По воле Амортенции

      В вагоне поезда было жарко, что очень контрастировало с погодой за окном. Гермиона каждой частичкой своего тела ощущала небольшое покалывание. Отрицать было поздно, она правда очень хотела увидеть Драко, хоть на минутку. Эти новые ощущения и чувства противоречиво метались в голове, но бежать от них некуда.       Джинни заправила рыжую прядь за ухо и уставилась в книгу, подаренную Гермионой на Рождество. Девушка увлечённо вчитывалась в каждое слово, изредка задавая вопросы. Она просто ненавидела ожидание, очень любила, когда кто-то может рассказать концовку комикса или фильма, да в целом, чего угодно.       Гарри хмуро всматривался в серый пейзаж за окном. Друзья сохраняли приятное молчание, пока Рон не влетел в купе, словно пытаясь скрыться от дикой погони.  — Мэрлин всемогущий, что ж ты такой громкий! — Джинни косо посмотрела на брата.  — Чш! Тихо.  — Рон, да что такое? — Гарри повернул голову в сторону друга.  — Да тихо вы! Дайте секундочку!       С тяжёлым дыханием Рон уселся на край диванчика, потянувшись за бутылкой воды. Парень жадно глотал капли, после чего по-детски вытер влагу с губ резким движение руки. Он ещё несколько секунд вглядывался в знакомые лица, словно стараясь держать небольшую интригу.  — Какой ты клоун. — Джинни потеряла любой интерес к брату.  — На Слизерине новый староста!       Все в купе замерли, молчание длилось не долго. Новый староста? Что же такое могло случиться? Что повлияло на смену старосты в середине учебного года?  — Панси облажалась? Скажи да, скажи да! — Глаза Джинни загорелись яркими искорками.  — В том то и дело. Я говорю не про неё.  — Ты имеешь в виду… — Гарри в полном ступоре поправил очки.  — Блейз заменит Драко. Официально. — Рон ёрзал на своём месте.  — Забини? — Джинни скривила рот в подобии усмешки. — Да ты прикалываешься!  — Это официально. Вот увидите, я точно услышал.       Гермиона лишь наблюдала за ребятами, прибывая в немом шоке. Драко хорошо учился, преуспевал во всём. Любимец Слизерина. Этому должно было быть логическое объяснение, но найти его Гермиона не могла. Рон мог ошибаться.       «Стоп!» — Почи прокричав в голове это слово Гермиона нервно хрустнула пальцем. Грейнджер не верила Рону. Она не хотела ему верить. Одному из самых близких людей в мире. По коже пробежала волна тревоги.  — Скоро подъедем к школе. — Констатировал Гарри, пока Гермиона старалась сделать вид, что всё в норме.

