Из России с любовью

Три дня спустя. -Это что? –Иван Петрович поднял мрачный взгляд с лежащего перед ним на столе листа бумаги на Настю, положившую его. -Там всё написано. –чувствуя нарастающую нервозность ответила девушка. –Заявление на увольнение. По собственному желанию. -Вот как? Ты проработала у меня едва ли полтора месяца. – сказал мужчина. -Да. Но…обстоятельства. Мне предложили другую работу. Более подходящую мне по интересам и образованию. Более оплачиваемую… -Ты ведь в курсе, что об увольнении уведомляют за две недели? -Да. Человек, предложивший мне работу, готов подождать. -А ещё ты, несомненно, в курсе, что Нэоко сломала ногу, и не сможет вернуться на работу ещё минимум шесть недель! Её обязанности мы поделили на тебя, Маргариту и Сигэру, но если уйдёшь ты, кому прикажешь делать работу за вас двоих? -Данил согласен помочь. -Он за месяц умудрился разбить четыре тарелки, две кружки и пять бокалов, выполняя работу посудомойщика! Думаешь, я доверю ему обслуживать гостей? Настя стиснула зубы. -Предложенное место – невероятный шанс для меня! Я не могу его лишиться. Отработаю две недели, не больше. Остальное не мои проблемы, я… -Не твои проблемы! –передразнил Иван. –Конечно, не твои! Мне теперь опять головная боль… -он некоторое время помолчал, буравя её взглядом, и вдруг выдал: -Знаю я, кто тебе работу предложил. Рокеры эти, что к нам иногда заходят. Думаешь, я не догадываюсь, что это за работа такая? Настя, конечно, отлично поняла, о чём он догадывается, и внутри вскипел гнев. -Думаю, не догадываетесь. -А то я не знаю, за что нашим девкам япошки лучше всего платят. Не дурак, не пальцем делан. В голове Насти чётко пронеслись слова Коджи о том, что Иван Петрович настоящий «motherfucker», и поняла, что это действительно было сказано неспроста. -Вы можете думать, как хотите. Или подписывайте мне увольнительную и я отрабатываю две недели, или просто забираю её, и ухожу прямо сейчас, и ноги моей в этой забегаловке больше не будет. –заявила она, сама поразившись своей смелости. Иван хмыкнул с долей презрительности, придвинул к себе бумагу, достал из кармана ручку, и небрежно чиркнул свою подпись в нижнем правом углу.

***

Из кабинета начальника Анастасия вышла мрачнее грозовой тучи, и тут же поймала на себе взволнованный взгляд Марины. Она, похоже, только что приехала, и бармен успел ей рассказать о том, что сейчас происходит за закрытой дверью шефа ресторана. - Что папа тебе сказал? –спросила старшая подруга напряжённо, подойдя к Насте, и бережно взяв её под локоть. - Примерно то же, что и Данил. –буркнула та. - Блять…почему ты мне не сказала, что едешь к отцу? Я бы пошла к нему с тобой, и при мне он бы фильтровал то, что несёт. - Брось. Он всё равно подписал, так что, плевать. Но Марина не унималась. –Вот скажи мне, почему большинство мужчин, особенно русских, просто не способны взять в головы, что женщина может заслужить признание, или заработать нормальные деньги умом и руками, а не " насосав"? -Марин…-буркнула Настя. -Ты знаешь, что отец ответил мне, когда я сказала ему, что устроилась работать журналисткой? «Ты вправду думаешь, что твоё мнение кому-то интересно?». Да, вот прямо так и сказал, ещё с таким искренним недоумением. Типа «Откуда у тебя такое самомнение, девка?». Боже… Из-за колонны на них косился Данил, что-то там старательно оттирая. Или, скорее, делая вид. Настя не разговаривала с ним третий день, с тех пор, как он высказал ей свою реакцию на новость о работе у Амано. Реакция эта была весьма похожа на то, что сказал Иван. Он заявил, что она, непременно, станет эскортницей, и то, в самом лучшем случае. Друзья поругались. Анастасия кричала, что он, оказывается, оценивает её, как дешёвку, и ни во что не ставит её талант, а Дэн в ответ орал, что она наивная дура, которая верит в сказки и обещания золотых гор от мужика - иностранца, которого видела один раз в жизни. Всё это могло продолжаться часами до тех пор, пока не иссякнут силы, или до первой жертвы, если бы меж воюющих сторон не втиснулась Маргарита с ноутбуком, и не загуглила, демонстративно, имя Хироки Амано, ткнув монитором прямо в лицо Данила. Так парень прочёл в нескольких достоверных источниках, что Амано действительно вполне себе известный японский модельер, работавший со многими звёздами, даже за пределами страны, и, в том числе с Cain’s Blood. Но, хотя истерика Дэна убавила обороты, он всё равно заявил, что всё это похоже на дешёвый развод, прикол, или что-то тому подобное. Рита, в отличие от Данила, пришла в настоящий восторг от новости. Она сначала визжала и прыгала, а потом разрыдалась, говоря, что меньшего Настя и не достойна. Коджи же Маргарита немедленно возвела чуть ли не в ранг святых, и, с тех пор говорила о нём не умолкая, чуть ли не больше, чем о своём кумире Такамасе.

***

Положенные две недели Анастасия честно отработала, правда, буквально зачёркивая дни на календаре, как солдат считает дни до дембеля. Иван Петрович, словно назло, старался навалить на неё побольше обязанностей, но она, не ведя и бровью, спокойно выполняла их все, зная, что скоро наступит день, когда ей больше не придётся бегать по ресторану в лаптях и кокошнике, улыбаясь хамоватым клиентам, и отмывать грязные столы. Завершении последнего рабочего дня в ресторане Trapeznikoff , Настя с наслаждением, в последний раз, убрала нелепую русскую-народную униформу в шкаф, сердечно попрощалась с добродушным поваром Игорем Ефимовичем и его помощником Макото-саном, уборщицей Светланой, кассиршей Кумико, официантом Сигэру и барменом Сэйто, и покинула заведение, на прощание показав неприличный жест в окно Ивана Петровича. Хотя тот, скорее всего, его, конечно, не увидел. И, тем же вечером, Анастасия набрала в телефоне номер Амано, который он оставил ей, и попросил позвонить, как только она будет готова к исполнению новых обязанностей. Модельер ответил почти сразу, выразил радость от того, что этот день, наконец, настал, но, с сожалением, заметил, что весь следующий день будет занят, и появится на работе только вечером, после семи. Если девушке не терпится, наконец, увидеть новое рабочее место, она может подойти завтра вечером, и, в отсутствие работников, ознакомиться с мастерской и ателье. Настя, разумеется, согласилась.

***

Вечер следующего дня. Вторник, двадцать первое июля. -Ты что, собираешься идти прямо так? –удивилась Рита, оторвавшись от ноутбука, и заметив, что подруга надевает джинсы, бесформенную толстовку и кеды. По лицу Маргариты было видно, что она очень переживает за успех Насти в её новой карьере. Они были в Японии уже почти два месяца, и если бы не предложение Амано, в сентябре все трое вынуждены были бы вернуться домой, признав свою попытку найти себя в Японии провальной. Данил, например, отправил с десяток резюме, в поисках работы фотографа, ретушера или видеооператора, но не получил ни одного отклика, с каждым днём всё больше впадая в мрачное уныние. Он ненавидел свою работу в ресторане Trapeznikoff и говорил об этом при любой возможности, уже открыто высказывая мечты поскорее вернуться в Россию, где, хотя бы, съёмки на свадьбах и других мероприятиях, да низкосортные сезонные фотосессии пользовались спросом. Здесь же, в Токио, услуги ноунейма, да ещё и иностранца, даже по смешной цене, не прельщали никого. «Где родился, там и пригодился», теперь всё чаще повторял поговорку парень, а Настя и Рита лишь фыркали, вспоминая, как перед отлётом в Японию он бахвалился, что там-то разгуляется, ведь в «Рашке» всем всё надо за копейки или бесплатно, а уж за границей его талант наверняка оценят и завалят бабками. Сама Рита резюме не рассылала, и подрабатывала лишь помощью Марине с написанием статей о японских звёздах и переводе интервью в текстовый формат. Это приносило лишь копейки в дополнение к официальному заработку в ресторане. -Да, а что? На улице прохладно, а Амано сказал, что работников уже не будет на местах, так что, кроме него меня никто не увидит. –отозвалась Настя, наскоро подкрашивая брови карандашом и растушёвывая пальцем. -Хироки Амано-звёздный модельер! Думаешь, ему хотелось бы видеть свою ассистентку в мешке из-под картошки? -Если у них там есть какой-то дресскод, я о нём непременно узнаю, и буду соответствовать. А сегодня у меня пока не официальный рабочий день, а ознакомительная экскурсия. Так что…пока, я побежала. –схватив с тумбочки в прихожей рюкзак, Анастасия поспешно выскочила из квартиры. Как только Настя ушла, Рита, с какой-то странной тоской внутри, обвела взглядом комнату. Взгляд задержался на постере Niji no Kyoki над её кроватью. Он так и оставался на своём месте, хотя, в первую неделю после не оправдавшей надежд встречи с кумиром, девушка несколько раз порывалась его содрать. Такамаса улыбался в плаката, и, хотя эта улыбка теперь казалась слегка фальшивой, оставался всё так же прекрасен, как и тогда, когда она впервые увидела его в клипе, и влюбилась, несколько лет назад. Рука сама собой залезла в верхний ящик прикроватной тумбочки. Среди косметики и кучи другого барахла девушка отыскала визитку, с пафосной ярко-розовой надписью на чёрном фоне «Мичи Хонда: среди тысячи звёзд», и покрутила её в руке. В тот же день, когда парень из стаффа Niji no Kyoki вручил ей её, Рита написала ему на электронный адрес, указанный на этой визитке, как он её и попросил. Тот, в ответ, прислал подмигивающий смайлик, с одним лишь словом: «жди». И Маргарита, послушно, стала ждать. И теперь она, с грустью, думала о том, что сегодня уже месяц и пять дней с того самого концерта, а воз и ныне там. Диалог с Мичи Хондой молчал…

