем, — татуированные руки сжались в кулаки, представляя, что ее сегодня ждёт, раз он пошел на такое, вмешавшись во власть. Костья лишь продолжал внимательно его слушать. — Это небольшое дело, которое можешь прочитать, но лучше я скажу в крации, — он выпрямился со стула, расположив локти на столе, уставившись в зелёные глаза. — Мне нужна девушка. Бэлла Кузнецова, возможно слышала, что-то знакомое, но это не суть. Мне она нужна в целости и невредимсти, — она уже хотела перелить его, как он закончил: — и без вопросов, ты и сама потом поймёшь зачем мне всё это, — татуированные руки в шрамах от прошлого открыли папку, увидев миловидное и детское личико блондинки с голубыми глазами, которая сияла своей добротой и наивностью, даже видимой на фотке. Смешок с её уст вышел наружу. Слишком милая и по любому ни на что не способная. Зачем она ему? — В чём суть? Просто её украсть, или я чего то не понимаю? — она положила папку на стол, подняв правую бровь вверх, скрестив пальцы рук между собой. — Не совсем. В папке есть контракт на два месяца, который она должна подписать, тем самым начав работать с тобой на меня, — он не успел договорить, как его перебили. — Стоп, что? Зачем это всё? — Я же сказал, Костья. Без вопросов, — его тон стал груб, она лишь сглотнула, захотев пристрелить эту смазливую морду, которая выморживала её до кончиков пальц, но вновь сдержалась, ведь скоро всё это закончится. Точно закончиться. — Мне просто нужна эта девушка для собственных целей, но если тебе так интересно, то единственное, что я тебе скажу, так это дочурка бывшего мафиози, которого ты убила при первой нашей встрече. — Что?! — её глаза вспыхнули, шок прошел по всей мимике лица, она даже не знала, как реагировать на эту информацию. — Она знает что-то? — Нет, даже не догадывается, но и ты сама понимаешь, что ей лучше и не знать кто ты, и кто я, — Купер лишь кивнула, задумавшись об этой девице и самом прошлом. Теперь информация всплыла перед глазами, стало не по себе. — Убить её собираешься? Ибо, она может быть помехой, если так, то это бред. Даже по лицу её можно понять, что она наивная дурочка, которая и не догадывается о своём статусе, — облакатившись об стул от всей полученной и странной информации, ответила она, пожав плечами. — Нет, её смерть мне не нужна, — ложь. Он издал смешок и азартный блеск в глазах. Что-то ему точно от неё надо, и точно не самое приятное. — Скоро начнется новое и длинное задание, которое для тебя будет последним, — ядовито-зеленый глаза вспыхнули, но она продолжала отлеживаться в кресле, продолжая его слушать, будто ей всё равно. — Будет всего семь заданий, где будет учавсвовать эта девица, и ещё два человека, но о них позже. Сейчас же я советую тебе привести её к себе домой, у вас там всё равно четыре комнаты, и там уже посветить в самые незначительные дела, без лишних красок, чтобы сильно не напугать, но смотри, держи её под прицелом, шантажом и тому подобное, чтобы мне потом эти проблемы не разгребать. — Поняла. Так полагаю жизнь сладкой не будет, новая смазливая девка, которая погубит мне все оставшиеся нервы своими недовольствами, психами и ненавистью, — тяжело вздохнув от всего этого она прикрыла на секунду глаза, понимая, что нормальных рабочих отношений не выстроить, как и авторитета главной, почему то она поняла это сразу. Это будет очень сложная девица, сразу видно по этому милому лицу, которое уже вызывает раздражение и яркие картинки истерик. — Ну-ну, — смешок с его уст уже стал чем-то обыденным и раздражающим. Это «ну-ну» буквально отрицало факты её слов. Это напрягло. — С этой секунды у тебя на выполнение два часа, жду тебя у себя после выполнения, и после того, как ты заведешь её домой, — в голове у девушки появилось тысячи вопросов, но ответа она бы точно не услышала, поэтому на все эти вопросы она моментально закрыла глаза, забыв о них, взяв папку в руки, отправившись на очень сложное задание, которое точно потрепит ей нервы в течение следующих месяцев.