***

      Друзья ступили на платформу, вдыхая знакомые запахи всей грудью. Неподалёку мелькнула знакомая, розовая шапка, которая стремительно приближалась. Полумна широко улыбнулась и почти врезалась в подруг, словно кошка, потягиваясь, прижалась к ним.  — Мои хорошие. — Полумна счастливо улыбнулась.  — Без тебя было не так весело. — Джинни провела рукой по волосам подруги.  — Львёнок, что-то не так? — Лавгуд озадаченно посмотрела на Грейнджер.  — Всё так, а что такое?  — Вокруг тебя словно рой мозгошмыгой. — Полумна обвела руками вокруг головы девушки.  — Что ты! Всё хорошо. — Гермиона обезоруживающе улыбнулась.       Девушки какое-то время стояли у вагона, в ожидании транспорта к школе. Полумна всё говорила о новом номере «Придиры», который скоро поступит в тираж, а девочки внимательно слушали. Лавгуд всегда действовала на них так. Её невозможно было не слушать, Она как фея, явившаяся взору людей, такая не похожая на остальных, но от этого не менее притягательная.       Кто-то крикнул о готовности телег, и друзья медленно направились в сторону стоянки. В тот же момент, неподалёку, быстрым шагом прошёл Драко. Гермиона было бросила в его сторону взгляд, но вдруг встала как вкопанная.       Это был не Драко, словно, более злобная и убитая копия. Первое что бросилось в глаза — это шрам. Он был совсем свежим, явно болезненным. Волосы больше не были уложены и достаточно отросли, принимая форму андерката. Но главное, что изменилось — это взгляд. Совершенно никаких эмоций, ни привычной надменности, ни колкости.       Сердце опустилось. Почему он такой? В голове пронеслись воспоминания о последней встрече. Небольшая улыбка в краешках глаз, крепкие руки и желание быть совершенно обычным. Он даже не удостоил её лёгким скольжением глаз. Захотелось подскочить к нему и просто оказаться лицом к лицу.       Гермиона словно очнулась от дурного сна. Друзья ушли чуть вперёд, а девушка решила не отставать. Нельзя было стоять посреди дороги, люди могли что-то понять, начать обсуждать или осуждать. Драко быстро испарился в толпе, а сердце сжалось в неприятном ощущении.       Чемодан Гермионы с небольшим хлопком приземлился на кровать. Девушка села на одеяло и немного потупила взгляд. Все плохие мысли огромной волной нахлынули на неё, заставляя тонуть в кромешной темноте из вопросов.       В комнату зашла Лаванда, блеск на её губах был небрежно размазан, но она не спешила поправлять макияж. Всё было частью небольшого шоу перед Гермионой. Девушка вильнула бёдрами, перед тем как остановится возле шкафа.  — Здравствуй, как каникулы прошли?       Гермиона наконец заметила соседку, усмехнувшись от вида мазни из блёток у её рта. Гермиона выпрямилась и без особого желания продолжила диалог:  — Спокойно, а у тебя?  — Ой, а мы с родителями…       Гермионе было всё равно, куда она ездила и с кем. Обычная вежливость. Девушка лишь утвердительно кивала, всё ещё думая о своём.  — Вот. А где ты была на каникулах? — Браун закинула свою удочку.  — Дома, потом в Норе.  — Что? — Девушка напряглась. — Рон же сказал, что уедет на каникулах.  — Он уезжал, но после Рождества вернулся. — Гермиона разложила свои вещи и направилась к двери. — Там был не только Рон. Не волнуйся.       Не услышав ответа Гермиона закрыла за собой дверь и спустилась в гостиную. В камине горел огонь, который одним своим видом успокаивал девушку. Вокруг то и дело носились ребята с вещами, а старшие курсы расспрашивали остальных про возможность вечеринки в честь начала второго полугодия.       Всё казалось таким сюрреалистичным. Не хотелось ничего. Просто покоя. Чтобы ни одна мысль не пыталась завладеть разумом Гермионы Грейнджер. Возле неё кто-то сел, даже не хотелось реагировать. Лучше б на ней сейчас была мантия-невидимка.  — Привет, Гермиона! — Это был Кормак.       Отвечать ему не хотелось, девушка лишь неопределённо подняла руку в виде приветствия. Пусть он просто уйдёт, провалится под землю, испарится. Всё что угодно, но просто отстанет.  — Сегодня пуффендуйцы зовут всех к себе. — Парень надеялся на реакцию девушки, но, не дождавшись, просто продолжил. — Так вот, ты же пойдёшь?  — Не знаю. — Гермиона громко выдохнула. — Не мог бы ты оставить меня одну?  — У тебя что-то случилось?  — Кормак. — Девушка наконец посмотрела на него. — Оставь меня в покое.  — Ладно, понял.       Парень недовольно встал с места и что-то пробурчал под нос. Не хотелось разбираться в этом. Мысли были забиты опасениями. Драко выглядел совершенно не так, как она к этому привыкла. Может, это просто домыслы и всё не так плохо?       Ужин проходил спокойно, пока Дамблдор не встал для очередной речи. Старик подошёл к излюбленному месту и рассказал последние новости о предстоящем полугодии. Экзамены в конце года, ремонт одного крыла школы, новый староста…  — А я вам говорил. — Оторвавшись от еды победно пробурчал Рон.  — А-хе-реть. — Джинни посмотрела в сторону слизеринцев.  — За языком следи. — В парне очнулись братские чувства.  — А ты мне не командуй. — Девушка высунула язык и скривила лицо.  — Тише! — Гермиона усмиряющее осадила друзей.  — В связи с некоторыми изменениями в тренировках спортсменов по квиддичу в команде Слизерина, мы пришли ко мнению, что пост старосты должен занять Блейз Забини, за хорошие учебные показатели и добросовестную работу.       Гермиона медленно подняла глаза на Драко. Парень сидел как солдат, несущий службу и не имеющий права на любое движение. Ни одной эмоции, ни злости, ни грусти. Совершенно ничего. Он даже не радовался за лучшего друга, просто смотрел вперёд, почти не моргая.  — Новая программа тренировок? — Рон чуть не поперхнулся. — Гарри, ты слышал что-нибудь про это?  — Нет. — Поттер был в ступоре. — Нет, вообще ничего не слышал.       Непонимание — вот, что сейчас чувствовала Гермиона. Джинни что-то говорила ей, наклонившись прямо к уху, а слова расщеплялись на молекулы, не добираясь до разума.  — Гермиона, ты меня вообще слушаешь? — Девушка повысила голос.  — Прости, задумалась.  — В последнее время только и делаешь, что думаешь. Не в мою смену! — Джинни закинула руку на плечо подруги. — Сегодня никаких мыслей, мы отдыхаем. Подумаешь завтра.  — Ладно. Не очень-то и хотелось. — Гермиона улыбнулась.       Девушка в последний раз бросила взгляд на Драко, убедившись, что совершенно ничего не изменилось. Он как камень, просто существовал и совершенно не жил.