***

Амано встретил новую ассистентку на крыльце двенадцатиэтажного офисного центра всего в десяти минутах ходьбы от ресторана Ивана Петровича, и не придал тому, во что одета девушка, никакого значения, по крайней мере, с виду. Он улыбнулся, поприветствовал её, и повёл за собой мимо поста охранника, к лестницам. -Мы обязательно сделаем тебе пропуск. Уже в ближайшие дни. –заявил мужчина. Они поднялись по лестнице на второй этаж, и вошли в большие стеклянные двери, оказавшись в длинном коридоре. Пустой стол между выходом на лестничную клетку и лифтами, говорил о том, что здесь, обычно, тоже сидит охранник, но сейчас его место было пусто. Проведя Настю по полутёмному коридору, почти до самого его конца, Амано повернул ключ в замке двери с номером двести восемнадцать, без каких либо других табличек, и толкнул её. Они оказались в небольшом помещении три на пять метров, где, к тому же, не было окон, и оно очень напоминало какую-то подсобку. Но Анастасия с первого взгляда поняла, что это за место. Мастерская дизайнера! Здесь царил беспорядок, но тот самый, который принято называть творческим, даже многочисленные эскизы, развешенные по стенам, были размещены со вкусом, а хаотично раскиданные по большому столу творческие принадлежности и куски ткани создавали, в совокупности, словно некое произведение современного искусства. Как, чёрт-возьми, как здесь было уютно и атмосферно! Отсутствие окон компенсировалось светом нескольких ярких ламп дневного света, но можно было легко выключить их, и оставить две довольно тусклые, жёлтые, создающие подобие свечного освещения. Девушка, завороженно, прошла вдоль обитых деревянными панелями стен, рассматривая эскизы. Она впервые видела творчество Амано, и ей было невероятно интересно. Рисовал он явно быстро, хаотично, но это ничуть не портило его стиль. Бесконечно изящный, отдающий сказочностью, словно старые иллюстрации к волшебным сказкам. Намеренно гиперболизированная анатомия, чем-то схожая со стилем аниме и манги, превращающая людей на рисунках в эльфов, яркие краски. -Это алтарь, Анастасия. –почти торжественно провозгласил модельер. –Алтарь моей религии. -Я вижу. –отозвалась та. –Видно, как вы любите это место. Здесь очень уютно. -Я бы жил здесь, если бы мог. –мужчина подошёл к мужскому манекену, на лице которого красовалась слегка жутковатая тайская маска, изображающая лицо демона, и повесил на него свой пиджак. –Мне доводилось здесь ночевать несколько раз, и поверь, ночью здесь в разы атмосфернее. Но особенно атмосферно ночью в другом помещении, и его ты, разумеется, тоже увидишь. Он указал на дверь в другом конце комнаты, завешенную парчовой занавеской, и почти незаметную. Когда Амано открыл её, они спустились по каменной лестнице с коваными перилами в полумрак другого помещения, в разы больше мастерской. Здесь окошки были, но небольшие, и почти под самым потолком, высотой в полтора стандартных этажа. Мужчина нашёл выключатель под лестницей, и зажёг свет. Насте в первый миг показалось, что она попала в Нарнию. Такое буйство красок, блеска, словно в волшебном лесу! -Это тоже святая святых. –произнёс модельер. –Наше ателье. Если там, наверху, идеи рождаются и обретают первый облик на бумаге, то здесь они воплощаются в жизнь, становятся осязаемыми. Девушка, округлив глаза, прошла вдоль столов и множества манекенов, на большинстве которых красовались наряды на разной степени работы. Шелк и сатин, бархат, парча, ламе, органза и тафта…тысячи пайеток, бисер, камни, перья и мех, огромное множество всевозможных блёсток, всех цветов радуги. Словно на венецианском карнавале, в роскошном театре или цирке. Ренессаснс, барокко, рококо, всё сразу. Сейчас, в двадцать первом веке, многие сказали бы, что это устарело, что это безвкусно, но Настю с детства завораживала вся эта царственная помпезность, она часами могла разглядывать наряды с картин Веласкеса, Рубенса, Ватто, Буше. Это была на сто процентов её стихия! Как и всё, что родилось из стилей тех эпох, и особенно – сказочное фентези. -Бо-о-оже… -протянула она. –И сколько человек работает здесь? -Девять девочек. Я называю их феями. И это не просто красивое слово, каждая из них настоящая волшебница, умеющая творить такое с тканью и всеми этими роскошествами… -он указал на коробочки с блёстками, рулоны блестящих кружев и лент. -…что, клянусь, живи они в семнадцатом веке, то работали бы модистками самой королевы, не меньше. Увы, на сегодня их рабочий день окончен, но ты обязательно познакомишься с ними. Они замечательные. -А манекенщики у вас тоже есть? –спросила Настя. -А зачем они мне? –удивился Амано. –Я работаю для конкретных людей. Они и есть мои манекенщики. -Группа Cain's blood? Вы работаете только с ними? - На самом деле, не только. Но с Cain's blood я почти с самого начала, вместе мы вдохнули новую жизнь в стиль Visual kei, бывший популярным в девяностых, но начавший угасать в нулевых. Я нежно люблю их и их идеи, вдохновляющие меня до безумия! Ты уже знаешь двоих из них, и сегодня познакомишься ещё с троими. -С…сегодня? Настя была уверена, что знакомство с местом работы –вся программа этого вечера, и она была совсем не готова к знакомствам с новыми людьми. И уж тем более настолько важными! На ней были джинсы с толстовкой, и кеды. На голове нелепая гулька. Совсем не тот вид, в котором следовало бы знакомиться с музыкантами группы, месяцами удерживающейся на верхушках японских чартов, и собирающей стадионы. И снова она сглупила, не послушав Риту… Хотя…с Коджи и Рэем Настя познакомилась в сарафане, лаптях и кокошнике! За прошедшие со знакомства с Коджи, Рэем и Амано дни Настя пару раз гуглила информацию о группе Cain's blood и их фото. Она уже знала, что в группе пять человек, четыре парня и девушка. Почти на всех фото группа была в концертных образах, представляющих собой буйство красок блеска и роскоши, как раз в стиле Амано. Она даже читала информацию о составе, но более-менее запомнила только то, что прочла о Коджи и Рэе, о трёх других ребятах же не запомнила буквально ничего, даже имён. -Пойдём! –сказал Амано, и вывел девушку из ателье, через центральный вход, прямиком в фойе первого этажа. Подойдя к лифтам, мужчина нажал на кнопку вызова, и когда зеркальная кабина распахнулась перед ними, жестом пригласил Настю войти, зашёл следом, и нажал кнопку девятого этажа. На девятом этаже царил мрак, и девушка даже содрогнулась, увидев из открывшейся кабины лифта длинный, тёмный коридор без окон. Амано вышел, и лампы тут же среагировали на движение, зажигаясь по мере его продвижения вглубь коридора. Анастасия робко семенила за ним. –Здесь! Модельер открыл дверь с номером девятьсот двенадцать, и вошёл. Настя за ним, чувствуя, как дрожат ноги. Помещение было, судя по всему, чем-то вроде гримёрки или комнаты отдыха. Зеркала, вешалки, кресла… -Ребята закончат репетицию в девять, и придут сюда. –сказал Амано, взглянув на наручные часы. –Тогда вы и встретитесь. -Ммм…-промычала девушка, и это было похоже на стон. -Присядь пока. Чаю? –мужчина кивнул на стоящий на столике электрический чайник. -Нет, спасибо! –Анастасия села, сложила руки в замок на коленях, и принялась перебирать пальцами. -Не нервничай! Я же с тобой! У этой своры принято сначала грызть меня. –хитро улыбнулся Амано, и в уголках его глаз появились морщинки, делающие его очаровательным. Сам себе модельер заварил мятного чая, и неспешно попивал его, пока новая ассистентка могла лишь бегать взглядом по комнате. Девять часов. Пять минут десятого…десять… Амано оставался спокоен и невозмутим. Лишь, когда часы на стене показали девять часов шестнадцать минут вечера, вдруг скрипнула дверь, послышался тихий цокот каблучков и шорох ткани. В комнату вошла, или скорее даже "вплыла", дама. А, та самая единственная девушка в группе, которую Настя видела на их общих фото! Одета она была в платье примерно восемнадцатого века, с кринолином, корсажем, и юбкой в пол. Оно было сшито из тяжёлого на вид синего бархата и чёрных кружев. Юбка сильно шуршала по полу при ходьбе, и даже, словно бы похрустывала, будто накрахмаленная. На руках дамы были длинные, выше локтей, чёрные перчатки из тонкого кружева, подвязанные лентой. Длинные, тяжёлые, чёрные кудри спадали на плечи, сдерживаемые сверкающей диадемой. Заметив гостей, незнакомка замерла, похожая на наряженную фарфоровую куклу. -Наойя-сама, королева ночных кошмаров! Проходи. -Амано улыбнулся, и указал на кресло рядом с собой. Дама подошла ближе, и села, поправив юбку, которая, казалось, заняла собой всё кресло. Только теперь, вблизи, Настя смогла подробнее её рассмотреть. Лицо это странной особы было действительно очень похоже на фарфоровое, такое оно было напудренное и белое. Да и черты лица словно кукольные... Губы накрашены синим, придавая её облику нечто зловещее, а от густо подведённых чёрным карандашом глаз веяло холодом. Настя почти физически ощутила этот холод, и поёжилась. Странное создание, словно пришедшее из мира теней. Вот уж и правда, королева ночных кошмаров! -Наойя, знакомься, это та самая девочка, о которой я говорил. Анастасия-тян, из России. Моя новая помощница. –сказал модельер. –Настя, это Наойя Акияма. Настя нервно кивнула в знак приветствия. Надменный, холодный взгляд снова задержался на ней, и ей показалось, что по сравнению с ним был мягок даже взгляд самой строгой из её школьных учительниц. -И на этот раз ты точно уверен в ней, Амано? -спросило странное существо, и девушку словно стукнули дубиной по голове. У этой "дамы" был глубокий, бархатный мужской голос. Анастасия икнула, и невольно откинулась на спинку кресла. Видя её замешательство, Амано, кажется, понял, в чём дело. -Да, дорогая, ты всё верно поняла. -улыбнулся он. -Наойя - мужчина. Он виртуозный гитарист и композитор, автор песен. А так же лидер и основатель группы Cain's blood. Анастасии показалось, что у неё мозги заворачиваются узлом. В этом человеке было просто невозможно разглядеть мужчину! Он же, проклятье, женственней, чем она сама! Раза в два! -У неё великолепное чутьё в нашем деле, и немалые творческие задатки. -сказал Амано. -У нас будет время её испытать. А так, как она показывает себя умной девочкой, я почти уверен, неприятностей, в отличие от её предшественников, не принесёт. -Я верю в твоё чутьё, Амано. Всё ещё. -Наойя совершенно по мужски развалился в кресле, и только в этот миг Настя начала замечать в нём черты присущие сильному полу. -Пробуй, испытывай, ищи сколько захочешь. Главное, чтобы от этого не стало хуже. Его голос звучал недоверчиво, и был таким же холодным, как и взгляд. Если Амано вызывал доверие и расположение, доброжелательный и обворожительный, то этот человек напротив –отталкивал, и даже пугал. Так это его Коджи называл «бестией» и «фантастической тварью»? Новый скрип двери даже заставил Настю содрогнуться. На этот раз вошло сразу четверо, беседуя и смеясь, и куда не так пафосно, как Наойя. Они как один были одеты в старинные наряды - бархат, шёлк, батист, кружева, накрахмаленные воротники, золотая нить. Но, в отличие от лидера группы, на них были мужские наряды, и хотя они тоже напоминали фарфоровые куклы, всё же выглядели более живыми. Все красивые, как принцы из сказки, хоть прямо сейчас падай в обморок. Найдя знакомые лица –Коджи и Рэя, девушка не сдержала улыбки, но если первый радостно улыбнулся в ответ, то второй не заметил, или же талантливо сделал вид. -Этих двоих товарищей ты уже знаешь. –сказал Амано. –А вот тех двоих ещё нет. Юэ, Хоши, можно вас на пять минут? Юэ, специализирующийся на синтезаторе и клавишных, похоже, был самым молодым в команде. Совсем мальчишка, на вид не старше двадцати. Он же и самый невысокий и хрупкий, что придавало ему ещё больше сходства с подростком. Волосы серебристо-белые, грим делал его похожим на Пьеро, хотя, при этом, он широко улыбался и лучился весельем и озорством. Настя сразу вспомнила слова Рэя о пририсованных Юэ к эскизам Амано мужских причиндалах, и без труда представила, как он делает это. Хоши был барабанщиком и бэк-вокалистом. Его волосы заметно отливали синевой, а на вытянутом лице застыло выражение вселенской усталости. Все его слова, сказанные в ответ на представление их с Настей друг другу – «прикольно» и «приятно». Но, пусть и не особо приветливый, он хотя бы не пугал, как Наойя. Какие, всё же, разные люди собрались в одной группе, подумалось Насте, исходя из первых впечатлений. Коджи – доброжелательный, чуткий, общительный. Рэйден –скептик и язва, маскирующий глубокую меланхолию и апатию. Юэ –шутник, «шилопоп», вечное дитя. Хоши – необщительный, скрытный, вероятно даже социофоб, вытащенный в люди. А Наойя – нарцисс, с явными лидерскими качествами и взглядом психопата.