***

      С момента ухода Даяны прошло несколько часов, я знала, что она уже дома, поэтому повода для волнения не было, в отличие от бабушки. Она после услышанной новости позвонила мне раз пять или шесть, пытаясь убедиться в том, что со мной всё хорошо и меня никто не убил. Хоть я и отшучивалась, но это уже надоедало. После смерти отца, когда я была ещё совсем подростком, меня начали сильно беречь и опекать. Ведь мою мать тоже убили враги отца, и он оберегал меня, чтобы этого не случилось и со мной. Но со своей опекой он совсем забыл про себя… и сейчас он мёртв, но, мне кажется, ему сейчас хорошо, там.. на небесах. Но он не учёл одного — бабушку, которая начала в двойне оберегать меня, предлагая мне кучу охраны, машин и уроки по защите. Но я не хотела этого, за свои тогдашние четырнадцать лет я насмотрелась этого, этой опеки и мне хотелось свободы. И, как оказалось, она очень приятная на вкус, что мне нравится, за мной не ходят десять амбалов с пушками, не ездят машины, чтобы подстраховать в казус или ещё что-то. И самое главное — на меня никто не покушается из-за ранней опеки отца, и для остальных меня просто не существовало. Отец позаботился перед смертью об этом..       Уже потихоньку темнело, а живот начинал урчать, поэтому единственное решение, которое пришло в голову, так это перекусить. Быстрым шагом я дошла до кухни, начиная перебирать всевозможные продукты для приготовления, но вновь телефон издал звук. Мои глаза закатились от снова тревожных звонков от бабушки, но нет. Меня немного порадовал этот звонок. Я сразу подняла трубку, начиная диалог. — Да, Даян? — на моём лице образовалась улыбка от её голоса. — Бэ-э-эл, мне ску-у-чно, поговори со мной, — я издала лёгкий смешок, понимая, что от этого я уже не уйду, ибо она обидится, поэтому, взяв телефон в правую руку, я начала слушать её, все равно пытаясь что-то найти в шкафчике, но..

Звук перезарядки. Перезарядки ствола.

      Я чувствую, как на мою голову направлен ствол. Да, именно ствол, и этот звук я никогда не перепутаю с чем-то ещё, тоже самое и с чувством, что что-то утыкается тебе в башку. Я сразу перестаю слышать речь Даяны, которая пытается привлечь моё внимание своим рассказом. Я тяжело сглатываю слюну, а глаза округляются. — А теперь ты вешаешь трубку и медленно кладешь телефон на стол, — проговорил позади меня голос шёпотом. Голос был тихим, но в моей голове он отдавался эхом, а после моей паузы человек сзади ещё сильнее надавил железной вещью мне в затылок. Мои руки и ноги начали предательски дрожать. Всё происходило за доли секунды, пока я тысячу раз прокручивала в голове, какая же я тупая. Почему бог не наделил меня мозгами закрывать гребанные двери! В трубке я уже слышу бухтеж девушки, наподобие: — «Ты меня вообще слушаешь?» — Даян.. Я..я тебе позже перезвоню, — она явно пыталась что-то возразить, но я отключила трубку, продолжая смотреть в тумбочки, пытаясь прокрутить что же, блять, делать дальше. Похоже я первый раз в такой ситуации, а страх предательски поражает мой мозг. Теперь я понимаю смысл охраны. — Я ещё раз повторю, — он вздохнул, и я почувствовала, что его рука сильнее напряглась, держа пистолет, — медленно кладешь телефон, — в тот момент все воспоминания с моим отцом пронеслись мгновением в моей голове. Все меры осторожности и самообороны, чему он меня учил, хорошо, что тогда меня это увлекало, и я хоть немного запоминала всё своими куриными мозгами! Делать нечего, либо подчиниться, либо делать действия. Кажись, сегодня меня убьют, либо я кого-то. — Ты меня что-ли не слышишь?! — всё, я знала действия, хоть и все тело тряслось, как у наркомана со стажем. Я бросила телефон с большой силой, и я знала. Он отвлекся на него хоть и на долю секунды. Тут дело миллисекунд, другого шанса нет.       Адреналин бил по сердцу, но я сделала оборот и резким движением вцепилась одной рукой в ствол, а вторая прилетела в руку нападающего, тем самым выбив оружие из рук. Так, хорошо, реакция у меня всё та же, да и навыки, вроде, не утеряла. Вторая секунда. Медлить нельзя, уж тем более переворачивать оружие. Взгляд парня поворачивается на мои действия со страхом и сильным удивлением, но уже поздно. Он проиграл. И похоже впервые, что его лицо сменяло достаточно много эмоций. Я размахиваюсь со всей силы и бью задней частью ствола прямо в лицо. От этого удара можно было и потерять сознание и сломать нос, но, кажись, везение не на моей стороне, но парень падает назад, откидывая голову. Теперь дело третьей секунды. Я переворачиваю оружие, но не успеваю среагировать, как он делает это быстрее. Он точно опытней меня. Резким движением ноги, он сбивает меня с ног, и я падаю назад. Первая оплошность. Мы на равную сейчас, либо я, либо он. В секунду он подрывается, и я не знаю, что на меня нашло, наверное, чувство самозащиты, и я стреляю… Сука, кажись, я убью впервые сейчас человека. Либо ты его, либо тебя.       