***

      И снова Джинни кружилась вокруг Гермионы, всячески пытаясь создать ей «модный» образ из однотипной одежды. Девушка напевала себе под нос заедающую песенку, всячески веселя подругу.  — Руки выше, двигай телом, ага, ммм, да. — Распевая песню Джинни строила рожицы.  — Хватит. — Гермиона уже не могла сдерживать своего смеха. — Ты выглядишь очень глупо.  — Зато не с кислой роооожеееей. — Девушка причмокнула губами.       Уже через пару минут девушки вышли из гостиной и направились к пуффиндуйцам. Что-то в голове твердило, что лучше остаться в комнате, но даже этот голос могла перекричать рыжеволосая Уизли, сметающая всё вокруг себя.       Факультет украсил гостиную жёлтыми гирляндами и неоновыми лампами, окрашивающими пространство в фиолетовый цвет. Некоторые ученики уже были навеселе, кто-то только начинал расслабляться. Джинни сразу же потянула Гермиону на середину танцпола.  — Джинни, мне не очень хочется танцевать.  — Не будешь танцевать, пойдём пить шоты.       Ответ был ещё хуже. Гермиона приняла свою участь и двинула руками в подобии волны. Джинни сразу рассмеялась и принялась повторять за подругой, от чего обеим стало невыносимо весело.       Чем дольше Гермиона танцевала, тем сильнее отдавалась этому делу, один напиток следовал за другим, делая голову лёгкой и пустой. К девушкам присоединилась Полумна, показывая руками птичек и зайчиков.       Гермионе больше не хотелось выискивать взглядом Драко, чем она занималась первые пять минут вечеринки. Она не думала о завтрашнем дне, о головной боли после алкоголя, об уроках и больших угрозах. Сейчас это казалось таким неважным.       В разрезе вселенной, существующей многие тысячелетия, жизнь Гермионы Грейнджер казалась не таким важным аспектом. Всё сложное было простым, а простое сложным. Танец ничего не значил, а алкоголь выступал в роли волшебного зелья. Всё будет таким, какое оно есть с ней или без неё. Маленькая капля в океане жизни каждого человека.       Самозабвенный танец уносил от всех проблем, открывая перед Гермионой пространство, полное эйфории. Какие-то люди танцевали рядом, но до них не было никакого дела. Гарри что-то говорил, но с его губ срывалось лишь бла-бла-бла.  — Она очень пьяна. — Констатировал Рон, в которого цепким захватом вцепилась Лаванда.  — Зато она не буянит, как некоторые в прошлый раз. — Джинни заслонила девушку собой. — Я с ней, не беспокойтесь и занимайтесь своими делами.  — Джинни, может лучше отвести её в комнату? — Гарри попробовал взять Гермиону за руку.  — Дайте ей расслабится, в конце концов! — Девушка почти закричала. — У неё помимо ваших проблем есть свои, дайте ей отдохнуть.       Джини повела руками в брезгливом жесте, увлекая Гермиону чуть глубже в толпу. Девушка ещё раз обернулась на Гарри и Рона и с полной уверенностью заявила:  — Кайфоломы!       Вечеринка подходила к концу, танцпол стремительно пустел. Джинни сняла туфли и уселась на диванчик, не отнимая взгляда от подруги, которая всё ещё в неком трансе продолжала танцевать. Пару раз Кормак пытался подойти к Гермионе, но Полумна, с несвойственным для себя поведением, отправляла его куда подальше.       Кто-то из присутствующих объявил последнюю композицию. Медленная мелодия коснулась ушей Гермионы, и та остановилась, опустил свой взгляд в пол. Эффект эйфории закончился также быстро, как появился. Девушка огляделась, встретившись взглядом с Полумной, на её плече дремала Джинни.       Гермиона сделала вид, что рассматривает картину, в этот же момент из глаза прыснула одинокая слеза. Не хотелось возвращаться в существующую действительность. Девушка легонько повернула голову в право. Вдалеке стоял Драко, всё также, без единой эмоции, смотрящий на Гермиону. Взгляды встретились, а время поставили на стоп.       «Вот тогда это и случается?» — Подумала Гермиона, ощутив небольшую, но приятную дрожь в теле. Её не волновало, что Малфой смотрел на неё бесчувственно. Он ведь смотрел, они не могли этого отрицать.       Во взгляде Гермионы читался десяток вопросов, которые не получили ответа. Она была готова поклясться, что в данную секунду тонет в ледяном океане его глаз. Воздух из лёгких постепенно уходит, из-за чего приходится дышать чаще. Щёки зарумянились, но никто кроме Гермионы этого не заметил.       Виноват ли в этом алкоголь или бушующие гормоны, но такого девушка никогда не чувствовала до этой минуты, объяснить это было сложно. Что-то между зудом в груди и головокружением.       Время снова пошло, когда Драко отвёл взгляд в сторону. Такое ощущение, что Гермиону кто-то ударил, ноги чуть не подкосились, но она сдержала себя от падения. Она обыденным шагом подошла к подругам и, собрав вещи, девушки вышли в холл.       Весь вечер в гостиной Пуффендуя прошёл как в тумане, Гермиона не отрицала, что это ей даже понравилось, но чувство безысходности после — самое ужасное, что могло случиться. Она лежала на кровати и не находила сил укрыться одеялом.       Перед глазами всё ещё был Малфой. Чертов Драко Малфой, просто смотрящий на Гермиону и не делающий совершенно ничего. «Он ведь игрался, Да?» — Гермиона не могла найти объяснения его изменению. Она не хотела, чтобы с ней кто-то игрался. Думать, что Малфой просто забавлялся — лучшее решение, чтобы забыть об этом заносчивом, грубом парне.  — Именно так, больше ни одной мысли.