***

-Ну как впечатления? –спросил Коджи чуть позже, найдя Настю в мастерской Амано. Он уже переоделся в свою повседневную одежду. -Наойя…-коротко произнесла девушка, и парень прыснул. -Ничего, это нормальная реакция. Но ты привыкнешь. –сказал он, присев на край стола рядом с ней. -Коджи…расскажи побольше о парнях из группы. –попросила девушка, собравшись с мыслями. –Мне теперь работать с ними, я хочу знать, чего от них ожидать. О подводных камнях, так сказать. -Амано не рассказывал тебе? –удивился парень. –Обычно он любитель посплетничать. -Сухо и по делу. Кто есть кто в группе, и всё. –пожала плечами Настя. –А я постеснялась расспрашивать. Наойя…показался мне опасным типом. С ним мне лучше быть осторожнее, да? Коджи усмехнулся, но этот смешок не показался ей весёлым. -Скажу так, у тебя едва ли выйдет стать его подругой. –ответил он. -У Наойи взрывной характер и очень своеобразное чувство юмора, а ещё он до ужаса прямолинеен и срать хотел на чьи-то чувства, особенно, если они мешают работе. Но бояться его у тебя причин нет. Его мнение распространяется на членов группы, но не на тебя. Ты зависишь только от мнения Амано. А уж с ним ты поладишь. -Кажется, мы уже неплохо ладим. –улыбнулась девушка. -Ну, вот и славно. –сказал собеседник. –С Наойей ты будешь общаться коротко и по-деловому. Если, конечно, не решишь на него запасть. Ты же не решишь? -Только, если выживу из ума! А если бы и решила, в чём проблема? Он женат? Или он…тоже… -пробормотала Настя, не зная, как помягче выразиться. -…по мужчинам? -Не женат. –покачал головой Коджи. -А насчёт второго….ну, может быть, частично. -Частично…-повторила Анастасия, и поёжилась. Похоже ей, воспитанной в среднестатистической советско-русской семье, придётся ещё ко многому здесь привыкнуть. –А Юэ и Хоши? -Юэ-солнышко. –ответил собеседник, и это «солнышко» прозвучало чуть ли не ласково. Но не в любовном смысле, нет. Скорее, словно старший брат говорил о младшем. –Без него отношения в группе были бы куда более напряжёнными. Он может превратить в шутку любую ситуацию, даже совсем дерьмовую. На него невозможно злиться, скоро ты сама это поймёшь. А Хоши…ну, он хорош в своём деле. А вот если тебе удастся разговорить его, и уж тем более, вызвать у него интерес к разговору с тобой – клянусь, тобой станут восхищаться все. -Я так и подумала. –хохотнула девушка. -А Рэй? Про него ты не спросила. –Коджи взглянул на неё. –Похоже, о нём у тебя впечатление уже сложилось. -Если ты имеешь в виду его отношение к моим рисункам, то он имеет право на своё мнение. –сказала Настя. –Мой дипломный руководитель в институте был ровно такого же мнения о них, по крайней мере, большую часть времени. Он тоже сравнивал их с не очень приличной частью тела. Только находящейся сзади. -Почему? –искренне возмутился парень. - Ты отлично рисуешь. -Он…консервативный человек. Дизайнер старой школы, чтобы умаслить которого, нужно мыслить так же, как он. И видеть тоже. Боюсь, почти всю жизнь меня окружали консервативные люди. -Ну и к чёрту их! Будь собой. -А Рэй…да всё и так с ним понятно. У него грустные глаза. Не думаю, что он мудак или вроде того. Это маска, за которой он скрывает боль. - Интересно. –Коджи снова взглянул на неё, и в этот раз смотрел гораздо дольше. –А курсы психолога ты часом не проходила? -Нет. Здесь они и не нужны. -Но обычно люди, не знающие Рэя, видят в нём именно мудака. -Многим людям проще оценивать лишь поверхностно, не заглядывая под маску. -Но ты художник. Ты не можешь иначе? -Верно. -Хм… -хмыкнул Коджи, почёсывая подбородок. –Рэй –хороший парень. Может, не такой хороший, как я, конечно… Парень заржал. Девушка пихнула его плечом. Надо же, она становится с ним почти такой же смелой, как с Данилом. Добрый знак. -И давно ты его знаешь? –спросила она. -Намного дольше, чем Наойю и других. Со школы. Подростками мы вместе создавали свою первую группу, и играли в гараже с ещё двумя друзьями, доводя соседей до безумия. Потом, после школы он поступил в универ, я нашёл работу, и судьба развела нас по разным городам на несколько лет. А когда мы снова встретились, я уже пару лет был в Cain's blood, приглашенный самим Наойей, наткнувшимся на запись моего гитарного соло где - то в интернете, а он выступал по барам в составе какой-то кавер - группы. Не лучшее место для человека с его способностями, но, как и многие из нас, Рэй, по началу, недооценивал себя. Я уговорил его прийти на прослушивание в нашу группу, взамен ушедшему, по личным обстоятельствам, предыдущему вокалисту. Он пришёл без особой охоты и спел "All by Myself" Celine Dion, что поначалу показалось издевкой, ведь Cain's blood позиционировали себя, всё же, как рок - группа. Но это не было издевкой, это было способом показать то, как он, ненапряжно, берёт соль второй октавы. - Коджи усмехнулся. - Ты бы видела рожи всех, кто был там. Ну...кроме Наойи. Он сидел с каменным лицом до последнего, а когда песня кончилась, вскочил с кресла и молча выбежал из студии. - Ему не понравилось? –удивилась Настя. - Так решили и продюсеры с пиарщиками, впав в панику. Они чувствовали этот мерзкий запах потери больших бабок. Наойя отвергал претендентов одного за другим, казалось, что Cain's blood , уже к тому времени сделавшие себе имя и собравшие армию поклонников по всей стране, рассыпаются в прах. Остальные тоже уже были на взводе, ведь вокалист не находился более полугода. Наойя был разборчив, как на ярмарке невест. А поскольку мы – независимая группа, мнение нашего лидера было решающим. Девушка покачала головой. -Но Наойя вернулся спустя четверть часа, и сказал, спокойно и ровно, оглядев всех –«да, этот чувак - тот, кто нам нужен», и ушёл снова, предварительно хлопнув Рэйдена по плечу. –сказал Коджи. - Да уж, заметно, что он тот ещё актёр. –буркнула Анастасия. –Но где он был-то эти пятнадцать минут? -О, об этом было много шуток. От того, что он убежал порыдать в уголке гримёрки, до того, что отправился, прости, передёрнуть. Но я склоняюсь к тому, что он не смог справиться с эмоциями от осознания того, что кто-то оказался лучше Сеиджи, нашего первого вокалиста. Наойя был уверен, что лучше мы не найдём никого. - Этот Сеиджи вправду был так хорош? - Да, он был хорош. По-своему. У Сеиджи бархатный, чувственный голос, идеально подходящий для фентезийных баллад, и полностью соотвествующий образу группы. Зачаровывающий, соблазняющий. Голос Рэйдена же - бурный шторм, цунами, сносящее всё на своём пути. Диапазон почти шесть октав. По взгляду вижу, не понимаешь какая это мощь. А Наойя понимал, он шарит в этом, потому и взял его. Хоть и скрипя зубами, потому что понимал, что Рэй никогда не будет так хорош в другом, что отлично удавалось Сеиджи. Вернее, едва ли они вообще поладят в этом плане. -В плане чего? -В плане секса. Настя крякнула от неожиданности. -Что? – выдохнула она. - Это все знали, как Наойя не пытался скрыть. Перед Сеиджи пала долго державшаяся крепость его гетеросексуальности. Сеиджи звали белым принцем, да он и был им, по сути. Андрогинная внешность, сладкий голос, сказочный антураж. Они с Наойей были как свет и тьма, а противоположности имеют свойство притягиваться. И да, их с Наойей роман дал мощный толчок группе, песни тех времён, написанные Наойей были наполнены страстью, которая ощущалась в каждом слове, в каждом аккорде. Это были наши хиты того периода. Но пик был пройден, и всё покатилось под откос. И их роман, и наша группа. Наойя –темпераментный, взрывной, эгоистичный и самовлюблённый вскоре морально вымотал Сеиджи, который, словно был «всегда на дзене». Но когда тот заявил о том, что хочет расстаться, Наойя, на эмоциях сказал «только, если ты свалишь и из группы!». Как же он мог подумать, что Сеиджи так и поступит? -М-да уж, Коджи, я…-начала было Настя, но не нашла слов, просто разведя руками. -Наверное, я рассказал тебе больше, чем ты хотела бы услышать? –хмыкнул собеседник. -Нет, если это поможет лучше узнать ребят, с которыми я буду работать. –Амано, наверняка, рассказал бы тебе эту историю так, как видел её он. Он винил во всей этой ситуации Сеиджи, а не Наойю. Юэ и Хоши, в большей степени, склонялись на ту же сторону. -Дерьмово у вас с единством мнений, смотрю. –заметила девушка. -Людям часто сложно принять что-то новое. – подумав, ответил Коджи, и слегка поморщился, словно его схватили за больное место. - Наойя относится к творчеству нашей группы очень консервативно. Для него любое новшество - предательство по отношению к нашим фанатам. - А Рэй, я так понимаю, источник этих новшеств? - спросила Настя. - Они с Наойей...слегка расходятся во взглядах. - сказал парень. -Я понимаю откуда исходит его мнение, но...если годами делать одно и то же, пусть даже и хорошо, людей это, наверняка, утомит. Группе Cain's blood пять лет, и четыре из них мы работали с другим вокалистом, раскручивая, развивая свой особый стиль, и научили людей любить его. - Так Рэй в группе всего год? - изумилась Анастасия. –Это же совсем ничего… -И за это время он успел доказать, что стоит многого. Для Наойи смена вокалиста была куда болезненней, чем для нас с Юэ, Хоши и всей остальной командой, включая Амано и пиарщиков. Он боялся, что фанаты отвергнут новый голос группы, ведь столь резкие перемены мало кому по вкусу. Он впадал то в депрессию, то в истерику. То восхищался вокалом Рэя , то орал, что всё пропало, и он своими руками загубил Cain's blood и самобытность группы. Но, вопреки его страхам, когда, перед рождеством, мы давали свой первый большой концерт в новом составе, после более года перерыва, это стало настоящим взрывом. О Рэе и его голосе писали и говорили все и вся, и, конечно, сравнивали с Сеиджи, без этого не могло обойтись. Но большинство сравнений было явно не в пользу второго. Вокал Рэя называли феноменальным, космическим, и Наойя на время успокоился и оттаял. Он даже начал советоваться с Рэем, и, к его огромному разочарованию оказалось, что у того очень много идей и предложений… - Разочарованию? - усмехнулась Настя. - Идеи Рэя местами сильно расходились с привычной стилистикой группы. А, как я уже сказал, Наойя слишком консервативен. Ему было очень удобно работать с Сеиджи, расслабленным и плывущим по течению. Тот был готов соглашаться на любые его инициативы, петь его песни, и почти не проявлял особых амбиций, не пытался ничего изменить. Рэй другого поля ягода. Он не побоялся прямо говорить, что в работе группы ему хотелось бы изменить, указать на ошибки. Наойю от этого просто коробит. Ему нужна поющая голова, которая заткнётся, как только следует со сцены. Вот и всё.. -Знаешь…я так толком и не ознакомилась с вашим творчеством. Находила лишь какие-то обрывки записей выступлений в не самом лучшем качестве и послушала несколько песен. Большинство из них ещё, видимо, с вокалом Сеиджи. -И как тебе? Я…не знаю…-пробормотала Настя, и это было честно. –Я никогда не увлекалась японской музыкой, и знать не знала бы о том, что здесь есть рок, если бы не моя подруга. Для меня всё это ещё слегка непривычно. И потому у меня вопрос…у вас есть запись вашего концерта целиком? Желательно, того самого, взрывного, с Рэем. -Конечно, есть. –улыбнулся парень. –Хочешь, я сделаю тебе копию диска? Официальная съёмка, лучший звук. Обычно мы распространяем его платно, но для тебя это будет подарок…в честь твоего первого дня здесь. -Спрашиваешь? Конечно, давай!