Боже, мои зрачки, кажись, перекрыли весь мой голубой цвет глаз, а дыхание, как у курящего человека со стажем сорок лет. Мне страшно, ведь мне всего лишь двадцать, и я не хочу получить пулю в лоб прямо у себя на кухне. Но, блять, нет, вторая оплошность. Я попала в плечо. И парень толком даже не шарахнулся, лишь со всей силы сжал руку и зубы, и я не успеваю среагировать, как по рукам в которых ствол прилетает сильный удар ногой, и я теряю своё единственное оружие, сильно раня руки. Я пытаюсь подорваться, но уже слишком поздно. Он меня повалил, и похоже сейчас я посмотрю смерти в глаза, в его глаза… Блондин хватает меня за домашнюю одежду двумя руками и буквально проламывает мною стену. Это было очень больно, глаза стали стеклянными. Все мои позвонки прохрустели, отдаваясь большой болью. Как он нахуй держится?! У него же пуля в руке, и хлещет из носа кровь, но он умудряется взять меня за шею и начинает душить. Блять… Я проиграла в этой игре на жизнь. Я пытаюсь последними силами отбиться от него, но сознание теряет рассудок. Мне не хватает воздуха. Из последних сил я бью в пах, но никакой реакции. — Малышка, не пытайся пробить пах человеку своего пола, — этот ядовито-зелёный цвет глаз прожигал меня. У меня не было сил и рассудка, чтобы понять всё происходящее. Но мои глаза расширились от удивления. И я понимала, что всё. Это конец. И резко её руки отстраняются от моей шеи, и я падаю на пол, начиная кашлять, как астматик. Во мне нет сил и толком разума, но я пытаюсь понять происходящее и продумать следующие действия, хоть на это времени и нет. Боковым зрением я смотрю на неё и её действия. С плеча течёт кровь в ладонь, а после каплями падает на пол. С носа всё так же хлещет кровь, но она сильна и полна рассудком, в отличие от меня. Я не боюсь смерти, но впервые испугалась её. Она вообще кто, что в таком состоянии одержала победу? Киборг? Опытный убийца?! Но больше меня тревожил вопрос, что ей надо? Почему не убивает? Но мои мысли начали откидываться в сторону, а её рука потянулась в карман, доставая какой-то документ. Она еле слышно шипит, ведь похоже я сильно повредила её плечо. Она буквально бросила его в меня, пока я держалась за горло, пытаясь полностью восстановить дыхание и здравый рассудок. — Подписывай, — этот монотонный голос раздался со спокойствием. Я реально впала в шок. Другого не подобрать. Я не могла вымолвить ни слова, лишь сомкнуть брови к переносице в непонимание. Но я слишком упёртая и не столь глупа, чтобы что-то подписывать. — Это нахуй новая подача петиции на роспись помощи приюту, блять?! — воскликнула я, бросая документ ей в ноги. — Да хренас два, чтобы я хоть, что-то подписала, — на её улыбке образовался оскал, но мне ничего не оставалось делать, как сцепиться с места, и я рванула на неё, пытаясь повредить или же сбежать, но, кажись, она была находчивее. И сильным движением окровавленной руки она стряхнула ею, попадая мне на лицо и глаза. Сука. Я ничего не вижу. Моя третья и завершающая оплошность. Теперь точно я проиграла в этой битве. Она снова сжимает меня в стену. — Я последний раз повторяю, — резким движением руки блондинки потянулась в карман, доставая три фотокарточки...Фотокарточки моих близких. — Или можешь с ними попрощаться, — мои глаза стали, как у испуганной кошки, хоть она меня уже и отпустила и я стояла на дрожащих от страха ногах. Я не знала, как реагировать. Мне было реально страшно. — Стой, стой, хорошо! Они тут не при чём. Не трогай их! — с дрожью и заиканием в голосе прокричала я, выхватывая этот ебучий контракт с пола. — Я всё подпишу, — на татуированной личности в секунду образовалось спокойствие, хоть кровь напоминала о сильных ранениях. Я сделала это не из-за её характера и пусть не думает о победе. Я сделала это из-за бабули и Даяны, ведь я давно пообещала себе, что их никто не обидит. Я быстро поставила подпись в нужных местах и вытянула ей. Я ждала, пока она что-то скажет, но похоже мое ожидание провально, да чего угодно я ожидала, но точно не того, что та просто развернётся и начнёт уходить. — Эй! Стой. В чём прикол?! — она даже не обернулась, просто остановилась у порога двери. — Всё, что тебе нужно знать, так что ты теперь под моей властью, Бэлла, — и в этот момент я выпала. Откуда, чёрт подери, она знает меня и моих близких?! Кто она сука такая?! Но я даже не успеваю ничего сказать, как дверь захлопывается, а я скатываясь на пол, пытаюсь понять всё произошедшее буквально за десять минут моей жизни. Но теперь я точно поняла, я ненавижу шестнадцатые числа.