***

      Блейз поперхнулся пивом. Он закашлялся, чем удивил Драко. Малфой не должен был находиться здесь. Если быть точнее, он должен быть в другом месте, исполнять долг перед Пожирателями, но, не найдя убедительной причины для отказа, согласился на очередную вечеринку.  — Глотай, дорогуша. — Панси лучезарно улыбнулась.  — Да пошла ты. — Блейз всматривался в толпу. — Лучше вон, Люц тебя зовёт.  — Грубиян. — Девушка вильнула бёдрами и хитро улыбнулась.  — Вот же змеюка.       Блейз какое-то время молчал, переводя взгляд с танцпола на Драко и наоборот. Малфой высматривал что-то на дне своего стакана, но, как посчитал Забини, пропустить происходящее друг не мог.  — Смотри что вытворяет. — Блейз сделал голос тише и ближе подошёл.  — А? Ты что-то сказал?       Блейз закатил глаза и, схватив друга за подбородок, повернул голову в сторону танцующих.  — Смотри говорю.       Драко стряхнул руку друга и принял поражение, приняв правила игры Блейза. Стоило ему просто взглянуть на середину танцпола, как мурашки пробежались по его телу.       Он никогда не видел такой Гермионы. Она танцевала, запуская пальцы в волосы, глаза её были прикрыты. Она казалась необъяснимо счастливой, обезоруживающе красивой и просто невероятной. С её лба стекла капля пота, а она просто нежно улыбалась.       Кровь ударила в голову, от чего в глазах помутнело. Драко сразу же одёрнул себя. Никаких эмоций. Нельзя. Многое было на кону, но от чего же так быстро бьётся сердце?  — А вы с ней…  — О чём ты?  — Ну, анатомию изучили? — Блейз засмеялся.  — Долбаёб. — На губах Драко появилась ухмылка.  — Ну мало ли, мне же интересно.       Нельзя было проиграть бой таким способом, но так хотелось чувствовать хоть что-то. Драко лишь смотрел, стараясь успокоить своё пылкое сердце, привыкшее к мерзлоте. Это казалось нереальным, но игра есть игра, нельзя нарушать правила.       Блейз вышел покурить, а Драко допивал свой последний стакан сидра, всматриваясь в девушку, танцующую без единой передышки. Радовало одно, её никто не бросил. Драко уже оттолкнулся от стены, когда его взгляд поймала Гермиона.       Она больше не выглядела счастливой, на её щеке блестела крохотная слеза, но в ней было что-то другое. Гермиона сейчас была похожа на сказочное существо, к которому хочется прикоснутся. «Настоящая сирена» — Подумал Драко, стараясь сохранять невозмутимость.       Ей было сложно противится. Драко словно только что выпил не яблочный сидр, а амортенцию, настолько сильно он ощущал на себе этот взгляд. В голове возник образ запретного плода. Вот кем она была. Всё запретное притягивает к себе невероятной силой. Она была проклятьем.       Драко приложил много сил, чтобы отвести от Гермионы взгляд. Ещё бы секунда и всё бы рухнуло, прямо к ногам этой волшебницы. Последнее, что им обоим сейчас было нужно, это публичное проявление эмоций. Всё это лишнее. Гермиона прошла мимо него, оставив за собой лёгкий запах выветрившихся духов.       «Так было нужно» — Успокаивал себя Драко. Но лучше не было, очередной раз что-то надломилось. Сам того не понимая, Малфой убивал последние частички себя, а образ Гермионы выступал в роли вируса. Если он хочет спасти родных, он должен пожертвовать мимолётным увлечением. Хотя он понимал, что мимолётного в этом чувстве уже ничего не было.