***

Настя начала изучать записанный Коджи диск тем же вечером, едва придя домой, и наскоро поужинав. Засев с ноутбуком в кухне, за столом, попивая кофе, и поджав под себя одну ногу, девушка вставила наушники и постаралась максимально отрешиться от всего вокруг. На записи был концерт Cain’s blood, состоявшийся полгода назад в Nippon Budokan, одной из крупнейших спортивных арен Токио. Огромный зал, тысячи зрителей. Невероятный масштаб, и невероятной красоты шоу! Насколько она знала, Амано разрабатывал не только костюмы, но и декорации, правда, последние в команде с ещё двумя художниками. На первый взгляд можно было подумать, что это не концерт, да ещё и группы, исполняющей, в большинстве своём, рок, а роскошный спектакль. Наряды членов группы вполне могли подойти своей проработкой и великолепием для высокобюджетного голливудского фентези фильма. Каждый из них хотелось разглядывать в мельчайших деталях, и девушка твёрдо решила попросить Амано показать ей их все, если они не были проданы или вроде того. Музыка Cain’s blood, при второй попытке ознакомления воспринималась уже с большим интересом. Вставки в виде аранжировок классических произведений звучали необычно и завораживающе, ведь, к тому же, большая часть из них исполнялась членами группы прямо на сцене, и они, на удивление, гармонично сочетались с готик-роком. Коджи назвал такое направление darkwave, и загуглив, Настя поняла, что это определение действительно сочетается с тем, что она слышит. Но больше всего, пожалуй, даже больше костюмов и декораций, Анастасию поразил вокал Рэйдена. Особенно в финальной песне, той самой Moonlight Sonata, о которой говорила Рита, ставшей настоящим взрывом и той самой точкой отсчёта, с которой о нём начали говорить «из каждого утюга». Тональности его голоса менялись от гроулинга, который ещё называли диафрагмальным басом, до, чуть ли, не оперного контратенора, и всё это в сопровождении фортепиано Юэ. При желании в мотиве, в самом начале песни, действительно можно было угадать Лунную Сонату Бетховена. Эта вещь прошибла девушку до слёз, затронув неожиданно глубоко, хотя она и почти не понимала слов. Но ещё пуще она разревелась, найдя в интернете текст. Именно в таком виде, за ноутбуком, в слезах и соплях, обнаружили Настю Данил и Рита, вернувшиеся с прогулки. У них обоих сегодня был выходной, и они решили съездить в один из парков, ведь за прошедшие два месяца видели в Токио преступно мало. -Настюх, ты чего? –ошалело спросила Рита. -Похоже, её уже уволили. –иронично выдал Данил, подойдя к холодильнику, и тупо заглянув в него, изучая содержимое. –Ритусь, можно я возьму твой йогурт? -Слушай, ты, я тебе пасть зашью! Ты мне и так уже шоколадку, сок, и пачку чипсов должен! – яростно возопила в ответ подруга. -Никто меня не уволил. –ответила Настя, утирая слёзы. – Я смотрела концерт Cain’s blood. Тот самый, из Будокана…боже…Лунная Соната… -Я же говорила! –пожала плечами Маргарита. В последующие полчаса Анастасия рассказывала подруге обо всём, что с ней произошло, о мастерской Амано, знакомстве с группой и беседе с Коджи. Услышав рассказ о Наойе, в котором всё ещё слышалось море впечатлений, Маргарита расхохоталась. -Я специально не стала тебе говорить о том, что это мужик. Было интересно потом послушать твою реакцию. -Мне интересно, каким было моё лицо, когда тётка в платье заговорила мужским голосом. –улыбнулась Настя. –Наверное, его можно было бы выложить в интернет и стать знаменитостью. -Ну и долго вы тут ещё трындеть собираетесь? –поинтересовался, войдя в кухню, Данил. Он уже переоделся в пижамные штаны, но было видно, что и он ещё не спал, а, скорее всего, залипал в телефон. –Время пол второго ночи! -Тебя не спросили, сколько нам трындеть, папочка. –иронично отозвалась Настя, которая, всё ещё, немного дулась на него. -Я услышал, что вы здесь ржёте, и тоже пришёл послушать. –заявил парень, садясь к ним за стол, но на сторону Риты, видимо, сочтя соседство с ней безопаснее. Анастасия подняла на друга мрачный взгляд. –Ну ладно, Настюх, я дурак! Ну сколько можно на меня вот так смотреть? –возопил Дэн. –Ну прости. Ладно? Мне тоже интересно, как там у тебя всё прошло. Я не буду больше издеваться, обещаю! Расскажи! Девушка ещё раз взглянула на него, и тяжело вздохнула. Дэн тут же расслабился, потому что отлично знал, что значит такой вздох подруги. Он значил примерно: «Ну ладно, так и быть, что с тобой, дураком, поделаешь?». Той ночью в этой маленькой кухне свет горел почти до самого рассвета...

***

На следующий день, десять утра. Чем я буду заниматься сегодня, босс? - спросила Настя, с трудом поспевая за своим новым начальником, бодрая и готовая к подвигам, не смотря на практически бессонную ночь. - Ради всего святого, не называй меня так! - поморщился мужчина. - Просто Амано. - Хорошо. - покорно сказала девушка. - Сегодня мне придётся уехать по непредвиденным делам, и, возможно, меня не будет до вечера. До двух можешь побыть с девочками в мастерской, понаблюдать, или даже порыться в моих эскизах. А после двух Коджи пообещал дать тебе первое настоящее рабочее задание. - Что за задание? - с лёгким внутренним мандражем спросила Настя. - Ничего сказать не могу, потому что не знаю точно. Но уговор был о том, чтобы ты с головой окунулась в будни модельера. - Ммм...отлично... - пробормотала девушка, как раз в тот момент, когда они вошли в цех. На них немедленно устремились несколько пар взглядов. - Доброе утро, феи мои! -бодро воскликнул Амано. - Как настрой? - Боевой, генерал! - ответила одна из девушек - декораторов. - Не то слово. Мы уже видели новые ткани. Они - огонь. - ответила другая, швея. - Это хорошо, потому что сегодня генерал привёл к вам лейтенанта. Это Анастасия, моя новая помощница, прошу любить и жаловать. Настя, это Айко, Кацуми, Харука и Юмико. С остальными познакомиться позже. - Очень приятно! - Настя выдавила улыбку. Под пристальными, любопытными взглядами японок ей было немного не по себе. Девушки тоже улыбнулись в ответ, вполне доброжелательно, и от этого стало слегка полегче. - До двух я оставляю Настю на вас. Мне позвонил Даичи-сан, просил приехать. Сами понимаете, обычно это не на один час. - модельер состоит скорбное лицо. - Конечно, Амано. Не беспокойся, мы не дадим девушке скучать. - пообещала одна из швей, Настя запомнила её, как Харуку. Так и вышло. Настя ни на минуту не заскучала. Японки почти не говорили по-английски, а она всё ещё далеко не идеально разбирала японскую речь, но это не помешало им неплохо понимать друг друга. Девушки показали Анастасии тонкости их мастерства, в котором из безликих кусков ткани, тесьмы, лент и блестящих страз рождались удивительные и роскошные наряды, сходящие прямиком с эскизов Амано. Они продемонстрировали, как работают на машинках и вручную, и даже дали Насте лично попробовать расшить рукав одного красно-золотого камзола пайетками. На удивление это занятие так увлекло её, что она едва не забыла про обед. Когда девушки ушли в ближайшее кафе на перерыв, Настя вежливо отказалась от предложения присоединиться, и, пока никто не видит, закрылась в пустой мастерской Амано, чтобы умять принесённый из дома в пластиковом контейнере простенький салат из овощей с куском зернового хлеба. Раньше других с обеда вернулась Кацуми, и к этому моменту Анастасия уже снова сидела за столом, и увлечённо принимала пайетки к рукаву. - Ты и не уходила? - изумилась швея. - Уже вернулась. - ответила Настя, скосив глаза, и пытаясь вдеть нитку в малюсенькое иголочное ушко. - Брось, Амано совсем не строгий начальник, и не станет следить за тем, чтобы ты не потратила на обед лишнюю пару минут. - Кацуми присела на край стола, глядя на неё. Сама она была худенькой, невысокой, типичной японкой лет тридцати, и было заметно, с каким интересом она рассматривает светлоглазую блондинку-европейку. - Я слышала, Коджима посоветовал Амано взять тебя помощницей. Ты давно знаешь Коджи? - Около месяца. - не поднимая глаз, ответила Анастасия. - Мы никогда прежде не видели его с девушкой, хотя работаем вместе почти три года... - начала Кацуми, и она сразу поняла, к чему клонит собеседница. - Послушай, мы не встречаемся! - разве, чем планировала, ответила Настя. - Жаль. Коджи - славный парень, ему давно пора наконец найти девушку. Но, похоже, он влюблён в свою работу. - словно не заметив её резкого тона, с ноткой разочарования произнесла Кацуми. Настя подняла на неё взгляд с долей растерянности, но не успела ничего ответить, как в цех вошли три уже знакомые работница, а с ними ещё две, которых она видела впервые. - Анастасия... - сказала Кацуми, слегка рассмешил девушку произношением её имени. -...это Мейко и Сетсуко. - Очень приятно. - улыбнулась Настя, с лёгким раздражением заметив, что эти двое разглядывают её так же, как и остальные, когда она только появилась. Теперь-то Анастасия сполна поняла, что чувствуют темнокожие на улицах российских городов, когда на них пялятся, как на обезьян в зоопарке. Только теперь в роли этой белой и светловолосой "обезьянки" выступала уже она. Если до обеда девушки больше говорили о работе, то теперь, видимо, решили, что рассказали о ней достаточно, и перешли к расспросам бедной европейской жертвы о её жизни, планах, родине...Настя отчаянно хотела снова погрузиться в молчаливое рукоделие, которое увлекало её куда больше, чем пустые беседы с малознакомыми людьми. Они всегда утомляли её, девушка чувствовала себя свободно и легко только рядом с друзьями, и не любила шумных компаний, тем более, если она в них - объект повышенного внимания. Но социум требовал от неё быть приветливой и общительной, и она старалась подстраиваться, как могла, раз уж желала себе жизни поинтереснее, чем сидение в комнате за компьютером днями напролёт. Нервно поглядывая на настенные часы, Настя уже начала ждать, когда стрелки сойдутся на двух часах дня. Но вот они встретились, и минутная стрелка двинулась дальше, к пяти, к десяти, к пятнадцати, но никто так и не спешил спасать её. И лишь, когда было уже почти тридцать пять минут третьего, дверь вдруг открылась, и на пороге цеха появился человек, чьи брови немедленно взлетели, стоило ему увидеть, что работницы занимаются вовсе не работой, а сгрудились вокруг бедной русской девчонки, как стая воронья. - Помощница Амано, вы мне нужны! - окликнул вошедший, и только тогда Настя и её собеседницы заметили его. Девушка не сразу поняла, кто перед ней, но это был не Коджи. На краткий миг девушка подумала, что это незнакомец, но одна из швей, Мейко, крикнула ему: - Наойя-сан, как работа? - Очевидно, плодотворное, чем у вас. - иронично ответил мужчина, стерев улыбку с её выбеленного пудрой лица. - Мне нужна помощница Амано. У нас есть работа для неё. Настя не могла определиться, что ввело её в большее замешательство - это безликое обращение к ней, словно намекающее, что Наойя забыл её имя, или его внешний вид, раздельно отличающийся от того, что она видела при первой встрече. Сегодня он был без макияжа, в джинсах и клетчатой рубашке, с волосами, собранными в небрежный хвост. Сомнений в том, кто перед тобой, уже не возникало. Парень, как парень, да, слегка женственный, но это не было удивительно для Японии, с её, сильно отличающимися от российских, стандартами мужской красоты. - Да, конечно, я иду. Добрый день, Наойя-сан. - поспешно ответила Анастасия, и вскочила со стула, на ходу схватив свой рюкзак. Они поднялись на девятый этаж на лифте, минули коридор, Наойя толкнул дверь комнаты девятьсот четырнадцать, и жестом пригласил спутницу войти. Эта комнатка была такой же небольшой, как и мастерская Амано, более светлой, благодаря одному окну, но менее уютной. Здесь было несколько кресел, диванчик, телевизор на стене, и стол, стоящий прямо посреди помещения и заваленный разной ерундой. Стены были увешаны фотографиями, постерами, рисунками и какими-то рукописями, похоже, текстами песен. Словно комната подростка, ей богу! С одного из кресел, увидев вошедших, поднялся человек, одетый во всё чёрное, и почти слившийся с его тёмно-синей кожаной обивкой. - Добрый день, Рэйден-сан... - выдавила Настя, и волнение внутри возросло ещё сильнее. - Привет. - небрежно бросил тот, отринув формальности. - Спас девчонку от этих куриц. - хохотнул Наойя. - Похоже, они её утомили. Рэй дёрнул уголком рта, в попытке изобразить усмешку, но вышло не очень правдоподобно. - А где Коджи? - спросила девушка, до этого момента уверенная, что будет работать именно с ним. - Амано говорил, он даст мне задание. Видимо, заметив, с каким трудом Насте даётся построение фразы на японском, Рэйден ответил на английском, ещё более чистом, чем у Коджи, и, тем более, Амано: - Коджима занят в студии. Его задание для тебя - помочь мне здесь. - Здесь? - переспросила Анастасия слегка растерянно. Она огляделась, пытаясь выцепить взглядом хоть что-то, в чём здесь может понадобиться её помощь. - Чем? - Амано нанял тебя, в надежде, что ты поможешь ему в создании сценических образов для нашей группы. - Рэй прислонился бедром к столешнице и сложил руки на груди. - И у меня есть образ, который он создать не способен. -Не способен? - переспросил, хмыкнув, Наойя, уже на японском - Он попросту не хочет браться за этот идиотизм, вот и всё. Рэй стоял к нему спиной, а к Насте лицом, поэтому лишь девушка заметила, как на его скулах заиграли желваки. - Можешь вернуться к работе, от которой я отвлёк тебя своим "идиотизмом". Спасибо! - многозначительно бросил парень, повернувшись к лидеру группы вполоборота. -Поздравляю, что тебе удалось заручиться поддержкой Коджимы. - холодно парировал Наойя. - Но ты знаешь мнение остальных, и моё в том числе. С этими словами он вышел и закрыл за собой дверь. Настя открыла было рот, чтобы хоть что-то сказать, но не смогла выдавить из себя ни звука. - А ты, полагаю, будешь на стороне Амано. - буркнул Рэйден. -Я даже не знаю, о чём речь, чтобы выбирать сторону! - с долей возмущения ответила девушка. - Амано тебе платит. Конечно, ты будешь на его стороне. - заключил парень, прошёлся по комнате, и присел на подлокотник кресла. - Я здесь, чтобы выбрать сторону? У вас здесь враждующие кланы или вроде того? Монтекки и Капулетти, все дела? - иронично поинтересовалась Настя. - Скорее триста спартанцев и персидская армия. - буркнул Рэй. - В смысле? - девушка слегка зависла. - В том, что силы не равны, но спартанцы будут биться до последней капли крови. - Ээмм...хорошо, спартанцы это, типа, ты? - На самом деле, мне плевать, чью сторону ты выберешь. Ты получаешь деньги от Амано, а он получает процент от прибыли группы. Он - именитый мастер, и имеет право повыёживаться, прежде, чем сесть, и сделать, за что платят. А о тебе я узнал всего пару дней назад... - Допустим, чуть больше... - Настя подняла взгляд, и посмотрела на него исподлобья. - А ещё причиндалы, нарисованные Юэ в проекте Амано, талантливее моих работ. Да, я помню. Рэй сначала обомлел, глядя на неё, и моргая, а затем вдруг громко хрюкнул, и, в этот момент, кажется, девушка впервые увидела на его лице искреннюю улыбку. - Но, в любом случае, я тебя услышала. - продолжила Настя многозначительно. - От меня нужно делать, за что платят, и не выёживаться. Что я должна сделать? - Я хочу создать концертный образ, разительно отличающийся от других образов Cain's blood. - и не подумав отреагировать на намёк о том, что неплохо было бы извиниться, продолжил Рэй. - Наойя называет мою идею "идиотизмом", Амано тоже явно не в восторге, потому что это далеко от его розовых единорогов, какающих радугой. - Ооокей...опиши образ, который ты хочешь получить. - слегка нетерпеливо сказала Настя, уже достаточно наслышанная о конфликте мнений вокалиста и лидера группы. - Однажды жил на небесах юный, невинный ангел... - начал парень, и девушка, ожидавшая услышать что-то стандартное, вроде "волосы светлые до плеч, глаза голубые, рост метр с кепкой", с любопытством склонила голову набок. - Он был чист душой и телом, ничего не знал о грехе и зле, и его жизнь была преисполнена света... Но, однажды ангел проснулся в мире людей, как один из них. - Думаю, это занятная сказка, но... Так...а как он выглядел-то? - выдала Настя, не выдержав. Ей никогда прежде не приходилось работать с реальными клиентами, а от преподавателя в институте она, вместе с заданием, привыкла получать куда больше конкретики. - Ты называешь себя художницей. И ты не можешь включить фантазию? - возмутился Рэй. - И вообще, может быть, для начала дослушаешь концепцию до конца? - Нужно придумать образ на основе истории. - слегка пристыженно пробормотала Анастасия. - Хорошо, я поняла. Продолжай. - В мире людей ангел встретил прекрасную девушку и полюбил её. А она полюбила его. Им пришлось пройти через многое, чтобы получить возможность быть вместе, окунуться в море людской зависти, жестокости и алчности, но они преодолели всё, и ангел даже сумел сохранить свою добродетель. - Силён. Горжусь. - сама не зная зачем, заявила Настя, в душе которой внезапно откликнулась история её первой любви, как раз-таки не прошедшей испытания чужой завистью и жестокостью. - А потом, когда, казалось, всё плохое уже позади, и ничто не мешает им быть вместе, возлюбленная ангела заболела. Тяжело заболела. Ангел пришёл в отчаяние, ведь если бороться с людскими пороками он научился, то чтобы бороться с самой судьбой...с волей бога, он сил не имел. И тогда к ангелу пришёл демон... Демон, сладко улыбаясь, пообещал ему исцелить умирающую любимую, но...в обмен на это он должен был преклониться перед дьяволом, отринув бога. -И? - спросила Настя, уже с реальным интересом. - Ангел так сильно любил эту земную женщину, что пошёл на это, почти не колеблясь. - ответил Рэй. - Он даже и не подумал о том, что это может быть испытанием для него. Испытанием его верности богу. А это было именно оно. - Страх потери - путь к тёмной стороне. - процитировала Анастасия магистра Йоду из "Звёздных войн", и, судя по взгляду парня, он это сравнение оценил. - Ангел предал всё ради любимой, но демон и не подумал исполнять своё обещание. Девушка умерла. Осознав свою горькую ошибку, ангел предпринял попытку вернуться к свету, но его крылья уже окрасились в чёрный цвет, и собственные белокрылые братья скинули падшего с небес... Настя невольно поёжилась. - Вот таким я и хочу видеть этого ангела. Падшим, полным неверия и боли, сломленным. Он обращается к небесам в последней отчаянной надежде, но ответ ему - лишь тишина. Он всё глубже и глубже погружается во тьму. Тьму в своей душе. И в нём просыпается грешная ярость. - закончил Рэй. - Этот образ...он для тебя? - спросила девушка. Парень кивнул. - В нашей группе никогда ни у кого не было сольных номеров. Всегда все вместе на сцене...всегда совместные усилия. За год я написал для Cain's blood три песни, и Наойя принял их без лживой скромности, потому что сам пребывал в кризисе и почти не мог писать. Но Lost heaven - слишком личная для меня песня. Я хочу, чтобы она была лишь моей, хочу исполнять её сольно, и лично создать образ и концертный номер. Но, когда я попросил Наойю о таком одолжении, он вдруг встал в позу и намекнул мне, что я выскочка. Настя мельком подняла на него взгляд. Рэй смотрел в сторону окна, за которым сгущались серые тучи, затянувшие светло-голубое, ещё в обед, небо. Желание нарисовать его появилось вновь. Уж больно пронзителен был этот взгляд тёмно- бирюзовых глаз, устремлённый в никуда, а слегка растрёпанные каштановые локоны падали на бледные лоб и скулы просто по - художественному эстетично. Юноша с картины Рафаэля... - Какие материалы ты хочешь использовать в создании наряда? - заставила себя спросить Анастасия. - Латекс будет выглядеть чересчур вульгарно. - ответил Рэйден. - Поэтому кожа. Чёрная кожа. -О... - только и смогла выдавить девушка, дёрнув бровью. - А крылья? - В натуральную величину. - Натуральную? То есть, относительно тебя? - А ты думала, я собираюсь выйти на сцену с крылышками ангела Victoria’s Secret? Настя невольно прыснула. - Крылья на металлическом каркасе, из перьев. Натуральных, искусственных, не важно. Но это должны быть перья, а не какие-то обрывки ткани. Это не дешёвый цирк! - заявил парень. - Да, я понимаю, но... - начала было Анастасия, но дверь открылась, и вошёл Коджи. Он был бодр и сиял, как и всегда. Подойдя к Рэю, он хлопнул его по плечу, а потом шагнул к Насте, и поцеловал ей руку. Рэйден, увидев это, хмыкнул. - Ну что, как успехи? - спросил Коджима, плюхнувшись в кресло, на подлокотнике которого сидела девушка. - Я рассказал ей концепцию. - ответил его товарищ. - А идеи? Уже есть? - Коджи взглянул на Настю. - Возможно, но мне нужно время, чтобы их обмозговать. - ответила та. - Ты справишься. Иначе и быть не может. - парень покосился на часы. - Чёрт, ещё нет и четырёх. Наойя сказал поторопить тебя. Ты нужен ему в студии. - В самом деле? - мрачно спросил Рэй. - Уверен, что это не так. Просто у него в жопе свербит от того, что я занимаюсь "самоуправством". И часа не прошло... - Рэй, просто пойди туда, хорошо? Тот закатил глаза, и, бросив на друга короткий взгляд, вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Настя посмотрела ему вслед. - Он революционер. - сказала она, озвучив снова возникшую в голове мысль. - Он баран! - буркнул Коджи. - Ему словно нравится бесить Наойю. А с тех пор, как он доказал свою нужность группе, это стало происходить ещё чаще. Девушка вздохнула, тоже переведя взгляд на тучи за окном. - Дождь будет... - пробормотала она. - Угу. - Коджи потёр пальцами колючую щетину на подбородке.

***

Амано вернулся ещё через полчаса, и застал Коджи и Настю в своей мастерской. Они склонились над столом, и разглядывал эскизы нарядов. - Всё хорошо? - спросила девушка, заметив усталый взгляд нового начальника. - Да так, рабочие мелочи. - ответил тот, выдавив улыбку. - А ты? Есть, чем меня порадовать? - Рэй описал мне концертный образ, который хочет, чтобы я для него создала. - Это какой? - спросит Амано, повесив пальто на крючок, и подойдя к ним. - Падшего ангела. - ответила Настя. - Он рассказал мне целую сказку. - Ааа...это чудовище. - буркнул модельер. - В латексном наряде... - Кожаном. - поправила Настя. - Дай ему волю, и он нарядит ребят в BDSM костюмы. - произнёс Амано с заметным пренебрежением. Коджи хохотнул. - Уверен, это привлекло бы больше фанатов! - Вы не Rammstein! - возмутился Амано. - Сам Наойя определяет стиль Cain's blood как Visyal kei. Да, в девяностых, на заре эпохи этого стиля, все его представители поголовно рядились в средневековые платья, яркие парики и блёстки, но мы, аллилуйя, в начале две тысячи десятых. Пора уже как-то разбавить этот тухляк! Или ты такой же долбаный консерватор, как и Наойя? - Возможно. - Так это хреново, Амано! - заявил Коджи. - В наше время нужно быть гибче, а не топтаться на месте. Я понимаю, что ты застрял во временах, когда рисовал девочек в бронелифчиках и эльфов для компьютерных игр, но... люди хотят другого. Чего-то нового на большой сцене. Перемен. - Перемен...требуют наши сердца! - напела на русском Настя, и мужчины повернулись к ней. - Что? - спросил Амано, слегка нахмурившись. - Песня такая... Виктор Цой, советский рок-музыкант корейского происхождения. - пожала плечами девушка, и попыталась напеть уже на английском. Коджи улыбнулся, а Амано оставался мрачным. - Просто поверь...фанаты устали от Наойи в платьях. Он носит их с самого первого нашего появления. И наши камзолы и плащи со стразами, золотой вышивкой и вообще весь этот венецианский маскарад...уже скучно, Амано! - продолжил отстаивать свою позицию Коджима. - Но эти образы идеально подходят к вашей музыке. Барокко, Рококо, все эти нотки классики... - продолжил сопротивляться модельер. - Пора обновить и музыкальный стиль. - ответил ему парень. - Для чего, по-твоему, я привёл в группу Рэя? Амано, со вздохом, отвернулся. - Бунт, значит? Революция? И вы собираетесь втянуть в это мою новую ассистентку? Я был уверен, оставляя её вам сегодня, что вы попросите её создать новое платье, или декорации, но не это... - Давай спросим у неё. - пожал плечами Коджи. - Настя, как ты относишься к предложению поработать над нашим замыслом? - Ну...- девушка ощутила, как начинают потеть ладони. Она только вышла на новую работу, а ей уже напрямую задают вопрос, не желает ли она поспорить с мнением босса! - Мне интересно попробовать воплотить концепт Рэя. -Хах...тогда может быть, вы с Рэем и оплатите ей эту работу, раз уж вместо помощи мне с уже утверждённым концептом, она будет заниматься вашими монстрами? - Амано сложил руки на груди. - А почему бы и нет? - пожал плечами Коджи. Модельер посмотрел на него, потом перевёл взгляд на слегка съёжившуюся Настю, и покачал головой. - Замечательно. - изрёк он, повернулся, и вышел из мастерской. Когда за ним захлопнулась дверь, Анастасия невольно дёрнулась. - Коджи! - пискнула она. - З...зачем? Я ведь только второй день здесь...Ты ведь помнишь, что Амано говорил на собеседовании? Чтобы я не пыталась прыгнуть выше головы! - В материальном плане. - заметил парень. - О творческом речи не было. И я не лукавил, если Амано взбрыкнёт, мы с Рэем оплатим твою работу. Настя сделала глубокий вдох и медленный выдох, после чего усмехнулась, и прошла взад-вперёд по мастерской. Коджи был спокоен. Он смотрел на неё и улыбался. - Кофе будешь? - спросил он. - А? - даже растерялась девушка.

***

За кофе с печеньем, спустя полчаса, и обнаружил их слегка успокоившийся Амано, вернувшись в мастерскую. Окинув ребят взглядом, мужчина вздохнул, и сказал: - Хорошо. Пусть Настя рисует вашего Люцифера. Если она преуспеет, и эта жуть окажется действительно работающей, я, поверх вашей платы, накину ей ещё и от себя. - По рукам! - не раздумывая заявил Коджи. - Кофе с нами выпьешь? - Без сливок и сахара. - ответил тот, неодобрительно покосившись на их сладости.

***

Ближе к семи, когда рабочий день подходил к концу, в мастерскую пришёл Рэй. Настя, к тому времени, успела накидать на листочке несколько начальных зарисовок его ангела, но все они отправились в мусор ещё до того, как их увидел Амано. - Вы вообще видели, какая задница там на улице? - спросил Рэйден с негодованием. - Небеса как прорвало. Как всегда, когда моя тачка на ремонте. - Да я довезу, чего ты паришься? - буркнул Коджи. - И тебя, и Настю. До конца её смены двадцать минут. Сядь, и остудись. У тебя на лице написано, что пятая точка пригорает. Что опять случилось? Рэй лишь отмахнулся. - Курить хочу. - буркнул он. - Если мы уйдём прямо сейчас, Амано ничего и не заметит. Все трое взглянули на модельера, чуть ли не носом уткнувшегося в ноутбук. - Я всё слышу! - немедленно подал голос тот. - Но ваша группировка может валить в полном составе. Хотя бы не будете капать на нервы своей болтовнёй. - Амано, я люблю тебя! - воскликнул Коджи, немедленно вскочив, и сняв с крючка свою косуху. После чего дал знак Рэю и Насте, что нужно валить, пока он не передумал. - До завтра, босс! - тоже взбодрившись, сказала Настя, и ей даже показалось, что она услышала смешок в ответ. Спустившись на лифте, и выйдя из здания, троица увидела, что с тёмно-серых небес действительно хлещут потоки воды. По дороге текла настоящая река. Вдалеке загрохотали раскаты грома. Рэйден прислонился спиной к колонне, глядя на витрины кафе и магазинчиков на противоположной стороне улочки, достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну, прикурил от зажигалки, и, с наслаждением, затянулся. - Ему не кажется, что курить как бы...немного вредно для голоса? - спросила Настя у Коджи, пока они ждали его чуть в стороне. - Кажется. - ответил Рэй, расслышав её слова, и, сделав ещё пару затянет, бросил недокуренную сигарету в урну. Настя накрыла голову своим рюкзаком,с визгом кинувшись к малиновой ауди. Коджи натянул на голову косуху, а Рэй и вовсе прикрылся папкой для бумаг. Коджи услужливо открыл перед девушкой заднюю дверь своего автомобиля, и она, с облегчением забралась в тёплый и сухой салон. Сам Коджима сел на место водителя, а Рэй рядом с ним. Щёлкнул ключ в замке зажигания, мотор мягко загудел. Они отъехали от здания, и, проехав пару десятков метров, выехали на шумную шестиполосную, оживлённую дорогу. Хотя было ещё довольно рано, из-за дождя было темно, как в сумерках, и на улицах Токио зажглись уже многие огни. Ливень бил в лобовое стекло, вступая в схватку с "дворниками", без устали качающимися туда-сюда. За покрытыми дождевыми каплями стёклами силуэты зданий сливались с огнями и превращались в причудливые расплывчатые цветные кляксы, напоминающие полотна абстракционистов. - Настя, мне сначала завезти тебя, или, может, хочешь покататься пол часика, пока мы отвезём Рэя? - спросил Коджи. - Хочу! - не раздумывая ответила девушка. Всё-таки, за проведённые в Токио недели у неё почти не было возможности полюбоваться городом. А сейчас, из окна автомобиля, в дождь...в этом была особая романтика! Коджима включил автомагнитолу, и оттуда донесся голос Честера Беннингтона и небезызвестная New divide. -Хех! - Коджи повернулся к Рэю, настукивая мотив пальцами по рулю. Тот поднял руку, и пальцами отсчитал секунды до начала припева, после чего его голос слился с голосом вокалиста Linkin Park, подражая ему так умело, словно запел его клон. Настя, до этого момента завороженно наблюдавшая за силуэтами за окном, ошалело повернулась и выпучила глаза. Коджи увидел выражение её лица в зеркало заднего вида и рассмеялся. - Когда, в юности, мы играли в одной группе, Linkin Park часто были в нашем репертуаре. - пояснил он. - И не столько потому, что мы были их фанатами, сколько оттого, что Рэй исполнял их хиты просто виртуозно. - Он...и сейчас! - выдохнула Настя, а Рэйден, в тот момент, выждав проигрыш, запел снова. Какой же голос, боже! Чистый, звонкий. А как парень играл им... Когда песня закончилась, и заиграло что-то безлико-попсовое, Рэйден снова залез в карман за сигаретой. - Твою мать, Рэй! - огрызнулся Коджи. Но тот уже опустил стекло со своей стороны, и впустил капли уже заметно ослабшего дождя. Прикурив, он затянулся, и выдохнул в окно, но Настя всё равно ощутила отдающий ментолом запах табачного дыма. Ветер трепал его волосы, а рука держащая сигарету, что лежала на наполовину опущенном стекле, застыла в столь изящном положении, что Насте захотелось её зарисовать. Бабушка любила говорить про такие кисти с длинными пальцами "руки музыканта", но девушка предпочитала словосочетание "руки творца", ибо у неё были такие же, а музыкантом она никогда не была. Боже, этот парень даже курит красиво! Анастасия откинулась на спинку сидения, наблюдая теперь за ним. За тем, как он курит, поправляет волосы пятернёй, с улыбкой обмениваясь фразами на японском с Коджи. И образ ангела, который Рэй просил её нарисовать, становился всё чётче с каждым мгновением. - Карета прибыла. - сообщил Коджи, остановившись на стоянке возле одной из множества многоэтажек. - Merci. - бросил Рэйден, поспешно расстегнув ремень безопасности, и вылезая из машины. - Au revoir! - Вали уже! - с шутливой злостью заявил Коджи, и швырнул в него забытую на подлокотнике пачку сигарет. Рэй проворно поймал её. Когда они снова вернулись на дорогу, направляясь теперь назад, в сторону дома Насти, Коджи, после пары минут молчания, вдруг заявил: - И всё же, мне не показалось... - Что? - растерялась Настя. - Ты очарована им. - ответил парень, и, заметив его отражение в зеркале, девушка увидела, что он улыбается. - Это и Амано заметил, едва увидев портрет. А сейчас я наблюдал за тобой, и ты так на него смотрела... - Да иди ты! - возмутилась Анастасия, но кровь, немедленно прилившая к лицу, предательски выдала её истинные эмоции. - Я художница, Коджи, и так уж вышло, что моими музами становятся не эфемерные незримые создания, а живые люди. - Значит, муза? Что ж, на это я и рассчитывал. - снова улыбнулся парень. - Так у тебя был план насчёт меня?! - воскликнула девушка. - Не совсем. - уклончиво ответил собеседник. - Просто когда я увидел тот портрет, в котором ты сумела передать саму суть натуры Рэя, я понял, что нам нужна именно ты. Тебе хватило одного взгляда, чтобы «разглядеть» его настоящего.